Римские каникулы

Мы пошли гулять по городку, где вечером стало людно и приятно-прохладно. Том прижимал меня к своему боку, блуждая рукой по моему бедру и его окрестностям, как будто заблудился и упорно не хочет найти обратную дорогу. Это нисколько не мешало ему дружески трепаться с сёстрами и ещё одной итальянской девушкой, как я поняла, подругой детства. Она была красивой, стройной, с большими выразительными глазами, которые часто останавливались на Томе не в ожидании чего-то, а просто любуясь им. Вот так, подумала я, знает его всю жизнь и продолжает любоваться. Я прислонилась к нему головой и потёрлась, чем заслужила внимательный, очаровывающе–обволакивающий взгляд. Мои губы непроизвольно расплылись в улыбке. Но мне было уже мало просто улыбаться ему, я хотела получить ответ, от его губ, его языка. Обещание «после ужина» реализовать пока не удалось, но оно неумолчно взывало к реализации. В какой-то момент их с сёстрами весёлая болтовня переросла в таинственный шёпот и Том так увлёкся им, что выпустил меня из рук. Маленькая компания отделилась от нас и свернула в небольшую улочку. - Мы скоро вернёмся – крикнул Том, обернувшись – погуляйте пока. Как неожиданно - снова остаться без него. Я оглянулась на девушку, с которой мы оказались вдвоём. Звали её Паола. Она стояла, спокойно глядя в никуда. Почему-то у меня родилась ассоциация с лошадью, которую хозяин оставил среди поля, и она будет стоять там, пока он не вернётся. Вежливо будет заговорить о чём-то – подумала я - Вы давно знакомы с Томом? – вопрос мне показался вполне безобидным. - Да. В этом городке практически все знают всех. Он был самым красивым парнем в городе. Светловолосый, светлоглазый. Для нас это редкость. Туристов, конечно, всегда полно, но он-то не турист. Он – как будто один из нас. Он был одновременно чем-то далёким и прекрасным, и в то же время близким, к чему можно прикоснуться. Как принц с другой планеты. - По- моему, он и сейчас такой. - Да. - У меня есть личный вопрос, и я не знаю, насколько прилично будет задать его. Она рассмеялась и посмотрела на меня очень умными, проницательными глазами. - Да, у нас были отношения. Я открыла рот от неожиданности, от того, что она так легко и быстро призналась в этом. Не то, чтобы тут было что скрывать, и все же она видит меня впервые. - Не знаю даже, что спросить – честно призналась я. - Не знаю, что хочу знать. Есть ли что-то, что мне следовало бы знать? Она посмотрела на меня очень внимательно, словно оценивая. - Не обижай его. Он очень ранимый. Скрывает всё за напускной весёлостью и хорошими манерами и если ты сама не догадаешься что ему больно, никогда не признается. Она снова поразила меня своей откровенностью и нежностью отношения к нему. Она красивая, умная, откровенно чувственная и всё ещё любит его. Что же у них не получилось? Она как будто ждала от меня ответа, хотя вопроса не задавала. Но, видимо, вопрос её состоял в том, готова ли я заботиться о Томе, хочу ли я сделать его счастливым. - Я хочу, чтобы он был счастлив. Он необыкновенный и заслуживает этого. Она отвернулась. Мне показалось, что в её глазах блеснули слёзы. От чего? Что у них произошло? Быстрые шаги и весёлый смех снова вернули нас в беззаботную атмосферу. Том и его сёстры появились из той же улочки и уже подошли к нам, когда раздался странный, очень громкий звук, похожий не то на выстрел, не то на взрыв. Я отпрыгнула к краю дороги и когда шок прошёл, увидела, что остальные сжались вместе, тоже испугавшись, но, похоже, ещё более странным, чем этот звук, им показалась моя на него реакция. Мы стояли уже вместе, когда это произошло, то есть они успели подойти и поэтому Паола была вместе с ними. И я стояла там же. Но что-то заставило меня отпрыгнуть в другую сторону, а её – прижаться к ним. Что? То, что я нелюдь, не умеющий, не любящий общаться. То, что я не доверяю людям. Никогда не доверяла. Том первый пришёл в себя. - Иди ко мне – с теплой, хотя и удивленной улыбкой проговорил он и протянул мне руку. Я подошла и завернулась в неё, как в уютное одеяло. – Ни на минуту тебя нельзя выпускать из рук – пошутил он, прижимая к себе и целуя в висок. - Вот это он. Тот недостаток, о котором я тебе говорила. Он задумался. - У тебя нет ни братьев, ни сестер? - Нет. - И друзей не очень много? - Совсем немного. Один, иногда два. - Мы это поправим. - Ты думаешь, что меня можно поправить? - Ты теперь не только ты. Ты теперь вместе со мной, а это нечто новое. Такого ещё не было и такую себя ты ещё не знаешь. Но тебе понравится. Я уверен. Он сказал это легко, но я поймала себя на том, насколько глубоко эта фраза характеризует его. Уверенность в себе была похоже, его личным источником силы, тем, что помогало восстановиться после различных травм и неприятностей. Я взглянула на него, удивившись тому, почему раньше не видела этого так ясно. И одновременно его тонкость и ранимость, которые, казалось бы, должны исключаться этой уверенностью. Как это всё уживается в нём? Мы шли медленно. Я погрузилась в свои мысли и не заметила, как мы отстали от остальных. Похоже, Тома это вполне устраивало, потому что он тоже задумался о чем-то, глядя в темноту, но видя не её. - Эта девушка, Паола, - нарушила я молчание – вы знакомы с детства, и до сих пор дружите и часто встречаетесь? Я спрашиваю потому, что она смотрела на тебя так, как будто давно не видела, а с твоими сестрами общается, словно видит их каждый день. - Она обычно не заходит, когда я дома, но сегодня никто не мог предположить, что я буду. – Она ведь любит тебя. - Это вопрос или утверждение? - Скорее второе. - Тогда отвечать не надо? - Тебе неприятно? - Так это всё же вопрос. Что ты хочешь знать? - Ничего. Просто её взгляд… Мне стало жаль её. - О, не стоит. У неё прекрасный муж и дети. Всё замечательно у неё сложилось. - Но она смотрит на тебя… - Как на полотно Да Винчи. Я подумала над этим. - Я тоже так смотрю на тебя. - Нет, не так. - А как? - Не как на картину на стене, а как на то, что держишь в своих руках. И никому не отдашь. Меня смутила такая формулировка. Это действительно то, что все видят во мне? - Не ожидала, что я так выгляжу. - А как ты думала ты выглядишь? - Влюблённой дурочкой. - Ты так себя чувствуешь? - Да. - Тогда откуда в тебе этот взгляд? - Какой? - Ты знаешь, как ты смотрела на Паолу? - Нет. Но чувствую, что меня ждёт очередной сюрприз. - На твоём лице было написано очень чётко: «Моё. Не трожь». Даже сестры лишний раз задумались над тем, чтобы прикоснуться ко мне. Я смутилась ещё больше. Он весело захохотал. - Ты шутишь? Том отрицательно покачал головой. - Я, что, выходит, монстр какой-то? - Мой любимый монстр. Я очень благодарен тебе за это не безразличие. Все видят, что ты любишь меня и дорожишь мной. Это безумно приятно. Его рука прикоснулась и провел по моему бедру. - Каждый раз, когда я вижу такой твой взгляд, я готов плюнуть на приличия ... Рука скользнула между бёдер и прижалась. - Хочу тебя. Пойдём со мной. Его пальцы сомкнулись на моих и он потянул меня в переулок, где даже звёзды не видели нас. Я прислонилась спиной к стене. Она была тёплой, чуть шершавой. Себя я тоже ощущала такой, с оплавленными краями. Его глаза сияли, заменяя звёзды. – Простишь мне моё нетерпение? - Да – блаженно выдохнула я. - Милая моя… Я закрыла глаза, почувствовала, как он поднимает меня выше по стене, аккуратно отводит пальцами тонкую перегородку моих трусов и прикасается, горячий и тугой, страстный, стремительный. Его движения плавные и размеренные, но по рукам, напряжённым, жёстким, я понимаю, насколько сильно его возбуждение, и эта сила рождает во мне ответную слабость. Руками я только слегка придерживаюсь за него, бёдра стараюсь развести шире и одновременно сжать его изнутри. - Ох… - вырвалось у него самозабвенно, и он нажал сильнее, задвигался часто - часто и вышел, упёршись в моё бедро. Я подхватила его рукой, он со стоном выдохнул и задвигался вновь, упираясь в мою руку, тяжело дыша на ухо. - Милый мой, ты такой сладкий сейчас. - О, да… - прерывисто прошептал он – да… Ещё несколько безудержных, яростных толчков и я почувствовала, как по руке потекло, горячо и мягко. Я затрепетала от этого чувства, от его доверчивой беззащитности, его трогательности в этот момент и забилась, стремясь притиснуться как можно ближе, чувствуя, как он придавливает меня к себе. Дрожь всё еще не прошла, хотя он уже опустил меня на землю и мягко накрыл своим телом. Чувство усталости и удовлетворения, казалось, пропитало воздух, смешиваясь с моей бесконечной, невыразимой нежностью к нему. Мы стояли очень тихо, прислушиваясь к дыханию друг друга. Он первый шевельнулся, прикоснулся поцелуем к виску. Руки мягко и тепло погладили бока. - Нужно идти – прошептал он – Пойдём. Как пьяная, неуверенно стоя на ногах, я пошла за ним, опираясь на его руку, которой он обвил меня, словно спасательным кругом, прикасаясь к моему лицу и волосам поцелуями. - Это не всё на сегодня, моя милая, - довольно мурлыкал он на ухо - только вынужденная остановка. Я не планировал её, как и всё с тобой, и, всё же, у меня есть план на эту ночь. Я планирую быть до неприличия счастливым и щедрым на ласки и уснуть только тогда, когда все желания будут исполнены и не останется сил на новые.