venus

« Я не хочу курить, но все равно курю, чтобы занять руки, чтобы отвлечься от мыслей. Чтоб не свихнуться в разлуке. Сердце в тихо атлантическом тонет и спасти его может отнюдь не любой. Я опять занимаю сигаретой ладони, потому что не могу занять их тобой». Юнги сигарету тушит о мольберт и достает очередную, такую же из пачки Winston. Дни летят за днями, на улице в конце декабря так и не выпал долгожданный снег. У блондина на деревянной поверхности новый лист, новая работа. Скорее очередная. На белой поверхности изображены его карие, сияющие глаза. Это все, что он мог нарисовать за последнее время. На том же самом излюбленном тэхеновом диване сидит Чимин — лучший друг младшего, о котором остальным лучше не знать. Брюнет не любит чужих людей в их общей квартире, не хочет осознавать, что у его друга может быть кто-то еще, помимо самого его. Чимин на пару с Мином выдыхает в воздух дым и съеживается от холода, поступающего из открытой балконной двери. — Ну, как у тебя с ним? Все еще не признался? — Чимин, не начинай… — Прошло уже два года. Ты что, шутишь? Мне что, придется самому ему обо всем рассказать? — Перестань. Придет время, сам обо всем узнает. Тем более, он явно не нуждается в признаниях в любви, особенно от меня. Ты же его знаешь, — Мин фыркает и стирает практически половину рисунка из-за какой-то непреодолимой необъяснимой тревоги, которая появляется у него когда как. — Лучше расскажи-ка мне, как у тебя с Намджуном? На этот раз фыркает уже друг, отворачиваясь к балкону, будто силой мысли пытаясь закрыть эту сраную дверь. — Ничего у нас. Как обычно бегает к своему бывшему, трясется за своего ребенка, а когда констатирую факты о его поведении — упирается, отрицает. Ну вот почему просто нельзя оставить свое прошлое и жить настоящим? — все же встает, чтобы закрыть балкон, попутно вдавливая окурок о пепельницу. — А что на счет твоих мечтах о вашем будущем? — Вот именно, что «моих» мечтах. Ему это просто не нужно. Подожду до нового года, а там видно будет. Блондин сворачивает свой недоделанный рисунок и выкидывает его в мусорный бак, скрещивая руки на груди и откидываясь на спинку стула. — Чимин, пойдем я тебя провожу. А то ведь он скоро придет, а ты его знаешь. Он провожает его до входной двери, крепко обнимает и прощается, понимая, что в ближайшее время точно не увидит своего близкого друга. Иногда люди жертвуют многим ради тех, кто не жертвует ради них ни чем. » Прошло уже два года, а ты продолжаешь мне сниться по ночам. Я вспоминаю твою яркую улыбку и хочу кричать от боли, пожирающей меня. Я любил, люблю и всегда буду любить тебя. Но пойми, возраст играет огромную роль. Если для нас разница в двенадцать лет — это ничто, то для окружающих — это дикость. Я не хотел, чтобы тебя осуждали из-за собственных чувств. Прости меня, венера»

***

Очередной день на работе. Все такие же унылые неприветливые люди. Тэхен мог бы описать все минусы своей работы, совершенно не найдя плюсов, но ему было все равно. Он настолько подустал от жизни, что сил на подсчет каких-то результатов или фактов просто не остается. В помещении почти не осталось людей, рабочий день подходит к концу. Старший опять не берет телефон в руки, не проверяет смс, потому что считает, что Юнги слегка глуп, обосновывая это его возрастом. Стереотипы. Двери раздвигаются, в магазин входят два молодых человека, которые следуют сразу вглубь зала, подозрительно все осматривая. Тэхен медленно встает из-за кассы, идя следом за ними по отделам, делая вид, что проверяет продукты на сроки годности. Один из них в торопях хватает дорогое вино и без зазрения совести, с полной уверенностью идет со своим дружком уж точно не в сторону кассы. Ким остолбевает, шокированный их наглостью. Второй проходит мимо него и толкает в плечо, ядовито смеясь своему дружку. — Положите бутылку туда, откуда взяли, или вы хотите ее оплатить? Касса находится в др… — его перебивают. Толкают в грудь, в ответ ужасно и громко смеясь. Они показывают свое превосходство, вседозволенность. Видят в Киме маленького бедного лоха в очках, который вряд ли им что-то сделает. Тэхен зол. Он ненавидит проявление неуважения в свою сторону. Являясь администратором, брюнет не имеет права перечить покупателям, ведь «гость всегда прав». Тупое правило. Он в тот же миг хватает самого дерзкого из них за грудки и припечатывает спиной к стелажу с консервами. — Ты что себе позволяешь, сука, — шипит ему в лицо Ким, максимально сдерживая в себе желание ударить. Его друг тут же подбегает к нему на помощь, отталкивает взбесившегося парня. Тэхен не сдается, его зацепили за самое больное, унизили, проявили неуважение. Обошлись с ним как с какой-то поломойной ничего не стоящей тряпкой. Он бьет прям в голову, не жалея силы. Следом поступает и второй удар. Мужчина оказывается лежачем на земле в целой луже крови. Второй, совсем себя не теряя, хватает отвертку, валявшуюся на полу, которую старший забыл убрать, когда чинил холодильник, и втыкает ее прямо в его щеку. — Пошли быстрее, долбаеб, пока он не очухался.

***

В помещении тепло, пахнет жаренным. Кто-то из сожителей жарит мясо. Два парня сидят за столом в маленькой общажной кухонке, напевают какие-то старые зоновские песни, попутно снабжая хороший вечер громким смехом и дорогим украденным вином. — Вот и мясо к столу! — парни смеются, облизываются. Включают по телевизору какую-то программу. Успевают поспорить, что смотреть; фильм про полицейских или бои без правил. Остановились на втором. Курица оказывается на тарелках; все эти несколько парней как-то худо-бедо умещаются в однушке общежития, но это им совсем не портит настроения. Наоборот, в такой компании веселее и вкуснее. — Как думаешь, что с тем парнем? — один из них дико, будто с голодного края откусывает кусок он ножки и запивает парой глотков того самого вина. — Мне все равно. Самое главное, чтобы по камерам не было видно наших лиц. Мы же хорошо замаскировались, верно? — толкает своего товарища, и оба громко смеются, даже не вытирая рот салфеткой. Стук. — Иди открой. Похоже, Ыну все-таки смог подоспеть в ужину. Только не впускай его, если он не принес с собой салат от жены, который она нам обещала еще неделю назад! — смех. Мужчина, хромая, подбирается к двери, вытирает тыльной стороной ладони рот, чтобы не засмущать гостя, и радостно открывает дверь. Выстрел. Выстрел. «Мне кажется, что если дьявол вместо моей души захочет забрать у меня нечто ценное — то он попросит тот кадр, где ты улыбаешься».