2
9 марта 2021 г., 16:28
Все экзамены сданы. Первый семестр закончился, и начинаются летние каникулы. Это любимое время каждого школьника и студента. И пока есть время отдохнуть от школы, назойливых учителей, поехать куда-нибудь поразвлечься. А Чонгук радуется каникулам только по одной причине – он сможет наконец-то высыпаться. А ещё с недавних пор в его жизни появился альфа, с которым он теперь сможет много времени проводить вместе.
И вот их совместное времяпрепровождение начинается прямо сейчас. Тэхён с порога хватает Чонгука за запястье и впечатывает в стену. Омега успевает только ойкнуть от неожиданности и лёгкой боли в лопатках.
Тэхён ногой захлопывает дверь, вжимая Чонгука в стену всем своим весом. Они не виделись почти два дня, изголодались по друг другу.
Поцелуи покрывают всю шею Гука, оставляя за собой красные следы, которые скоро расцветут яркими бутонами. О, Тэхён умеет оставлять на нём свои отметины. Благо Чонгук может скрыть их за воротами рубашек. А родители... они дома бывают раз в месяц.
— Как сдал экзамен? — в перерывах спрашивает Тэхён, оглаживая тонкую талию омеги.
— Хорошо. Не провалил, — Чонгук шумно выдыхает, чувствуя коленкой возбуждение альфы. Так быстро завёлся, а Чонгук только пришёл.
— Умничка, — томно шепчет в покрасневшее ушко и прикусывает хрящик. Омега хрипло стонет, покрываясь мурашками, потому что уши это его самые чувствительные места. Тэхён замечает реакцию омеги и самодовольно улыбается, подхватывая его на руки.
Они не виделись всего два дня, а уже так соскучились. Это было видно по чуть спешным движениям Тэхёна. Чонгук моргнуть не успел, как оказался полностью обнажённым на белоснежных простынях. Этот вид сводил с ума альфу и заставлял ещё больше хотеть своего омегу. Но Тэхён максимально сдерживал себя. Он не хочет по собственной глупости навредить Чонгуку. Нельзя забывать, что тот ещё ребёнок, пускай у него уже началась течка. И за это Тэхён временами себя корит. Чонгук лишился девственности именно с ним, и чтобы не быть полным мерзавцем он ещё тогда уточнил, была ли у омеги первая течка. Но полностью это не глушило совесть.
В моменты, когда Тэхёну срывает крышу, он не может остановиться, но полностью контролирует процесс. С Суджин такого ни разу не было, чтобы Тэхён так бережно заботился. С Чонгуком он узнаёт себя с каждым днём всё лучше и лучше. За двадцать шесть лет своей жизни Тэхён не знал, что может быть настолько ласковым, каким бывает с омежкой. Когда альфа с ним, то ему кажется, что он автоматически переключается на другой режим. Его миллионы убитых нервных клеток с Суджин стали восстанавливаться с Чонгуком. С ним он получает свою дозу никотина. И прямо сейчас осторожно проталкиваясь в его промежность, Тэхён получает удовольствие одновременно от узости омеги и от тихих стонов.
Тэхён не может налюбоваться таким Чонгуком. Его лицо искажается от неприятных ощущений, из-за чего альфа старается быть более нежным и аккуратным.
— Малыш, ты как? — прямо у самых губ говорит Тэхён, одной рукой оглаживая щёку парня, а другой придерживая его бедро.
— Всё в порядке. Не останавливайся, — Тэхён чмокает омегу в губы, в щёки, скулы, нос. Целует всё лицо без разбора, осторожно проталкиваясь дальше внутрь. Эмоции сменяются одна за другой. В какой-то момент Чонгук вскрикивает, хватаясь за подушки над своей головой. — Сделай так ещё раз, пожалуйста.
Тэхён понимает, нашёл.
Дальше всё становится мутным. Единственное, Тэхён не прекращает свои поцелуи. Спускается вниз по шее, целует грудь, прокусывает сосок, ловя тихий стон и чувствуя пальцы, путающиеся в его волосах. Его малыш такой чувствительный.
В какой-то момент они меняются местами, и теперь Чонгук седлает своего альфу. Тот оглаживает нежную кожу бёдер, пробираясь вверх и помогая двигаться. Когда Тэхён берёт член омеги и начинает двигать рукой почти в такт, Чонгуку окончательно сносит крышу. Он кончает, пачкая руку Тэхёна, живот Тэхёна и постель Тэхёна. Следом кончает сам Тэхён. Он же бережно приподнимает свалившуюся на него тушу, чтобы выйти, стягивает презерватив и, предварительно завязав, кидает куда-то на пол.
Чонгук лежит на нём, восстанавливая дыхание. Тэхён нежно проводит по выступающим позвонкам, давая прийти в себя. На взмокшем лбу прилипли пряди волос, а всё тело влажное и липкое.
— Чонгук-а, пойдём в душ, — альфа целует во взмокший висок, оглаживает кончиками пальцев бока и приподнимает голову омеги.
Чонгук мычит что-то нечленораздельное, и Тэхён прекрасно понимает, что тот устал после тяжёлого дня в школе, а тут вообще истратил всю энергию. За это тоже альфа чувствует себя виноватым. Поэтому он берёт Гука на руки, несёт в душ. Сам купает пошатывающееся тело, которое после секса становится слишком любвеобильным и даже сейчас прижимается к Тэхёну. После душа он укутывает омегу в большое махровое полотенце и обратно уносит в спальню. Велит подождать пять минут, и пока Чонгук через слипающиеся веки посматривает на всё ещё нагое тело альфы, тот сменяет постельное бельё.
Как только голова Чонгука касается подушки, он сразу же засыпает. Тэхён убирает мокрое полотенце, прикрыв нагое тело тонким одеялом. Целует омегу в щёчку, приоткрытые губки, не может насмотреться на своё чудо. Они знакомы всего лишь три месяца, а Тэхён уже до беспамятства влюблён в этого мальчишку. Его аромат апельсинов не только въелся в кожу, но и в стены этого дома.
Тэхён оставляет ещё несколько поцелуев на плечах, губах и шее, и, глубоко вздохнув прекрасный аромат, уходит работать.
Наверное, влюблённость вскружила ему голову, и Тэхён сейчас как никогда уязвим, но теперь он точно уверен, что нашёл своё счастье, которое даже не искал.
***
Когда Чонгук просыпается, за окном всё ещё темно. Он не знает сколько времени и хрен знает, где сейчас его телефон. Тэхёна тоже рядом не находится. Значит работает. Чонгук ни на минуту не сомневается. И он не против снова провалиться в сладкий сон, но решает притащить альфу тоже на кровать, чтобы спал с ним, а не работал всю ночь и на утро был восставшим зомби. И прямо так идёт на поиски, не обращая внимания на свой внешний вид. Что там Тэхён не видел? Его, кстати, он находит на кухне за столом, где разложены несколько стопок папок. Альфа за ноутбуком всегда с очками. Чонгук также замечает кружку кофе и не обращая внимания на вопросительный взгляд альфы садится тому на колени. — Что случилось? Почему не спишь? — несмотря на внезапный порыв, Тэхён поглаживает нежную кожу спины своими большими ладонями. — Который час? — Почти три часа ночи, — Чонгук что-то бубнит про здоровый сон, утыкаясь в шею альфы и крепко обхватывая его руками. — Пошли спать. Я не хочу без тебя, — омега капризничает; Тэхён это понимает, но не может отказать ни себе, ни Чонгуку в таком сладком удовольствии. — Хорошо, — оставив всё как есть, кроме ноутбука, Тэхён берёт почти засыпающего на его плече омегу и уходит в спальню. Даже во сне Чонгук прижимается к Тэхёну, закидывая на него все свои конечности. И Тэхён сегодня особенно сладко спит, запутав свои пальцы в мягких чёрных, как смоль, волосах.***
Какой бы хорошей жизнь с Тэхёном не была, Чонгуку приходится возвращаться домой. Но его приподнятое настроение сдувается сразу, как только он обнаруживает открытую дверь дома. В доме кто-то есть, и Чонгук по запаху медикаментов определяет кто. — Чонгук, это ты? — женщина выглядывает из кухни и укоризненно смотрит на сына. — Где ты был всю ночь? Почему на звонки не отвечал? — Телефон разрядился, — машет смартфоном перед старшей омегой и пытается уйти в свою комнату, но его останавливают за руку. — Где ты был всю ночь? — уже строже повторяет женщина. — У друга ночевал, — Чонгуку сейчас не хочется с ней ругаться, поэтому он врёт. Конечно же, родители не знают про то, что у их сына появился альфа. — У какого такого друга? Не припомню, чтобы ты когда-нибудь ходил к друзьям ночевать. — Мам, откуда тебе вообще знать, что я делаю и что я не делаю? Вы с папой живёте в больнице, а сюда возвращаетесь только для того, чтобы проверить, что я делаю, как я живу, не разрушил ли я дом. В таком случае установите видеокамеры, чтобы облегчить себе жизнь, и вам не придётся лишний раз сюда приезжать к сыну, — Чонгук не выдерживает и выпаливает всё то, что думает. А чего она тогда отчитывает его, если сама бывает дома раз в месяц? — Мы с отцом работаем, чтобы дать тебе лучшую жизнь, образование, чтобы ты ни в чём не нуждался, а вместо благодарности получаем вот это, — мама смотрит тяжёлым взглядом. Она умеет давить, но на Чонгуке это перестало работать ещё несколько лет назад. — Лучшая жизнь в одиночку без родителей? — усмехается Чонгук. — Мне не нужна была ничья лучшая жизнь, мне нужны были мои родители. Даже сейчас ты с порога отчитываешь меня, вместо того, чтобы спросить как я был всё это время. Как у меня дела в школе и как я сдал экзамены. Спасибо, мам, спасибо за заботу и поддержку, — Гук вырывает свою руку и бежит вверх по лестнице. Непрошеные слёзы норовят выйти из глаз, но Чонгук не даёт. Он кидает рюкзак на пол и валится на кровать лицом в подушку. Приглушённо воет в неё и вспоминает сегодняшнее утро, от которого сердце заходится в бешенном ритме. Как же хочется к Тэхёну обратно. Внизу женщина стоит у окна и разговаривает по телефону. Её голос приглушает открытый кран, который она специально пустила, чтобы не быть услышанной. — Говорю же тебе, нам срочно нужно с ним поговорить. Чонгук совсем от рук отбился и прямо с порога начал со мной спорить. А ночью его и вовсе не было... Сказал у друга ночевал, но не помню, чтобы у него были друзья. Я не совсем уверена, но мне кажется, что у нашего сына появился альфа. От него пахнет кем-то другим... Лучше приезжай домой и мы вместе с ним поговорим. Меня он совсем не слушает... Хорошо, я приготовлю ужин. На этом она сбрасывает, выключая кран и думая, что бы такого сделать на ужин. *** — Забери меня, — хнычет в трубку Чонгук, с головой закутавшись в плед. И плевать, что на улице жара. В доме работает кондиционер. — Сейчас не могу, малыш, мне надо работать, — Тэхён сам был бы не против забрать Чонгука и уехать далеко отсюда. — Ну вот почему они так любят рушить моё прекрасное настроение своим визитом? — Чонгук говорит тихо, ему неприятности точно не нужны. — Они же твои родители. Думаю, они переживают за тебя. — Родители, которые вспоминают обо мне раз в месяц. Ага, спасибо за заботу им. Счастлив иметь таких родителей, — бубнит омега, чем заставляет альфу засмеяться. — Мне никто не будет нужен, если рядом будешь ты, — тише добавляет. — Малыш, не волнуйся, совсем скоро я окажусь рядом. — Мне кажется, мама поняла, что у меня появился альфа, — его мать за долгие годы работы в больнице уже смело может различать запахи и с лёгкостью определять их. И чужой запах на собственном сыне она точно учуяла. — Тогда я приду с букетом цветов, конфетами и бутылкой вина, знакомиться с твоими родителями, — на полном серьёзе говорит альфа. — А вино зачем? — Букет твоей маме, конфеты тебе, а вино твоему отцу. И все счастливы, — Чонгук смеётся с гениальной идеи своего альфы. — Я скучаю, — Чонгук несколько секунд слушает чужое дыхание и успокаивается тогда, когда слышит «Я тоже». Потом они ничего не говорят, слушают дыхание друг друга и Чонгук не замечает, как проваливается в сон.***
Когда Чонгук просыпается уже половина пятого. И это то состояние, когда думаешь: кто я? Где я? Мышцы ещё и ноют. По-любому ему придётся спуститься вниз, но он надеется, что мама уедет на работу прямо сегодня. Соскребавшись с кровати и приведя себя в человеческий вид, Чонгук медленно спускается вниз. Он слышит возню на кухне и устало вздыхает. Но не сразу слышит чужой голос. — Папа? — неверяще устремляет на отца взгляд. Когда один родитель дома это плохо, когда оба родителя дома – очень плохо. — Ты что здесь делаешь? — Мне уже нельзя в собственный дом приезжать? — усмехается отец, вставая с места и подходя к сыну. — Рад видеть тебя, сынок, — отец притягивает к себе, некрепко обнимая. Чонгук признаёт, что папа всегда был к нему ласковее и больше заботился, чем мама. — Я просто не ожидал, что вы вместе приедете, — отстранившись, говорит Чонгук, поглядывая на маму у плиты. — Мы взяли отпуск, чтобы теперь проводить больше времени вместе. У тебя же тоже каникулы, вот и всей семьёй полетим на Чеджу отдыхать, — с широкой улыбкой оповещает альфа, а Чонгуку это не нравится. Совсем не нравится. — Стоп, стоп, стоп, вы сейчас серьёзно? Взяли отпуск, я, конечно, рад, что вы наконец-то будете дома, но какой ещё отдых? Какой ещё Чеджу? Вы меня хоть спросили, чего я хочу? Вдруг у меня уже есть планы на лето, и я не собираюсь их менять? Можете хоть раз поинтересоваться моим мнением, а уж потом принимать решения? — Чонгук, какие ещё планы? Будешь не выходить из дома все каникулы и зубрить учебники? Я буду рада, если ты хочешь больше учиться, но мы уже купили билеты, и мы там пробудем всего неделю, — с усмешкой говорит мама, выключая плиту и расставляя тарелки по столу. — Конечно, всё опять решили, не обсудив со мной, — Чонгук смотрит на тарелки, но всем нутром чувствует укоризненные взгляды родителей. — Чонгук, ты уже не маленький мальчик, чтобы истерить тут. Вместо того, чтобы радоваться, что мы куда-то всей семьёй поедем, ты ведёшь себя так, — устало говорит отец, садясь обратно на своё место. — Вот именно, я уже не маленький мальчик, но вы продолжаете всё делать так, как вам угодно. Что в детстве, что сейчас. Всей семьёй, говорите? С чего вдруг вы так внезапно вспомнили, что у вас есть сын? А до сих пор даже не звонили, — Чонгуку правда становится обидно, что о нём до сих пор не вспоминали, а сейчас пришли и говорят, что уже купили билет на свой грёбаный отдых. — Милый, ты же знаешь, на работе у нас нет времени даже на простой звонок, — начинает мама, обойдя стол и подходя к младшему, чтобы успокоить. — Правильно, вы выбрали карьеру врача вместо сына. Я иногда думаю, что вам двоим несказанно повезло, что работаете в одной больнице, а то бы и виделись раз в год. — Чонгук! Вот скажи, чего тебе не хватает? Мы работаем не покладая рук, спасаем жизни людей и зарабатываем деньги, чтобы обеспечить тебя. Думаешь, откуда всё это? — отец обводит взглядом кухню. — Откуда на твоей карточке деньги появляются? — Я не говорил, что я чем-то не обеспечен. У меня просто никогда не было родителей, — уже спокойно говорит омега и поочерёдно смотрит на родителей. — Всю жизнь я был один, а мне нужен был всего лишь один день. Один день, мам, пап. Один день с вами. Но вы всегда приезжали, проверяли здоров я или нет и уезжали. Я даже не помню, когда мы все последний раз собирались за столом. Отец, бывало, что я не видел тебя месяцами и почти забывал, как ты выглядишь. Мама, тебе вообще не было дела до меня. Я никогда не был у вас в приоритете. Вы сами принимаете решения по поводу меня и думаете, что этим решаете все проблемы. Но вы даже половину моей жизни не знаете, не то, чтобы когда-нибудь интересовались. Приятного аппетита, я сыт, — кидает напоследок и уходит. Мать хочет за ним пойти, но её останавливает муж, мол, пусть успокоится. Чонгук знает, что повёл себя, как обиженный ребёнок, у которого отобрали конфету. Но детские обиды и испорченное детство дали о себе знать. Слёзы прямо там на кухне застилали глаза. Он сидит на кровати, подогнув колени, утирает слёзы и шмыгает носом, чтобы окончательно не зайтись в рыданиях. Хочется пойти к Тэхёну и остаться в его объятиях навсегда, чтобы никто не нашёл его. Кое-как перестав лить слёзы, Чонгук умывается, но глаза красные и носом всё ещё шмыгает. Переодевшись, он спускается вниз. Хочет остаться незамеченным, но мама вылетает из кухни в тот момент, когда он уже обулся. — Ты куда собрался? Скоро будет темно. — К другу, я у него зарядку забыл, — единственное, что быстро пришло в голову. — Он тут недалеко живёт, я вернусь скоро, — с этими словами он захлопывает дверь, а женщина остаётся стоять в недоумении.***
Квартира Тэхёна правда находится близко. Пятнадцать минут быстрой ходьбы. Но вот проблема – его не оказывается дома. Чонгук не намерен уходить, поэтому остаётся на лестничной площадке ждать. Альфа должен скоро приехать. Тем временем на работе Тэхёна творится полный кавардак. Из-за оплошности одного из сотрудников они потеряли несколько документов, которые теперь приходится восстанавливать, а документы это всегда муторно. — Вас вызывает президент Чхве, — секретарь господина Чхве встаёт перед Тэхёном и просит пойти за собой. А Тэхён только собирался поехать домой. — Вы хотели меня видеть, президент? — Тэхён кланяется, а секретарь закрывает за ним дверь. — Да, проходи. Садись, — Тэхёну указывают на место, и он послушно садится. — Я позвал тебя поговорить не как твой начальник, а как отец. Думаю, ты понял, о чём будет наш разговор, — альфа кивает. О Суджин, это даже не удивительно. — Я знаю свою дочь лучше всех. Знаю, что у неё не самый лучший характер, но всё же она моя единственная дочь, и как отец я люблю её. Дороже Суджин у меня ничего нет, и когда я узнал, что вы вместе, то я, не буду скрывать, обрадовался. Ты хороший, трудолюбивый альфа, я заметил в тебе эти качества сразу, поэтому помогал стремиться вверх и не пожалел: ты оправдал все мои ожидания, — президент Чхве посмотрел в окно вечереющего Сеула. Тэхён в его словах уловил нотки уважения и тем самым был уверен, что мужчина гордится им, как работником. — Меня удивляло, что вы вдвоём столько протянули вместе, потому что я знаю, что характерами вы с Суджин очень разные. Вы расставались, мирились, потом снова расставались, и я каждый раз надеялся, что снова сойдётесь. Я хотел, чтобы у моей дочери был достойный муж и видел в этой роли именно тебя. В вашу последнюю ссору и расставание я снова был уверен, что через некоторое время вы снова сойдётесь. Но смотри, как всё получилось, — усмехается альфа, не сводя глаз с окон на всю стену. — Если Вы надеетесь, что мы с Суджин снова сойдёмся, то мне жаль Вас огорчать, — Тэхён не задумываясь, говорит как есть. Он не хочет давать ложные надежды ни Суджин, ни её семье. — Вы правы, мы с Суджин слишком разные и в будущем не сойдёмся никак. Мы будем причинять друг другу только боль, а так я сейчас встретил человека, с которым готов провести всю жизнь и ни на что не обменяю это счастье. — Я понимаю, Тэхён, я понимаю, — горько усмехается альфа, переводя свой тяжёлый полный грусти взгляд на Тэхёна. — Я никто, чтобы решать что-то в твоей жизни, поэтому я хочу пожелать тебе только счастливой жизни с тем самым человеком. Ты заслуживаешь этого. — Спасибо, я пойду, — альфа встаёт, кланяется и выходит из кабинета. Не обращая внимание на стоявшего у двери секретаря, который явно подслушивал, Тэхён прямо идёт к лифту. По дороге альфа покупает несколько бутылок пива и чипсы. Всё равно ночью теперь уснуть не сможет. Тэхён чуть не роняет банки с пивом на пол, когда выходит из лифта и на лестнице видит Чонгука. Что он здесь делает в такое время? — Чонгук? — омега сразу поднимает голову и вскакивает. — Что ты здесь делаешь? — Тэхён осторожно подходит к омеге, который снова опустил голову и сжимает края своей белой футболки. — Я ждал тебя, — хрипит Чон и смотрит из-под ресниц. — Почему не позвонил? Что с тобой? — Тэхён замечает опухшие глаза омеги и резко становится вплотную, приподняв подбородок Чонгука пальцами и заглядывает в красные от слёз глаза и слипшиеся ресницы. — Ты плакал? Что случилось, малыш? И тут Чонгук снова не выдерживает. Глаза вновь заполняются слезами, но омега всеми силами пытается бороться с ними. Тэхён не на шутку пугается. Он впервые видит Чонгука таким... слабым. — Я такой дурак, хён, — голос срывается, Чонгук пытается подавить всхлипы, утирает руками слёзы вместе со слюной. Тэхён заводит его в квартиру, чтобы не стоять в подъезде, где в любой момент могут оказаться другие люди. Бросает пакет с пивом на пол и притягивает к себе этого ребёнка, который всё никак не может справиться с накатившими слезами. — Всё хорошо, ты со мной, — Тэхён позволяет плакать, и Чонгук не может больше сдерживаться. Он смыкает пальцы на Тэхёновой рубашке, уткнувшись в его открытую на несколько верхних пуговиц шею, и даёт слезам волю. Альфа поглаживает омегу по волосам, спине, догадывается, что причина слёз Чонгука – родители. Сердце кровью обливается от такого беспомощного, беззащитного омеги. Его хочется забрать, укутать в плед и больше никогда не отпускать. Его нужно любить и дарить много заботы. Чонгук сильный, весёлый паренёк, но даже самые сильные иногда ломаются и даже самым сильным рядом нужен человек, который всегда во всём поддержит. Тэхёну самому выть хочется от слёз его малыша. Это чудо должно улыбаться и радоваться жизни, ему не идут эти слёзы. Он ждёт, пока Чонгук успокоится, утаскивает его в гостиную на диван, сажает на свои колени и только тогда спрашивает причину его слёз. Чонгук рассказывает всё, что было до этого. Приезд отца, разговор с родителями и про этот грёбаный Чеджу, который Чонгуку никак не сдался. Пока он рассказывает, уткнувшись в шею альфы, Тэхён не перестаёт поглаживать омегу по спине, забравшись под футболку рукой. — Я не хочу к ним возвращаться, не хочу на этот Чеджу, я хочу с тобой остаться, — совсем тихо говорит Чонгук в шею Тэхёна. Сейчас, сидя в надёжных объятиях альфы, Чонгук чувствует себя как никогда защищённым. До этого мучавшие неприятные чувства и мысли отходят на второй план, оставляя место теплу рядом с альфой. — Всё, успокойся, я рядом, — Тэхён раскачивает Чонгука, как маленького ребёнка, хотя он есть его маленький ребёнок. Как оказалось, ещё совсем маленький. Тэхён неоднократно замечал, что как только что-то происходит, Чонгук бежит сразу же к нему. Даже сейчас он сбежал от родителей обманом, чтобы приехать к Тэхёну, потому что ищет успокоение и защиту у него. Чонгук бойкий мальчик и может и на драку нарваться, но это не отметает его ранимую натуру. Омега не слабый духом, просто он слишком много обид проглатывает. Это всё внутри скапливается желчью и выходит вот так. Если Тэхён думал, что кроме Чонгука ему никто на свете больше не нужен, то Чонгуку и свет не нужен без Тэхёна. Кто-то может назвать это ненормальной одержимостью, но для начала следует узнать всю историю. Чонгук – мальчик, который всю жизнь был одинок. Родители всегда в стенах больницы, сначала оставляли его с няней, а теперь, когда он подрос, остался совсем один. Тэхён сразу заметил, что у омеги и друзей нет. С одноклассниками он не ладит, и учителя его недолюбливают. Единственный, с кем Чонгуку удалось сблизиться – это Тэхён. Он в буквальном смысле заменил ему весь мир. Каждый раз, когда что-то происходит, Чонгук говорит Тэхёну, что хочет к нему. И это не потому, что Чону не удаётся справляться с трудностями, а потому что в его жизни наконец-то появился человек, которому можно довериться. Тэхён сам иногда не против забрать Чонгука к себе и больше никогда не отпускать. И сейчас Чонгук просто не выдержал. Его детские обиды не прошли, и он обозлился на родителей за их отсутствие в его жизни. Тэхён и Чонгука, и родителей понимает. Те тоже работали не покладая рук, чтобы обеспечить сына, но лишили внимания. Уделяй они ребёнку должное, то всё бы было по-другому. — Успокоился? — Тэхён поднимает голову Чонгука со своего плеча и стирает засохшие слёзы. — Да, с тобой да. Можно сегодня остаться у тебя? Не хочу к ним возвращаться. — Можно, конечно, — мужчина поглаживает щёчки парнишки, целует в лоб, следом в губы. Чонгук подаётся ласке, позволяет себя целовать и сам жмётся сильнее. Глаза щиплет из-за недавно пролитых слёз и ему немного стыдно за свой вид перед альфой. — Не хочешь покушать? — отстраняется Тэхён, не прекращая поглаживаний по мягкой щеке. — Хочу. — Пойдём тогда.***
Как только Чонгук перешагнул порог дверей из гостиной выбежала мама. По её выражению лица сразу стало понятно, что намечается серьёзный разговор. Этого и ожидал омега. — Ну и где ты всю ночь был? Опять у друга своего ночевал? И сколько ты у него так ночуешь? — начала она, складывая руки на груди. — Давай потом, я устал, — Чонгук попытался уйти, но тут вышел отец. — Тебе задали вопрос, Чонгук. Где ты был? — Скажи честно, у тебя есть альфа? — И что даже если есть? Чтобы вы знали, мне семнадцать и раз вы работаете врачами, то прекрасно знаете, что у каждой нормальной омеги в этом возрасте уже бывают течки, — Чонгук опять нарывался. Но не может он держать свой острый язык за зубами. — Мы знаем про это, но нас волнует то, что ты уже вторую ночь ночуешь у него, — на этот раз омега прикусывает язык, прожигая мать яростным взглядом. — Отдай телефон, Чонгук, — ровным голосом говорит отец. — Что? —глаза омеги ползут на лоб от возмущения и непонимания. — С какой стати я должен отдавать вам мой телефон? — Я сказал: отдай телефон, — ещё раз повторяет отец. Под его взглядом Чонгук ломается. Одно дело спорить с мамой, а другое с отцом. И это вдвойне сложно. Омега достаёт телефон из кармана джинсов и медленно ступив к отцу отдаёт телефон. — А теперь иди наверх. Твоё поведение мне совсем не нравится, — с этими словами альфа возвращается в гостиную. Чонгук бежит в свою комнату, снова со слезами на глазах, снова с накатившей истерикой. Почему им можно месяцами пропадать и не ночевать дома, а Чонгуку нельзя? Теперь даже Тэхёну не позвонить.***
— Тэхён, сынок, ты так редко стал нас навещать, — мама крутится вокруг него, то одно давая, то другое. — Ты же знаешь, мам, я загружен работой, — Тэхён усмехается и думает, что столько не съест даже за месяц. Но если не съесть, то мама точно обидится. — Но ты всё равно приезжай к нам, хотя бы на пару минуточек. Мы же скучаем и ждём тебя всегда, — женщина поглаживает сына по голове, приговаривая, чтобы он кушал, а то смотри, как похудел. — Мы ему нужны теперь? — отец выглядит серьёзным и недовольным. Причина номер один, почему Тэхён не хотел приезжать сюда. — Стал таким независимым бизнесменом, — причитает мужчина, прожигая в сыне дыру. — Папа, я приехал сюда повидаться с вами, а не обсуждать свою жизнь. — Ну что вы опять начинаете? Не можете спокойно за одним столом посидеть? — ругается мама, отходя к плите. — Ты хоть знаешь, чего ты мог бы добиться? Какой перспективы ты лишился по собственной глупости. Свалил груз на свою шею и теперь сидишь тут, а хотя мог жить в роскоши и богатстве, — не успокаивается отец. Тэхён честно старался держаться. Не хотел уходить, поругавшись с отцом, но именно этого сейчас добивается альфа. — Свалил груз на свою же шею, так ведь? Не на вашу, на свою. Раз я сам себя обеспечиваю, живу в собственном жилье и уже давно не прошу у вас материальной помощи, то в чём проблема? Тебя не должна заботить моя личная жизнь. Я сам решу, какой жизнью и с кем мне жить, — злость заполняет каждую частичку тела альфы, но он не повышает голос. Говорит ровным, спокойным тоном. — Имей хоть каплю совести, мы твои родители, — мужчина стучит кулаком по столу. Мама у плиты вздрагивает и хватается за сердце, с испугом смотря то на мужа, то на сына. — Совести? Ты мне о совести говоришь? Да я всю жизнь делал так, как ты хотел. Поступил туда, куда ты хотел, устроился на работу туда, куда ты сказал. Так что тебе ещё нужно от меня? Жениться на той, кого ты выберешь? Может мне ещё детей завести так, как ты хочешь? Я сделал достаточно, чтобы ты гордился мной, так хватит уже лезть в мою жизнь, — Тэхён искренне не хотел говорить эти слова, но его вынудили. Агрессия охватила с ног до головы, и если он сейчас не выйдет отсюда, то сгорит в пламени собственного гнева. — Спасибо, мама, было очень вкусно, — уже мягче обращается альфа к матери, которая незаметно утирает слёзы, и уходит, не взглянув в сторону отца. — Тэхён, — сипит вслед уходящему сыну мама. Ей тоже больно, она тоже не знает на чью сторону ступить. Отец и сын, а всю жизнь ведут себя, как враги.
