They took the midnight train

      -Я не могу это надеть, – говорит Джози. Шокированное выражение комично застыло на её лице.       -Почему нет?       Хоуп приходится прикусить язык, чтобы не рассмеяться. Она понимает, что костюм немного откровенный, но он также смахивает на повседневную одежду Джози.       -Хоуп, на этикетке написано «школьная зомби-потаскушка», - сетует Джози. Её голос колеблется на слишком высокой ноте, и от этого Хоуп не может сдержать тихий смешок, слетающий с её губ. – Это совсем не смешно.       «Смешно» - настоящее преуменьшение. Хоуп инстинктивно придвигается ближе, не в силах сопротивляться этому порыву. Губы Джози выглядят так же привлекательно, как и в номере отеля – пухлые и мягкие, немного надутые от раздражения. Волнение струится по венам Хоуп и превращается в возбуждение, когда спустя секунду Джози прикусывает губу.       Таким будет её вечное наказание? Постоянно хотеть поцеловать Джози Зальцман?       Раньше Хоуп думала, что какая-нибудь тёмная фигура должна прийти за ней, чтобы затащить в ад. Но пока что всё нормально. Она спокойно ходит в школу, тренируется в группе поддержки и ложится спать, когда приходит время.       Единственное, что она до сих пор не может преодолеть – это собственный страх. Хоуп продолжает верить, что что-то ужасное обязательно случится. Возможно, ад и не попытается поглотить её посреди урока математики, но она уверена, что что-нибудь произойдёт.       Возможно, в этом будет замешаны внеземные силы - Хоуп всё ещё видит в своём подсознании яркие вспышки с появляющейся тёмной фигурой, которая видит все действия Хоуп и уничтожает её за это. Или причиной будет сама Хоуп. В конце концов, она всегда всё разрушает.       Но она не позволит себе сделать это с Джози.       Она делает шаг назад, вспоминая прошлые слова другой девушки. Они должны двигаться медленно. Хоуп приходится игнорировать нарастающей в сердце холодок, который умоляет её подойти ближе.       -Немного смешно, - Хоуп пожимает плечами, переключая своё внимание на другие костюмы. Она готова поспорить, что сможет сделать костюм Красной шапочки сексуальным. – Просто примерь. Тебе не обязательно его покупать.       Если судить по задумчивому выражению лицу, Джози, кажется, действительно обдумывает её слова. Боже, её глаза и губы так странно выразительны. Никто не должен так небрежно демонстрировать на лице все свои эмоции.       Это благословление и проклятье одновременно. Хоуп рада, что её собственный пристальный взгляд может скрывать от людей её чувства. Но иногда она жалеет, что не может так легко их выразить. Её слова никогда не работают в полную силу. В большинстве случаев люди думают, что она ведёт себя либо отстранённо, либо стервозно, либо не выкладывается в полную силу.       -Окей, я его примерю, если, - Джози замолкает. В её глазах появляется озорной блеск, который совсем не нравится Хоуп, – если ты наденешь это.       Джози снимает с полки один из костюмов и отдаёт его Хоуп. Девушка сразу же качает головой, не в силах поверить, что Джози действительно это предложила.       -Я не могу одеться Пятачком, - говорит Хоуп, рассматривая нелепую розовую пижаму.       На этикетке изображён одетый в неё ребёнок. Также там написано, что это костюм для детей десяти-тринадцати лет. Хоуп определённо не сможет это надеть, она бы умерла от стыда. Ей было бы достаточно просто посмотреть на себя в зеркало и пасть замертво. А санитары потом удивлялись бы, что она делает на окраине города с Джози.       Джози хихикает – одновременно раздражающе и мило.       -Можешь, - Джози подпрыгивает. Её улыбка становится ещё шире, когда Хоуп пытается бросить на неё свой фирменный пронзительный взгляд.       Дерьмо.       Теперь, когда они целовались, это не работает так эффективно, как раньше. Хоуп скучает по тем дням, когда она могла заставить Джози замолчать, не пошевелив и пальцем. А теперь Джози слишком привыкла к ней. Достаточно, что рассмеяться и даже положить руку ей на плечо.       Хоуп игнорирует настойчивое сердцебиение, которое ускоряется ещё больше под мягким, насмешливым взглядом Джози. У Джози выпуклые карие глаза, мягкие черты лица и губы, которые на вкус слаще, чем шоколад.       Она такая незаконно хорошенькая.       От этого осознания у Хоуп кружится голова. Именно так выглядит влечение? То, о чём рассказывается в романтических фильмах и песнях? Джози Зальцман, смеющаяся в магазине костюмов?       -И ты его наденешь, - настаивает Джози, легонько похлопывая по детскому костюму в руках Хоуп. У Хоуп почти вылетело из головы, что она до сих пор его держит. – Или я не стану примерять свой.       -Нет, я не буду, - Хоуп наконец-то выходит из транса, в который ввела её Джози.       Она всё ещё Хоуп Майклсон. Она всё ещё тот человек, который должен командовать. Джози не может просто похлопать ресницами, выпятить нижнюю губу и ожидать, что Хоуп унизит себя костюмом персонажа из Винни-Пуха.       У неё есть достоинство.       -Хорошо, тогда я надену этот, - Джози пожимает плечами, но в следующую секунду Хоуп понимает, что это действие не такое уж невинное. – Я уверена, Джейд будет рада увидеть его на мне.       Ехидные глаза Джейд вспыхивают в голове Хоуп. При мысли о том, что она будет снова пялиться на Джози, у неё так сильно сжимается желудок, что Хоуп ощущает во рту привкус желчи. Она чувствует себя так, словно ей в рот засунули яд. Когда Хоуп сглатывает, она может поклясться, что ревность прожигает горячую дорожку по её телу до самых кончиков пальцев.       -На самом деле, Пятачок – отличный выбор, - сухо говорит Хоуп. Джози ухмыляется, и Хоуп шлёпает её костюмом, прежде чем пойти в раздевалку.       Она уже была здесь в прошлом году, причём в довольно эксцентричном наряде для чирлидинга. Хоуп испытывает небольшое удовлетворение, когда Джози приходится неловко карабкаться за ней. Однако это длится совсем недолго – вскоре они добираются до задней части помещения, и Хоуп остаётся за закрытой дверью, наедине с костюмом Пятачка.       Абсурд.       Хоуп снимает форму и останавливается, чтобы посмотреть на себя в огромное зеркало. Она немного позирует, рассматривая своё отражение. Всё то время, что она тратила на тренировки, сделало её тело удивительно подтянутым. На секунду Хоуп задумывается, хватило бы у неё смелости действительно пойти на Хэллоуин в одном нижнем белье.       Вспоминая о Хэллоуине, Хоуп решает, что ей нужно собраться с мыслями. Вероятно, кто-то обязательно устроит вечеринку, на которую её непременно пригласят. У Себастьяна есть привычка приводить к себе домой слишком много народу, чтобы они полюбовались, как он волочит свою пьяную задницу и сверкает перед девушками пластиковыми вампирскими клыками.       Хоуп слышит приглушённый вздох из соседней примерочной. Должно быть, это Джози, так как кроме них магазин пуст. Хоуп пытается представить, как Джози надевает тот костюм, и от этого на её лице появляется возмущённое выражение.       Хоуп злорадно усмехается этой картине и решает поторопиться.       Минуту спустя она застёгивает молнию на пижаме. Взгляд в зеркало заставляет её нахмуриться. Костюм на самом деле идеально на ней сидит, хоть он и предназначен для детей. Единственная часть, которая ей не подходит – это слишком большие уши, которые свисают достаточно низко, чтобы падать Хоуп на лицо и закрывать обзор. По крайней мере, пижама хотя бы мягкая на ощупь, но наряжаться свиньёй совсем не сексуально.       Хоуп выходит из своей примерочной и останавливается возле той, где должна находиться Джози. Она колотит костяшками пальцев по двери, но её стук приглушается розовой тканью.       -Джози? – зовёт Хоуп. – Ты в порядке?       Несколько секунд между ними стоит тишина, но затем Хоуп слышит шорох на другой стороне двери.       -«В порядке» - слишком громкое слово для моего вида, - наконец отвечает Джози, на что Хоуп только закатывает глаза.       -Ты надела костюм? – задаёт другой вопрос Хоуп. Она хочет зайти внутрь, но думает, что если случайно застанет Джози голой, то у неё случится сердечный приступ.       -Да.       Услышав подтверждение, Хоуп толкает дверь и аккуратно просовывает голову внутрь. Руки Джози мёртвой хваткой вцепились в неприлично короткую юбку – вероятно, она пытается одёрнуть её, чтобы сохранить скромность. Рубашка выглядит не менее откровенной - верхние пуговицы на ней отсутствуют, поэтому белая ткань распахнута достаточно сильно, чтобы обнажить декольте.       Единственное, что удерживает грудь Джози от полного обнажения – это красно-чёрный галстук, который свободно болтается на её грудной клетке. Внезапно Хоуп чувствует ненависть к этому галстуку.       -Хоуп? – спрашивает Джози.       -Ммм, - коротко бросает Хоуп, игнорируя странный звук, который выходит из её горла. Она пытается настроить свой взгляд, проводя глазами по загорелой коже, прежде чем отвести их в сторону. – Ты выглядишь… эм… мило.       Хоуп полностью входит в раздевалку и закрывает за собой дверь, навалившись на неё спиной. Она стоит смирно, позволяя своим глазам быть единственной блуждающей частью тела.       Грязные образы заполняют её мысли. Хоуп чувствует себя слишком беспомощной, но она не может удержаться, чтобы не запечатлеть открывшуюся картину в своей памяти. Она никогда в жизни не чувствовала себя настолько нуждающейся в чём-то. Её кровь бурлит в венах, а кожа покрывается мурашками. Хоуп очень надеется, что Джози этого не заметит.       К счастью, Джози слишком занята умилением над Хоуп, будто она новорожденный младенец.       -О Боже, ты такая милая, - Джози прикрывает рот рукой, подходя ближе. – Это лучшее, что я когда-либо видела.       Джози подходит достаточно близко, чтобы самостоятельно приподнять плюшевое ухо над бровью Хоуп. Хоуп хмурится, чувствуя, как её лицо краснеет сразу по нескольким причинам. Во-первых, она не может стоять так близко к Джози. Во-вторых, она не может смириться с тем, что Джози так её дразнит.       Это абсолютно неловко. Она капитан группы поддержки. Пенелопа бы расхохоталась ей в лицо, если бы увидела, в каком положении оказалась Хоуп.       -Я не милая, - Хоуп с трудом удерживается, чтобы не топнуть ногой.       Джози восторженно кивает и ерошит мягкую прядь искусственного меха на голове Хоуп.       -Ты невероятно милая. Мне нужна фотография.       -Нет, - протестует Хоуп, от этой идеи она краснеет ещё больше. Девушка успевает схватить Джози за талию раньше, чем та достаёт телефон.       Рубашка Джози укорочена, поэтому пальцы Хоуп скользят по обнажённой коже. Она быстро впадает в транс, барабаня пальцами по изгибу тонкой талии Джози. Хоуп чувствует, как тело Джози вспыхивает от прикосновения, и уголки её губ самодовольно приподнимаются. Большой палец Хоуп проводит дорожку до родинки у пупка Джози.       -Ты должна купить это, - настаивает Хоуп. Через секунду она откашливается, чувствуя смущение от того, как низко звучит её голос.       Неужели она такая слабая? Дешёвый, откровенный костюм, и Хоуп готова упасть на колени?       -Не могу, - Джози качает головой. На её лице играет улыбка, но в глазах застыла грусть. - Не думаю, что я достаточно привлекательна для таких вещей.       Хоуп усмехается.       -Кто тебе такое сказал?       -Ты.       Это слово звучит как удар в живот, но Хоуп не может ничего отрицать. Это правда. Хоуп несколько лет безжалостно высмеивала Джози. Она срывалась на ней каждый раз, когда видела в другой девушке хоть каплю привлекательности. Она была жестокой и трусливой.       Возможно, она трусливая до сих пор, но она может попытаться быть менее жестокой.       -Мне очень жаль, - искренне говорит Хоуп.       Джози смотрит ей в глаза.       -Всё нормально.       -Нет, не нормально, - настаивает Хоуп. Чувство вины давит на неё с такой силой, что вполне может прижать к полу. – Я врала. Поверь мне, ты очень привлекательная.       Это не работает. Джози всё ещё качает головой, отнекиваясь от слов и прикосновений Хоуп. От этого Хоуп становится ещё хуже. Джози слишком категорична к своей внешности. Девушка крепче обнимает её за талию, чтобы Джози не могла отстраниться.       -У тебя милый нос, - выпаливает Хоуп, чувствуя себя нелепо из-за этих слов, но Джози замирает.       -У меня милый нос? – спрашивает Джози, явно не веря своим ушам.       -Да.       Это так сложно для неё. Хоуп не хочет сказать что-нибудь, что может расстроить Джози. К тому же, трудно продолжать быть дерзкой, когда Джози вот так смотрит на неё сверху-вниз. Ей кажется, что Джози обхватила её сердце руками, раздумывая над тем, чтобы разбить его на миллионы осколков.       -И… эээ… - продолжает Хоуп. Её глаза автоматически опускаются к полу. – Твоя улыбка… просто красивая. Я не могу удержаться от смеха, когда вижу её.       В воцарившейся тишине Хоуп успевает умереть и заново родиться, прежде чем решается снова взглянуть на Джози. Она открывает рот, чтобы извиниться или забрать свои слова обратно, но успевает лишь мельком увидеть карие глаза, после чего Джози быстро утягивает её в поцелуй.       Хоуп прижимается спиной к двери, сильнее впиваясь в бока Джози, чтобы сохранить равновесие. Она чувствует, как чужая рука скользит по её волосам и довольно выдыхает, открываясь навстречу рту Джози, который становится всё более и более знакомым.       Её снова поражает, насколько сильно ей это нравится. Хоуп провела годы, целуясь с разными парнями и позволяя им трогать своё тело, но ничто из этого и близко не могло сравнится со сладостью губ Джози.       Джози резко отстраняется, тяжело дыша в пространство между плечом и шеей Хоуп. Её резкое дыхание только усиливает желание Хоуп. Она закрывает глаза так крепко, что становится больно. Следом Хоуп позволяет своим рукам соскользнуть с талии Джози, сжимая их в кулаки.       Это просто невыносимо, но они хотели двигаться медленно.       -Не могу поверить, что ты действительно надела это, - шепчет Джози, её глаза широко открыты и блуждают по лицу Хоуп.       -Заткнись, - ворчит Хоуп, но у неё не получается казаться по-настоящему разозлённой, когда улыбка озаряет лицо Джози. Всё, что она хочет – это снова её поцеловать.       При каждом вдохе их лбы соприкасаются - это похоже на настоящую мольбу вселенной. Каждый нерв в теле Хоуп сопротивляется и умоляет её принять это.       Честно говоря, Хоуп сама не понимает, что она должна принять. Девственность Джози? Ей нравится, как это звучит, но одна мысль об этом заставляет её мозги расплавиться.       Хоуп никогда не смотрела никакого порно. На каждом занятии в Клубе Воздержания, когда Хоуп приходилось говорить о сексе, речь всегда шла о сексе между мужчиной и женщиной. Но она понятия не имеет, как это происходит у двух девушек. Хоуп подозревает, что у неё в подругах есть люди, которых можно обо всём расспросить, но даже мысль об этом звучит ужасно неловко.       Вероятно, Майя и Пенелопа смогли бы рассказать ей об этом, но тогда пришлось бы объяснять, зачем она спрашивает. Похоже, Джози тоже что-то знает, но странно будет спрашивать Джози о самой Джози. Кроме них троих, единственный человек, который приходит на ум – это Лэндон. Однажды Хоуп посмотрела историю его браузера и пришла в ужас. Видимо, даже он знает о лесбийском сексе больше, чем она.       Идея о том, чтобы спросить Лэндона звучит просто… жутко.       -Я всё ещё хочу фотографию, - говорит Джози. Кажется, она всегда меняет тему разговора, когда хочет, чтобы они немного остыли. – Мне нужно фото, чтобы поставить на твой контакт.       -Используй мою фотографию из ежегодника, - Хоуп хмурится, когда замечает, что Джози продолжает её игнорировать и достаёт телефон.       И всё же она стоит неподвижно, пока Джози делает несколько снимков. При этом Хоуп оставляет руки скрещенные, чтобы Джози хотя бы понимала, насколько она недовольна. Честно говоря, ей становится плевать на это, как только Джози делает первый снимок. На лице у другой девушки всё ещё красуется маленькая довольная улыбка, и это закапывает всё возмущение, которое испытывает Хоуп.       -А если я тоже хочу фотографию? – возражает Хоуп. Она наконец-то отталкивается от стены и подходит ближе к Джози, стоящей в середине раздевалки.       В основном, Хоуп просто шутит, но она и в правду хотела бы иметь воспоминание об этом дне в своей галерее. Джози выглядит просто потрясающе в своей крошечной юбке и обтягивающей рубашке.       Хоуп кажется, что она почти одержима этим костюмом.       -Ни за что, в этом костюме видна почти вся моя задница, - жалуется Джози и хлопает Хоуп по руке, когда она опускает глаза, чтобы проверить.       Хоуп переводит глаза на более приличное место, немного смущённая тем фактом, что она сделала это неосознанно, а не ради шутки. К счастью, Джози думает, что Хоуп хотела над ней подшутить.       -Кроме того, - продолжает Джози, и её голос внезапно становится дразнящим. – Если ты действительно хочешь увидеть меня полуголой, ты можешь нарисовать это сама…       -Эй, - хмурится Хоуп, пока Джози заливается смехом.       Когда она смотрит, как Джози прислоняется к стене, чтобы не упасть, лицо Хоуп краснеет. Ей бы хотелось, чтобы они просто забыли об этом. В тот день ей просто было скучно, и она не думала, что Джози когда-нибудь это увидит.       Почему уборщик до сих пор не отмыл кабинку?       -Ты меня обижаешь, - жалостливым тоном говорит Хоуп. Она осознаёт, насколько иронично, что такие слова исходят от неё. Но в то же время Хоуп нравится, что Джози перестаёт смеяться.       Она пристально смотрит на Хоуп, пока её смешки не стихают, оставляя их в полной тишине. Единственный оставшийся в помещении звук – это слабое жужжание, исходящее от одного из светильников. Оно сопровождало их во время всего разговора.       Но потом это жужжание начинает ослабевать, заглушаемое сердцебиением Хоуп, которое так отчётливо стучит у неё в ушах, когда Джози почему-то направляется к ней. Джози подходит к Хоуп, и первым порывом девушки становится желание убежать. Но Джози добирается до неё прежде, чем ладони Хоуп успевают коснуться дверной ручки. Руки Джози скользят по бёдрам Хоуп. Они такие твёрдые и горячие, что Хоуп практически тает, превращаясь в лужицу.       -Оу, - воркующе говорит Джози. Её нижняя губа дразняще выпячивается. – Прости меня, детка.       Хоуп немного дрожит. Кажется, её кости становятся слишком мягкими для тела, а колени готовы подогнуться под её весом. Она благодарит небеса, что дверь стоит прямо позади неё, а руки Джози поддерживают её тело. В противном случае она давно бы превратилась в желе, валяющееся на полу.       -Детка? – переспрашивает Хоуп, краснея от того, как дрогнул её голос. От этого уменьшительно-ласкательного прозвища её тело становится невероятно горячим, а между ног ощущается жар.       Джози наклоняется ближе, касаясь кожи Хоуп. Когда их губы почти соединяются, Хоуп может физически почувствовать вспыхивающее между ними напряжение. Она уже готова закрыть глаза, но внезапно слышит слабый щелчок и, спотыкаясь, вываливается из раздевалки.       -Мне нужно переодеться, - сообщает ей Джози, с трудом сдерживая ухмылку, которая грозит расползтись по её губам, - увидимся через несколько минут, Пятачок.       Хоуп фыркает, когда Джози закрывает дверь, отгораживаясь от неё. Ей хочется колотить по дереву, пока Джози не впустит её обратно, но она заставляет себя успокоиться. Возможно, она заслуживает, что её немного подразнили после всех этих лет издевательств.       К тому же она Хоуп Майклсон. Она не собирается опускаться до уровня какого-то мальчишки-подростка и ползать на коленях ради внимания Джози.       Нет.       Она не станет этого делать.       Хоуп возвращается в свою раздевалку. Осознавая, что у неё есть несколько минут уединения, девушка пытается отдышаться и направляет внимание на то, чтобы снять дурацкий костюм. В тот момент, когда она опускает ткань до талии, до её ушей доходит вибрация из того места, где она оставила свой телефон на сложенной чирлидерной форме.       Хоуп берёт его и рассеянно включает, ожидая, что это мама с сообщением об ужине или Майя с просьбой помочь ей с домашним заданием.       Но это от Джози.       Фотография полураздетой Джози, которая позирует в своём костюме и невинно смотрит в камеру. Хоуп сжимает телефон с такой силой, что может легко его сломать.       -Чёрт, - неожиданно громко выдыхает Хоуп.       Из соседней раздевалки слышится хихиканье Джози.