Доктор в здании

Очередная связанная с интимными делами поломка не заставила себя ждать. Буквально на следующий день в ремонтном отсеке объявился один из комбатиконов — Бласт Офф. Жалко мигая визором и скрестив ноги в щиколотках, он стоял у входа и источал унижение. Ёрзая и ёжась, после долгого допроса он наконец пожаловался на неприятную боль. Там, внизу. Забавляясь полной неспособностью десептикона объяснить своё состояние хоть с единой унцией зрелости, Ретчет прислонился к переборке и, натянув лучший свой покер-фейс, принялся ждать подробностей. Но в итоге Бласт Офф только признался, что не знает, что именно случилось, что вызывало у медика даже большее беспокойство, чем его реальные симптомы, учитывая характер пораженных частей. Всего один взгляд под тёмные панели, на явно неисправную интерфейс-систему, и Ретчет точно мог сказать, что тут не так. — Просто небольшой баг, — вздохнул он. — Откуда ты знаешь? — донёсся голос Бласт Оффа с другого конца платформы, на которой он лежал ничком. Ретчет красноречиво приподнял надоптиковую дугу. Пурпурные огни биоподсветки на коннекторе и вокруг порта Бласт Оффа мигали и пульсировали в быстром судорожном темпе, как будто комбатикон собирался устроить там рейв-вечеринку. Медик упёрся руками в бёдра и кивнул в сторону светового шоу. — О, — Бласт Офф быстро свёл бедра вместе, его визор стал того же фиолетового цвета, что и его оголённые системы. — Я думал, что это… нормально. Ретчет почувствовал приближение приступа мигрени. Еле подавив желание засыпать его насмешками, он спросил: — Почему же? Его пациент только пожал плечами и что-то пробормотал. — Придётся тебе прибавить громкость. — Онслот… — Бласт Офф заколебался и замолчал. — Это началось, когда я… мы, — он сделал какой-то странный жест, который Ретчет так и не смог расшифровать. — …И теперь не прекращается. Ретчету оставалось только предполагать, что он говорит о горизонтальном танго. — Коннектор Онслота тоже такой? — немного пояснений не помешало бы, просто чтобы наверняка знать, кто одарил этого маленького идиота таким восхитительным багом. Бласт Офф резко кивнул. — Вот откуда ты это подцепил. Тебе нужно будет сказать ему, чтобы он тоже зашёл ко мне. И пусть захватит список тех, с кем ещё он был. Комбатикон приобрёл жалкий вид. — Всё в порядке, — похлопал его по плечу Ретчет. — Это всего лишь небольшой баг. Я всё починю. Бласт Оффа это не особо обрадовало: — Это что, будет происходить каждый раз, когда я буду коннектиться? Ах, так вот откуда этот румянец, освещающий чужую лицевую на протяжении всего их разговора. — Не каждый раз, — заверил его Ретчет, пытаясь говорить как можно более буднично. — Только если ты продолжишь заниматься этим без всяких мер предосторожности. Пустой взгляд Бласт Оффа напомнил Ретчету, что теперь под его надзором была целая база мехов, не имеющих практически никакого образования в этих вопросах. Уже прочитав Мегатрону одну громкую лекцию об антивирусах и файрволах и не желая, чтобы она имела еженедельное повторение с каждым встречным десептиконом, Ретчет вынужден был признать, что ему придётся распространять эту информацию как-то ещё. Иначе покидать это место он будет с энциклопедическими знаниями личных укромных уголков и закоулков всей десептиконской фракции и того, что им нравится с ними делать.

***

Реальная проблема, понял он, когда, наконец, подошел к концу долгой утомительной работы по просеиванию беспорядка в ремотсеке, состояла в том, что у десептиконов с самого начала не было никаких средств защиты. Даже старомодных. У самого Ретчета оставалось несколько одноразовых транснанитных блокаторов в сабспейсе, — единственное, что его похитители не конфисковали у него сразу после поимки, — но он к сожалению бросил их в Мегатрона ещё в тот самый вечер, который потратил на удаление вируса из его топливопроводов. Ещё больше бесило, что старый мех, похоже, не стал их использовать. Ретчет избегал Мегатрона как мог, и не собирался искать его, только чтобы вернуть назад жалкую горстку ТНБ, которых в любом случае не хватило бы этой фракции и на пять минут. К сожалению, теперь найти сговорчивого кона, чтобы попросить того отправить запрос о переброске запасов, которые всё ещё существовали на Кибертроне, было попросту невозможно из-за отсутствия Саундвейва, неотъемлемого элемента в нелепой цепочке бюрократической машины снабжения. Просить Мегатрона он не хотел. Просить у Старскрима он тоже не мог — Скайварп ясно дал понять, что командир авиации все еще планирует прострелить медику коленные шарниры, если тот осмелится снова с ним заговорить, — а это означало, что ему придется призвать свои навыки импровизации и понять, как провернуть всё это самому. Будучи в плену. На вражеской базе. На Арке этого добра было много. Он никогда бы не позволил автоботам покинуть Кибертрон без забитого под завязку ремонтного отсека и средств для его дальнейшего пополнения. Жаль, что он не мог просто вернуться и взять немного сюда… Он закатил оптику, напоминая себе, что, если бы он мог выбраться из этой адской дыры, он бы уже это сделал. И он, конечно, не стал бы возвращаться, только чтобы оставить своим врагам немного ТНБ и комплект защитных мембран. Пока что он выбросил данную идею из головы, одновременно в частном порядке взвесив все за и против того, чтобы пойти против всего, во что он когда-либо верил и прочитать своим пациентам из группы риска лекцию о «радостях воздержания», не имея возможности предоставить что-то получше для их защиты (хотя, подумав об этом, он был уверен, что Сансторм уже сделал это за него). Работа над травмами, не связанными с интерфейсом, помогла бы ему отвлечься от этих забот, и предоставил ему это идеальное отвлечение Рэведж, когда, хромая, зашёл в ремонтный отсек с приподнятой передней лапой. Он без проблем вскочил на платформу и, как Старскрим несколькими днями ранее, выставил лапу для осмотра, при этом с преувеличенной важностью отбрасывая шлем назад. Ретчет обхватил её и небрежно перевернул нижней стороной вверх. Из мягкой сенсорной подушечки лапы торчал острый зазубренный кусок металла. Довольно мелкая поломка. Взяв старые плоскогубцы, он просто его выдернул. Рэведж зашипел, и его стальные когти вылетели из ножен, едва не погрузившись в руку Ретчета. — Не будь киской, — пробормотал медик, отбрасывая зазубренный кусочек металла в сторону. Верхние губные пластинки Рэведжа скривились, обнажая ряд опасно острых дент. — Это значит кошка! — возразил Ретчет, забыв, что Рэведж, потративший столько времени на шпионаж за людьми и шныряющий по местам, в которых ему не следовало находиться, наверняка достаточно хорошо знает земной сленг. Он провел большим пальцем по ране, не забывая о когтях, и подождал, пока перестанет сочиться энергон. Ответственные за саморемонт наниты на таких деликатных местах работали быстро, так что наложение сварного шва не стоило свеч. Не говоря уже о ненужной экстра порции боли. — Вот, — подвёл медик итог. — Постарайся не лазить какое-то время по свалкам. Рэведж впился в него взглядом и, резко кивнув, спрыгнул с платформы. Он перенёс часть веса с передней лапы, но теперь ему было не настолько больно, что он не мог стоять на ней. Что было удачно, потому что он, казалось, торопился куда-то. Ретчету было интересно, чем он занимался, пока Саундвейв был в отпуске и не мог им управлять. Скорее всего, шпионил за автоботами. Идея зародилась прямо на его оптике. — Подожди! Рэвидж остановился, бросив на него равнодушный взгляд через плечо. Ретчет не мог поверить, что собирается просить об этом. — Как думаешь, сможешь проникнуть на Арк и принести кое-что оттуда, оставшись незамеченным? Рэвидж медленно моргнул, изгиб его рта самодовольно приподнялся. Не думаю, что это доставит много хлопот.

***

Вина за то, что он послал вражеского солдата — тем более шпиона — с инструкциями, как избежать обнаружения, на базу своей же фракции, вскоре была задавлена результатами. Без Саундвейва, который следил за его приходом и уходом, Рэведж не чувствовал необходимости сообщать кому-либо из своего начальства об импровизированном маленьком путешествии, за что Ретчет был ему очень благодарен. Он не сомневался, что эти безжалостные ублюдки Мегатрон и Старскрим засыпали бы идеями и всевозможными требованиями о том, какой хаос Рэведж может навести на своем пути. Маловероятно, что они одобрили бы миссию по проникновению, единственной целью которой было украсть защитные мембраны. — Тебя не видели? — спросил медик, почувствовав тошноту при мысли о том, что Фёрст Эйд или Уилджек могли забрести в медотсек и столкнуться лицом к лицу с рычащей пастью Рэведжа. — Ты никого не ранил…? Я что, похож на любителя? — Ты похож на демона, — пробормотал Ретчет. Я ожидаю компенсации за эту услугу, объявил ему Рэведж, сидя в центре украденной добычи и мотая хвостом туда сюда. Он источал такое чувство превосходства, что оно могло затмить даже Старскрима. — Кажется, я здесь только для вашей выгоды? — горячо напомнил ему Ретчет, махнув рукой. — А теперь вон отсюда, если конечно не хочешь, чтобы я продемонстрировал тебе, как всё это работает? Рэведж наклонил голову и издал ужасный рвотный звук, как будто собирался выплюнуть комок волос, как органические животные из семейства кошачьих, у которых он позаимствовал свой образ. Взмахнув длинным черным хвостом и шаркнув когтями о палубу, он немедленно сбежал из ремонтного отсека. Ретчет удовлетворенно кивнул. Теперь осталось только заставить десептиконов пользоваться этими средствами.

***

Ретчет уже проводил мероприятия подобного рода раньше. Самое ужасное для относительно недавно активированных диноботов по нехарактерно неловкой просьбе Оптимуса. И Ретчет не хотел знать обстоятельства, из-за которых потребовалось вмешательство Прайма. Наивность диноботов в этом вопросе не была для Ретчета чем-то новым, — уровень невежества некоторых необразованных рабочих, которых он лечил на Кибертроне, был просто преступным, — но любознательность молодых союзников из числа людей, которых безответственный Бамблби привел в отсек, который Ретчет оборудовал под актовый зал, бросала вызов даже его опыту. — Бамблби! — он вспомнил, как зарычав, бросился к столу, прикрывая оборудование от невинных органических глаз. — Они слишком юны, чтобы быть здесь! — Мы уже подростки, — возразил Спайк, хотя именно это Ретчет и имел в виду. — У меня в школе однажды был такой урок, — объяснила Карли. Она всегда была самой зрелой из всех людей, которых знал Ретчет. Даже включая Спаркплага. Она указала пальцем за спину медика, и на ее губах растянулась улыбка: — Кажется, бананы на этой планете слишком маленькие, чтобы вы, ребята, могли использовать их для демонстрации, да? Ретчет отступил в сторону, ему уже не нужно было видеть, какой объект привлек её внимание. — Бамблби. — Я понял, Рэтч, пошли, ребят! — протараторил Бамблби, выводя их из отсека. Одним небольшим плюсом этой ситуации было то, что Ретчету точно не нужно было беспокоиться о каких-либо вопросах со стороны подкованных подростков, которые посетили один урок полового воспитания в своей никчёмной недолговечной жизни и теперь, видимо, думали, что знают все, при этом находя вид чего-либо отдаленно напоминающего фаллос вершиной комедии. Правда теперь, глядя на некоторых сикеров, Ретчет уже не был полностью уверен в том, что это воспримут всерьез. Он послал Скайварпа распространить приглашение, а затем сразу же пожалел о таком глупом поступке, потому что этому сикеру едва ли можно было доверять выполнение простейших обязанностей, даже тем, кто несмотря ни на что в него верил. Поэтому он также вызвонил Тандеркрекера, будучи уверенным, что между тупой, грубой натурой Скайварпа и суровым чувством приличия его партнёра существует баланс, и что некое подобие аудитории они всё же смогут собрать. Поскольку ремонтный отсек был очень просторным (без оборудования и принадлежностей, которые должны были быть там), у Ретчета было достаточно места для установки импровизированных сидений из больших ящиков, которые десептиконы использовали для хранения медицинских файлов. Он поставил шесть ящиков полукругом вокруг медплатформы, которую использовал в качестве демонстрационного стола, и отступил, удовлетворенно кивая. Даже шестеро слушателей будут джекпотом. Он сильно недооценил диаграмму Венна* для десептиконов, которые одновременно и нуждались в этом семинаре, и были готовы высидеть его до конца, потому что их явилось восемнадцать. Ретчет моргнул, глядя на свою толпящуюся аудиторию, слишком удивленный их количеством, чтобы хотя бы накричать на Мотомастера за то, что тот сбросил Скевенджера с ящика, чтобы занять его место. — Этого достаточно? — рядом с ним, с небольшим треском и шипением телепорта, материализовался Скайварп. Привыкнув к его внезапным появлениям (Праймусе), Ретчет даже не вдрогнул. — Да, — без какой либо интонации подтвердил Ретчет, его оптика быстренько пробежалась по аудитории, заглядывая в каждую лицевую. С большей частью из них он был знаком, а некоторых едва узнал. — Что ты им наболтал?! Скайварп казался искренне удивленным идеей, что ему нужно было приукрасить правду, чтобы заставить кого-то прийти. — Что ты научишь их, как правильно коннектиться. — Нет, я… — Ретчет раздраженно вздохнул. — Это демонстрация различного оборудования, разработанного, чтобы сделать коннект более здоровым, безопасным и комфортным. Скайварп улыбнулся. — Да, я так и сказал! Ретчет толкнул его в плечо: — Как же ты мне надоел. Свою работу ты сделал, можешь идти. — Ни за что! — Скайварп скользнул мимо него и расположился среди остальной аудитории. — Я приложил столько усилий, чтобы собрать всех сюда, и я заслуживаю, по крайней мере, посмотреть. Ретчет открыл было рот, чтобы возразить, но потом вспомнил, как часто Скайварп намекал на их с Тандеркрекером близость, так что, в конце концов, ему лучше было остаться. Распространение вирусов — не единственная проблема, о которой стоило беспокоиться десептиконам. И теперь, когда он подумал об этом: — А где Тандеркрекер? Он тоже должен быть здесь. Скайварп заёрзал, бросив Ретчету взгляд, как бы напомная, что они не совсем открыто рассказывали о своих отношениях фракции в целом. — Не беспокойся о нем, я всё перескажу… — Несомненно с множеством упущений и неточностей, — Ретчет зацепился большими пальцами за верхние пластины бедёр и откинулся назад. — Я бы предпочел, чтобы он услышал это из первых уст… — Он занят, — вмешался Рэмджет, подозрительно взглянув на Скайварпа. — Он отвлекает Сансторма. Ты же не хочешь, чтобы он пролез сюда и устроил дебаты о морали? Ретчет стиснул дентапластины: — Ладно, Тандеркрекера можно простить на том основании, что он отдувается один за всех, и мы все очень благодарны за его жертву. Несколько десептиконов одобрительно загудели. Ретчет отошел в сторону, чтобы у всех был хорощий обзор на медплатформу, на которой он установил различные химикаты и оборудование, используемые в практике ответственного коннекта. — Это, — он взял безыгольный шприц размером с большой палец, полный пурпурного геля, и поднял его на всеобщее обозрение, — одноразовый транснанитный блокатор. Кто-нибудь знает, как им пользоваться? На него уставились восемнадцать одинаково невежественных пар оптики. Ретчет про себя улыбнулся. Это будет очень долгая лекция. *** Ретчет позаботился о том, чтобы раздать добро как можно более справедливо, и обнаружил в себе запасы терпения, о которых даже не подозревал, когда несколько десептиконов тонко попросили зайти ещё раз позже, в одиночку. Ретчет мысленно приготовился к ещё более нелепым поломкам. Скайварп, к его облегчению (и, как ни странно, гордости), схватил огромную горсть ТНБ и запихнул их в сабспейс. — Тебе и… — Ретчет резко замолчал, едва не сказав «Тандеркрекеру», оглядываясь на проходящую мимо Слипстрим, подозрительно сузившую свою хитрую оптику. — Вероятно, тебе пригодятся контрацептивы более длительного действия, — посоветовал он Скайварпу. — Например, защитные мембраны. Сикер только пожал плечами. — Да, но ты ж сказал, что их нужно менять каждые сто лет или типа того. И кто будет это делать, когда тебя здесь уже не будет? Ретчет не знал, что на это ответить. Он придвинул поднос с ТНБ ближе. — Возьми немного для своих сотриадников. Скайварп взял еще пару, но, видимо, не для Старскрима, потому что… — Скримеру они не нужны. Ретчет закатил оптику. — Не говори мне, что Сансторм всё таки промыл ему процессор? Скайварп засмеялся ужасно недостойным фыркающим смехом. — Нет, просто он ими не пользуется. Всё это время Ретчет считал, что его мнение о Старскриме было настолько низким, что упасть ещё ниже оно просто не может. Видимо, он ошибался, потому что оно до сих пор катилось вниз. — Мне нужно провести еще один семинар? — в голосе медика появились опасные нотки. — На этот раз обязательный? — Скример тыщи лет изучал науки в Иаконе, — сожалеюще скривил лицевые пластины сикер. — Он и так всё про это знает. В отсеке стало темнее, словно над Ретчетом повисла настоящая грозовая туча. Старскрим не был идиотом, как бы ему ни хотелось думать иначе. И он точно знал, что может случиться, если идти на поводу у такой беспечности. — Где он? — потребовал Ретчет. — В своей лаборатории, — Скайварп выглядел немного напуганным, даже отпрянул от него. — А что? — Отведи меня к нему, — с хлопком опустив руку на плечо Скайварпа, попросил медик. — Сейчас же. Старскриму лучше иметь невероятно правдоподобное оправдание своему крестовому походу против здравого смысла. Либо он что-то скрывал, либо что-то замышлял. И даже то, что мелочный командир авиации играл с ним в молчанку, не означало, что Ретчет не сможет докопаться до сути вещей.