Хроники Треснувшей Луны

Третий этап экзамена только начался, и подошла очередь Юи и Тори показать, на что они способны. Прежде чем Юи успела уйти, Нагиса пожелала ей удачи, а Юко сделала жест ножниц возле своих волос. Девушка поняла намек и усмехнулась. Юи почти впрыгнула на арену, её рыжие волосы развевались, как боевое знамя. Тори вышла медленнее, явно нервничая. — Не бойся, я буду нежна! — крикнула Юи, в её голосе звенела неподдельная радость. Бой начался с того, что Юи создала огненный смерч вокруг себя — не для атаки, а для эффекта. Тори ответила ей водяными кнутами, но они распадались, не долетев. — Сосредоточься! — крикнул кто-то с трибун. — Она тебя отвлекает! Но было поздно. Юи использовала огонь не для прямых атак, а чтобы создать дымовую завесу. Когда Тори, кашляя, пыталась развеять её, Юи уже стояла за её спиной, приставив к горлу Тори пальцы, сложенные в форме пушки. — Бдыщ! Ты мертва, — весело сказала она. Тори покраснела от злости, но сдалась. Бой длился меньше минуты. — Нечестно! — возмутилась она. — На войне и в любви всё честно, — парировала Юи, уже спрыгивая с арены. Все ошеломляюще смотрели на девушек. Зрители не могли понять, как так получилось, они и сами не успели отследить действия Юи. После короткого, но эффектного выступления на арену вышли Морис и Даниэла. Морис, паренёк с пытливым взглядом и вечно разбросанными по карманам ингредиентами, уже потирал руки в предвкушении. Даниэла, практичная и строгая ученица, вздохнула, будто готовилась не к магической дуэли, а к уборке лаборатории. — Не обижайся заранее! — крикнул Морис, вытаскивая из рукава несколько сушёных стручков люминоцвета. — Я вчера новую комбинацию придумал! Бой начался с того, что Морис раздавил стручки в ладони, выпустив облако светящейся пыли. Даниэла, не моргнув глазом, провела рукой перед собой, и из земли взметнулась тонкая каменная стена, поглотившая искры. Она не стала ждать — резким движением расколола её на десятки острых осколков, направив их в сторону противника. Но Морис не стоял на месте. Используя базовое заклинание воздуха, он закрутил вокруг себя вихрь, подхватив остатки своей же светящейся пыли. Получился небольшой, но ослепительный смерч, который не столько атаковал, сколько дезориентировал. Даниэла щурилась, пытаясь разглядеть хоть что-то сквозь мерцающую завесу. Ее рыжие длинные косы взлетали и хаотично кружились. — Ты что, циркач?! — крикнула она, но голос её звучал скорее с раздражением, чем со злостью. В ответ Морис, улучив момент, швырнул на землю капсулу с маслом скользкого мха. Лёд он создать не мог, но его импровизация сработала: Даниэла поскользнулась на неожиданно ставшей скользкой земле и потеряла равновесие. Её следующий залп каменных игл прошёл мимо. Пока она поднималась, Морис, довольный собой, уже собрал в ладонь шар из уплотнённого воздуха, смешанного с остатками пыли — тот мягко светился, как маленькая звезда. — Сдаёшься? — спросил он почти весело. Даниэла вытерла рукавом щёку, снова вздохнула, но в уголках её губ дрогнула улыбка. — Ладно, ладно. Твоя победа. Только в следующий раз предупреждай, если собираешься пол-арены взор… Что это вообще было?! — Эксперимент! — радостно отрапортовал Морис, рассеивая свою «звезду». Профессор Алдер покачал головой, но в его глазах читалось одобрение. — Бой окончен. Победитель — Морис. Зачёт по изобретательности. Когда на арену вышли Марумаса и Дайн, по трибунам пробежал оживлённый гул. Друзья, столь разные по характеру, теперь стояли друг напротив друга как соперники. Марумаса был сосредоточен, что для него было редкостью, а Дайн сохранял своё обычное и спокойное высокомерие. — Не жди пощады, — Дайн поправил очки. — И не собирался! — выпалил Марумаса и, не дожидаясь формального сигнала, ринулся вперёд. Его стихия — вода — обрушилась на Дайна мощным, но нестройным потоком, будто вышедшая из берегов река. Дайн даже не сдвинулся с места. Лёгкий взмах руки, и перед ним возник тепловой барьер. Вода, ударившись о него, превратилась в клубы пара, окутавшие половину арены. — Мощно! — усмехнулся Дайн из гущи тумана. Но Марумаса был упрям. Он не стал развеивать пар, а наоборот, усилил его, добавив влаги из воздуха. Внутри белой пелены ничего не было видно. Зрители затаили дыхание. И тут из тумана вырвалась сфера раскалённого воздуха — не огонь, но температура такая, что воздух задрожал. Марумаса едва увернулся, однако его левый рукав всё же обуглился. Он ответил, создав под ногами Дайна ледяную ловушку, и тот, будто предугадав, взмыл вверх на коротком, но мощном потоке горячего ветра. — Ты силён, но предсказуем, — прокомментировал Дайн, паря в нескольких сантиметрах от земли. — Ты всегда атакуешь прямо. Следующая атака Дайна была мастерским сочетанием стихий: он сжал пар вокруг Марумасы, создав душную, горячую сферу, а затем резко охладил её внешний слой. Воздух внутри стал разреженным, у Марумасы перехватило дыхание. Он попытался разбить оболочку водой, но та лишь шипела и испарялась. Через несколько секунд Марумаса, покрасневший и задыхающийся, опустил руки. — Всё… Сдаюсь. Ты, как всегда, чертовски точен. Дайн мягко опустился на землю и рассеял сферу. — Не расстраивайся. Ты продержался на двадцать секунд дольше, чем я ожидал. Профессор Алдер кивнул. — Отличный пример контролируемого применения комбинированной магии. Победа за Дайном. Дуэль Мелиссы и Пенелопы, двух подруг-шептуний, с самого начала пошла не по сценарию. Девушки вышли на арену, украдкой переглядываясь и сдерживая смех. Когда прозвучал сигнал к началу, Мелисса нежно выпустила в сторону подруги рой искрящихся, но абсолютно безобидных светлячков из магии воздуха. Пенелопа ответила тем, что вырастила у её ног венок из полевых цветов. — Девочки, это не конкурс красоты! — рявкнул профессор Алдер, скрестив руки на груди. Тогда Пенелопа, хихикнув, попыталась сделать почву под ногами Мелиссы зыбкой. Та в ответ запутала подругу в лентах уплотнённого ветра. Бой превратился в странную игру: они больше старались не поразить друг друга, а вывести из равновесия или осмеять. Всё изменилось, когда Пенелопа, поскользнувшись на своём же участке размягчённой земли, нечаянно выстрелила вверх спонтанным залпом колючек из коры. Мелисса от неожиданности инстинктивно создала резкий порыв ветра, чтобы отклонить их. Тот оказался слишком сильным — он не только отбросил колючки, но и сдул Пенелопу с ног, отправив её кубарем по арене прямо к краю площадки. На трибунах воцарилась тишина. Девушка замерла, готовая уже заплакать от испуга и унижения. Но Мелисса не стала добивать. Она подбежала к Пенелопе, протянула ей руку: — Ой, прости, прости! Я не хотела! Та, потирая ушибленный локоть, посмотрела на протянутую ладонь, потом на свою подругу. Вместо злости на её лице расцвела улыбка. — Да ничего… Зато зрелищно получилось! Они, забыв о бое, начали обсуждать произошедшее прямо на арене. Профессор Алдер закрыл лицо ладонью, а мадам Лумиэль строго продиктовала помощнице: — Победа — Мелиссе. Запишите: «Прохождение этапа с натяжкой, требуются дополнительные занятия по концентрации и серьёзности». Нагиса, наблюдая за этой сценой, невольно улыбнулась. После напряжения предыдущих боёв эта нелепая дуэль стала глотком свежего воздуха. Но её глаза тут же сами нашли Рэйну, сидевшую в тени. Та смотрела на арену оскорбленным взглядом, как будто ей вылили воду на голову. «Кажется, ей не нравится несерьезное поведение девочек». Рэйна скривила рот и, судя по тому, как шевелились ее губы, сказала: «Клоунессы». Нагиса моргнула, сглатывая. Скоро их очередь.