Хроники Треснувшей Луны

— Нагиса… Темное и тихое пространство, едва освещаемое лишь одним окном в полный рост, нарушалось измождённым шёпотом. Женщина в цепях и в уже порядком износившемся платье сидела на холодном полу, подогнув ноги. На лодыжках ее и руках, что были сложены вместе, сверкали кандалы с руническими символами. Когда-то красивое лицо исказили усталость и мольба. Она нашептывала чье-то имя, взывала, просила, но все улетало в пустоту. Тут она встрепенулась и открыла глаза, затаив дыхание, ведь услышала стук каблуков о, как оказалось, каменный пол. Сзади остановились, и раздался голос: — Чего ты все шепчешь? Мерный стук каблуков стал обходить её справа, и перед её взором возникла молодая красивая девушка. Казалось бы, ей всего примерно двадцать восемь лет — но таким было только первое впечатление. Пленница посмотрела на нее исподлобья, смежив губы. Она продолжала молчать, а через какое-то время девушке надоела эта тишина, и она в который раз спросила: — Где ты спрятала артефакт? В ответ — молчание. Равнодушное лицо исказила злоба, она нахмурилась, а в красных глазах зияла чернота тьмы. Она обхватила виски и отвернулась. Какое-то время девушка стояла не шевелясь, а потом резко повернулась к пленнице: — Что ж, располагайся поудобнее, ведь отсюда ты не выйдешь! Она сделала жест рукой, и кандалы засветились, а лежащая на полу вскрикнула — руны на железе стали забирать ее магические силы. От боли и слабости она ничком рухнула на пол, потеряв сознание. Постояв и понаблюдав за ней, девушка подошла к окну и, не замедляя шага, шагнула сквозь него, как в водную гладь. Стекло расступилось, приняв ее, с обратной стороны оказавшись зеркалом, висевшим в стене светлой комнаты, напитанной небесной аурой. Это была большая комната — ее покои с широкими окнами, кроватью с балдахином, гардеробом и картинами. На них изображалась она сама. Девушка повернулась к зеркалу и махнула рукой, закрывая портал. Она тут же крикнула: — Иизаиль, принеси мне мое зеркальце. Слуга мгновенно принялся исполнять её приказ.

***

Утро следующего дня встретило жителей Альмариона солнечной погодой и пением птиц. Стук колес по каменной кладке, выкрики торговцев, споры покупателей и продавцов о цене, живая музыка и смех детей — все это заворожило Юко, когда она на своей повозке ехала по внешнему району за Нагисой. Раньше она никогда не была здесь, а народ в среднем районе ведет себя более сдержанно и закрыто. Там важны статус и деньги, тут же царят свобода и жизнь. Подъехав к таверне, карета остановилась, и Юко стремглав бросилась к дверям. Внутри было немноголюдно. За барной стойкой стояла темноволосая девушка, а у окон возилась высокая женщина. За столами сидели постояльцы, завтракая, и за одним из таких Юко увидела Нагису. Идя к самому дальнему столику в углу помещения, она окликнула: — Нагиса! На ее голос обернулись почти все, кроме самой девочки. Та сидела, прикрыв веки, будто во сне, одна ее рука держала ложку, а другая была забинтована. «Что случилось вчера ночью?» — задалась вопросом Юко. Уже подойдя, она положила руку ей на плечо. — Э-эй, Нагиса-а-а… Та дернулась, открыла глаза и уставилась сначала на миску с остатками каши, потом перевела взгляд на свое плечо в плену чужой руки и только тогда заметила Юко. Нагиса выдохнула и расслабилась. Нахмуренная подруга села напротив и, наклонив голову, поинтересовалась: — Ты выглядишь измотано. Плохо спала? — Не то чтобы… Я тренировалась полночи, — призналась Нагиса. Она глубоко вздохнула и протерла кулачками глаза. — А потом мне снилось что-то странное и непонятное, — она обвела пальцами запястья, ощущая на них фантомную ломоту. Юко, выслушав ее, полезла в сумку и стала рыскать там в поисках чего-то, поговаривая: — Ай-я, у нас же сегодня дуэль. Так-с, сейчас найду кое-что, и тебе станет лучше… А в чем ты тренировалась? Смотря на ее возню, Нагиса опять чуть было не уснула, но помотала головой и ответила: — В слиянии. Пыталась использовать те советы, что дал Шино, и еще парочку от знакомой. Кажется, у меня все получается, — на последней фразе она улыбнулась. Тут Юко наконец нашла склянку и протянула его Нагисе. — Это раствор «Чистой энергии», он поможет восполнить то, что ты потеряла, а также придаст сил на весь день. Есть только небольшая побочка: в конце дня ты сильно захочешь спать и проваляешься в кровати до полудня. Уже ничего не боясь, Нагиса потянулась за протянутой склянкой и выпила ее. По горлу будто потекло теплое молоко. Через некоторое время ей и правда стало лучше. Голова больше не была будто в вате, а взгляд прояснился. По запястьям распределилось приятное тепло. — Спасибо, — она возвратила пустую склянку. Юко, пряча ее обратно в сумку, оглядела бинт на подруге и спросила: — А рука? Подняв и осмотрев ее, Нагиса объяснила: — Обожглась. Но это ничего. Тут не сильно-то и… — Однако Юко уже с блеском в глазах держала какую-то плоскую баночку. — Ты чего? — Я тут приготовила новую лечебную мазь… Она как раз исцеляет раны на коже. Поняв её намек, Нагиса стала разбинтовывать запястье. «Кожа в месте ожога покраснела, но, к счастью, волдырей не наблюдается. Ожог первой степени, геля будет достаточно», — размышляла Юко, открывая баночку. Пахнуло мятой и маслом чайного дерева. Зачерпнув пальцем немного мази, она аккуратно стала наносить её на ожог. Чувствуя небольшую боль от соприкосновения, Нагиса нахмурилась, но потом повреждённую кожу обдало свежестью. Видимо, мазь имеет охлаждающее свойство. Когда Юко закончила, она снова забинтовала руку, несильно затягивая. Чувствуя, что стало лучше, Нагиса поблагодарила её: — Спасибо большое. У тебя что, на всё есть какое-то лекарство? — добро подловила она. — Хе-хе, — Юко гордо подняла голову. — У меня мама — знаменитая аптекарша, а папа — придворный алхимик, то, что я пойду по их стопам, было предрешено. Но мне нравится лечить людей и создавать разные лекарства. Также я тренируюсь и в алхимии, создаю полезные и не очень настои, некоторые даже продаются у мамы в аптеке. — Ого! У тебя уже есть цель и перспективы работать с ней? — Ну, так далеко я еще не думала, но мой путь точно будет связан с целительством. Нагиса задумалась: а что будет потом, когда она раскроет завесу тайны кулона? Куда пойдет и чем займётся? Настолько в будущее она пока не заглядывала. — А твои родители? — задала ответный вопрос Юко. Нагиса, немного подумав, поделилась: — Мама местная швея, а папа лесничий. Но я никогда не думала заниматься ни тем, ни другим. Да и родители не говорили, что я должна быть как они. По правде сказать, они мне приемные, настоящих я никогда не знала, — закончив, она коснулась кулона на груди, приподняла его и продолжила: — Это — единственное, что осталось мне от них. По крайней мере, этот камень был со мной, когда меня нашли в лесу. Юко нахмурилась, в уголках её глаз заблестели капельки слез, она прижала руку ко рту и оглядела Нагису. Увидев ее реакцию, уже привыкшая к такому девушка улыбнулась и успокоила: — Все в порядке. Я ведь не помню и не знаю кровных предков. Меня воспитали хорошие люди, и я считаю их своими родителями, — после ее слов Юко воодушевилась, вздохнула и утерла невыпавшие слезы. — И то правда. Ну-с, у нас еще много времени до обеда. Может, прогуляемся? Я никогда не была во внешнем районе, думаю, и тебе было бы интересно посмотреть, что здесь вокруг. Она энергично встала и протянула ей руку. Нагиса приняла ее.

***

Взяв в сопровождение кучера Стефано, девушки отправились прогуляться, и как-то получилось так, что они забрели на улицу Чудес. Повсюду веяло загадочной атмосферой, было много лавок с гадальщицами, кто-то показывал фокусы, а кто-то глотал огонь. И неясно было, кто обладает магией, а кто нет. Некоторые магазинчики содержали магических животных: милых кроликов с рогами, котов с голубиными крыльями, даже слайма кто-то поймал и решил продать. Хоть на улице и было яркое утро, полумрак от высоких зданий на этой узкой улице разгоняли зажжённые фонари. Нагису не покидало чувство, будто она попала на ярмарку — слышался гомон прохожих, смотрящих выступления, и зазывал-гадальщиков. В воздухе витал запах сушеных трав, пепла и чего-то сладкого, напоминающего пюре из яблок. — Ого, я здесь впервые… Стефано, ты знаешь, что это за улица? — спросила Юко провожатого. Мужчина сложил руки за спину и монотонным голосом завёл: — Раньше не у всех с рождения были волшебные способности, существовали и те, кто были предрасположены, но, чтобы колдовать, им нужно было обучаться магии. Для этого и создавалась академия Амфитеон, сейчас ее величают как «Амфитеон чародейства и волшебства», — на это девушки кивали, они знали все это. Чародеи — это врождённые магические существа, в основном эльфы, но бывают и исключения. Им нужно получить контроль над своей магией. А те, кто не рождены при ней, но могут после обучения научиться — маги. Свою предрасположенность можно узнать в храме Богини или случайно, а можно и до старости лет не знать, что ты мог бы колдовать. Стефано вёл дальше: — Но были и те, кто никак не были связаны с магией. И некоторые из них захотели быть такими же особенными, как чародеи, и придумали свое волшебство. Нынче это фокусники или гадалки, что по звездам могут рассказать твою судьбу, — он немного замолчал, а после продолжил с благоговением. — Наша прекрасная королева дала указ на разрешение устроить в этом квартале «волшебство без волшебства», то есть здесь каждый фокусник и гадалка могут предлагать свои услуги или развлекать прохожих за какую-то плату. Это стало новым видом искусства и заработка денег. — Вы так много знаете, — подметила Нагиса. Она впервые обратилась к мужчине напрямую. Стефано благодарно кивнул. — И что, и правда все гадалки могут предсказать судьбу? — спросила Юко и стала крутиться, высматривая шатры и палатки. — И да, и нет. Тут могут быть и мошенники. Прошу, госпожа, давайте не будем влезать в неприятности. «Раз он так просит, то, должно быть, Юко часто попадает в передряги?» — подумала Нагиса. Юко на слова провожатого закатила глаза, пошла ровно, но все равно глазами цепляла тех гадалок, что могли бы быть настоящими. Тут поднялся ветер и закружил юбки горожанок, потревожил листья на земле и коснулся лица Нагисы. Будто направляя ее голову, он уплыл влево, и девушка повиновалась. Вдруг ее взгляд столкнулся с белыми радужками глаз. Они смотрели как в душу, но какой-либо угрозы не ощущалось. Это была женщина с бледными фиолетовыми волосами, перекинутыми через плечо, в длинной накидке с широкими рукавами. Она вполоборота стояла в проходе белого шатра и после, не отрывая взгляд, растворилась в занавесках. По коже пробежали мурашки; Нагиса будто увидела призрака, но, как оказалось, это была лишь гадалка. Ощущая странное чувство, что если она туда не пойдет, то упустит что-то важное, Нагиса поспешила за ней. Отвлечённая спорами со Стефано, Юко и не заметила, что ее подруга отстала. А когда опомнилась, той уже и след простыл. — Куда подевалась Нагиса? А если она потеряется? — Мы найдем ее, госпожа.