Круги на воде

За шесть часов до бала. Хосок закончил изнурительную тренировку с новобранцами. Прошло уже несколько недель с тех пор, как курсанты прибыли в академию. Главный страж был доволен успехами ребят, многие подавали надежды. Опыт подсказывал Хосоку, что, конечно, далеко не все пройдут дальше и смогут обратиться и стать стражами. Среди всех выделялся Чжухон, тот самый парень, который не побоялся бросить вызов Чонгуку на первой же тренировке. Поражение, должно было, сбить спесь с юнца, но оно же, напротив, придало и куда большую целеустремлённость. На протяжении нескольких дней кураторы разных дисциплин подавали отчёты об успехах Чжухона. Все очень хвалили его, отмечали упорство и трудолюбие, но так же и взбалмошный характер. Занятное дело вырисовывалось у этого парня на фоне остальных курсантов — такой вывод сделал страж по результатам сводных таблиц. — Командир, — окликнул его один из кураторов Академии, — прошу прощения, могу ли я отпроситься сегодня пораньше? — заметно замялся вампир. — Все курсанты закончили тренировки и отправились в казармы. — Да, конечно, иди, я закончу с отчётами сам, — Хосок с лёгкостью отпустил своего подчинённого. — Спасибо, командир, — поклонился страж. — Когда будешь уходить, не забудь включить датчики слежения, — честно говоря, Хосок с радостью оставался один в Академии, когда все возвращались в Сандж. Ему нравилась тишина и спокойствие, которого не хватало в поместье, где всегда кипела жизнь. Быть главным стражем — та еще морока. Советы, совещания, мятежники, постоянные происшествия, теперь ещё и убийства. До встречи с Юнги Хосок подумывал о том, чтобы покинуть Сандж и найти себе спокойное место для уединения, но Юнги перевернул его жизнь с ног на голову. Спокойно закончить свой век явно ему не светит. Поэтому теперь он все чаще задерживался в пустой Академии, где мог насладится тишиной. — Так, ну, пожалуй, на сегодня все, — Хосок закончил со всеми документами и откинулся на спинку стула, сладко потягиваясь. В Академии было уже тихо, а на дворе была тёмная ночь. Взгляд стража упал на костюм, висевший на шкафу. — Черт, бал, как я мог забыть про него, — корил себя Чон. Юнги устроит ему знатную истерику, если он опоздает. Хосок не любил все эти светские рауты и приёмы, тесные костюмы и бабочки, а тут ещё и маскарад. Хосок был родом из простой семьи, ему была чужда эта вычурность и помпезность. Ему и так осточертело десятки лет скрываться ото всех, а тут еще и маска. Но Юнги был воодушевлен предстоящим балом-маскарадом в связи с последними событиями. И ради Юнги он пойдет на это, как и шел раньше на все уступки ради их любви. Да, конечно, он знал, что тайный роман с главой клана не будет радужной прогулкой в ночи, но и не думал, что его так сильно начнут тяготить все эти прятки, секреты и запреты. — Конечно же, Юнги выбрал самые узкие штаны для меня, — вздохнул Хосок, глядя на костюм. Брюнет начал расстегивать пуговицы кителя, когда чуткий слух уловил шум, раздававшийся из зала. — Хм, здесь никого не должно быть, — страж настороженно отправился на проверку территории, предварительно посмотрев на датчики слежения, которые сработали в тренировочном зале. Свет был выключен во всех коридорах и помещениях, но со второго этажа галереи был виден тусклый проблеск лучей. Подкравшись к источнику звука, Хосок заметил тёмную фигуру в форме. Страж выбрал лучшую позицию для прыжка сверху, перекинув ногу через стеклянные перила, оттолкнулся от ограждения и прыгнул прямо на незнакомца. Повалив мужчину на пол, страж использовал приём захвата и перевернул незваного гостя. Оседлав сверху мужчину, страж блокировал удар ножом, и выбил ударами об пол оружие из рук. — Какого хрена, — ругнулся парень. — Что ты здесь делаешь? — нахмурил брови страж, глядя на рыжего парня под собой. — Я… я… — растерялся парень, зажатый стражем, — всего лишь пришел потренироваться, — скорчился от болевого приёма Чжухон. Страж еще немного рассматривал лицо парня и все-таки ослабил хватку. Ли попытался встать, но тут же был пригвожден к полу суровым взглядом куратора. — Я не разрешал тебе вставать, — смерил парня суровым взглядом страж. — Как ты пробрался сюда? — Эм, ну я просто отключил систему слежения и проник в здание, — не сильно уверенно сказал рекрут, глупо улыбаясь. — Ты знаешь, что когда человек врет, его пульс учащается? — Хосок присел на корточки рядом с парнем, наблюдая за его реакцией. На его удивление, парнишка был растерян, но в глазах совсем не было страха. — Как ты попал сюда? Теперь правду! — глаза парня бегали, разум лихорадочно пытался что-то придумать, но Хосок словно гипнотизировал его. — Я просто спрятался, — разочарованно ответил Чжухон, опуская голову. — Спрятался? — приподнял бровь страж. — Да, за матами, у меня «отлично» по маскировке, ментор даже не заметил меня, — Хосок хмыкнул, он не знал, что именно его удивило: то ли глупая идеи, которая сработала так легко; то ли разочарование парня от того, что ему пришлось рассказать об этой глупости. Хосок внешне никак не отреагировал на правду, но в душе его очень повеселила реакция Чжухона. — И как давно ты тут ошиваешься? — страж протянул руку, наконец давая разрешение встать. — Эм, — рыжеволосый парень почесал затылок, — с тренировки с Чон Чонгуком. — И тебя ни разу не застукали? — Я проследил за всеми наставниками, составил список, кто и когда покидает Академию, изучил систему безопасности, развод патрулей, ну и вот, — беззаботно рассказывал курсант, не понимая, сколько правил он нарушил. — Ты и за мной следил? — страж приподнял одну бровь. — Не совсем. За вами очень тяжело следить, честно говоря, — посмеялся Ли, переминаясь с ноги на ногу. — Ну что ж, как твой наставник могу похвалить за находчивость, а вот как главный страж я должен наказать тебя за своеволие, неподчинение и нарушение с десяток правил, начиная с того, что ты покинул расположение казармы. — Наказать? — искренне удивился Чжухон. — Да за что? — За что? — Хосок начал непроизвольно улыбаться, его и вправду веселил этот парень. Он был искренним и таким беззаботным. — Ты нарушил распорядок дня, пренебрег правилами безопасности, пробрался на территорию после отбоя. Мне продолжить? — Это да, но это же в образовательных целях, — начал оправдываться Ли. — В образовательных? Ну, хорошо, посмотрим, чему ты тут научился. Предлагаю спарринг, если ты хоть раз выиграешь или коснешься меня лезвием ножа, то так уж и быть, я сделаю вид, что тебя тут не было, — Хосок расплылся в хитрой улыбке, которая явно не сулила ничего хорошего. — Почему я чую тут подвох? — спросил Чжухон с опаской, доставая короткий нож. — Все честно, — страж спрятал руки за спину, давая понять, что не намерен даже напрягаться. — Серьезно, Вы даже оружие не возьмёте? — обиженно ответил рыжеволосый парень. — Я что, настолько плох? — Просто я настолько хорош, — улыбнулся Хосок. Чжухон сделал пару пробных выпадов, но страж легко от них увернулся. Лицо парня озарилось улыбкой, в нем разгорелось пламя азарта. Выпад, удар, второй, мимо. Хосок танцевал с ним танец, а Чжухон не знал шагов. Удары сыпались один за другим, но не один не мог достичь цели. — Мда, похоже, кто-то будет выпорот завтра, — проговорил со скучающим видом наставник, чем только разозлил парня. — Ну, если только Вы лично будете меня пороть, — неожиданно для стража стал дерзить юнец. Воспользовавшись секундным замешательством, курсант сделал очень удачный выпад, и Хосоку пришлось расцепить руки за спиной, чтобы перехватить приближающуюся руку парня и повалить его на маты. — Ты действуешь слишком импульсивно, в твоих атаках нет продуманности, — страж ходил вокруг юноши, который смотрел на него с раздражением из-под нахмуренных бровей. — Ваша реакция слишком быстрая для человека, — сказал Чжухон, поднимаясь с мата. — Я не использовал вампирскую скорость, — и Хосок вновь перехватил занесенную руку с ножом где-то в районе груди. — Пока что, — выдыхая шёпотом слишком близко с лицом кадета, заставил его немного смутиться. — Каково это, быть вампиром? — спросил человек, пытаясь отвлечь разговорами старшего, чтобы продумать свои дальнейшие действия. — Я говорил уже, что могу слышать, как бьётся твое сердце, — ответил Хосок, когда при очередной атаке парень полетел на пол, а страж прижал его коленом к полу, оставляя руку покоится на мокрой от пота майке. — Я могу предугадать любое твое движение на первой же секунде, — констатировал страж, после неудачной серии ударов, ни один из которых не дошёл до вампира, а курсант кубарем полетел на маты. Хосок блокировал юнца, выворачивая его руку, и оказался позади него. Страж крепко удерживал в захвате новобранца, прижимаясь грудью к его спине. Левая рука младшего была заблокирована за спиной, правая рука с ножом направлена на его же шею. Острое лезвие касалось тонкой кожи чуть ниже кадыка. — И даже знаете, о чем я думаю?— спросил курсант, понимая всю пикантность ситуации. — Да, — непозволительно низким голосом проговорил Хосок на ухо новобранцу, чьё сердце готово было выпрыгнуть из груди, потому что его наставник находился так близко. Вампир чувствовал учащенный пульс, рваное дыхание жертвы и стук сердца о ребра. Он видел, как тяжело вздымается чужая грудная клетка. Чжухон медленно и осторожно откинул голову назад, касаясь взмокшим затылком чужого плеча. Он действовал медленно, чтобы приставленное к шее лезвие не поранило его. — И как, нравится? — прошептал парень, приоткрывая пухлые губы. Хосок охренел с такого поведения этого юнца, который мало того, что не боится его, так еще и таким наглым образом провоцирует, делая недвусмысленные намёки. Чжухон, воспользовавшись растерянностью наставника, нарочно подался вперед, позволяя лезвию оставить след на шее. Резкий удар затылком в нос дезориентировал стража на долю секунды, которой хватило Чжухону, чтобы повалить Чона на маты и приставить нож к горлу, седлая его верхом. — Вот вы и попались, наставник! — с вызовом воскликнул кадет. Его глаза горели огнём, самодовольная улыбка расползлась на молодом, невинном лице. — Неплохо, ты услышал мои замечания и продумал отвлекающий маневр, чтобы нанести удар, — спокойным голосом прокомментировал Хосок, даже не пытаясь снять с себя так неподобающе расположившегося парня, который так и сидел на нем верхом, прижимая ладонью к полу. — Только вот ты не заметил, где находится моя рука. Чжухон перевел взгляд вниз по напряжённой шее, к которой он приставил кинжал, дальше по груди, которая виднелась из-под сексуально расстегнутой рубашки. Скользнул по выдающемуся даже через ткань прессу, облизал взглядом руки с сеткой выступающих вен. Одна из которых лежала на его бедре, обжигая интимным прикосновением, а другая сжимала нож, приставленный к ребрам. — Блять, — сорвалось обреченно с губ. Чжухон тяжело вздохнул, признавая поражение. Парень убрал руку от чужого горла и запрокинул голову назад от усталости. Страж довольно ухмыльнулся, ведь парень был близко, очень близко. Он и сейчас все еще сидел на его паху. «А он хорош»  — отметил про себя страж. Сильные бедра по обе стороны от стража заставляли слюну во рту наставника выделяться активнее. Мокрая от пота майка липла к подтянутому торсу слишком горячо. Хосок совершил ошибку, подняв взгляд выше — по шее стекала кровь из небольшого пореза. Всегда спокойный, держащий себя в узде рядом с людьми Хосок не понимал, что с ним происходит сейчас. Чжухон заметил глаза наставника, зрачок которого то расширялся, то сужался, пугая до жути. — Вы в порядке? — робко спросил парень, но побоялся и пошевелиться. Сильная рука схватила его за шею, перекрывая доступ к кислороду. Хосок поднялся с пола, приближаясь к шее Чжухона. В страже шла борьба разума над животным желанием попробовать горячую человеческую кровь. Пальцы на шее сжались сильнее, страж облизал языком кончики появившихся клыков, наблюдая за скатывающимися по шее красными каплями. Он приблизился ближе к вздутой вене на шее, тяжело вдыхая запах пульсирующей по артерии крови, но разум все же одержал верх. Хосок прикрыл глаза и ослабил хватку, пытаясь прийти в себя. — Прости, тебе не стоит бояться, — сказал страж, открыв глаза и ожидая увидеть перепуганный взгляд напротив, но не находит его. — Попробуй ее, — неожиданно для обоих произнес Чжухон, и у Хосока сорвало петли к чертям, а разум помахал ручкой. В следующую секунду страж прижал молодое тело к себе, слизывая языком скатывающиеся капли крови в вперемешку с потом. — Аххх, — сорвался еле слышный стон с алых губ, когда чужие губы коснулись шеи. Такое запретное и опасное чувство волнами разлилось по дрожащему телу. Оно манило и интриговало, совершенно выбивая из головы мысли об опасности. Чувство самосохранения куда-то улетучилось, позволяя похоти занять его место. Руки оттянули жесткие пряди черных волос, заставляя стража оторваться от шеи. Чжухон требовательно впился в губы наставника, утягивая в страстный поцелуй, и Хосок ответил. Руки стража уже давно блуждали по разгоряченному телу, язык переплетался с чужим, оставляя вкус собственной крови на губах. — Еще, прошу, — скулил мальчишка, когда поцелуй разорвался. Открыв глаза, он увидел ясный взгляд наставника. — Никогда не смей предлагать себя вампиру, — сказал с нотками холодной ярости пришедший в себя страж. — Пошел прочь! — и Чжухон ушел, оставляя наставника одного посреди зала. — Какой же я мудак! — разозлился Хосок, откидываясь на маты.

***

Весь путь до Сандж Хосок корил себя за слабость. Как он только мог быть таким беспечным? Как мог он соблазниться на человеческую плоть? Этот юнец волновал его. Страж с трудом смог оторваться от жара этих манящих губ, совсем не скромные прикосновения завели его с пол-оборота. — Это все кровь, я просто голоден, — пытался убедить себя Чон. Он любит Юнги, да у них сейчас не все так гладко, но они это переживут. Страж надел на себя маску, завязывая ленты на затылке. — Это лишь минутная слабость, — твердил он раз за разом, пересекая большой холл старинного поместья. Он не позволит животному желанию разрушить все, что у него есть сейчас. «Юнги для меня все», — думал Хосок, взбегая по лестнице, ведущей к бальному залу. Глаза метались из угла в угол, пытаясь уловить блеск любимых глаз под десятками цветных масок. Взгляд прыгал с лица на лицо в поисках Юнги. Вот он! Эти глаза и улыбку он н за что не перепутает. Как же он божественно красив. Черный костюм еще больше стройнил и без того статную, но хрупкую фигуру. Пряди светлых волос спадали на маску, закрывающую бледное лицо. Его глаза горели, как и раньше. Хосок и представить не мог, что любимые глаза не будут искриться радостью, глядя на него. У Хосока перехватило дыхание, он вновь забыл как дышать. Стыд и отвращение за свой поступок обрушились на него холодным ливнем. Юнги улыбался, так беззаботно смеялся… смеялся, глядя в глаза другому! Юнги танцевал с Ким Намджуном. Ярость и ревность пожаром расползались по телу стража. Хосок сорвал с себя маску, окидывая последний раз взглядом любимого, на талии которого лежала рука предателя. И ушел, так и не переступив порог.

***

Настоящее время. Раньше Чимин и подумать не мог, что страх может парализовать. Леденящее душу чувство расползалось по телу, заставляя замереть от ужаса. Ты не можешь контролировать свое тело и мысли, даже дышать становится невыносимо тяжело. Прошло столько лет с тех событий в Восточном ковене, а призраки прошлого все так же обнимали его со спины и шептали на ухо. И почему он вообще смог поверить в себя, поверить, что у него получится выйти из той комнаты и больше не возвращаться в ту ночь. Он, правда, думал, что сможет дышать свободно, без оглядки на прошлое? Как глупо было надеяться, что он сможет контролировать свою жизнь, сможет что-то изменить. Сам. Чимин сидел на кровати у Юнги в комнате, обхватив руками колени. Голоса находящихся в комнате эхом отражались от стен, возвращаясь обратно к говорящим. — Я проверил все камеры наблюдения, просмотрел каждого входящего в зал, — сообщил Хосок спокойным, будничным тоном, не глядя в глаза Юнги. — Никого подходящего под описание нет. — Ты точно уверен? — переспросил Мин с нотками злости в голосе. — Я просмотрел записи несколько раз, я точно уверен. — Если мыслить рационально, — нарушил звенящую тишину Чонгук, прислонившийся к стене, — гости были слишком заняты напитками и танцами, чтобы заметить что-либо, кроме задницы своего партнера. Или этот вампир проник в Сандж, зная расположение камер и не попадая ни под одну из них. Или… — Или его просто не было, — закончил фразу Хосок. Все присутствующие перевели взгляд на Чимина, который был будто в трансе и вряд ли вообще их слышал. — Или это кто-то из жителей Сандж, — с укоризной посмотрел на друга Чонгук. Он давно понял, что Хосок не питает симпатии к юному господину. — Да бросьте, я потратил всю ночь, просматривая кадр за кадром видео с камер наблюдения. — Нет там ничего, — фыркнул страж, — мы ищем несуществующее, — Юнги тяжело вздохнул, смотря на состояние брата. Он, как никто другой, знал, что у Чимина проблемы, большие проблемы. После падения ковена брата долгое время мучила мания преследования, он нигде не чувствовал себя в безопасности и зачастую терял контроль над собой. — Чимини, — ласково позвал его брат, присев на край кровати, — ты меня слышишь? Чимин лишь посмотрел на него пустым взглядом. — Сколько ты выпил вчера? — мягким тоном спросил Юнги. — Я выпил лишь один бокал в самом начале, — бесцветно ответил Чимин. — Чимини, ты мало спал при подготовке к празднику. Может, тебе показалось, что кто-то был на балу? — Юнги говорил таким заботливым голосом, утешительно гладя брата по руке. — Показалось? Я не сумасшедший, Юнги! — ожил Чимин. Как мог он вообще такое говорить? — Нет, конечно. Никто не считает тебя сумасшедшим. Усталость, отсутствие сна, приправленные алкоголем. Может, ты не так понял намерение того, кто хотел с тобой потанцевать? — Мин говорил очень аккуратно, зная, что у брата бывают проблемы с контролем. — Может, тебе показалось… — Показалось? Серьезно? — Чимин скинул руку брата, которая гладила его. Молодой господин трясущимися руками расстегнул пуговицы на манжетах. — Это мне тоже показалось? — закричал Чимин, оголяя руку по локоть, где виднелись красные следы от пальцев. — О Боже, Чимин, — Юнги потерял дар речи, он попытался было дотронуться до Чимина, но тот ударил его по руке. — Ты думал, что я сумасшедший! — крикнул Чимин, покидая комнату. — Чимин, стой! — кинулся следом Юнги. — Не надо, дайте ему время, — остановил его Хосок. Юнги посмотрел на него холодным, возмущенным взглядом. Мин перевел взгляд на руку, которая лежала на его плече. Он сделал это на глазах у Чонгука. Поняв свою ошибку, Хосок резко одернул руку. — Я сам решу, что делать с братом. Пошел вон! — яростно бросил Юнги. Хосок покорно поклонился и удалился из комнаты. Мин с тяжелым вздохом сел на стул за рабочим столом. — Скажи мне, страж, — обратился Мин к Чонгуку, который так и стоял у стены. — Почему все идет через жопу? — У судьбы паршивое чувство юмора, — слегка ухмыльнулся Чон. — Ты был правой рукой моего отца, скажи, что у него тоже бывали такие дни, — с горькой усмешкой в голосе попросил Юнги, откидываясь в кресле. — Когда у Вашего отца бывали плохие дни, горели деревни и пожарище было видно за много километров. Вы гораздо мудрее и сдержаннее Вашего отца, Господин. — Спасибо, Чонгук. Ты можешь идти, — Юнги повернулся в кресле к окну, вглядываясь в звёздное небо. — Пригляди за ним. — За кем именно? — спросил страж у самой двери. — За обоими.

***