Все в порядке

Прошло около месяца. Все это время Малфой терзал себя различными мыслями, не зная как правильно подступиться к этой отвратительной грязнокровке. Нужно ли вообще подступаться к ней? Раньше он тайком поглядывал на нее, краем глаза следил за ее движениями. С недавних пор Драко стал замечать ответные взгляды. Девушка могла что-то увлеченно черкать в своей тетради, читать свои заумные книжки, сидеть за столом в главном зале но обязательно, словно строго замеренными интервалами, ее блестящие глаза мельком пробегались по гадкому слизеринцу. Такая точность была в ее духе. Но совсем не в духе Драко было высчитывать эти интервалы. В среднем где-то раз в 12 минут. Он не носил часов, отчего каждую минуту приходилось отсчитывать самому. Раз, два , три…шестьдесят- прошла первая, пятьдесят восемь…пятьдесят десять…шестьдесят-вторая. Отсчет до полного безумства. Класс стоял около домика Хагрида, ожидая, когда же любимый лесничий проведет их в глубь леса. Все были увлечены своими мелкими делами. Лишь Малфой огородившись ото всех стоял где-то поодаль, наблюдая за этими «никчемными недоволшебниками». И за Грейнджер, разумеется. Тогда-то он и поймал себя с поличным, считая эти несчастные минуты. В тот момент он подумал что полностью спятил. Лишился последней капли рассудка. -Ненавижу. – прошипел Драко, собирая в сердце всю оставшуюся злобу. Это слово, брошенное в сторону грязнокровки, скорее предназначалось для него самого. Для того, чтобы с новой силой убедить себя в неприязни. К ней. Драко почувствовал себя уязвимым. Чувство, колющее самолюбие. Он долго подавлял в себе внезапно появляющиеся порывы. Подойти к Гермионе, попытаться заговорить, просто постоять с ней рядом. Общаясь с другими, она казалась такой умиротворенной. Драко думал, может, подойди он к ней, эта невесомая аура безмятежности накроет и его. Но просчитав всевозможные варианты юноша остановился на мысли, что именно просто нормально заговорить не получится. Наверняка, она снова найдет способ вывести его и они вновь разругаются и начнут отпускать колкости.

***

Гермиона возвращалась из Хогсмида. Джинни, наконец поправившись, предложила подруге скрасить день. Они обошли все магазины, пытаясь подобрать Уизли новый наряд к возвращению Гарри, но девушке так ничего и не понравилось, и она, подсчитав свои средства, все же решилась обратиться в ателье. Гермиона же, выполнив свой долг подруги, решила отлучиться в книжный. К ее огромному сожалению, волшебные прилавки не могли похвастаться большим выбором классической магловской литературы, поэтому, при любой подвернувшейся возможности, Гермиона старалась захватить с собой как можно больше простых человеческих книг. В последнее время ее начало тянуть на романы. Порой простенькие, незаурядные. Они помогали отвлечься. Но последняя прочитанная ею книга – Великий Гэтсби авторства Фицджеральда, заставила впасть в раздумья. Гермиона, пребывавшая в полном восторге от книге, отчаянно старалась вручить чтиво Джинни или Луне, чтобы потом обсудить сюжет, героев, мораль. Но ни ту ни другую это совершенно не заинтересовало. Джинни предпочитала квиддич, а вот Луна с головой ушла в мифологию. Гермиона зашла в маленький магазинчик. На полках красовались различные книги в удивительно ярких обложках, запакованные учебники, журналы с колдографиями звезд и коллекционные открытки. Взгляд девушки начал бегать по полкам, в надежде найти заветного автора. Но на полках классической литературы были лишь Маргарет Митчел, Джейн Остин, Бронте, Оскар Уайльд. Книги этих авторов были давным-давно прочитаны. Гермиона с разочарованным видом повернулась в сторону продавца, что копошился около коробок. -Извините, сер. – девушка подошла ближе, обращаясь к пожилому мужчине. -Чем могу помочь?- поправляя огромные очки, отозвался тот. -Я ищу книги одного автора.- она полезла в свою сумку, доставая полюбившуюся книгу.- Фицджеральд.- ее пальчик указал на имя автора на обложке. -Так-так. - Старичок смотрел куда-то в сторону, потирая переносицу. – Нет. Таких современных авторов у нас нет. -Но он писал в 20-30 годах. – возмущенно ответила Грейнджер. -Ничем не могу помочь, мисс. Этот автор – магл. Любой любитель книг знает что у нас перебой в поставке немагической литературы. Довольствуйтесь тем, что есть. – Он кивнул в сторону пары полок на которых стояли уже известные авторы. Расстроенная, Гермиона вышла из магазинчика, и поспешила вернуться в Хогвартс. Она совершенно забыла о Джинни. Последние теплые лучи солнца пробирались сквозь полу-прозрачные облака. Жухлые листья опадали с деревьев, превращали зеленые горизонты в красочный пейзаж. Было безмерно спокойно. Гермиона подошла к главным воротам Хогвартса. Совершенно не хотелось заключать себя в четырех стенах замка. Ее взгляд бродил по окрестностям. Легкая улыбка не сходила с лица. Сколько воспоминаний хранит в себе эта школа? Каждый камень, каждое дерево – свидетель истории. Это место воспитало их. Закалило характер. Позволило поверить в сказку. Без преувеличения –Хогвартс – родной дом. До тревожного близкое душе место. В памяти навсегда останется каждая делать. Каждая картина, что охраняла покои, каждый кабинет, где, казалось бы, еще совсем недавно маленькие волшебники учили примитивные заклинания, главный зал – место всеобщего сбора - объединения, парящие под волшебным потолком – звездным небосводом - свечи, высокие башни завораживающие своими видами, лес близ миленького домика Хагрида, поле для квиддича полное болельщиков, библиотека с огромными стеллажами и потрепанными книгами. Девушку окутала светлая грусть. Совсем скоро придется покинуть школу. В последний раз зайти в главный зал, чтобы выслушать прощальную речь и напутствия директора, собрать в большой чемодан свои вещи, и сесть в вагон Хогвартс-экспресса, испытывая такое же приятное покалывающее волнение, какое было в самый первый день – на пути в это волшебное место. Прощаться будет невыносимо тяжело. Время не остановить. Пройдут годы и в эти самые стены войдут уже ее дети. Такие же маленькие любопытные волшебники. Это будет начало новой истории. Песчинки в часах начнут новый отсчет длиной в семь лет. Звонкий гул заставил обернуться. Волшебники с книгами в руках быстро заполнили внутренний дворик и открытые арочные коридоры. Последний урок у младших курсов только-только закончился. Голоса активно вели беседы. -Гермиона! Джин! – окликнула ее парень пробираясь сквозь толпу маленьких волшебников. -Кормак…Что-то случилось? – из вежливости спросила Грейнджер. Как выяснилось, и на Гриффиндоре могут учиться омерзительные личности. -Я хотел позвать тебя посмотреть на нашу тренировку. Мы только что разбили Слизерин, веришь? Они хотят реванша! -Разве для Гриффиндора сезон не закрыт? И почему вы играли без Джинни? -Закрыт…закрыт…Но форму нужно поддерживать.-он согнул руку, играя мускулами.- И играть в свое удовольствие никто не запрещал. – его лицо выглядело слишком самодовольно. -Что насчет Джинни? – не унималась девушка. -Она куда-то ушла…И я предложил в качестве эксперимента… -Сменить капитана? Какое благородство!- полоска губ нервно сжалась. -Всего на одну игру! Чего ты злишься? Гриффиндор победил. – он коснулся ее плеча. -Джинни отдает всю себя игре! Кичится над каждым из вас, чтобы команда была слаженной! –возмущения посыпались на юношу. Ей стало так мерзко от него, что захотелось со всей силы влепить звонкую пощечину. –Ты мерзавец, раз только и думаешь как сместить Джинни.- Гермиона скинула с себя его руку и быстрым шагом двинулась вперед. Она была безумно зла. Этот мерзавец явно метил на место Джинни. Повадки Маклаггена были невозможно раздражающими. Он был как слишком приторная конфета, настолько сладкая, что хотелось выплюнуть, промыть рот и в срочном порядке зажевать чем-то чертовски острым или кислым, лишь бы перебить тошнотворный вкус. Пройдя чуть дальше, минуя аккуратные скамеечки, проходя сквозь дворики и открытые коридоры, Гермиона заметила выделяющийся из общей массы серебряный волос. Хозяин белокурой шевелюры почти затерялся в толпе. Гермиона, подгоняемая своим любопытством, решила проследовать за ним. Их глаза встречались ежедневно. Но никто из них так и не решался заговорить. Нелепость! Люди, что постоянно доводили друг друга стеснялись начать простой разговор. Это казалось неправильным. Каждый из них представлял наихудшую из всевозможных реакций на свои попытки прервать это затянувшееся молчание. Бурное воображение стало помехой. Как же это по-человечески. Придумать в своей голове плохой сюжет и уверовать в него так, будто это уже произошло. Только так. Никак иначе. От страха собственной мысли не спадает даже благородная кровь. Драко шел медленными шажками, придерживаясь рукой о каменные стены. Он хотел остаться незамеченным пробираясь к своему подземелью. Идти становилось все больнее, колено разила колющая боль. Казалось, что она исходила из тупой кости, а потом быстро передавала колкие импульсы в мозг, заставляя до скрежета сжимать зубы. Ощущение, словно твердая, острозаточенная игла одним движением впивалась в мягкие ткани, упиралась в коленную кость с обратной стороны и рывком покидала тело. Каждый шаг – боль. Драко хотелось лечь и завыть. Но он лишь сильнее прикусил язык, чтобы тот самовольно не издал ни звука и продолжил свой путь. Он уже не маленький мальчик, вечно пускающий сопли и притыкающий властным отцом. Теперь он – мужчина. Мужчины обязаны сами решать свои проблемы. Мужчинам непростительна слабость. Во всяком случае, публичная. Боль, достигая мозга, заставляла гореть все тело. И теперь слияние всех недугов туманило сознание. Драко стало так плохо, он не понимал что именно его тревожит. Страдало все тело. Вариант посещения лазарета даже не рассматривался. Мадам Помфри в обязательном порядке пропишет постельный режим и не выпустит из больничной койки, заставляя принимать горькие отвары и огромные пилюли. В голове родился простой , но от этого не менее идеальный план - не привлекая внимания слинять от команды, добраться до своей пастели и аккуратно призвать домашнего эльфа с какой-нибудь целебной мазью, так, чтобы матушка осталась в неведении. Но все оказалось куда сложнее. Передвигаться стало невыносимо, от болезненных ощущений появился жар, а он в свою очередь окутал все внутренности. Драко мог поклясться, что чувствует как сводит органы, как разносится частый пульс, и как желудок, будто вжимаясь в позвоночник, отдает покалывающими ощущениями. -Мгх..- прохрипел Драко, хватаясь руками о колонну, когда пробегавший мимо мальчишка врезался в него. Первогодка лишь потер лоб и побежал дальше. Если бы не травма тормозящая движения, он бы с удовольствием преподал урок хороших манер этому маленькому наглецу. -Малфой! Что с тобой? – Грейнджер, что крадущимися шагами следовала за Драко наконец нарушила дистанцию и встала впереди него, закрывая путь. Он выглядел слишком болезненно. Сквозь бледную кожу были видны голубоватые паутинки вен, маленькие капельки пота мелькали на лбу и около висков. Услышав голос Грейнджер, Драко с ужасом поднял широко распахнутые глаза. Он попытался выпрямиться и принять невозмутимый вид. Черт. Нужно было идти другим путем. -Чего тебе, Грейнджер? – Он в привычной манере гордо задрал голову и попытался выдавить твердость в голосе. -Ты еле стоишь на ногах. Не думаю что тот малец так подкосил твое здоровье. -Следишь за мной? -Нет! В моем графике нет отметки «преследовать Малфоя», зато есть пункт проверить младшие курсы. Я же староста. – Она быстро отвела взгляд в сторону, желая скрыть правду. -А если я скажу, что видел твою тень ровно позади меня?- Драко врет. Импровизирует. Как же не вовремя Грейнджер настигла его. Сейчас совершенно не было сил переговариваться. Он был раздражен, в гневном настроении, а вместе с этим ежесекундно испытывал мучительные ощущения. Единственное, чего хотелось всем сердцем – послать всех. -Глупость! Все же я хотя-бы в состоянии передвигаться сама. – она крепче сжала книгу в руке и недовольно фыркнула. -Я пошутил, Грейнджер. Какая же ты наивная. – Драко ухмыльнулся. Самонадеянно сделал шаг вперед. Ощущения не заставили себя долго ждать и уже в следующую секунду он вновь хватался ладонями о стены пытаясь удержаться и не согнуться в три погибели. Все это время он старательно отводил глаза в сторону. Цепляясь за трещины в камнях замка, за опавшую листву, за маячащих где-то позади учеников, за что угодно, лишь бы снова не угадить в плен этих глаз вездесущей девушки. А она, как будто, как всегда - на зло, пытливо вглядывалась в его лицо. Гермиона следила за ним. Сегодня. Пару дней назад. Всего по несколько минут, желая убедиться в том, что сегодня с ним все в порядке. Каждый его взгляд приносил неописуемо тяжелое волнение. За него. Драко, словно приемник, транслировал на нее все свои переживая. А она, как верный слушатель, не смела переключить волну. Они были абсолютно чужими друг другу. Возможно, это стало спасением. Ей было очень неловко встречаться с ним взглядом. В-первую очередь, потому что она не понимала его мотивов. Этот человек, прибывающий рядом всю школьную жизнь был словно многогранная головоломка. Гермионе оставалось только гадать, что же задумал этот змей. Он стал еще более отстраненным, не только от нее – ото всех, почти всегда игнорировал ее присутствие, перестал отпускать колкости. Но одними только глазами, в зависимости от настроения – с серебряным отливом, медным проблеском, голубоватой, почти прозрачной сердцевиной он преследовал ее ежедневно. Сначала робко, то и дело цеплялся за что-то близ нее, потом более уверено – удерживал взгляд, а сейчас властно – смотрел на нее до тех пор, пока она сама не поворачивалась к нему лицом, открывая свой ясный взор и смущенно улыбаясь. Хотя внешне Драко выглядел строго и тучно, на самом деле в такие моменты ему становилось спокойно. Теперь требовался ее взгляд чтобы убедить себя в том, что сегодня все в порядке. Но вместе со спокойствием приходило понимание. Он становится зависимым. Быть зависимым все равно что быть уязвимым. Уязвимость может привести к подчинению. Малфой не собирался подчиняться никому. Новый повод для тревоги плотно осел в его сознании вновь возводя невидимые барьеры. Паранойя возвращалась. В последние дни он стал все меньше цепляться за спасение. Отворачивался от солнца. Сейчас он чувствовал себя крайне жалко. Гермиона потянулась к Драко, аккуратно касаясь предплечья и придерживая его за локоть, чтобы он смог выпрямиться. -Оставь! – Реакция не заставила себя ждать. -Драко, ты…- ее прервали. -Оставь говорю! Иди куда шла! Не прикасайся ко мне! -Ради Мерлина, прекрати орать! Если ты думаешь что мне приятно твое общество – глубоко ошибаешься.- она замялась- Но я хочу помочь тебе. Отвести в больничное крыло. –Гермиона попыталась перекинуть его руку через свои плечи. -Я не просил о помощи.- он резко дернул руку на себя а затем толкнул девушку в левое предплечье так, что ей пришлось сделать несколько шагов назад. – Иди помогай своим глупым друзьям, святая Гриффиндорка! – его глаза щурились, а мышцы лица напряглись.- О, и не забудь рассказать своему ослу Уизли как ты напилась в стельку и лезла к парням. Драко хотелось задеть ее как можно сильнее. Когда он зол, эта потребность - словно на уровне инстинктов. Вывести ее на эмоции. Разозлить. Напитаться ее энергией. Но вместо того, чтобы в привычной манере ответить на колкие выпады, Гермиона стояла молча. Одна ее рука придерживала предплечье, другая крепко сжимала книгу. Лишь ее взгляд с осуждением обращался к нему. Черт. Он снова попал. Снова посмотрел в эти глаза. Самые ненавистные. Самые пронзительные. -Нет. Даже не думай. Не смотри на меня. – он развернулся лицом к стене. На секунду ему стало непривычно совестно. Драко потер переносицу, собираясь с мыслями. -Я…- он вновь повернулся к ней лицом и только успел открыть рот, как Гермиона запустила в него своей книгой. Удар пришелся прямо в лицо. Она лишь слегка надменно задрала голову подходя в плотную и поднимая томик. Только так возможно заставить этого змея замолчать, прервать начинающийся поток гневных тирад и споров. -Грейнджер, блять! Ты нормальная!? – Он дернулся к ей на встречу совершенно забыв о боли. Не прошло и секунды как нога вновь подкосилась не позволив возвыситься над девушкой. -Ты же так пристально следишь за мной. Высматриваешь. Подолгу не отводишь взгляд. – ее голос был твердым, но подбородок слегка подрагивал. – Неужели ты не заметил что Рон больше не составляет мне компанию? Можешь рассказывать кому хочешь. Но тогда я расскажу как ты изводишь себя, кричишь ночами и доходишь до безумия выпив слишком много. А пьешь ты всегда слишком много. – она сосредоточено смотрела в его ледяные глаза. «Опять сует нос не в свое дело». -Так ты все же следишь за мной? Смотрите ка, Гриффиндорка показывает коготки. Не боишься получить по губам за такую дерзость? - Драко стоял немного склонившись, придерживаясь о стену. Их лица были на одном уровне, приближены почти вплотную. Ему стало интересно. Он склонился еще чуть ниже, непрерывно смотря Гермионе в глаза, так, что его горячее от злости дыхание начало опалять ее нежную кожу. – Запомни. Тебе меня не напугать. – голос понизился до щекочущего шепота. Гермиона почувствовала как легкая дрожь пробежала по телу, оставляя холодный след. Драко был слишком близко. Контрастное ощущение – жар, что исходил от него, заставил сердцебиение участится. Она сделала шаг назад и поднесла руки к его лицу, схватила за челюсть. Малфой совершенно не ожидал такого. Пребывая в шоке, он лишь возмущенно уставился на Грейнджер, что так властно посмела вторгнуться в его личное пространство. Прикосновения казались неприятными, чужими. -Я не собираюсь тебя запугивать. Я хочу помочь. Мы ругаемся уже кучу времени, просто позволь отвести тебя в лазарет.- ее пальцы освободили лицо парня. – И я тебя оставлю. -Унизительно. Гриффидорка тащит меня до лазарета. – Недовольно прошипел Драко, разглаживая рукой ранее сжатую челюсть. -Либо ты идешь до лазарета с моей помощью, либо я отправлю патронус к мадам Помфри. -Либо ты пойдешь куда подальше. -Отлично. – Гермиона достала палочку. -Грейнджер, блять! Если я умру ты оставишь меня в покое!? Как мне от тебя отвязаться? Вся прелесть наблюдать за тобой со стороны в том, что ты не открываешь рот.-Он схватился за ноющее колено, отбрасывая защитную экипировку. Белые эластичные повязки, фиксирующая положение были запачканы красно-бордовыми следами. –Блять! Нельзя мне в лазарет. -Слишком жесткие кровати для твоей аристократической задницы? - Грейнджер важно сложила руки на груди, наблюдая за мучениями Драко. -Все же мягче, чем сено в сарае Уизли. - Ответная колкость не заставила ждать. Его самоуверенность не позволяла сдаться и принять помощь, особенно сейчас, когда на споры было потрачено столько времени и сил. Драко пытался заглянуть под повязку. Не выдержав этой картины, Гермиона опустилась к пострадавшему месту, оттягивая повязку и оценивая повреждения. Участок плоти был покрыт ссадинами, из которых сочилась кровь. Поврежденная кожа окрасилась в фиолетово-зеленый оттенок. Ничего серьезного. Она развернула его ногу обратной стороной. -Блять! – несмотря на то, что каждое свое движение Гермиона старалась делать предельно аккуратным, все ее прикосновения приносили жгучую боль. -Потерпи. – Гермиона лишь отмахнулась от его ругательств. Внутренняя часть колена выглядела намного хуже. Открытая рана на месте сгиба тянулась вниз, до икр. Она опустила повязку ниже, к порванному месту. Чуть левее, по направлению кости, было еще одно повреждение. Небольшой участок кожи как и все остальное месиво на ноге давно окрасился в фиолетово-зеленные оттенки, однако под ним скопилась кровь, образуя выпуклость. К ее удивлению, из этой странной раны капала лишь белая, прозрачная жидкость – скопившаяся лимфа. Малфой из последних сил старался не завыть. Гермиона оставила его колено, поправив повязку. Теперь все ее внимание занимал пласт защиты, что ранее снял Малфой. Передняя часть осталась цела, а вот задняя, та, что образовала крепление с одной стороны была разбита. Не хватало одной детали – слегла удлиненного осколка. Быстро сложив все в единый паззл, Гермиона поднялась с колен, удерживая элемент экипировки. -Осколок в твоей ноге. С обратной стороны. – голос немного дрогнул. Она была достаточно эмпатична, поэтому в долю секунды представила и прочувствовала ощущения, не оставляющие Малфоя уже долгое время. -Если не обработать…и не достать может начаться загноение. А это опасно ампутацией. – Гермиона виновато посмотрела на Драко. -Всего лишь рана. - Он побледнел еще больше, дыхание стало тяжелым. Драко совсем не ожидал таких серьезных последствий. -Я прошу в последний раз. Позволь проводить тебя к Помфри. Я поговорю с ней, попрошу вытащить осколок, дать зелья и не держать долго. Драко уже был готов согласиться на все. Тело не переставало гореть, пульс, что волнами отдавался по организму вызывал сильную головную боль и тошноту. Разящее ощущение в колене начало отдавать вверх, по всей ноге. Слова Гермионы о возможной ампутации вконец разрушили его твердолобость. Оставалось довериться этой через чур правильной Гриффиндорке и проследовать в лазарет. Его выражение лица было по прежнему напряженным и недовольным. Лишь глаза смотрели на Гермиону со всей смиренностью. Он разрешил. Принял помощь. Гермиона быстро засунула книгу в сумку и вплотную подошла к Малфою, перебрасывая его руку через свои плечи и удерживая мужское тело за талию. -Невыносимая упрямая..мгхх – он крепко сжал ее плечо, двинувшись с места. -Соберись! Разве так себя должен вести капитан Слизерина? – она пыталась приободрить Драко. Малфой был выше ее и значительно тяжелее. Это доставило проблем. Она сама вызвалась помочь ему а теперь думала лишь о том, как не согнуться принимая на себя его вес. Малфой же в добавок, будто специально, с силой сжимал ее хрупкие плечи сдерживая болезненные крики. Добравшись до больничного крыла, Гермиона уложила Драко на первую попавшуюся койку и убежала на поиски мадам Помфри. Спустя десять минут лекарь стоял около пациента. Осмотрев его, Мадам Помфри подтвердила слова Гермионы. Осколок и вправду глубоко забрался в ногу. Он ранил собой волокна мышц и мягкие ткани. -Мисс Грейнджер, я подготовлю обезболивающее зелье. Помогите Мистеру Малфою оголить поврежденную ногу. – старушка скрылась за ширмой. Гермиона потянулась к его ноге. К ее удивлению никаких возмущений и ругательств не последовало. Малфой смиренно лежал на койке, закрыв лицо рукой. Тяжелое, шумное дыхание было единственным признаком его присутствия. Девушка отбросила обувь, стянула фиксирующую повязку и спортивные гольфы, подвернула шорты к верху. Ей было неловко, это все же был Малфой. Однако для смущения не было места. Это больничное крыло, а он выглядит ужасно замученным. Прикосновения ее рук приносили дискомфорт. Из-за боли. Однако сами теплые касания аккуратных пальчиков были необычно приятными. Благо, лицо Драко было прикрыто. Он боялся что кто-то заметит его секундное смущение. -Как это случилось? Неудачно упал? – Гермиона прервала тишину. -Упал, ну конечно…Ваш идиот, Маклагген…- он откашлялся, во рту было неприятно сухо- Этот индюк вцепился в метлу пытаясь скинуть меня. У него ничего не вышло и тогда вместе с другим они прижали меня с двух сторон. Я влетел в одну из башен на трибунах. А потом да, «неудачно упал». – последние слова были произнесены с долей иронии. Как будто Грейнджер правда волнует что с ним случилось.Бред. -Поверь, он доставляет проблемы не только тебе. Маклагген хочет занять место Джинни. Она всегда пресекала его жестокие выходки. -Что он, что Джинни - упертые Гриффидорцы. -Почему ты не попросил помощи? Твоя команда могла отнести тебя сюда. -Я капитан. Обычно всем достается от меня. Это подкосило бы мой авторитет. -Глупое благородство. Ты мог остаться без ноги. Ответа не последовало. Гермиона подошла к ближайшему окну. На улице начал моросить мелкий дождь. Мадам Помфри вернулась в скором времени. Ее руки были заняты различными пробирками и марлями. -Мисс Грейнджер, вам лучше выйти. Зрелище не из приятных. – предупредила ее старушка, протягивая Драко стакан с очередным зельем. -Я хотела бы остаться. -Нет. Ты обещала что оставишь меня, как только приведешь сюда. – резко ответил Малфой. Такие моменты он предпочитал переживать в одиночестве. Как и все остальные. Ее понимающий взгляд сейчас никак не поможет. Он и так позволил лишнего. -Я навещу тебя позже. -Не надо. -Не бойся, все пройдет удачно. - Гермиона устало вздохнула. Этот слизеринец своей непробиваемостью забирал последние силы. Она прекрасно знала о его отношении к себе. Драко по прежнему загорался ненавистью при каждой их стычке. Они могли пол урока пожирать друг друга глазами, порой смущенно улыбаясь, но после, как только выпадала возможность начать диалог, Малфой тут же менялся в лице и начинал поливать девушку грязью, а она в свою очередь не могла остаться без ответа. Гермиона искренне не понимала его поведения. Эти две разные грани одного человека просто заводили ее в тупик. А Грейнджер очень злилась когда не могла найти ответа. -Я не боюсь, глупое ты чучело. Проваливай. -Нужно было оставить тебя там. - Пальцы Гермионы легли на ручку двери, не осмеливаясь завершить действие. Надеяться на благодарность было глупо. Это Малфой. -Я об этом и просил. - Парень недовольно цыкнул, когда Мадам Помфри принялась обрабатывать мелкие ссадины. Гермиона спешно покинула больничное крыло. Поведение Малфоя разочаровывало ее каждый раз. Человеческая доброта для Драко - данность. Этот змей разучился нормально общаться, поэтому его общество бывает просто невыносимым. Мадам Помфри опоила Малфоя обезболивающим и зельем сна без сноведений. Она оставила юношу погружаться в сон. Драко с безразличным видом глядел в белоснежный потолок. Веки начались слипаться, а мозг постепенно расслаблялся. Боль стихала. Было тихо. Даже слишком. Белесые больничные стены угнетали. Совсем скоро сон накрыл его, не давая впасть в размышления. Мадам Помфри проверила его состояние, прежде, чем начала обрабатывать глубокие раны и извлекать осколок. Своими движениями Драко вогнал этот инородный предмет дальше, еще больше повредив жилистые ткани. Лекарь была крайне недовольна халатностью учеников, что зачастили посещать больничное крыло. Умелые руки старушки уверенно работали с металлическим инструментом извлекая осколок. Перед этим она наложила несколько заклинаний чтобы снять отек и предотвратить заражение. Спустя несколько минут инородный предмет громко упал в медицинский лоток. Руки Помфри были в крови, поэтому ей пришлось использовать невербальное заклинание очищения прежде чем начать снова обработать раны. Все время она пристально наблюдала за состоянием Драко. Парень морщился во сне , его пальцы поддрагивали. Дело было вовсе не в боли, обезболивающее зелье прекрасно справлялось со своей работой. Что-то тревожило его сознание.

***

Гермиона засела в библиотеке, чтобы скоротать время. Она переживала за Малфоя, как и за любого ученика Хогвартса. Но этот упрямец умело действовал ей на нервы а его твердолобость всегда создавала проблемы. Девушка устроилась на милом диванчике, близ горящего камина. В библиотеке всегда было тихо. Это была приятная тишина которая помогала собраться с мыслями и сосредоточиться на работе. На ближайшем столике лежали потрепанные журналы. Гермиона взяла первый попавшийся под руку и начала листать страницы не вчитываясь в текст. Спокойная атмосфера помещения и греющий камин помогали расслабиться. Так, что она сама не заметила, как уснула. Возможно, утомилась пока тащила Малфоя до больничного крыла. Или, скорее всего, пока спорила и убеждала его не упрямиться. Их словесные баталии всегда отбирали у нее слишком много сил. Прошло не меньше часа прежде, чем Джинни застала Гермиону в библиотеке. Грейнджер выглядела очень забавно - голова была откинута на спинку дивана, руки крепко держали журнал, она негромко посапывала приоткрыв рот. -Гермиона, - Она потрепала задремавшую подругу по голове. Этого хватает чтобы вывести кудрявую ведьму из царства морфея. Гермиона не понимает в чем дело, веки предательски слипались. Она убирает журнал в сторону и хлопает своими ладошками по лицу, желая хоть немного взбодриться. Джинни садиться рядом с ней, тихонько посмеиваясь. -Гермиона Грейндже, минус сто очков за сон в библиотеке, - Уизли трясет подругу за плечо. Ей хочется как можно быстрее рассказать радостную новость. -Джиневра, ради Мерлина, не тряси меня! -Ты - настоящая беглянка! Оставила меня в Хогсмиде! - Джинни игриво надула губы и поучительно помахала пальчиком у носа Грейнджер. Они обошли все магазинчики в маленькой деревушке, и, на самом деле, заметив скучающее выражение лица подруги, Джинни сама намекнула ей, что та может идти. -Клевета! -Ты готова услышать радостную новость? Я хотела сказать раньше, но каждый раз меня охватывает такое...волнение! -Нет, нет! Подожди! - Гермиона перебила собеседницу, вспоминая о неприятном разговоре с Маклаггеном. -Ты не хочешь узнать? -Да нет же, Джинни! Очень хочу. Просто, выслушай меня, - она замялась, наблюдая за реакцией младшей Уизли - Кормак, он... -Ты и Кормак!? - Джинни ошарашено распахнула глаза и вновь потрясла Гермиону за плечо. -Да нет же! Выслушай! - Она поймала руки Джинни, желая сконцентрировать внимание. Уизли лишь кивнула, побуждая продолжить. - Сегодня, когда я возвращалась в Хогвартс, он подошел ко мне и сказал что команда Гриффиндора играла в квиддич против Слизерина. -Но ведь сезон для Гриффиндора закрыт. -Он сказал что-то вроде "Никто не запрещал играть в удовольствие". -Но мне никто ничего не говорил! Джинни бледнела с каждой секундой. Это был абсурд. Бред! Команда родного факультета не могла специально не позвать ее. Кети, Невилл! Они бы точно сказали ей. Девушка искренне хотела в это верить. Она напряглась и начала перебирать пальцы, пытаясь усмирить нарастающее волнение. -Я говорю тебе это сейчас. Маклагген хвастался победой над Слизерином и... - ее вновь перебили. -Они выйграли!? - Джинни подорвалась с места - Скажи мне, Кормак был капитаном? - Ее брови были сведены, отчего взгляд стал казаться более суровым. -Да...Но он был отвратительным капитаном. Знала бы ты каким способом он, - Гермиона снова не смогла закончить мысль. -Отвратительным капитаном? Это я была отвратительным капитаном! Гермиона они выйграли как только он встал на мое место. -Кормак играл не честно! Мне кажется даже жестче чем Слизерин. Маклагген и кто-то еще прижимал Малфоя с двух сторон пока он не влетел в трибуны. Он не смог удержаться и упал так, что повредил ногу. Я потратила целую вечность пока уговаривала этого упертого барана пойти в больничное крыло! - Гермиона встала с дивана, теперь они с Джинни были на одном уровне. -О, Мерлинова борода! - Уизли схватилась за волосы, - Я знаю эту стратегию! Эти трюки! Кормак постоянно пытался протолкнуть их мне, - она резко прервалась, ее глаза чуть прищурились , - Погоди. Ты возилась с Малфоем? -Он был ранен. Я просто помогла человеку. -Отвратительному человеку. -Но все же человеку. -Святая Гриффиндорка. -Я староста. Кто как не я должен помогать ученикам? -Староста Гриффиндора, - не унималась Уизли, зводя Гермиону в тупик. -Давай сменим тему, - Девушка начала накручивать непослушный локон на палец. Не скажет же она Джинни что правда переживает за этого несчастного слизеринца.

***

Малфой постепенно пробуждался, приходил в себя. Над ним стояла мадам Помфри, ее рука легла на его лоб, проверяя температуру. Тело показалось ватным, двигаться было трудно. -Вы проспали 6 часов. Я подлатала вас. Из-за травм поднялась температура. Вы поступили очень глупо не обратившись ко мне сразу. Своими движениями вы загнали осколок дальше. Это далеко не маленькая заноза, мистер Малфой! Драко не обращал внимание на ее слова. Он оглядел помещение. По прежнему было пусто. Наверное, это даже хорошо. Но самое страшное для него – лежать вот так неделями. Словно овощ. -Когда я смогу покинуть больничное крыло? – безразличным голосом спросил Малфой, уже предчувствуя как ответ принесет расстройство. -Не меньше чем через две недели! Раны должны затянуться. Я буду менять вам повязки каждый день. Малфой отвернулся. Теперь он лежал лицом к двери. Грейнджер обещала ему прийти. Но он сам пресек ее инициативу. Возможно, все таки компания нудящей заучки лучше двухнедельного одиночества. Почему-то Грейнджер пришла ему на ум первой. Ни Блейз, ни Нотт, ни Паркинсон. Она же хотела помочь. Так пусть помогает до конца. Приходит к нему, потому что он сам не может добраться до нее, чтобы отпустить очередную колкость, вывести на эмоции, получить разрядку. Или посмотреть. Да, просто посмотреть на нее. На эти кудрявые нелепые волосы, на вездесущие бесстыжие глаза. Чтобы убедиться. Все в порядке. Прошло еще пара часов. Незаметно для него наступила ночь. Он поменял положение, и теперь вновь его взгляд был устремлен в белый потолок. Мадам Помфри ушла в свой кабинет. Чувствовался запах медицинских мазей. «Не придет». Грейнджер, словно услышав его мысли, тихонько, так, чтобы не привлечь лишнего внимания, приоткрыла дверь и проскользнула внутрь. Драко лишь фыркнул. Теперь же ему снова хотелось остаться в одиночестве. Она тихими шагами подошла к его койке и немного замявшись, поставила на прикроватную тумбочку небольшой бумажный пакет. -Привет. – Было жутко неловко. Но Грейнджер считала что просто стоять молча не имеет смысла. -Я же просил не приходить. – Где-то глубоко внутри он был рад. -Как ты себя чувствуешь? – она уселась на край кровати. -Лучше. Меня приговорили к двум неделям. – он закатил глаза. -Всего две недели. А не целых две недели. Важная формулировка. -Бред. Две недели в белых стенах. Похоже на заключение. Помнится ты обещала помочь с этим. -Сегодня уже поздно. Я позабочусь об этом завтра. Через пол часа у меня обход замка. -Что там? – он приподнялся и поправил подушку, так, что теперь можно было откинуться на нее полусидя. -Это сладости из Хогсмида. И немного фруктов. Джинни это поднимало настроение, и я подумала, вдруг и с тобой сработает. – Гермиона добродушно пожала плечами. -Ненавижу сладкое. Тем более из такого отвратительного места. – Ну конечно она не знает что он ненавидит сладости. -Еще я принесла яблоки. Мне кажется, ты их любишь. – И конечно же она много раз замечала этот фрукт в его руках. А еще он любил пироги. И как только они появлялись на столах в главном зале – Драко тут же хватал себе несколько кусков. -Ммм. -Я могла бы оставить тебе книгу, или принести журнал. Чтобы лежать было не так скучно. -Если только пособие по безысходности. Твои нудные книги только добьют меня. -Они вовсе не нудные! Вот, почитай эту. – она достала из своей сумки томик в красивой обложке. -Ммм.- он узнал обложку.-Предлагаешь прочесть книгу которой зарядила мне в лицо? -Я оставлю ее тут. Попросишь у своих друзей что-нибудь интереснее. Мне пора. - она в последний раз оглядела его, и направилась к выходу. Гермиона задавалась вопросом - как можно быть таким надменным и неблагодарным? Но ожидать другой реакции - глупо. Это Малфой. Его имя синоним слова - высокомерие. Драко лишь проводил ее взглядом не сказав ни слова. В комнате снова стало тихо. Неуютно пусто.