Птица сомнительной нравственности

Беспокойно озираясь по сторонам, Рей пересекла полупустой зал закусочной и села за столиком в углу. От ощущения стен с нескольких сторон почему-то становилось спокойнее. Место было настолько невзрачным, что при других обстоятельствах Рей даже не обратила бы на него внимания. Скорее всего, это была одна из тех забегаловок, которая притягивала только местных или работающих в непосредственной близости людей. Рей грустно усмехнулась, уткнувшись взглядом в собственные ладони, подрагивающие на грубой, испещренной царапинами и сколами столешнице. Вырвавшись из больницы, она летела прочь, пока не затекли крылья, а на тело тяжелым грузом не накатила усталость. Не утруждаясь счетом времени и направлением полета. Как будто бы от преодоленного расстояния зависело то, насколько сильно потом будет тяготить совесть. В итоге, столь спонтанное решение удрать прочь привело Рей на богом забытую окраину. Здесь же организм внезапно вспомнил, что его не кормили уже почти сутки. — Как говорится, деньга карман не тянет. Особенно, когда деньги почти нет… — с досадой прошептала сама себе, отстраненно изучая меню и бросив быстрый взгляд в сторону настенных часов, висевших над входной дверью. В кармане одиноко ютились несколько помятых сотен - остатки того, что когда-то дал ей Шота. Заказав самый дешевый обед, девушка уставилась за окно, зацепившись взглядом за какую-то абстрактную точку в пространстве. До сих пор произошедшее казалось ей очередной тренировкой, у которой есть начало, а еще есть конец. Где подстрахуют, если что-то вдруг пойдет не так. Где вечером можно будет вернуться в уютный дом и от души выспаться, не переживая о безопасности. А еще там ждут и волнуются… Хотя, всё наверняка уже совсем не так… Нервно дернулась от скрипа собственных зубов. Рей не заметила, когда успели принести ее заказ. Блюдо даже почти успело остыть. Прежде девушка чувствовала только тупое душевное страдание, но оно откладывалось в душе неясно, медленно, смутно тревожило ее время от времени, как ноющая зубная боль, на которую обычно не обращаешь внимания. Даже составление плана, который она так успешно провернула сегодня, воспринималось как очередное домашнее задание. На самом же деле, Рей до последней секунды не была уверена, что дело выгорит, поэтому даже не подумала о дальнейших действиях… Мысль о том, что она будет в состоянии одолеть собственного учителя, упрямо болталась где-то на грани фантастики и безумия. Обед комом встал в горле. Девушка буквально силой заставила себя поесть, понимая, что силы ей сейчас нужны примерно также, как воздух, и деньги, и везение. Устало выдохнула, подперев щеку левой рукой. Радовало, что во время полета рана на боку все же перестала кровоточить. Это оказалась пусть и страшная с виду, но все-таки царапина. Правда, на костюме теперь зияла неопрятная дыра, но это меньшее из зол. С толи́кой отвращения потыкала приборами остатки омлета на тарелке. — …а теперь к срочным новостям. Чудовищный террористический акт сегодня взбудоражил жителей Сибуи. В результате нападения на медицинский центр Рютаоко погибли двое охранников. Также сообщается о шести пострадавших, в числе которых пятеро работников и один герой, пытавшийся остановить террориста… Рей почти машинально подняла взгляд к небольшому телевизору, на котором шла трансляция. Дьявол… Как на зло, за время, что она уже сидела там, постепенно начало вечереть и заведение забилось почти битком. Чуть ли ни каждый второй с нескрываемым ужасом на лице следил за новостной сводкой на экране, где мелькали кадры окровавленных стен, погрома в операционной, тела убитых, прикрытые полотнами ткани, журналисты брали интервью у перепуганных свидетелей… Какого?! Я же никого не убила!.. — А за ней дело не встало… — чуть слышно усмехнулась, внезапно вспомним слова председателя о создании «шумихи в СМИ». Вот так просто, с легкой подачи КОГБ, одним новостным сюжетом ее ловко превратили из простого беглеца в убийцу. — …обратите внимание на особые приметы… Рей чуть не подавилась, когда на крошечном экране старой плазмы вдруг высветилось ее фото. — …рост около метра шестидесяти, возраст шестнадцать лет. Светлые волосы. Одета в геройский костюм. Отличительная черта: большие белые крылья. Если вы встретите эту девушку, просим незамедлительно связаться с ближайшими героями или позвонить в полицию по номеру… — Это не она там сидит? — А ведь и правда похожа… Шушуканье нарастало в геометрической прогрессии. Кто-то сказал, кто-то услышал, а дальше подхватил. Рей непроизвольно сжала кулаки. В сердце стремительно нарастала странная смесь стыда и страха, от которой по коже волнами разбегался мерзкий холодок. Внезапно угол, в котором она сидела, стал больше походить на клетку, нежели на безопасное убежище. Находиться здесь дальше стало попросту опасно. Вот только… Девушка едва ли не с ненавистью исподлобья посмотрела на нервничающих посетителей. …стоит ли мне продолжить играть эту роль? Тревожные взгляды обедающих с лихвой ответили на этот немой вопрос. Казалось, они даже смотреть на нее боялись дольше нескольких секунд. Как будто за один только взгляд их настигнет судьба тех бедолаг-охранников из больницы. Рей уже начала жалеть, что так запросто пошла на поводу у голода и зашла в это кафе. Обстановка накалялась буквально на глазах и могла выйти из-под контроля в любой момент. Рей понятия не имела, как поступить, если вдруг кто-нибудь потянется к телефону, чтобы вызвать полицию, или вдруг выбежит за дверь, взывая к патрулирующим героям. А что, если персонал уже нажал тревожную кнопку?.. Не нападешь же на них из-за такой ерунды, в самом-то деле?.. И вообще, какой дурак нападет на гражданских? Сейчас, как никогда Рей ощущала себя тем самым пресловутым шерифом на Диком Западе, перед которым враг, и надо стрелять первым, но любая провокация может стоить жизни. Хотя, учитывая ситуацию, какой из нее теперь шериф?.. Скорее всего, в глазах окружающих она как раз таки злостный нарушитель закона, которого нужно бояться и перед которым лучше трепетать, чтобы не навлечь на себя беду. Вот же ж… Буквально мелькавшие перед глазами дела из той треклятой папки заставили ее взять гордость в кулак и сжать до размеров незначительной песчинки, смириться с тем, что теперь она уже не герой. Совсем не герой. Если немного припугну, будет лучше всего… Глядишь, никому в голову не придет преследовать или пытаться остановить. Не прожевывая, Рей проглотила оставшийся обед и выложила из кармана на стол две с хрустом смятые купюры. Шумно, с мерзким скрежетом, отодвинув стул, она резко поднялась из-за стола, от чего и без того нервные посетители невольно вздрогнули. — Эй, сдачи не надо! — сказала на выдохе, неосознанно быстро пробегаясь по лицам присутствующих. Конечно, не с руки оставлять денег больше, чем стоил обед, но лучше здесь не задерживаться. Под аккомпанемент звенящей тишины Рей пересекла замерший зал. Как она и думала, никто даже не попытался преградить ей путь. С ноги открыв дверь, она переступила порог и оставила позади себя барьер. На всякий случай. - Пожалуй, поиски лучше начать с Камино... - чуть слышно озвучила собственные мысли. Может быть у нее и получилось бы, уповая на лояльность отдельных людей, добиться хотя бы какого-то расположения Лиги, но... Рей в упор не представляла, где найти тех, кого ищет вся правоохранительная система страны, все герои, и все гражданские, которых тоже уведомили, что связываться с Лигой опасно. Даже самой себе она не смогла бы дать четкий ответ на вопрос, почему именно Камино. Это было что-то на уровне интуиции. Да, и другой связи между ней и Лигой все равно не было. Только их старое логово. И, даже если злодеев там сейчас нет, наверняка должны были остаться какие-то зацепки еще с тех времен... Хотя... Что вообще могло остаться после той операции, которую развернул Всемогущий?..

***

Благоразумно рассудив, Рей дождалась ночи и, поднявшись на максимальную высоту, которую позволяли погодные условия, она без особых помех добралась до нужного района. Правда, некоторое неудобство все же было: свой телефон она по глупости оставила в машине Айзавы еще перед нападением на медицинский центр. Соответственно, и ориентироваться пришлось, как говорится, на глазок. На дорогу ушло около часа. Девушка с облегчением выдохнула, когда с высоты птичьего полета заметила одну очень характерную особенность: мемориальную площадь на месте былого погрома. Она образовалась абсолютно стихийно и моментально обросла цветами, и игрушками в память о погибших. Немногим позже в центре пустыря появилась статуя Всемогущего в его знаменитой победной позе, поставленная на деньги сочувствующих. А уже где-то спустя месяц стихийный мемориал признали официально, на уровне районной администрации, и начали благоустройство площади. Именно его плоды Рей смогла заметить с высоты. Фактически, густо освещенные в сумраке аллеи сработали как своеобразный маяк. А теперь можно такой же, только в направлении Лиги?.. Усмехнувшись, Рей устало выдохнула, выпустив в разряженный воздух облачко пара, и начала снижение.