Порочный роман

Звякнул колокольчик, но Том был так поглощен книгой, которую принес посетитель, что ничего не слышал, пока незваный гость не объявил о себе. — Милорд. Том напрягся, прежде чем настороженно оглядеть магазин. С коротким вздохом облегчения он закрыл интригующий том и повернулся к молодому человеку по другую сторону прилавка, который в данный момент склонился в низком, подобострастном поклоне, что было совершенно нехарактерно для него. — Альфард. Альфард поднял голову; его некогда непокорные черные волосы были теперь острижены и причесаны в аккуратном блестящем стиле, похожем на его собственный. Его одежда была только что отглажена, а начищенные башмаки выставлены напоказ. Было ясно, что он обедает после работы в Министерстве. — Ты прекрасно знаешь, что нельзя так свободно употреблять этот термин на людях. К сожалению, он не мог наказать Альфарда за его ошибку — хотя его пальцы зудели от желания сжать волшебную палочку — так как любой мог войти в любое время. Неважно. Он наверстает упущенное позже. — Вы можете встать. Альфард послушно поднялся на ноги и одарил Тома куда более знакомой улыбкой. — Я пришел сам доставить это письмо… и, конечно, попросить совета. Теперь Альфард выглядел по-настоящему обеспокоенным, что заставило Тома нервничать. Альфард никогда не был так откровенен со своими чувствами, и Том подумал, не было ли это частью какой-то уловки. Его взгляд упал на кусок пергамента в протянутой руке Альфарда. — Приглашение на вашу свадьбу, — решительно подтвердил он, хотя и не сделал попытки протянуть руку и принять приглашение. Через мгновение Альфард, казалось, понял намек и сунул приглашение под мантию. — Это будет в сентябре. Я был бы очень рад, если бы вы приехали и, возможно, стали моим шафером. По крайней мере, у него хватило порядочности выглядеть скромным. Том подавил усмешку. Он предположил, что это была какая-то часть «тщательно разработанного» заговора, чтобы вернуть его благосклонность, и, чтобы подтвердить свои подозрения, том невербально применил легилимены. Я только осмотрюсь вокруг… И врезался в ментальный эквивалент кирпичной стены. — Интересно, — вкрадчиво произнес он. Альфард ухмыльнулся; он явно знал, что только что произошло. Это был не первый раз, когда он блокировал попытку легализоваться со стороны Тома, хотя это был первый раз, когда любой из них признал это. — Вы сами сказали на последней… э — э… встрече, что было бы благоразумнее, если бы ваши рыцари научились закрывать свой разум. В конце концов, у тебя есть секреты, которые нуждаются в защите. — Он пожал плечами. — Я рад, что это сработало против тебя — это значит, что это сработало против самого лучшего. Улыбка Альфарда была такой самоуничижительной, такой милой, что Тома чуть не вырвало. Вместо этого он просто натянуто улыбнулся в ответ, пока его острый ум быстро работал над текущим вопросом. Ему было выгодно быть шафером Альфарда — в конце концов, самые важные люди волшебного мира должны были присутствовать на свадьбе старшего Блэка. По-видимому, это был всего лишь один день… но что именно побудило Альфарда спросить об этом? Он мог приказать Блэку открыть ему свой разум… — Не блокируй меня на этот раз, мне нужно кое-что знать, — резко приказал он, снова бросая Легилименс. На этот раз он не встретил никакого сопротивления. Он искал и исследовал скрытые мотивы, но все, что он видел, были карие глаза Гермионы, наполненные грустью и меланхолией; ее силуэт на кровати, отвернувшись; скрытый за стопкой книг, игнорирующий Альфарда… Так что Альфард не работал против него каким-то образом; он просто все еще был одержим девушкой, которая якобы ничего не чувствовала к нему. Как жалко. — Хорошо, — сказал он, наконец, оторвавшись от мыслей Альфарда. Альфард на мгновение растерялся, как это обычно бывает после вторжения в их разум, но быстро пришел в себя. — Ну, так что там насчет совета? — спросил он деловым тоном. — Это Гермиона, милорд, — задыхаясь, признался Альфард. — Вот видишь… У меня такое чувство, будто я…принудил ее…к этому браку. Она не… — казалось, он был не в состоянии продолжать, пока наконец не собрался с мыслями, — …она не позволит мне лечь с ней в постель, — закончил он наконец тихим, тревожным тоном. — И все же она согласилась выйти за меня замуж. Я вообще ничего не понимаю. Неожиданное удовлетворение наполнило Тома, когда он посмотрел на своего самого умного рыцаря. Значит, грязнокровка даже не позволила Альфарду трахнуть ее? В этом факте было что-то гротескно приятное. — Кажется, я ей очень надоел, — беспомощно добавил Альфард. «Ну конечно, — самодовольно подумал Том. Он снова перевел свои карие глаза на Тома. — Возможно, если бы ей позволили присоединиться к рыцарям…» Том подавил смешок. Грязнокровка, один из его рыцарей? Весело. И все же мысль о том, что Гермиона станет одним из его рыцарей, была такой же пьянящей, как и всегда. Уже не в первый раз он представлял себе ее и то, как она может быть ему полезна. Может, у нее и есть свои преданности, но разве он не доказал — много раз — что может соблазнить ее в любое время? Соблазнение ее разума вряд ли было бы чем-то иным, не так ли? Возможно, все, что ей было нужно, — это вкус настоящей власти, и он, конечно же, мог дать ей ее. В пику ему. — Я подумаю об этом, — наконец медленно произнес Том. Глаза Альфарда заблестели. — А я буду шафером. — Благодарю вас, милорд. Это большая честь для меня. Альфард опустился в еще один глубокий поклон, его мантия скользнула по половицам в элегантном шорохе. — Я должен скоро вернуться, милорд, — добавил он, указывая на одни из менее жутких напольных часов в магазине. Том ухмыльнулся, но Альфард этого не заметил. — Да, конечно. Вы свободны, — небрежно бросил он. Альфард снова поднялся и вышел. *** Дамблдор предложил ему присматривать за старшим сыном Блэка, и Гаррет именно так и поступил. Он надел по этому случаю свою самую отвратительную мантию, побрызгался своим любимым французским одеколоном и, входя в атриум Министерства магии, с удовольствием отметил недовольные взгляды более простых людей. Ну и черт с ними, самодовольно подумал он. Он всегда брал пример с Дамблдора, что еще больше ассоциировало его с новым директором Хогвартса. — Удостоверение личности, — глухо прогудел охранник у фонтана, не отрывая глаз от лежащей перед ним книги. Гаррет подавил нахальную усмешку. — Гаррет Поттер. Аврор. Он положил свою палочку перед охранником, чтобы тот взвесил ее, и вскоре ему вернули палочку. — По какому делу? — Я здесь работаю, — снисходительно сказал Гаррет. — Помнишь? Я буквально только что сказал, что я Аврор. Наконец охранник поднял голову и презрительно сморщил свой поросячий нос, глядя на яркую одежду Гаррета. — Прекрасно. Продолжай, — сказал он с отвращением. Гаррет игриво улыбнулся ему и неторопливо подошел к золотой решетке. Да, он должен был остановиться в офисе Авроров…но сначала он должен был нанести визит в Департамент международного магического сотрудничества. Ой. «Забыл упомянуть об этом охраннику», — нахально подумал он, поднимаясь на лифте. Золотые решетки скользнули в сторону, вызвав бурную деятельность. Дроны сновали от одного кабинета к другому, совы сновали от насеста к насесту, а служащие министерства в безупречных парадных мантиях время от времени высовывали головы из кабинетов. — Гаррет Поттер. Вы вернулись! — крикнул один из служащих. Это была молодая женщина с высокой, но широкой фигурой и каштановыми волосами, уложенными в короткую прическу. — Амелия Уизли. — Все еще Боунс, Поттер, — весело поправила Амелия. Гаррет смущенно нахмурился, шагая рядом с Амелией. — Я люблю Руперта, но мне нравится моя фамилия, — объяснила она. — И вообще, что ты там делаешь? В гостях У Джеффри? — Да, это и еще кое-какие дела, — неопределенно ответил Гаррет. — Как поживает маленький Джеффи? Амелия фыркнула. — По-видимому, все в порядке. Однако все в столовой боятся его, потому что он всегда сидит в углу и смотрит на всех исподлобья. Они вошли в кабинет, и Гаррету пришлось скрыть усмешку, когда выяснилось, что они входят в кабинет Альфарда Блэка. Это было просто. Кабинет был огромен, как и подобало богатому чистокровному человеку, который мог пробраться в Министерство только по фамилии. Альфард Блэк сидел за большим письменным столом красного дерева и пером из орлиного пера подписывал какой-то пергамент. Но выглядел он совсем по-другому. Его парадная мантия была отглажена, а волосы коротко подстрижены и аккуратно причесаны в модном стиле. — У меня есть еще кое-какие документы, Блэк, — поприветствовала Амелия, вежливо оставляя стопку пергаментов на краю стола Альфарда. Альфард поднял голову, его карие глаза с любопытством оглядели Гаррета. Он улыбнулся в знак признания и откинулся на спинку стула, закинув ноги на дорогой письменный стол. «Однако кое-что никогда не изменится», — с усмешкой подумал Гаррет, наблюдая за его слишком расслабленной позой. — Ну, если это не Гаррет Поттер. Разведка говорит, что вы все еще должны быть в Германии, а? Он подмигнул ему. — Секретно, сопляк, — небрежно бросил Гаррет, подмигнув в ответ. — Не могу поверить, что Альфард Блэк сейчас в офисе, — добавил он, прогуливаясь по кабинету Альфарда и собирая различные безделушки по комнате, с любопытством рассматривая их, а затем ставя обратно. — Да, это довольно забавно, — согласилась Амелия со своей обычной милой улыбкой. — Альфард работает в министерстве, а Том Риддл в компании «Боргин и Беркс». Без обид, Альфард, но я думаю, что все бы предсказали, что все будет наоборот. Гаррет наблюдал за лицом Альфарда, не упуская из виду легкую дрожь, которая появилась, когда Амелия упомянула Тома Риддла. Интересно. Интересно, смогу ли я сделать так, чтобы это случилось снова… — Я помню, Джеффри упоминал Риддла, — перебил его Гаррет, стараясь говорить небрежно. Признаки были неуловимы: Альфард крепче вцепился в край стола, и по его лицу пробежала тень. Если бы он не искал ее, то упустил бы. — Значит, он работает в Ноктюрн-Аллее? Удивительный. Гаррет остановился перед Альфардом и поиграл с рукавом его мантии-прием, который обычно успокаивал других. Если бы он не смотрел прямо на Альфарда, тот чувствовал бы себя менее пристально и, вероятно, был бы более открытым. — Ты все еще поддерживаешь с ним связь? — Конечно. Он будет шафером на моей свадьбе. Голос Альфарда был легким и дружелюбным, но Гаррет поднял глаза как раз вовремя, чтобы увидеть, как кадык мальчика двигается вверх и вниз, когда он сглатывает. — А я подружка невесты Гермионы! — Взвизгнула Амелия. — Я так взволнована, Альфард. Это будет такая красивая свадьба. Еще одно мрачное выражение появилось на красивом лице Альфарда. Действительно, очень интересно. Так вот что пытался показать ему Дамблдор. Мог бы просто сказать мне разобраться с Риддлом. «Я же не тупой мерзавец», — мысленно надулся Гаррет. Он быстро пришел в себя. — Ну что ж, поздравляю, Блэк. Я уверен, что это будет чудесно. Я знаю, что Джеффи с нетерпением ждет этого, — сказал Гаррет, прежде чем сделать вид, что просто заметил свои часы. — О, черт возьми. Похоже, я опаздываю. Увидимся! Он неторопливо вышел из кабинета. еще одна остановка здесь…а потом, похоже, я отправляюсь в Ноктюрн-Аллею. *** — Я сегодня видел Гаррета Поттера, — сказал Альфард, когда тот появился у двери черного поместья. — Он заехал в Министерство. Гермиона была в библиотеке, изучая различные способы воссоздания опыта в Тайной комнате для Гарри и Джинни, и она немного удивилась от появления Альфарда. Она встала из-за стола и вышла из-за стены, уставленной книгами. Она все еще не привыкла видеть Альфарда таким деловым. Он выглядел совсем другим человеком, и в глубине души она должна была признать, что скучает по его старым растрепанным волосам. Он напоминал ей о Сириусе и был источником утешения. Однако Альфард выглядел расстроенным, и это заставило ее вернуться в настоящее. — Разве это плохо? Пошли, ужин скоро будет готов. Гермиона научилась готовить, потому что позволяла слугам делать все, что угодно, и это заставляло ее чувствовать себя бесполезной и ленивой. Охота на Хоркруксы была доказательством того, что ей нужно было работать над этим особым навыком, так или иначе, учитывая, что было несколько случаев с близкой смертью от пищевого отравления, и теперь она начала улучшаться. Немного, конечно. Она никогда не будет богиней домашнего очага, но достижение адекватности в приготовлении пищи будет достаточно хорошо для нее. Кухня была приспособлена для слуг и не отражала роскоши остальной части поместья. Он был тесен — вероятно, построен для домашних эльфов, подумала Гермиона с гримасой отвращения — и краска облупилась со стен. Альфард сидел за покосившимся деревянным столиком, а Гермиона стояла у раковины, размахивая волшебной палочкой для выполнения различных заданий. Миссис Уизли гордилась бы им… — Это очень плохо. Я слышал от Сигнуса, что Поттер любит совать свой нос во все подряд. И он определенно прощупывал меня, чтобы увидеть любую реакцию на упоминание о Риддле. Гермиона резко обернулась, чтобы удивленно посмотреть на Альфарда, и в этот момент одна из тарелок упала и разбилась. Гермиона рассеянно починила тарелку, все еще потрясенно глядя на Альфарда. — Значит, Дамблдор уже пытается присматривать за ним, — подтвердила она. Альфард мрачно кивнул. — Если Авроры начнут рыскать вокруг, они обязательно что-нибудь найдут. Никто, кроме меня, не знает об окклюменции, — устало сказал он, массируя лицо рукой. — Я должен начать учить их окклюменции, иначе все пойдет прахом. Он громко вздохнул, когда Гермиона волшебным образом распределила их порции пастушьего пирога на каждую тарелку, и они ели в тишине в течение нескольких минут. — А Том сказал, что будет моим шафером. Я упомянул, что позволю тебе стать рыцарем, и он сказал, что подумает об этом. Вдруг что-то щелкнуло. — Это мой вход, — вдруг воскликнула она, взмахнув вилкой и случайно отправив в полет кусок пастушьего пирога. Альфард игриво уставился на нее, довольно добродушно вытирая еду с лица. — Да, он гениальный? — Том знает, что я разбираюсь в окклюменции, — объяснила она, не в силах сдержать волнение в голосе. И теперь он знает, что ты это знаешь, верно? Ты можешь сказать ему, что учился у меня, и посоветовать мне учить других. Альфард посмотрел на нее с некоторым сомнением, задумчиво глядя на Гермиону и потирая подбородок. — Это…могло бы сработать… — медленно начал он, все еще глядя на нее и обдумывая эту мысль. — Я мог бы упомянуть об этом при следующей встрече. Другие так отчаянно хотят завоевать его благосклонность; они определенно поддержат его. Гермиона не выдержала, поднялась со стула, забыв про ужин, и принялась лихорадочно расхаживать по кухне, не в силах усидеть на месте. — И это будет отличный шанс выудить у них любую информацию о деятельности Волан-де-Морта. Им и в голову не придет скрывать такие вещи. Это будет способ для меня попасть внутрь, не становясь явно Пожирателем смерти. Это все, что мне нужно, правда. — Она помолчала, нахмурившись. — Конечно, если Том согласится, пусть даже частично. Он не обязательно должен верить, что я отменила свои старые планы, главное, чтобы я ясно дала понять, что у меня есть какая-то мотивация. — Это очень просто. Ты можешь вести себя так, будто делаешь это только для того, чтобы снова сблизиться с ним в романтические отношения. Его эго поверило бы в это…особенно учитывая прошлый опыт, — тяжело добавил Альфард. Гермиона сердито посмотрела на него. — Да, да, не могли бы мы больше не поднимать эту тему? Правда, иногда ты похож на заезженную пластинку, — огрызнулась она. — У меня был секс с Риддлом несколько раз, это еще не конец света, поверь. Я устала это обсуждать. Альфард жарко выдохнул. — Прекрасно, — раздраженно сказал он. — Но помни, на этот раз ты не можешь просто раздвинуть ноги, как только он посмотрит на тебя. Мы должны держать его на крючке; продолжая искушать его тобой. — О, это очень хороший способ выразить это, — сказала она злобно, поднимая свою палочку и направляя ее на него. — Я хотела бы подчеркнуть, что ты действительно не хочешь драться со мной. Скажешь что-нибудь подобное еще раз, и ты получишь одно из моих менее дружественных заклинаний, уверяю тебя. — Она взмахнула палочкой, рассматривая любимое заклинание Джинни — Bat-Bogey-Hex, (Полетай-ка), но Альфард поднял руки в капитуляции. — Мне очень жаль. Я просто иногда теряю самообладание. У меня стресс, и некоторые раны еще не зажили, ясно? Гермиона, прищурившись, посмотрела на него. — Без шуток, — коротко ответила она. — Хм, мне стоит упомянуть тот факт, что ты с радостью трахнул Паркинсон в ту же минуту, как я отвернулась? Не пытайся сказать мне, что это какая-то разница, потому что на самом деле это не так. Альфард покраснел, а Гермиона вздохнула. — Мы давно объявили перемирие, Альфард. Пришло время прекратить огонь. Мы оба делали и говорили то, что не должны были делать, но теперь это в прошлом. — Ты права, — неохотно согласился он, проводя рукой по волосам и взъерошивая их. Гермиона слегка обмякла и тяжело опустилась на свое место. Эти небольшие стычки были довольно обычным делом, в зависимости от настроения Альфарда. Каждый раз, когда он хоть немного беспокоился о чем-то, он мог стать довольно противным. Она уже давно поняла, что единственный способ иметь с ним дело — это отдавать все, что у нее есть, и это обычно заставляло его немедленно отступать. Его лай был гораздо хуже, чем укус. Ей пришло в голову, что Джинни, которая от природы была воинственной натурой, вероятно, легко справилась бы с ним. — Итак, — начала она после того, как они оба, казалось, успокоились, — я притворюсь невежественной и буду учить других пожирателей смерти окклюменции. Я буду вести себя так, будто умираю от желания снова увидеть Риддла. — И я… буду продолжать вести себя неуверенно в нашем браке и искать совета у Риддла. И я останусь его самым верным Пожирателем смерти. Они обменялись тайной улыбкой, и это была успокаивающая мазь на ранах, которые они только что нанесли друг другу. *** В ту ночь Гермиона получила сову от Джеффри, которая застала ее врасплох. Гермиона, Встретимся где-нибудь на этой неделе за ленчем в «Кабаньей Голове»? — Г. Поттер Письма Джеффри всегда вызывали у нее некоторую боль, потому что его почерк был невероятно похож на почерк Гарри. Гермиона нацарапала утвердительный ответ, гадая, слышал ли Джеффри что-нибудь о нынешнем интересе Гаррета. Теперь они оба были аврорами, а не просто братьями, так что Джеффри наверняка знал, что Гаррет разыскивал Альфарда. Это было совсем не похоже на Джеффри — просить встречи с ней просто ради забавы. С тех пор как он закончил обучение Авроров, он стал еще более серьезным и деловым. Это было прямым контрапунктом к Гаррету, который, казалось, только становился более кокетливым каждый раз, когда она видела его. Гермиона предположила, что, возможно, Гаррет предпочитает волшебников — несмотря на то, что он был уверен, что Гаррет был дедушкой Гарри, — но Джеффри заверил ее, что Гаррет выражает стресс через свои модные заявления. А сейчас, похоже, подружка Гаррета донимает его вопросами о женитьбе. Гермиона усмехнулась, представив себе, как Гаррет уворачивается от своей подруги, которая тоже была аврором. Она подозревала, что он получил инсайдерскую информацию от Дамблдора. Может быть, он работал на Дамблдора на стороне? Она не была уверена. *** Несколько дней спустя она Аппарировала в «Кабанью голову», преисполненная любопытства, но и довольная возможностью выбраться. Большую часть лета она занималась исследованиями, и прошло уже много времени с тех пор, как она выходила на улицу и немного развлекалась. Поскольку был уже полдень, «Кабанья Голова» была почти пуста, поскольку ее обычные посетители, вероятно, все еще были в отключке после вчерашнего праздника. Джеффри ждал в дальней кабинке, с отвращением оглядывая все вокруг. — Ты опоздала, — раздраженно поприветствовал ее Джеффри, но все же позволил Гермионе притянуть себя к себе и крепко обнять. — Я скучала по тебе, — призналась Гермиона, все еще крепко обнимая его. — Не могу. Дыши, — выдавил он, и Гермиона рассмеялась, отпуская его. Она присоединилась к нему в его маленькой кабинке, ухмыляясь тому, как осторожно он сел, стараясь ни к чему не прикасаться. Он был одет в официальную темно-синюю мантию; вероятно, это была его форма Аврора, и как только он сел, он отчаянно отряхнул мантию. — Ну и что же? Полагаю, у тебя была какая-то причина пригласить меня на ланч. Пришел Аберфорт и принял у них заказ на обед; Джеффри довольно грубо попросил «что-нибудь свежее и не грязное» (естественно, заработав язвительный ответ от Аберфорта), а Гермиона просто заказала тосты. Когда Аберфорт ушел, Джеффри бросил на Гермиону многозначительный взгляд. — О чем ты говоришь? Я просто хотел повидать своего старого друга, — невозмутимо произнес он. Гермиона хихикнула. — На днях мой брат столкнулся с твоим женихом, — добавил он, слегка приподняв брови. Гермиона спрятала ухмылку в своем сливочном пиве. — Странно слышать, что они с Томом Риддлом все еще лучшие друзья. Ты часто видишь Риддла? — Я не видела его уже несколько месяцев. Я редко покидаю поместье, — ответила Гермиона. До сих пор не было похоже, чтобы их разговор мог быть замечен слушателем, что было хорошо. Джеффри поступил мудро, собрав информацию таким образом. «он хороший Аврор», — подумала она с некоторой гордостью. — Но тогда Риддл и Блэк часто встречаются? Жаль, что тебя оставили дома. Им принесли еду; Джеффри не скрывал своего неприкрытого отвращения к мокрому на вид бутерброду с ветчиной, который он получил, и вел себя так, как будто ему было очень грустно даже откусить от него кусочек. — И вообще, чем сейчас занимается Риддл? Неужели все эти слизеринцы все еще видят друг друга? Я имею в виду, я почти больше не вижу ни тебя, ни Руперта, поэтому мне любопытно знать о других выпускниках Хогвартса, — небрежно продолжил он, прежде чем состроить гримасу и уронил свой бутерброд обратно на грязную тарелку, где он приземлился с гротескно мокрым шлепком. Гаррет определенно рассказал ему достаточно, чтобы вызвать подозрения. — Да, я думаю, что они все еще собираются вместе. Я знаю, что они иногда играют вместе в Квиддич, — беспечно ответила она. После этого Джеффри оставил эту тему, хотя и продолжал тонко прощупывать окружающую информацию. Гермиона была поражена его мастерством — она никогда бы не назвала Джеффри мастером тонкостей, но оказалось, что он был более чем способен. Обеденный перерыв Джеффри скоро подходил к концу, так что они расплатились и покинули «Кабанью голову». Выйдя на залитую ярким солнцем главную улицу Хогсмида, Джеффри повернулся к ней. — Ты выглядишь намного лучше, — резко сказал он. Гермиона усмехнулась. Это было правдой; все усилия, которые она прилагала, чтобы покончить с Томом, в сочетании с тем, как мало она видела его в последние несколько месяцев, заставило ее депрессию начать подниматься. Казалось, она почти перестала горевать обо всем, что произошло, и начала смотреть в будущее с оптимизмом. — Да, спасибо, — честно ответила она. Внезапно Джеффри крепко обнял ее, и Гермиона была потрясена этим проявлением нежности, пока он не прошептал ей на ухо: — Мы будем держать друг друга в курсе, — подтвердил он тихим голосом, прежде чем отойти. — Рад был повидаться. — И ты тоже. Удачи тебе с работой Аврора. Я горжусь тобой, — прошептала она и добавила: — сообщи мне, если появится что-нибудь новое. Я сделаю то же самое. — Договорились. Тогда до встречи. С резким треском Джеффри Аппарировал. К несчастью, их встреча добавила столько вопросов, которые теперь гудели у нее в голове. Как много Авроры знали о деятельности Тома? Они никогда не заподозрят, на что он способен. Возможно, это были только два Поттера, действовавшие по приказу Дамблдора? Похоже, Гермиона скоро сама отправится на разведку, чтобы выяснить это. *** Том Аппарировал в Малфой-Мэнор; неудивительно, что Абраксас с тревогой ждал снаружи. Как и Альфард, он также получил хорошую должность в Министерстве и поэтому тоже носил накрахмаленную парадную мантию. Его волосы были зачесаны назад с заостренного лица. С тех пор как Абраксас унаследовал свое состояние, он обрел неожиданную уверенность. Он держался с достоинством, и это делало его гораздо более полезным. Он никогда не будет таким умным, как Блэк (старший, естественно) или таким жестоким, как Эйвери, но он был более впечатляющим, чем большинство других рыцарей. — Милорд, — почтительно произнес он, склоняясь в поклоне, который был скорее почтительным, чем пресмыкающимся. — Малфой. У меня есть особое задание для тебя, и только ты можешь его выполнить. Малфой поднялся на ноги. Его лицо было бесстрастным, но в глазах горел безошибочный блеск — он был явно доволен, что оказался единственным человеком, способным выполнить эту задачу. — Все, что угодно, милорд. Том ухмыльнулся, но начал расхаживать вокруг Малфоя, делая вид, что погружен в свои мысли. — В последнее время вокруг «Боргин и Беркс» шныряет некий Поттер. Он как будто преследует меня… — Избавиться от него, милорд? — Нет, пока в этом нет необходимости… Просто посмотри, что он задумал. Том помолчал, глядя прямо в светло-серые глаза Малфоя. — А потом избавьтесь от него.