Учитель

POV YunHo: Суббота. Все нормальные люди выбираются на природу в этот выходной или гуляют с семьями и друзьями, а я сижу на балконе, курю и наблюдаю за бурной Сеульской жизнью. Глаза немного щипало из-за того, что я проревел всю ночь в подушку, как школьница, а во рту ощущался привкус алкоголя с этой же ночи. После того, что произошло вчера, я до сих пор не могу прийти в себя и привести мысли в порядок. Всё так резко навалилось на меня, что теперь я попросту не знаю, как поступить, поэтому продолжаю изображать спокойствие и ничего не делать. А, собственно, делать нечего. Ночью я подумал, что ничего хорошего в приезде Джеджуна нет, всё равно нам не быть вместе, и не видать мне своего сына. Почему? Да потому, что Дже уже вряд ли помнит меня, раз не узнал, а если и помнит, то за четыре года он, скорее всего, разлюбил меня. Он нашёл себе молодого парня, теперь они вместе, зачем я ему? Старый, пьющий, курящий мужик, потерявший всю привлекательность. Больно думать об этом, но суровая реальность на данный момент такова. Но, если не врать самому себе, то я безумно хочу вернуть Дже и своего сыночка. Я слишком сильно люблю их обоих, хотя малыша видел всего один раз, поэтому не могу так просто смириться с тем, что есть. Я бы сделал всё, что в моих силах, если бы мог, а я даже понятия не имею, где они живут и как с ними встретится. Всё слишком сложно. Докурив сигарету, я вышел с балкона и почувствовал, как в животе заурчало. Вообще отлично… На кухне я обыскал все ящики, полки и холодильник, но оказалось, что даже весь мой рамён закончился, а у плиты одиноко лежал только пакетик чая и больше ничего. Иногда, заходя за алкоголем, я уже забываю купить поесть. Пришлось быстренько одеваться и идти на улицу, пока я не умер с голода. До ближайшего нормально магазина пришлось ехать на машине, потому что я внезапно захотел нормальной еды, которую приготовлю я сам. Денег было много, поэтому я решил набрать целую кучу всего-всего, а дома уже разобраться, что к чему. Кстати говоря, всё это время я живу на деньги своей сестры, которая до сих пор не знает, почему я уволился и до сих пор не нашёл новую работу. Обойдя весь магазин, я набрал полную корзину еды и, расплатившись за неё, вышел из ярко-красного здания и направился к своему автомобилю. Дойдя до него, я поставил пакет с едой на землю и только хотел достать ключи, как вдруг кто-то подёргал меня за штанину, заставив обернуться назад. Я был шокирован, когда увидел рядом с собой моего мальчика – Сондже, так ласково смотрящего на меня вверх и маленькой ручкой держащего меня за джинсы. Я чуть не заплакал, снова подумав, что это уже ведение, а когда понял, что это реальность, то почувствовал, как закололо моё сердце. Я снова увидел его, но не знаю, что делать… Я не верю, что это происходит… – Дяденька, – вдруг обратился ко мне мальчик, заставив меня очнуться, – я вас вчера видел. Вы больше не плачете? Я удивился. Он запомнил меня? Неужели… мой малыш… Я так хочу обнять его, но стою как вкопанный и почти не двигаюсь. – А… – растерялся я под внимательным взглядом Сондже, – я… – Сондже-а! – вдруг раздался знакомый голос сбоку. Это был Джеджун. Я ещё больше запаниковал и отшагнул назад от своего сыночка, тяжело задышав и прислонив руку к сердцу, в надежде успокоиться. Они снова тут, прямо рядом со мной, как такое возможно? И почему я снова бездействую? Почему так страшно?.. – Ах, простите, – Джеджун подошёл ко мне и поклонился, извиняясь, – мой сын очень непослушный последнее время и постоянно убегает… Я пропустил все слова Дже мимо ушей, разглядывая его лицо, пока он смотрел прямо на меня, всё было как будто в бреду. Голова перестала соображать, рука уже сильно сжимала футболку на груди, умоляя сердце успокоиться, а перед глазами был только он, мой нежный и милый Джеджунни… Такое ощущение, что это злая шутка, казалось, что если я сейчас дотронусь до него – он исчезнет. Мой хороший, почему ты не узнаёшь меня?.. – Кажется, я видел вас вчера, – вдруг заявил Дже, улыбнувшись, – какое совпадение. Его улыбка… такая же, как и раньше. Он почти не изменился: идеально белая кожа, милые щёчки, большие чёрные глаза, розовые губки, которые так хочется сейчас поцеловать. Изменился только цвет волос, теперь он чёрный, но ему он так идёт. Залюбовавшись, я совсем забыл, что было бы неплохо ответить ему хоть что-то, но язык не поворачивался, поэтому я просто выдавил какую-то печальную улыбку и кивнул. В этот момент маленький Сондже перевёл взгляд с меня на Джеджуна и тоже улыбнулся, а потом и вовсе мило захихикал. Господи, какое же ты чудо, и почему ты так близко и далеко одновременно… – Сондже-а, ты чего смеёшься? – Джеджун взял малыша за ручку, – пошли домой? – Ничего, – гордо заявил мальчик и снова засмеялся, – пошли! До свидания, дяденька! Дже ещё раз поклонился мне, а я помахал весёлому малышу рукой, после чего отвернулся от них и присел на корточки, закрывая лицо ладонями. Я мог сказать им сейчас всё, что угодно, мог объясниться, мог обнять их, но как всегда ничего не сделал. Я понял, чего я так боюсь. Я боюсь присутствия малыша, боюсь, что он всё неправильно поймёт, ведь дети видят всё немного в ином свете. Я не хочу, чтобы в таком раннем возрасте малышу пришлось так сильно нагружаться из-за большого количества информации. А ещё я боюсь, что Джеджун отвернётся от меня, даже если я всё ему расскажу, ведь я уже сомневаюсь в том, что у него остались хоть какие-то чувства ко мне… Что гораздо хуже – я не знаю ничего о жизни Дже и малыша, когда они были в другой стране, я не знаю, всё ли было хорошо, что изменилось, а что осталось прежним. Фактически, я уже почти ничего не знаю о Джеджуне и совсем ничего не знаю о Сондже… Мне так обидно, но я сам виноват… Вздохнув, я встал, достал ключи от машины, взял пакет и отправился домой. В планах было просидеть до вечера там, а потом пойти в то место, которое я посещал только один раз, но сейчас это было спасением от стресса. Конечно же, я говорю о том самом гей-клубе. POV JaeJoong: Вечером, после семейного ужина, я как всегда вымыл всю посуду и пошёл в гостиную, где мой муж – Чанмин играл с моим сыном – Сондже. Они сидели на диване и перебирали каких-то солдатиков, конструктор и машинки. Со стороны казалось, что именно такой должна быть идеальная семья, однако нет. Но сейчас не об этом. Я подошёл к Чанмину со спины и обнял его, прижавшись к нему щекой. Так я веду себя, когда что-то клянчу или отпрашиваюсь куда-то. А сегодня был тот день, когда Макс остаётся дома, а не идёт на работу и может присматривать за малышом, поэтому я решил воспользоваться этим шансом, который так редко мне выпадает: – Дорогой~ – протянул я. – Да, Джеджунни? – не отвлекаясь от игры с сыном, ответил мне Мин. – Можно я пойду погуляю? – продолжал растягивать слова я. – Ну и куда ты собрался вечером? – серьёзно спросил Макс, поворачиваясь ко мне лицом, – в клуб? – Ну… я хотел пойти туда, где ты раньше работал… – смутился я, – но я правда ничего такого делать там не собираюсь! Я только выпью пару коктейлей и поговорю с друзьями! Честно-честно! Я сложил руки у лица, как кот из «Шрека» и сделал милое лицо. Макс, естественно, не смог устоять и улыбнулся мне, вставая с дивана и начиная давать мне наставления: – Итак, я разрешаю тебе туда пойти, но! – он тыкнул указательным пальцем мне в грудь и приблизился к моему лицу, отчего я покраснел и отвёл взгляд, – не пей много, я по твоему поведению проверю, не клей мужиков, – это он сказал шёпотом, чтобы не услышал ребёнок, – и чтобы вернулся не слишком поздно! Я быстро закивал и, чмокнув Чанмина в нос, побежал одеваться, выкрикнув из коридора: – Спасибо, Чанминни! Первый раз за долгое время мне довелось одному пойти куда-нибудь и отдохнуть. И в Лондоне, и здесь меня сильно нагружали домашние обязанности: уход за ребёнком, прогулки с ним, уборка, стирка, готовка и так далее. Нет, я не жалуюсь на жизнь, просто мне иногда тоже хочется хорошенько отдохнуть и забыть обо всех своих делах, которые я совершаю круглосуточно. Самое спокойное время было только тогда, когда я ходил беременный. Чанмин чуть ли не в ноги мне падал, делал всё только для меня, а стоило Сондже появиться на свет – всё это свалилось на меня. Сейчас мой малыш хотя бы подрос, а раньше всё было гораздо хуже. Тогда мне приходилось постоянно названивать маме, чтобы она помогала мне, иначе сам бы я уже загнулся. Кстати, насчёт мамы, и папы тоже… Они уже давно перестали меня опекать, доверив в руки Чанмина, но перед тем, как оставить меня в покое, они совершили одну большую ошибку, о подробностях которой я, пока что, считаю правильным умалчивать. Размышляя о жизни, я не заметил, как уже добрался до своего ранее любимого места. Охрана изменилась, но теперь-то они не могли мне ничего сказать, мне уже не 17 лет. Зайдя в клуб, я заметил, что он немного изменился: поменялась расстановка, людей стало ещё больше, персонал, конечно же, тоже стал другой. Но и среди них я нашёл своих знакомых, с которыми разговорился за барной стойкой. Они рассказали мне о том, что произошло за все эти годы, расспрашивали меня, где я был, и что со мной произошло, а потом в шоке прикрывали открытые рты, удивляясь, насколько изменилась моя жизнь. В общем, я с головой окунулся в привычную атмосферу. Всю жизнь бы тут провёл, если бы до сих пор жил один без ребёнка и мужа. А сейчас я вынужден, отдыхая, думать ещё и о том, что же эти двое сейчас там делают, всё ли хорошо и ничего ли они не натворили, пока меня нет. Вскоре народ разошёлся танцевать, а я остался сидеть за стойкой и попивать коктейль, наблюдая за тем, как работает бармен. Но вдруг рядом со мной кто-то сел, и я повернул голову в бок. Это оказался тот самый мужчина, которого мы с Сондже сегодня снова видели у магазина. Вот это точно совпадение! – О, здравствуйте, – поздоровался я с ним, привлекая его внимание. Он посмотрел на меня таким удивлённым взглядом, что мне стало даже немного неловко… Неужели, он так удивлён, что снова увидел меня? Да ещё и в таком месте… – Джеджун-а… – услышал я из его уст и сам уставился на него таким же взглядом. – Откуда вы знаете моё имя? Так странно… Может, мы уже когда-то виделись?.. А ещё его голос показался мне до жути знакомым, но я не смог вспомнить, где я его уже слышал… Мужчина не ответил мне, а только резко схватил меня за руку, отчего я что-то выкрикнул, и вывел в какую-то тёмную комнату, где никого не было, сильно прижав меня к стене и смотря на меня так, будто я убил кого-то. Я упёрся в его грудь руками, пытаясь оттолкнуть, но он только ещё сильнее вжал меня в стенку и внезапно поцеловал меня. Мои глаза расширились, и я протестующее замычал, пытаясь освободиться, но он так сильно сжимал мои руки у стены, что стало даже больно. – Да что вы творите?! – разозлился я, когда он отстранился. Его взгляд так пугал… Мне стало, правда, страшно… – Скажи, Джеджун-а, ты серьёзно меня не узнаёшь? – холодно спросил мужчина, находясь так близко ко мне, что я чувствовал его дыхание на своих губах. От него несло табаком и алкоголем, но через этот отвратительный запах пробивался ещё какой-то, возможно, запах дорогого одеколона. – Какое ещё «узнаёшь – не узнаёшь»? Я вас впервые в жизни вижу… – сказал я, пытаясь успокоиться и убедить себя, что лишние нервы ни к чему хорошему сейчас не приведут. – Ты уверен? – мужчина продолжал сверлить меня взглядом. Его глаза показались мне такими красивыми, что я невольно засмотрелся, даже не моргая и только потом, будто сквозь сон, ответил: – Даже если мы и виделись уже когда-то, то, как я могу вас так просто вспомнить, не зная вашего имени? Наверное, зря я это спросил. Наверное, стоило вообще молчать в тряпочку, пока он не отстанет. Его дальнейший ответ воспринялся, как нож в сердце: – Чон Юнхо.