Стёртая

      Вечер наступил очень стремительно. Я наблюдала за тем, как солнце заходит за горизон: жёлтое, слепяще яркое днём, оно меняет свой цвет и оттенок на более мягкий и тёплый, который словно невесомая шаль укрывает все вокруг, как последние лучи стараются обогреть землю. Догорает ещё один знойный день. Всё вокруг озарено великой космической подсветкой, которая удивительно быстро меняет краски не только неба, но и моря. Вода у южного берега плавится блестящим свинцом, ближе к северу наполнена густой синевой, а вдали ласкает глаз небесной голубизной, и если бы не черта гор, разделяющих воду и небо, они слились бы воедино в величайшей гармонии.       Я не выходила на улицу, хотя была бы не прочь насладиться таким удивительным, коротким мгновением вечера. Наблюдая из довольно широкого окна за природным явлением, я медленно расхаживала взад-вперёд, скрестив руки на груди. Голова кипела от разных мыслей насчёт ПОРОКа. Одна идея была безумнее другой. Мне хотелось просто пожить нормальной, человеческой жизнью, а сейчас приходится жить в каком-то… не знаю, сарае, что-ли, строить планы по освобождению обладающих иммунитетом заложников, а главное — лишний раз не попадаться на глаза. Никому.       Сон никак не хотел приходить. Я желала лучше поскорее забыться в царстве Морфея, нежели страдать от огромного потока размышлений.       У меня было куча способов освободить иммунов, но к каждому прилагалась неудача, а точнее — либо чья-то смерть, либо поимка другого человека. А на такие риски никто и никогда не согласится.       Мои шаги становились всё тяжелее, дыхание чаще. Рана на плече, в которое попала пуля, неприятно щипала каждый раз, когда я, не выходя из задумчивого состояния, совершенно забыв о царапине, нервно тёрла обеими руками шею и плечи. Но — вот счастье — именно боль и помогала мне отвлечься от выдумок, помогала не впасть в такое состояние, где всё становится таким пустым, ненастоящим, совершенно незначимым.       Наконец, после очередного круга по комнате, я села на расположенный на полу мягкий матрас. Это стало моим спальным местом, когда мы добрались до Бухты. Об этом никто не знает. Звучит странно, но это так. Обычно большинство из иммунов ложатся спать в одной оргомной команте, некоторые расселились по остальным зданиям. И мы вместе с Фрайпаном, Томасом, Ньютом, Брендой, Хорхе и Винсом тоже ночевали со всеми. Но я дожидалась, пока все уснут, и острожно проникала в эту комнату. Она довольно уютная, совсем крохотная, так что здесь я чувствую настоящее спокойствие, нежели в других местах. Наедине с собой я могла не скрывать эмоции, быть той, кто я есть.       Толстый матрас, обёрнутый простыней, был заменой кровати, которых тут не самое большое количество. В углу комнаты находилась тумбочка с давно перегоревшей лампой — никак руки не доходят заменить неработающую лампочку. Помимо бывшего источника света, на тумбе лежали четыре книги и — неожиданность — все о науке, научных исследованиях. Я перечитала их уже не один десяток раз, так и не взяла в толк, почему в них ни слова не говорится о Вспышке. Там объясняется каждая болезнь, каждая эпидемия, что была на планете, но о Вирусе — абсолютно ничего.       В данный момент у Томаса, Винса и остальных наших идёт собрание, где, насколько я поняла, брат хотел уговорить лидера нашей группировки вновь отправиться в «путешествие» до Последнего города, чтобы освободить Минхо. Это было бесполезно, уж поверьте. Поэтому, и так зная итог посиделок, я отказалась принимать в этом участие. Винс будет непоколебим, даже если ему предоставить железные аргументы. Скажем: «Мы уже такое проделывали», ответит: «Да, после долгого планирования, имея надёжную информацию и эффект внезапности». Скажем: «Мы всё продумали» — не поверит, или не захочет верить. Знаю, что он скажет на это. «Я потерял всё. Знаю, что речь о Минхо, но я не позволю поставить под угрозу всех ребят только из-за одного человека». Даже и просить его об этом не стоило бы — не согласится. И я понимаю, почему. Прекрасно понимаю его самого.       Внезапно свет вырубился. Кто-то отключил питание — надеюсь, на время — и теперь вся база осталась баз освещения. Я привстала и покрутила головой, чтобы удостовериться, не глючит ли у меня в голове. Нет, дело не во мне. Я слышала, как Томас выбегает на улицу вслед за Винсом, они оба смотрят в небо. Зуб даю, около нас пролетели вертолёты кампании ПОРОК. Я села обратно, принимая то же положение, что и минутой раньше. Сконцентрировалась. Где-то лежал небольшой фонарик. В кромешной тьме я добралась до полок на другом конце комнаты, стала нащупывать нужный предмет. Спустя несколько неудачных попыток — в итоге я что-то уранила, и это разбилось прямо у моих ног — я сумела найти фонарь. Включила его, он работает. Маленький огонёк хоть несильно, но все же освещает мою коморку. Я слышу за стеной легко перемещающиеся шаги. Кто-то хочет смотаться?       Стараясь не шуметь, я еле открыла дверь так, чтобы та не заскрипела, и последовала за фигурой, которая только что завернула за угол коридора. Неуж-то кто-то из друзей? Я подкралась к самому углу и как можно скрытнее выглянула. Взор мой упал на Томаса, который поспешно подходит к припаркованному джипу. Шаг его уверенный, словно брат продумал план побега до мелочей. Но, зная его, могу со стопроцентной вероятностью сказать, что это не так.        — Интересно… — прошептала я и вгляделась в темноту. Там ведь был кто-то ещё… Только этот кто-то вёл себя бесшумно, пока Том не достиг автомобиля. Похоже, план всё-таки не был идеальным, раз Томасу не удалось уйти незамеченным. Между прочим дважды. Я усмехнулась сложившемуся повороту событий.        — Ну, и куда это ты собрался? — голос Ньюта. Парень включил свет настольной лампы, который осветил всё помещение. Мне пришлось прижаться к стене, чтобы меня не заметили. Хотелось послушать, о чём будет идти речь. Хотя, примерно я уже догадываюсь.        — Ньют, — Томас разочарованно выдохнул.        — Не валяй дурака, — блондин подошёл к нему ближе и решительно произнёс, — Я с тобой. Идём.       Что?! Решили оставить меня? Кажется, кто-то выключил свои инстинкты самосохранения. Что ж, придётся помочь их заново настроить.        — Нет, — вдруг отрезал Том, и у меня ненадолго, но появилась маленькая надежда на то, что ребята сами одумаются, поймут, насколько плохая это затея, — Нет, в этот раз я один, — надежды рухнули так же скоро, как и появились, — Даже если мы найдём Минхо, нет гарантий, что мы выберемся оттуда.        — Так тем более, тебе нужны помощники, — заявил Ньют и открыл дверцу машины. Там, за рулём, сидел Фрай. Да они что, заранее сговорились, а меня решили кинуть? — Мы начинали вместе, вместе и закончим.        — Хорошо, — подумав, ответил Том, — Тогда поехали.       Тут я не выдержала такого наглого поведения и вышла из-за стены. Надо же, действительно, они даже не подумали о том, чтобы взять меня с собой.        — Нет-нет-нет! Мы с вами так не договаривались! — сказала я, с недовольным видом приближаясь к ребятам. Они, дернувшись от неожиданности, ошарашенно и с опасением смотрели на мою быстро продвигающуюся им навстречу персону. Как только я подошла почти вплотную, Томас заслужил от меня пощёчину.        — За что? — стал возмущаться он.        — Есть, за что. Мой брат — придурок! — звучало, как приговор, — Почему вы не сообщили мне о своём плане? — мои глаза перебегали с Томаса на Ньюта.        — Пойми, Трис, это не для тебя… — спокойно сказал блондин, отчего я ударила и его. По крайней мере, это было предупреждением.        — Да ладно! А как же твои слова? Я всё слышала, мои дорогие. Как ты там сказал? «Мы начинали вместе, вместе и закончим»? — я процитировала услышанное, — Получается, я не вхожу в список людей, что были с самого начала вместе? Напомню, я прибыла в Глэйд на месяц раньше него! — я указала на Томми, — Разве я не достойна того, чтобы закончить начатое со всеми остальными?!        — Сестрёнка, ты пойми, что это очень и очень опасно! — стал поддерживать Ньюта Том, но я его тут же заткнула.        — Послушай, братец, я уже не маленькая и в праве сама за себя решать. Или вы берёте меня с собой, или остаются все. По-моему, Винс не будет рад вашему побегу… — я сделала задумчивое выражение, искренне надеясь на благоразумие этих недалёких мальчишек.        — Трис, не надо ставить нам условия, а тем более шантажировать. Я не хочу потерять тебя.        — Ну, раз так… — я демонстративно сделала грустный взгляд, продолжая вести свою игру, — Позову Винса. Может, у него получится найти нужные словечки для вас.       Развернулась, и уже хотела уходить, но Томас крепко сцепил пальцы на моём локте, разворачивая к себе лицом. На моём лице появилась победная ухмылка.        — Ты серьезно хочешь сбежать со мной? — решил уточнить он.        — Да, серьёзно.        — Уверена? — на данном этапе опроса Ньют пронзил меня свом взглядом, словно предупреждая, что это будет не райское путешествие. Но я это понимала с самого начала, так что проигнорировала парня.        — На все сто. Хуже уже не будет.        — Это невероятно опасная миссия. Ты же понимаешь, что мы можем не вернуться?        — Звучит увлекательно, — выпалила я и, высвободившись из хватки брата, поспешила сесть в салон автомобиля, довольная своим выигрышем.        — Ты сумасшедшая… — буркнул Фрайпан, заводя двигатель. Фары машины включились, осветив дорогу впереди. Джип тронулся с места.

***

      Пока мы ехали, наступило утро. Сейчас, наверное, Винс и другие спохватились, возможно, даже кинулись на поиски, но мы были уже довольно далеко от убежища. Всю ночь, что мы провели в дороге, я спала, облокотившись на плечо Ньюта. Однако даже сон не приносил отдыха.       Говорят, во снах мы контактируем с той частью сознания, которая причиняет боль. Мой случай не исключение. Как только я погрузилась в него, меня накрыло с головой. Я перестала чувствовать что-либо физически, словно тело перестало быть моим, словно я отделилась от него. Теперь только я и прошлое.

…

      Хорошо освещённая комната. Белые стены, белый потолок, белый кафельный пол, покрытый чёрным шёлковым ковром. Маленькая я, одетая поистине женственно, в красном платье с чёрной полосой на поясе, сижу на кровати, свесив ноги, и с нетерпением ожидаю, когда же вернётся мама.       На столе стоял свежеиспечённый торт без свечей, а так же рядом красовались недавно подаренные Терезой карточки с изображениями всех моих друзей и знакомых, а с обратной их стороны — поздравительные надписи.       Через пару секунд дверь открывается, и внутрь входит Скарлет, пряча что-то большое за спиной. Она красавица… Прекрасная, нежная, праздничная улыбка, одна из тех, что она дарила мне, когда происходило какое-то радостное событие, утончённые скулы, сияющие радостью глаза, лёгкий, совсем не вызывающий макияж. Белое цветочное платье до колен придаёт ее шикарной фигуре ещё большую элегантность, синие туфли на каблуках, от которых мама выглядит выше, идеально подходят к этому образу. В волосы вплетена такого же цвета ленточка, завитая под стать ее кудрям. Как же я была рада ее возвращению!       Скарлет села на край заправленной кровати, вынула из-за спины коробку, обёрнутую толстой красной лентой, и вручила прямо в мои руки.        — Держи. Ну же, открой, — бодро сказала женщина.       Я стала быстренько развязывать ленту, чтобы добраться до подарка. Открыла крышку и, завороженно глядя на содержимое, анхнула.       Внутри было лёгкое летнее платье розового цвета без всякого орнамента. Лишь подол был прошит крупными бусинами, похожими на жемчуг. На дне коробки лежала наша семейная фотография в рамке. На ней я, Томас — оба совсем ещё младенцы — и мама. На фоне виднеется логотип кампании ПОРОК. Видимо, в тот момент мы были на улице, проходили рядом с главным зданием корпорации.        — Спасибо, мамуль, — я поцеловала Скарлет в щёку, обвив руками ее талию.       Женщина обняла меня в ответ, поцеловав при этом в макушку.       И тут в комнату вошёл Томми, держа в левой руке три разноцветных шара, а в правой сжимая букет, состоящий из шоколадок разных марок и искусственных цветов.        — С днём рождения, сестричка! — крикнул он и подбежал ко мне, крепко обнял и подал подарки.        — Спасибо, Том, — улыбка не сходила с лица, а радости не было предела.

***

      Я всё это не переживала, я видела это со стороны. При этом я чётко понимаю, что это была реальность. Я чувствовала, как сжимаются ладони, под ложечкой засосало. Нет… Я же не могу завидовать самой себе, ведь так?       Очнувшись как от кошмара, в холодном поту, я неровно задышала, глотая ртом как можно больше воздуха.       Я понимаю, что многие скажут, будто то был самый эстетический, приятный сон, который только может быть после всего того, что мне снилось. Однако, если это вновь обретённое воспоминание из прошлого, то мне ничуть не становится лучше. Это безумная боль, которая закрадывается в душу, ранит и останется внутри меня навсегда, до самой смерти. Поверьте, я знаю, о чём говорю. Уже проходила. И сейчас приходится проживать то же самое, то, от чего я старалась избавиться. И вот, в последние несколько недель мне почти это удалось.        — Ты в порядке? — беспокоясь за моё состояние, спросил Ньют. И, видя меня вот такой, опешил, — Можешь не отвечать.        — Я… я нормально… — затараторила я, пытаясь сформулировать предложение, а заодно понять, сон это, или же реальная жизнь. Когда я просыпаюсь, мне приходится себя убеждать, что мои сны не реальность, а моя реальность — не сон. И, долго учась этому, я сама же совсем запуталась, превратила всё в ужасный лабиринт, бесконечную путаницу.        — Страшный был сон? — неожиданно задал вопрос Ньют, отчего Томас, сидевший на переднем сиденье, обернулся и стал смотреть на меня.        — С чего ты взял? — недоумевая, поинтересовалась я, приводя разбушевавшийся пульс в норму.        — Если человек во сне сжимает кулаки так, что ногти чуть ли не впиваются в кожу, ему снятся отнюдь не радужные пони, — пояснил блондин.       Я посмотрела на свои руки. На ладонях и вправду остались следы от ногтей. Странно… Почему я не почувствовала, что причиняю себе вред? А если бы я не смогла контролировать себя до конца, я бы теперь что, накинулась на кого-нибудь прямо в машине?        — Это пустяк, — отмахнулась я и как можно скорее отвернулась от парня, дабы избежать дальнейшего разговора, наблюдая за сменявшимся пейзажем. Сжалась, обнимая себя за плечи и наблюдая в окно за изменившимся пейзажем.       Вскоре джип остановился, и мне пришлось выйти из машины, как сделали парни. Наконец-то, хоть смогу подышать свежим воздухом!       Перед нами был проложен путь через тёмный тоннель. Отсюда даже не разглядишь, что внутри… Явно не что-то потрясающее. Неизвестность меня не пугает, совсем наоборот, — она притягивает, интригует. Но именно в этот момент я бы не хотела переступать через границу между концом ровной дороги и началом тоннеля, в котором хоть глаз выколи — ничего не увидишь.        — Хочешь сунуться туда? — решил уточнить Ньют, показывая вперёд, — Не хочу показаться полнейшим пессимистом, но, будь я шизом, я бы укрылся именно там.       Томас поглядывал на карту, затем поднял глаза на тоннель и неуверенно произнёс поникшим голосом:        — Боюсь, у нас нет выбора.       Я с некоторым опасением посмотрела перед собой. Да уж, прекрасный выбор предоставили нам строители дорог. И свернуть некуда, никак не объедешь.        — Ла-а-адно, — протянула я, отступая к автомобилю, — Давайте сделаем это побыстрее. Мне уже стало не по себе…        — Я сяду вперёд, — сообщил Ньют и направился к джипу. Я последовала его примеру, немедленно села назад и поплотнее закрыла дверь.        — Не бойся, всё будет хорошо, — видя моё волнение, стал успокаивать блондин, и я невольно улыбнулась.        — Отлично…       Машина тронулась с места. Мы заехали внутрь тоннеля. Ньют включил фонарь, чтобы добавить больше света. Освещения от фар было недостаточно. Нужно видеть, что происходит по разным сторонам. Я слышала, как бьётся моё сердце. Казалось, все это слышат — настолько было тихо вокруг. Снаружи раздаётся только шум двигателя. Затишье перед бурей? Возможно.       Я не ожидала, что тоннель окажется таким длинным. Волнение нарастало с каждым проезженным метром. Инстинкты предупреждают о скорой опасности. Мы медленно проезжали мимо заброшенных машин, разбросанных по обочинам металлических деталей и других вещей, которые попадались на пути.       Тут Фрай резко остановил машину. Поначалу я не поняла смысла его действий, но, глянув через лобовое стекло, до меня дошло. Я замерла, дыхание остановилось. Впереди стоял заражённый. Он кривился, издавал странные звуки, напоминающие кашель.        — Ничего, — тихо проговорил Том, — Он один, так что… Просто потихонечку объедем. Давай, — подбадривал он Фрайпана, — Потихонечку…        — Ты спятил, Томас, — шепнула ему я перед тем, как Фрай стал вновь заводить машину, переключая её на самую малую скорость. Теперь до меня дошло, что мы с братом очень похожи. У обоих желание лезть, куда не следует, считается жизненным принципом.       Я обернулась, хотела посмотреть в окно, однако машинально отскочила, прижалась к брату, намертво схватив его за руку. Томас посмотрел на меня, перевёл взгляд на прозрачное стекло и тоже заметно дёрнулся.       Снаружи стояла женщина. Тоже шиз. Яркая белая рубашка, седые волосы, бледная, почти прозрачная кожа — при таком освещении она казалась не человеком, а скорее призраком. Ладони ее лежали на стекле, сама женщина всем телом прислонилась к машине.        — Пожалуйста… Помогите, — обстановка становилась всё более напряжённой. Заражённая стучалась к нам, бормотала себе под нос какие-то слова. Это сильнее пугало меня — именно такое ненормальное поведение, — Пожалуйста! Пожалуйста…       С другой стороны последовал удар. Такой же шиз тёрся у правого окна. Мне пришлось отскачить от Томаса и вжаться в сиденье. Господи, это определённо самая глупая ситуация, в которую мы только могли попасть! Машину оккупировали, всюду стояли подобия зомби и явно не собирались отступать.        — Так… Надо ехать, — произнёс Том.        — Трогай, давай же! — приказным тоном крикнул Ньют.        — Фрай, давай! — с ужасом в голосе сказала я, крепко цепляясь за переднее сиденье, чтобы удержаться при резких поворотах.       Как только джип поехал, на капот прыгнул мужчина. Он стал бить кулаками по стеклу, оставляя крупные повреждения. Лобовое почти треснуло, от его середины исходило огромное множество царапин.        — Фрай, стряхни его!        — Я пытаюсь! — и правда, бывший повар петлял, как мог, — Держитесь!        — Фрай, гони! Я не хочу умирать! — поторапливала его я, — Да и вообще, любой из нас не хочет!        — Я сейчас пол продавлю, но быстрее не будет!       Произошёл удар о крышу ржавого автомобиля. Шиз всё же отстал. Да, нехило его прихлопнуло.        — Фрай, осторожно! — прикрикнул Томас, заставляя меня повернуться вперёд.       Джип столкнулся с валявшейся на дороге кучей мусора — баков и запчастей машин. Автомобиль перевернулся вверх колёсами. Мы чудом остались живы, учитывая то, с какой скоростью летела машина.       Брат начал выбивать заднее стекло, поскольку теперь двери попросту не могли открыться. Я пыталась удержаться на месте и не пораниться о разбитое с моей стороны окно. Голова беспощадно закружилась.        — Все целы? — откашливаясь, спросил Ньют.        — Да, вроде, — ответил за всех Томас. Ему-таки удалось выбить стекло. Он вылез из машины, я поползла следом. И вот мы оказались на улице.        — Томас! — в переднюю дверь долбили Фрайпан и Ньют. Томас попытался открыть дверцу, но ничего не вышло: верхняя ее часть просто сталкивалась с землёй, не продвигаясь дальше.        — Давай, я попробую с другой стороны, — сказала я и поспешила перебраться туда, где дверь могла открыться. Томас помогал, подсвечивая путь фонариком.       Слева открылась передняя дверь, и оттуда выполз блондин. С моей помощью он аккуратно поднялся на ноги. Я быстро осмотрела его, оценивая вид.        — Ты цел? — тревожно поинтересовалась я, отряхивая его куртку от осевшей пыли.        — Да, кажется, — я внимательно присмотрелась. Парень схватился за правую руку, вряд-ли подозревая, что именно сейчас я слежу за его движениями, — Ты сама-то как?        — В порядке, — мгновенно отозвалась я.       Неподалёку разнёсся рёв. Из глубин тоннеля навстречу выбежал шиз, стремительно приближаясь. Сердце моё замерло. Ньют потянулся к пистолету, и тут же одёрнул руку. Оружия не оказалось в кобуре.        — Ну всё, влипли, — пробормотал он, поднимая беспокойный взгляд на заражённого.        — Фрайпан, надо валить! Срочно! — поторопил друга Томас.       Сам Фрай что-то искал в машине, кидая нам лишь спешное «сейчас!».       Я попятилась назад, скрываясь за спиной Ньюта и взяв его за плечо. Не лучшая защита, согласна, но умирать сегодня не входило в мои планы. В любом случае, рядом с Ньютом я чувствую себя лучше, чувствую хоть какую-то защиту.        — Фрай, живее! — закричали мы в унисон.        — Да что ж ты делаешь?        — Надо бежать!        — Быстрее, ну!       И вот, когда между нами и шизом оставалось пару метров, Фрайпан соизволил вынырнуть из автомобиля, да ещё и с винтовкой в руках. Он направил оружие на шиза и незамедлительно выстрелил, доставляя ещё больше шума.        — Метко стреляешь, — подколол его Том.        — А то.       Вдали стали слышны крики и вопли заражённых. Минуя препятствия, шизы бежали к нам, издавая немыслимые звуки, наровясь превратить в таких же сумасшедших. Мы с ребятами переглянулись между собой.        — Всё, погнали.        — Давай.       Мы повернулись и рванули прочь. Фрайпан продолжал выстреливать, но через каждый выстрел ему приходилось отбегать назад. Не самая удобная тактика.        — Уходим, быстрее! — позвал за собой Том.       Я бежала со всех ног. Как хорошо, что правое колено уже не волновало меня вот как три месяца. И всё благодаря советам Мэри. Если бы не ее способы реабилитации после тяжёлой травмы, меня бы тут сцапали самой первой. Как приятно вновь чувствовать себя полноценной, здоровой, не быть обузой для окружающих.       Но, всё равно, впереди всех мчался Томас. То ли таким образом он показывал своё лидерство, — хотя в данной ситуации этот вариант не рассматривается, — то ли хотел быстрее удрать из этого места. Впрочем, второго желал не он один.       Мы резко затормозили, останавливая движение. И впереди к нам подступали шизы. Они шли со всех сторон. Фрайпан стрелял в них, но этого было недостаточно.        — Патроны кончились! — жалостно крикнул Фрай. Чего и следовало ожидать.        — Что б их.        — Это конец, — я всем телом прижалась к Ньюту, надеясь прожить последние мгновения бок о бок с ним. Парень в ответ обеими руками обхватил мою талию, крепко держа. — Мне было приятно находиться рядом с вами столько времени.       Со стороны зарычал двигатель. Толпу разогнал прибывший джип, один в один походивший на тот, в котором мы уехали. Из люка высунулось тело Бренды. Боже, да! Моим планам суждено сбыться!        — В машину! — призвала она, стреляя в шизов из пистолета, и мы тут же кинулись в автомобиль, поспешно занимая все задние места        — Гони, Хорхе!        — Держитесь, — произнёс латинос, и джип поехал из места апокалипсиса в конец тоннеля, откуда лился белый свет.