Круги на воде

Чимин

Долг. Это слово всегда звучало в его семье. Кажется, что когда Юнги родился, его первым словом был долг. Чимина воспитывали наследником и будущим правителем Восточного ковена. Все эти рассказы за ужином и во время долгих прогулок о том, что подданные и благополучие ковена превыше всего, он выучил наизусть. Он знал, что Юнги многим пожертвовал во имя долга. Пак понимал, что брат и отец готовы были расстаться с жизнью ради ковена. Чимин и правда знал, что такое долг, но он никогда не чувствовал. До сегодняшнего дня. И вот, вместо того чтобы покинуть Сандж вместе со всеми подданными, он остался в замке, в который через минуту ворвутся вооружённые люди с непонятными намерениями. А он что? А он остался, чтобы дать время своим людям безопасно уйти. От страха и волнения казалось, что сердце стучит невероятно громко и все вокруг отчетливо слышат его стук. Чимин и отряд стражей расположились у входа в главный холл. Они заняли оборонительные позиции напротив двери, готовые к любому исходу. План состоял в том, чтобы поговорить и все объяснить, но на случай атаки были заготовлены дымовые шашки для отхода. Чонгук велел ему никому не доверять. Ожидание было мучительно долгим, секунды плыли одна за другой, взгляд изучил входную дверь вдоль и поперёк, но, несмотря на ожидание, незнакомцы все равно ворвались неожиданно. Отряд вооружённых вампиров выбил дверь тараном и столкнулся с сопротивлением. Прицелы были направлены друг на друга, но никто не решался сделать первый выстрел. — На каком основании вы ворвались в Сандж с оружием? — раздался, наконец, на удивление уверенный голос Чимина. — Вы удерживаете нашего правителя, — произнес мужчина в маске с автоматом в руках. — Ким Намджун покинул территорию Сандж около часа назад, — ответил Чимин, считая глазами вампиров в холле. — Мой брат не доехал до Северного ковена, — на каждого стража Сандж приходилось, как минимум, по три вооружённых вампира. Дело дрянь. — Ваш брат? — удивился Чимин. — Вы Ким Сокджин? — произнося эти слова, Чимин немного выдохнул. Это не мятежники. Вампир поднялся с колен, снимая с себя маску. — Где мой брат? — мужчина был высокого роста, с широким плечами и идеальными чертами лица. Настолько идеальными, что даже отталкивали. — Я же сказал, он покинул Сандж около часа назад, — Чимин тоже поднялся с колен и опустил пистолет, не убирая палец с курка. — И куда же он направился, если не в свой ковен? — Сокджин говорил надменно и с нескрываемым сарказмом. — Он отправился на место взрыва, — что-то в этом человеке отталкивало настолько, что коленки подкашивались и хотелось бежать прочь. — С чего вдруг моему брату рисковать жизнью? — Джин не выходил из оцепления своих людей, но его глаза бегали по помещению, оценивая ситуацию. — Это лучше спросить у него, — Пак старался говорить ровно, скрывая тревогу внутри. Он все ещё был на мушке у десятка вампиров. — Почему я должен вам верить? Может, вы удерживаете его у себя, — напряжение в комнате росло каждое мгновение. Оно так четко парило в воздухе, что еще немного — и можно было пощупать рукой. — Думаю, нам стоит осмотреть замок. — Мы оба понимаем, что этого не будет, — Чимин изменил тон голоса на более серьёзный. — Я даю Вам мое слово, Ваш брат покинул Сандж по собственному желанию, — сердце уходило в пятки, пропуская удары. — Слово? — иронично воскликнул Джин. — Ваше слово ничего для меня не значит. — Мы можем перестрелять друг друга или же вы сложите оружие и дождетесь возвращения вашего брата. Страх и паника, наверное, повредили здравость его мышления, или какого черта Чимин только что пригласил Кима на чай? Ситуация и правда была паршивая. Чимин не знал, как поступить и что, вообще, можно сделать. Ведь, по сути, Сокджин был прав, кто он такой и почему его слово должно что-то значить. — Интересное предложение, — Сокджин расхаживал по комнате, словно находясь у себя дома. Руки были сложены за спиной, что придавало его виду грозности. Если бы Чимин сейчас стал рядом с ним, то был ему где-то по подбородок. — Пожалуй, мне стоит согласиться, — сказал Джин обдумав, — на первый вариант. Все произошло стремительно. Пак даже не успел заметить, кто начал стрелять первым. Кто-то из стражей повалил его на пол, прикрывая голову. Из-за спины тут же полетели дымовые шашки и дышать стало тяжело. Кое-как отползая за двери, Чимин заставил себя подняться по стенке и ударить по сенсорной панели, чтобы заблокировать двери. Блондин упал на колени, пытаясь откашляться от едкого дыма, который он успел вдохнуть. Грудь сдавливало от нехватки воздуха, глаза слезились, было сложно понимать, что происходит вокруг. — Мой Господин, скорее, — страж помог ему подняться с колен, подхватывая за талию, — это задержит их, но не надолго, нужно идти. «Прости, Юнги» — мысль пронеслась в голове Чимина, когда он в последний раз взглянул на заблокированную дверь. Они устремились к месту эвакуации. С годами Сандж превратился в настоящую крепость с множеством коридоров и уровней. Если вы не прожили в замке достаточное количество времени, то передвижение по замку станет для вас настоящим испытанием. После нападения на Восточный ковен система безопасности была усовершенствована. Когда враг прорвется через заблокированные двери, он не сразу поймет, где идет эвакуация. Сейчас Чимин вместе с выжившими стражами направлялись на подземную парковку, из которой вели туннели. — Наконец-то, — Бомгю подлетел к прибывшим на парковку вампирам. — Мы слышали сирену, — с тревогой сказал он. — Переговоры не удались, — все еще откашливался Чимин. — Господин, все готовы к эвакуации, грузим последнюю машину, — Пак оглядел парковку, на которой располагались военные машины для транспортировки вампиров. — Мы поедем колонной, во главе две машины со стражами, — он указал на самые дальние бронированные авто с оружием. — За ними старейшины. Ух, и было не просто туда загрузить! — слегка усмехнулся страж. — Потом знать и прислуга. — Ты молодец, — Чимин похлопал стража одобрительно по плечу. — Только вот есть одно но, — Чимин сделал пару шагов вперед в сторону тоннелей. — О чем Вы, Мой Господин? — Тоннели выведут нас за несколько километров от Сандж, но что, если они знают конечный пункт? — обеспокоенно спросил Чимин, ёжась от холода на подземной парковке. — Вы думаете, что, проникнув в нашу систему, они могли… — тут сказанное начало доходить до всех стражей, что стояли рядом. — Тогда куда же нам ехать? — спросил высокий вампир с красными волосами. По озадаченным и слегка напуганным лицам вокруг Пак понял, что здравых идей ни у кого нет. — Эвакуируйте всех в Восточный ковен, — заявил Чимин, повернувшись лицом к стражам. — В Восточный ковен? — изумление и легкий шок читались на лицах присутствующих. — Да, не пятизвездочный отель, но там нас точно не будут искать, — Чимин качал головой, как бы убеждая себя в правильности сказанного. — Ковен полуразрушен, но там есть провизия и оружие. Замок находится под охраной, это идеальное место в данный момент. — Погружаем последних и выдвигаемся! — скомандовал вампир, соглашаясь с идеей Господина. — И еще одно, — окликнул стража Чимин, — заминируйте тоннель. — Но как же… — казалось, после слов Чимина у вампиров в прямом смысле опустились руки. Большинство из них прожило в Сандж не одну сотню лет. А сейчас Чимин так просто предлагал взорвать тоннели. — Я понимаю, что Сандж для вас дом, как и для меня. Это не просто стены, это воспоминания, это жизнь. Сандж — это мы с вами. Поверьте, я понимаю это, как никто другой, но я прошу вас доверить мне вашу жизнь, — слова произнесенные Чимином расходились в воздухе паром изо рта. — Мой долг — защитить вас, а ваш долг — уехать и выжить. — он чувствовал их смятение, страх и переживания. Чувствовал, как будто проживал это вновь. — По машинам, три минуты до отправления, — скомандовал Бомгю, выводя вампиров из транса. Чимин попятился назад, наблюдая за тем, как размещают взрывчатку. Ему нужна была минутка. Зайдя за машину, чтобы избежать лишних взглядов, он наконец позволил себе выдохнуть. Тело парализовал страх, он знал это удушающее чувство. Согнувшись пополам и опираясь руками о колени, он начал судорожно хватать ртом холодный спертый воздух. Он вернется домой. Он не был там с той самой кровавой ночи. Паническая атака после всего случившегося сегодня была неизбежна, но он стоически храбрился и боролся со своими страхами, как и учил его Чонгук. — Господин, — послышался голос Бомгю. — Я не… могу дышать, — несвязно пробормотал Чимин. — Вы все сделали правильно, — Бомгю опустился на корточки, чтобы иметь возможность смотреть Чимину в глаза. — Сейчас мы уедем и будем в безопасности, Вы будете в безопасности, просто дышите глубже, — Бомгю начал делать вдох и выдох, показывая на себе, чтобы Чимин повторял. — И еще раз: вдох и выдох. — Почему ты так спокоен, ты же тоже там был? — спросил Чимин, когда его дыхание немного нормализовалось. — Я в ужасе, — признался вампир, — мои руки трясутся от осознания того, что мы опять прошли через это, а теперь должны вернуться в Восточный ковен. — А ты хорошо скрываешь, тебе бы в актеры, — пошутил Чимин. Они начали смеяться. Это был истерический, даже немного пугающий смех. Но им обоим стало легче. — Да уж, — Бомгю поднялся на ноги и протянул руку Чимину. — Никто не остался прежним после той ночи. Ни Вы, ни я, ни Тэхен, но мы еще живы и должны бороться до конца, — Пак вложил руку в руку стража, чтобы подняться. — Все готово, — страж, который закладывал взрывчатку, протянул детонатор, — нужно будет нажать, когда машины отъедут на сто метров, чтобы не зацепило волной. Взяв в руку детонатор, юный Господин почувствовал всю тяжесть. — Что будет с замком? — он с надеждой посмотрел на вампира. — Не могу точно сказать, слишком мало времени, чтобы рассчитать силу взрыва. — Выдвигаемся! — Пак кивнул головой. Он стоял на парковке и смотрел, как одна за другой машины скрываются в туннеле. Но глубокое назойливое чувство тревоги не покидало его. — Пора, Мой Господин, — мягко сказал Бомгю, указывая на машину. — Я что-то забыл, мне не спокойно, — Чимин смотрел на проход, ведущий обратно в Сандж. — Мы осмотрели каждый этаж, каждую комнату и кладовую, там больше никого нет, — убеждал его Бомгю. — Прошу Вас, садитесь в машину, мы осмотрели все. — Да, ты прав, это, наверное, просто паника, — Чимин подошел к машине, последний раз кинув взгляд на Сандж. Он тоже стал для него родным, это был его дом. Они с Тэхеном смогли не только выжить тут, но и полюбить эти стены и ступеньки… Стоп. — Тэхен! — Господин Чимин, нет, — глаза стража округлились от ужаса. Он понял, что единственное место, которое они не осматривали, это темница. — Садитесь в машину, немедленно. — Нет, я не могу. Я не оставлю его здесь умирать, только не опять, он этого не заслужил, — Чимин выпрыгнул из салона и захлопнул дверь машины, в которой сидел Бомгю, выломав ручку, чтобы он не смог выйти. Бомгю прочитал все в чужих глазах, как и сотню лет назад, он читал это же в глазах его отца. Чимин сказал ему не винить себя, сказал, что Бомгю должен выполнить свой долг и защитить этих вампиров, а Чимин должен выполнить свой. Похлопав по двери, Пак дал знак, что можно отправляться. Он не слышал, что именно кричал ему Бомгю, стуча руками по пуленепробиваемому стеклу. Пак Чимин наблюдал, как огоньки фар удалялись в темноте тоннеля. Оставшись в одиночестве на парковке, ему стало еще холоднее, чем было до этого. Холод прошиб его до костей. Подождав еще немного, он нажал на кнопку детонатора, заваливая камнями свою надежду на спасение и давая ее тем, кто оказался по ту сторону завала. Да, теперь он точно знал, что такое долг.

Сокджин

Сокджин вальяжно вошёл в тронный зал, окинув его оценивающим взглядом. На лице появилась гримаса недовольства. Медленной поступью он направился к трону, который стоял в центре невысокого помоста. — Мда, ну и вкус у Мин Юнги, — цокнул Джин, заваливаясь на трон. Вампир расстегнул замок на куртке, поставил рядом с троном свой меч и закинул ноги на подлокотники, усаживаясь удобнее. — Господин, — в тронный зал вошел запыхавшийся вампир, низко кланяясь, — мы осмотрели замок, он пуст. — Что значит пуст? — нахмурил брови Джин. — Во всем замке мы не нашли ни единой души, кроме одного вампира, — виноватым голосом, опустив смиренный взгляд, докладывал вампир. — Накладочка вышла, — недовольно буркнул Джин, жадно откусывая от яблока, — веди. Сокджин наблюдал за тем, как юношу волочат за шкирку по полу. Несмотря на то что парень с виду был мелкий и щуплый, но брыкался он яростно. Страж доволок юношу через весь зал и бросил, как пса, к ногам Сокджина. — Какая неожиданная встреча, — иронично сказал Джин, немного чавкая. — Как ты и хотел, теперь мы можем поговорить. — Пошел ты, — огрызнулся Чимин, поднимаясь на руках с пола. Джин довольно улыбнулся, вытирая тыльной стороной руки рот. Встав с трона, вампир выкинул недоеденное яблоко в сторону и подошёл ближе к Чимину, опускаясь на корточки. — Я не расслышал, что ты сказал, — Джин грубо схватил длинными пальцами Чимина за подбородок, заставляя посмотреть на себя. — Пошел ты, — сквозь стиснутые зубы процедил Чимин, хватаясь пальцами за руку Джина, чтобы ослабить хват. — А ты изменился, — хищно улыбнулся Джин. — Хотя лицо осталось таким же красивым, — Джин вглядывался в полные ненависти глаза. — Почему у него разбита губа? — Джин рассматривал лицо Чимина, как будто купил вазу в магазине и заметил на ней трещинку. — Простите, Господин, он оказывал сопротивление, даже вырубил одного из наших, — попытался оправдаться вампир, но в следующий момент ему в голову прилетела пуля. Он упал замертво на пол, кровь растекалась по декоративной плитке, затрагивая огрызок яблока. Чимин замер от шока. Ким только что так хладнокровно убил одного из своих, даже бровью не повёл. — Прости за его манеры — новобранец, — Джин отпустил подбородок Чимина, чтобы тому было удобнее говорить. — На чем мы остановились? — Сокджин перевел взгляд обратно на лицо Чимина. — Будь хорошим мальчиком, расскажи мне, где они? — Уехали, — ответил Чимин, все еще сидя на полу и потирая горящее от грубого прикосновения лицо. Джин начинал откровенно злиться, это было видно по тому, как он стискивал зубы. — Куда уехали? — стараясь сдержать злость, спросил Джин. — На вечерний променад, — улыбнулся Чимин, глядя в взбешенное лицо напротив. — Ах ты ж мелкий ублюдок, — Джин ударил Чимина наотмашь рукой по лицу. От удара Пак вновь упал на пол, в глазах немного потемнело и стало трудно ориентироваться. — Что ты делал в подвале? — Ким начинал выходить из себя, хрустя костяшками пальцев. У него чесались руки размозжить башку наглеца об пол.

Flashback

Сирена раздавалась в каждом уголке замка, свет мерцал, затрудняя видимость. Путь до темниц еще осложняли блокирующиеся двери, которые приходилось вручную открывать, набирая код безопасности. Черт, он сам продумал эту систему, но он никак не мог подумать, что ему придется возвращаться обратно. — Тэхен! — кричал Чимин, чтобы не терять время на поиски. — Техен, где ты? — Чимин отчаянно метался от камеры к камере. — Господин Чимин, — прошептал Тэхен не веря, сидя на полу камеры. Нет, ему точно не показалось, когда он услышал свое имя еще раз. — Техен, наконец-то, — Чимин подошёл к стеклянной двери камеры и набрал код на панели. Дверь открылась с характерным щелчком. — Я не понимаю, — Тэхен сидел, все еще прибывая в шоке. — Я пришел за тобой, — с улыбкой произнес Чимин. Он скучал по своему Тэхену. Злость и обида прошли со временем, пришло осознание, что у Тэхена была точно такая же травма, как и у Чимина, а в памяти всплывали только доброта и забота, которую дарил ему Тэхен все эти годы. — Но я ведь, — глаза Тэхена поблекли, в них не видно было прежнего блеска. От его солнечного мальчика не осталось и следа. Все это время Тэхен ожидал своего наказания, пребывая в камере наедине со своими мыслями и всепоглощающим чувством вины. — На Сандж напали, все эвакуированы, мы должны уходить, — Чимин потянул Тэхена за руку, поднимая с пола. — Вы пришли за мной? — неуверенно произнес Тэ. — Но почему? — Я простил тебя, ты не виноват, — Чимин положил тёплую ладонь на щеку Тэхену. — Мы пережили ту ночь, переживем и эту. — Мой Господин, я... — из глаз брызнули слезы, чувства нахлынули, как долгожданный дождь после долгой засухи. Тэхен впервые в жизни позволил себе прикоснуться к Господину без его разрешения. Юноша прижался к нему, чтобы почувствовать необходимое тепло и прощение. Чимин приобнял его рукой в ответ. — Не реви, нам пора идти, — они выбежали из камер, поднимаясь по крутым лестницам. — Туннель завален, везде враги, нам нужно выбраться отсюда. — Бельевой лифт! — осенило Тэхена. — Он сохранился еще с прошлого столетия. Во время ремонта его не демонтировали. — Гениально, куда он ведет? — огонек надежды загорелся в глазах блондина. — Думаю, на цокольный этаж для прислуги, — Тэхен указал направление, куда бежать. — С парковки мы можем попытаться уехать на машине, пока стража рассредоточена по замку. — Осторожно, сзади! Вооружённый вампир схватил Чимина сзади, пистолет выпал у него из рук, покатившись по полу. — Кто тут у нас? — произнес мерзкий голос. Чимин пытался вырваться, когда услышал голоса позади себя. Им, похоже, было не уйти. Вдвоем точно. Но вот одному из них… В следующий момент Пак ударил ногой в грудь Тэхену, отчего вампир упал на спину. Вспомнив приёмы, которые он отрабатывал с Чонгуком, юному господину удалось освободиться от хватки. — Твою мать, мой нос! — верещал вампир после удара головой. Чимин лишь успел ударить по сенсорной панели на двери, чтобы та закрылась. — Господин, нет! — кричал Тэхен, инстинктивно откатываясь назад, чтобы его не прижало опускающейся дверью. «Выбрался» — с облегчением подумал Чимин. Травма, которую он получил после той ночи, не давала ему жить полной жизнью годами. Он знал, что он сломлен, но в тоже время Чимину искренне хотелось верить, что это не так. Ведь если у Тэхена или Бомгю все будет хорошо и они спасутся, есть шанс, что и у него все тоже будет хорошо. Маленький, почти невесомый, но шанс — на счастливую жизнь.

The end of Flashback

— Не твое дело, — утер рукой разбитую губу Пак, поднимаясь с пола. Джин хищно улыбнулся, ему явно нравилось происходящее. Он испытывал какое-то извращенное наслаждение. — Знаешь, я пришел сюда, чтобы убить твоего брата. И даже немного расстроился, что увидел тебя, — Джин присел к Чимину, чтобы наблюдать за тем, как тает надежда в чужих глазах. — Но я думаю, мы с тобой тоже повеселимся. — Ты проиграл, мои люди уехали, твой мятеж провалился. Ты можешь убить меня, это ни на что не повлияет, — Пак сел на колени, собирая остатки сил, как моральных, так и физических. Если честно, он не видел смысла вырываться, ему не сбежать. — Ошибаешься, — усмехнулся Джин, доставая из кармана еще одно яблоко. — Видишь ли, Чимин, чтобы быть хорошим правителем, нужно видеть картину в целом, — левой рукой Сокджин достал карманный ножик. — Но я не виню тебя, после той жуткой ночи говорят, что ты вообще кукухой поехал. — Заткнись, — огрызнулся Пак, — больной среди нас ты. — Не отрицаю! — Джин указал ножом на Чимина, как бы соглашаясь с его словами. — Но я помогу тебе увидеть картину целиком. Твой брат попал в засаду и скоро умрет. Мой глупый братец, которым все так всегда восхищались и хвалили, тоже умрет. Жаль, конечно, он мне нравился, но вот этот его долбаный героизм сыграл с ним злую шутку, ю ноу, — Ким срезал кожуру с яблока, бросая ее себе под ноги. — Ты думал, что, спасая своих людей, ты что-то изменишь? Нет. Видишь ли, мои люди направились в академию и где-то сейчас, — Ким посмотрел на наручные часы, — перерезают глотки вашим курсантам, которых вам доверили люди. А, ну и как я мог забыть, — рассмеялся Джин. — Тот вечно недовольный, озлобленный качок, кажется Хос… Хосок. Он лежит с размозженной черепушкой на резиновом мате. — Ты бредишь, — покачал головой Пак. Он не верил в это. Нет. Они не могут быть все мертвы. — Это вы все бредите вашей ссаной утопией, где вампиры и люди живут вместе, — Сокджин продолжал водить ножом по яблоку, кожура свисала, словно закрученная по спирали лента. — В прошлый раз вам удалось отсрочить неизбежное. Мой отец не успел до конца реализовать свой план, но я учел все его ошибки. — Ты безумен, зачем тебе это? — крикнул Пак уже не сдерживаясь. — Ради блага вампиров! — ответил Джин, как будто это было самой очевидной вещью на свете. — Какого к чертям блага? — Вампиры — венец эволюции. Мы самое разумное и сильное создание на Земле. И это мы должны стоять во главе, а люди должны пресмыкаться. Ты и тебе подобные верят, что мы можем жить бок о бок, заводить отношения и в прочую херню. Но даже ты в глубине души знаешь, что я прав. Зверь внутри тебя жаждет человеческой крови. Я видел тебя в клубе, видел, как ты упивался человеком, — Джин довольно улыбался, смотря в расширяющиеся от ужаса зрачки. — Что ты несешь! — Пак не хотел осознавать, что все те разы ему не показалось. За ним действительно следили. — Нет! Этого не может быть. — Наконец-то вспомнил. Яблочка? — Джин отрезал кусочек яблока и протянул его на кончике ножа Чимину. Блондин сидел на полу, схватившись за голову и мотал ей из стороны в сторону. Вот почему голос Кима казался знакомым, вот почему все нутро дрожало и умоляло бежать. Это не сон. Это был он. И он здесь. — Господин, — вбежал один из стражей, — мы нашли туннели, по которым все ушли, но они завалены камнями, путь отрезан. — Мразь! — Джин схватил Чимина за горло, поднимая в воздух. — Надо было прикончить тебя еще той ночью в Восточном ковене, — Чимин висел безвольной куклой, почти не пытаясь ничего сделать. — В этот раз я убью тебя, — рассмеялся Сокджин. Его смех эхом расходился по пустому тронному залу, отскакивая от стен. «Я выбрался. Я выбрался. Я же выбрался из той комнаты» — опять и опять кричало подсознание Чимина. Этого не может быть. Это все не правда. Это всего лишь сон. Он спит. Но почему тогда так тяжело дышать, шею обжигают прикосновения чужих холодных пальцев, а тело немеет и не слушается? Чимин не мог контролировать ничего вокруг, даже свои конечности. Глухой звук чего-то упавшего привлек внимание Кима. Это было тело стражника, свалившегося замертво. В дверях стоял Чонгук, в руке которого был пистолет. — Отпусти его, — раздался голос стража. — Мать моя женщина, — глаза Сокджина раскрылись от удивления, но он не был в шоке, нет. Это был детский, какой-то щенячий, извращенный восторг. — А вечер становится куда интереснее, — Джин перехватил рукой Чимина и прижал его к себе спиной. Его рука все также удерживала его за горло, но теперь Чонгук мог видеть стеклянные глаза Чимина. — Сам Чон-мать его-великий страж-Чонгук, — Ким заливался истерически-восторженным смехом. — Отпусти его, — повторил Чонгук, не реагируя на смех. — Кого? Его? — Джин сильнее сдавил горло Чимина. — Смотри, кто к нам пришел, — Ким тряс Чимина, заставляя посмотреть на стража, но тот не реагировал. — Кажется, он не с нами, но он тоже рад тебя видеть. Знаешь, я впечатлен. Как ты прошел мимо моей стражи? — Они все мертвы, — Чонгук держал Джина на мушке, но он не мог рисковать и стрелять, пока тот держал Чимина в своих руках. Это было слишком опасно. Нельзя было показать свою тревогу, малейшую слабость. Сокджин был психопатом, его действия невозможно было предсказать. — Йааа, я поражен! Я многое слышал о тебе, но что бы в одиночку убрать всех стражей... — Джин в восхищении покачал головой. — Хотя я вижу, для тебя это не прошло бесследно, — у Кима был острый взгляд, он сразу подметил порезы и кровоподтеки по телу стража. — Я бы даже поиграл с тобой, но у меня другие планы. Я уже пообещал Чимину, что позабавлюсь с ним, — Джин провел языком по щеке юноши, — а я человек слова. — Хм, я разочарован, — Чонгук понял, что дело дрянь и шансы выбраться тают на глазах. Чимин не реагировал и, казалось, даже не слышал. Его сознание отключилось. Этот ублюдок мог в любой момент вызвать охрану, и в зал сбежится сотня стражей. Единственный выход — играть на чувствах Джина. — Чем же? — Сокджину нравилось, что он держит Чонгука на крючке, как рыбку, которой не сорваться. Он опытный рыбак, и у него в руках главная наживка. — Я думал, что ты хочешь превзойти своего отца, а тут такое разочарование, — Чон был опытный стратег и продумывал все на несколько шагов вперед, как и Джин, он видел слабости людей и умело на них играл. — О чем ты? — крикнул Джин, было видно, что слова стража задели его. — Я уже превзошел его! Я осуществил его план, — Ким нервно сжимал нож в руках. — Да, но… — Чон покачал головой, немного ее опустив. — Но? Какое еще но! Нет никаких но! Я лучше, лучше моего отца! Я самый великий из семьи Ким! — откровенно выходил из себя Джин. — Твоему отцу почти все удалось, только он не умер, — на лице Чонгука появилась довольная ухмылка. — Ведь он решил сразиться со мной и проиграл, — Чонгук надеялся, что Джин переключится на него. — Так это был ты! Ты его убил. — Да, это я был тем человеком, который убил твоего отца. Это я остановил ваше жалкое восстание, — Чонгук начал медленно двигаться по комнате, описывая полукруг, чтобы вывести противника из выигрышного положения и заставляя пятиться назад. — Он не смог победить меня. Ты такой же слабак, как и он? — Я лучше моего отца! — вопил Джин, отпуская Чимина, который безвольным телом осел на пол. — Я лучше и моего брата, и отца! Я убью тебя, Чон Чонгук! — яростно закричал Ким. — Тогда докажи это на дуэли, — Чонгук откинул пистолет на пол, магазин давно был пуст. И достал длинный меч из-за спины. — Настоящие воины сражаются на мечах. — Я отрублю тебе башку и поставлю ее в комнате на тумбочку, где буду держать Пака, как зверушку, — Сокджин истерически засмеялся, направляясь к трону, где лежал его меч. — Это вряд ли, — их бой начался с характерного металлического звука при ударе стали друг о друга. Нужно отдать должное, Ким отменно владел мечом. Чонгук встречал много противников, но с первых же ударов он понял, что бой будет не легким. — Господин Чимин, — крикнул Чон, отражая очередную серию ударов. Страж не мог сосредоточиться на бое, он постоянно смотрел на поникшего, неподвижного юношу. В нем не было жизни, в глазах была пустота. Чимин не видел, что происходит вокруг, он слышал отзвуки боя и голос Чонгука будто через толстый слой воды. — Чимин! — кричал Чонгук, отбиваясь. — Это бесполезно, Чимин вспомнил наше маленькое совместное прошлое в Восточном ковене и решил предаться воспоминаниям, — рассмеялся Джин, нанося новые и новые удары. И тут Чонгук все понял. «В клубе был не я»— аукнулись слова Тэхена в день допроса. Это был Ким. Сокджин и есть ночной кошмар Чимина из прошлого. Всегда спокойный и уравновешенный Чонгук, отличавшийся своей рассудительностью и хладнокровностью, сейчас сгорал огнем ярости и ненависти. Он хотел убить Сокджина за всю ту боль, ужас и страдания, которые он принес Чимину. Слетев с тормозов, Чонгук заносил меч вновь и вновь. — Подонок, — прорычал Чон, когда они скрестили мечи. — Что это? Неужто у тебя чувства к нему? — Сокджин заметно оживился, увидев неравнодушие в глазах стража. — Тогда я не убью тебя, а лишь покалечу и заставлю смотреть, как он страдает, — ядовито выплюнул Джин. Ким превосходил Чона по силе, да и раны от сражений давали о себе знать. Каким бы он прекрасным воином ни был, охраны было слишком много, у Чонгука были сломаны рёбра и прострелено плечо. Кровь сочилась из множества порезов. Но он просто не мог проиграть! — Чимин, черт возьми, очнись! — Джин воспользовался ситуацией, когда страж отвлекся, и ударил его мечом в живот, оставляя глубокий порез. Чонгук не смог устоять на ногах и упал на одно колено, сгибаясь пополам. Острие меча ударилось о плитку на полу. — Это было слишком легко, — хмыкнул довольно Джин. Вампир занес меч над головой. — Чимин, молю тебя, очнись, — с натугой молил страж, прилагая все силы, чтобы сдержать удар противника. — Он больше не контролирует твою жизнь, — рана на животе сильно ослабила Чонгука, что дало Сокджину большое преимущество. Вампир выбил из ослабевших рук меч, который упал на пол, разнося эхо по всему тронному залу. — Чимин, пожалуйста, — почти шепотом, со сбившимся после боя и от слабости дыханием произнес страж. — Слабак, — Ким наколол на острие меча яблоко, которое лежало на полу, смачно откусывая. — Какая жалкая смерть для такого именитого война, — Джин прокрутил меч в своей руке и занес его, чтобы отрубить стражу голову. Удар. Боль. Тишина. Забавно, судьба сделала их бессмертными, но оставила им боль, чтобы они чувствовали себя живыми. Жестокая ирония, не правда ли? Ты умер, но чтобы помнить, что ты жив, ты должен чувствовать боль. Что чувствуют люди, когда умирают? В книгах пишут, что перед глазами проносится вся жизнь. Все проблемы мигом решаются, и ты уходишь из этого мира свободным. Но ведь они уже и так мертвы, им не должно быть страшно умирать. По факту, в момент смерти понимание времени искажается, скорость мышления становится запредельной, зрачки сужаются, а мозг пытается послать отчаянные сигналы телу. Сердце заходится в бешеной пляске, перекачивая кровь, боль утихает и наступает покой. И он обрел его. — Чимин, — слетело с потрескавшихся губ. Тело Сокджина упало на пол, из его позвоночника торчал нож, который Чонгук спрятал в ботинок Чимина перед уходом. Яблоко выпало у него из рук, покатившись по полу.