Кому он нужен-то?

Глава 8 *** Мне снилось, что мы занимаемся сексом. И это не было насилием, во сне он хотел меня не меньше, чем я его. До зубовного скрежета, до того, что он забыл своё имя. Забыл, кто он такой и забыл, кто такой я. Я проснулся и тяжело дыша, всматривался во мрак, пока тьма не приобрела знакомых очертаний. Потом открыл планшет и увидел. *** Это крошечное видео было как снег на голову. Он возвращается в Россию и уже купил билет на самолёт. Через неделю он будет здесь. В моей стране, где ему нет места. И мы оба знали - и он, и я - что это его последняя запись. Остальные видео с его участием будут сделаны уже другими людьми. Он мог бы с таким же успехом объявить о закрытии своего канала. *** На совещании я отмёл смехотворный план с внезапной аварией в воздухе. Идея, само собой, выглядела соблазнительно, но теперь нам был особенно ни к чему лишний шум. К тому же, любые действия с самолётами начали вызывать у меня некоторое отторжение. Нет, мы всё сделаем по закону. У нас замечательное законодательство. Кириенко меня поддержал. Всё пройдёт тихо и аккуратно, заверял он. Хотя с этим типом на такое никогда нельзя рассчитывать. Ситуация вышла из-под контроля за день до прилёта. Мы получили сведения о множестве людей, которые внезапно и стихийно решили именно в этот день явиться в аэропорт. *** - Толпа собирается больше, чем когда спортсмены с Олимпиады приезжают, - задумчиво пробормотал Песков и поморщился. С траурным видом протянул списки тех, кто собирался к его прилёту быть в аэропорту. Куча помощников, главы штабов, какие-то недобитые активисты и просто праздные идиоты, которых насчитывались тысячи. - Ого, сколько народа. Прямо будто президент прилетает, - сказал Медведев и осёкся. Все искоса посмотрели на меня. - Нам не нужны кадры в сми, где он на фоне ликующей толпы, встречающей его с цветами и восторженными воплями, - категорично сказал Песков. - Это может создать неправильное впечатление. Будто он здесь кому-то интересен. Многие закивали. - Значит, толпу убрать, - высказался Кириенко. Патрушев заверил, что с этим проблем не будет, и предложил заодно поменять в последний момент аэропорт. - На Омск, - подмигнул ему Медведев. - Возьмём прямо на паспортном контроле. - А адвоката куда денем? - Не пускать. С ним и без адвоката проблем не оберёшься. - Если бы тогда в августе всё удачно закончилось... - мечтательно вздохнул Кириенко, бросив быстрый взгляд на Патрушева. - Осечки случаются, - солидно пробасил тот, разглядывая ковёр. - Если пациент действительно хочет жить, медицина бессильна, - со смешком подхватил Медведев. Он всегда любил такие дурацкие фразочки. Но после этого все немного расслабились. Я одобрил выбранный план действий. Главное - не привлекать лишнего шума. *** Разумеется, без шума не обошлось. Что-что, а это он устраивать мастер. В день прилёта наступил полный коллапс. Во-первых, действия полиции вызвали бурные возмущения в соцсетях и недружественных медиа. Самых активных встречающих задержали, остальных просто выгнали из здания аэропорта на мороз. Абсолютно логично, но им это всё пришлось не по вкусу. Отвыкли. Во-вторых, часть резво бросилась в Шереметьево, и обе трассы пришлось спешно перекрывать. А в-третьих, прямо в аэропорту, на фоне плаката с Кремлём, он умудрился дать ещё одно торжественное интервью. Поведал, как рад вернуться, что он лично ничего не боится, и призвал остальных не бояться тоже. Мне не понравились эти слова. К счастью, его тут же оперативно скрутили и увезли в неизвестном никому направлении. Только мы знали, что он сейчас в подмосковном ОВД, где мы планировали тихонько попрессовать его немного, чтобы выяснить планы гражданина. И слегка их скорректировать. Однако, это реализовать не получилось. Кто-то из его сторонничков разнюхал, что он в Химках, и у въезда мигом собралась внушительная толпа из зевак, сочувствующих и журналистов различных сомнительных сми. Туда же рвалась и адвокат, так что планы по аккуратной прессовке пришлось отложить. Временно, разумеется. Некоторые вот жалуются на медлительность наших судов, а зря. Уже на следующий день его судили прямо в ОВД и отправили на месяц в Матросскую тишину. Так сказать, аванс. Он и тут успел записать небольшое видео обращение, на тему того, что наше правосудие фарс, не упустил случая вновь обозвать меня бункерным дедом-убийцей и сообщил, что мы все на самом деле его невероятно боимся. Довольно нелепые заявления для человека в его положении. И ещё по старой привычке призвал всех на улицы. На это мы даже не обратили особого внимания, знали, что никто не выйдет. В стране пандемия бушует, сами понимаете. ***