Объятия свободы

      Гермиона металась, обуреваемая душевной пыткой, вдоль коридоров полупустого замка, хотя должна была быть уже давно в своей комнате. Желая увидеть что-то помимо пустого ночного горизонта, она снова припала к окну, через щели которого ощущался сырой и промозглый ветер. Заигрывая чарующей песней, он беспокоил тишину Нотт-мэнора, холодил нежную кожу девушки. Однако Грейнджер не чувствовала сейчас ни холода, ни жара, ни чего-либо ещё, что смогло бы её одолеть. Единственное, что волновало её - исчезновение Бейлы, поведение которой показалось ей странным ещё вчера на кухне. Будь тогда Гермиона внимательнее, то наверняка бы не оставила просто так эту деталь, кажущуюся на первый взгляд мелочью, и, как следует разговорив подругу, выяснила бы причину перемен в её поведении.       Конечно, ни единой души близ призамковых территорий не наблюдалось, где-то вдалеке маячили мириады ярких звёзд на небе. Казалось, что высокие шпили замка готовы разорвать безлунную ночную гладь. Плюс ко всему вышеобозначенному, создавалось ощущение, что время вокруг Гермионы тянулось невероятно медленным караваном. Внутренние терзания продолжались ещё довольно долго, не давая возможности ни на чем сосредоточиться. Вспоминались слова Теодора о том, что ей не следует покидать замок, ради её же безопасности. Однако сам Нотт тут же ринулся в густые леса графства, заставляя Грейнджер испытывать очередную волну накатывающей тревоги. Поразительно, как легко Теодор смог пробудить в ней тот прежний богатый спектр чувств, начинающийся неподдающимся контролю волнением, заканчивающийся робким смущением, предвосхищающим нечто более загадочное, неизведанное ранее девушкой, оттого хранимое юным созданием в надежной тайне. Гермиона порой думала, особенно часто в лагере, что никогда к ней не вернутся былые человеческие эмоции. Как оказалось, не встречался ей ещё на пути тот чародей, способный овладеть струнами души. Сейчас Грейнджер несколько пугало происходящее, не хотелось чувствовать себя настолько уязвимой.       Оторвавшись от бесполезного созерцания готических просторов родового гнезда Ноттов, Гермиона встрепенулась. Вдруг на самом деле с Бейлой произошло что-то дурное и те, кто пошёл её искать в этих тёмных, ночных дебрях находились в точно такой же опасности? Не желая больше донимать себя подобными размышлениями, Гермиона твёрдым шагом направилась вниз. Здесь она уж точно ничем не поможет ни Бейле, ни остальным, ни себе.       - Гермиона!? - довольно громко удивилась Мари, обнаружив подругу у порога своей комнаты. Грейнджер же одним лишь жестом, приложив палец к губам, просила быть горничную потише.       - Собирайся, возьми обязательно палочку, - шепнула бывшая гриффиндорка.       Мари долго гадать по поводу визита ночной гостьи не пришлось, на лице Гермионы легко читалась вся её затея.       - Нет, я не могу! Нам велено оставаться здесь, значит, так и надо, - неожиданно для Грейнджер Мари проявила редкую для неё черту - упрямство.       - Ну же, Мари, нельзя терять более ни секунды! - Гермиона сама не знала, что добавило ей гору непоколебимой смелости. Хотелось как можно быстрее ринуться в лес и убедиться, что беспокойство, обуявшее её, было понапрасну.       - Нет, нет, ни о чем таком и речи быть не может, - затараторила блондинка, заметив, как решительно настроена была собеседница.       - Да что ты говоришь? - взъелась Гермиона. - Практически все пошли на поиски, одни лишь мы здесь прохлаждаемся, ничем не помогая. Как думаешь, Бейла бы оценила наше бездействие?       - Но... - стало заметно как подействовали слова Грейнджер на девушку, Мари на мгновенье потерялась, а Гермиона в душе ощутила заметное облегчение. - Но, ослушавшись господина, мы навлечем его гнев, - к досаде Грейнджер, горничная продолжила прежнюю песню.       - Так вот о чём ты думаешь, - раздраженно бросила Грейнджер, по-своему растолковав слова о гневе господина. Неужели недовольство Ансельма или Теодора, кого бы то ни было, заботит Мари куда сильнее, чем бесследная пропажа Бейлы, их подруги? - Хорошо, оставайся. Я пойду одна, - уже куда более спокойно промолвила Гермиона. - Но пусть тогда тебя одолеет понимание того, что ты практически единственная, кто сидит здесь и бездействует, когда твоя верная подруга пропала где-то снаружи на нескончаемых территориях этого проклятого графства! - девушка скорее озвучила свои последние думы, посещавшие её минувшие несколько часов. Нельзя было более бездействовать.       Тотчас, круто развернувшись, Гермиона поспешила уйти. Решительность, царствовавшая теперь единственной могучей правительницей в её душе, никуда не ушла, пусть Грейнджер и понимала, что осталась без верной палочки Мари.       - Постой. Гермиона! - поколебавшись ещё недолго, бросила наконец Мари девушке вслед. - Гермиона! - слышалось эхом в пустом коридоре.       Бывшая гриффиндорка сначала и не думала послушаться подругу, разочаровавшись в действиях, точнее бездействии, подруги. Затем, понимая, что разумнее всего будет взять с собой Мари, у которой имелось бы хотя бы какое-то вооружение в случае нападения, остановилась. Горничная спеша засеменила за Грейнджер, когда они поравнялись обычно незлобивая Мари всё-таки показала своё недовольство сложившейся ситуацией, той, в которой они сейчас одни отправляются вслед за остальными в леса.       - Надеюсь, палочка при тебе. Не исключено, что она нам понадобится, - резюмировала Гермиона, оценив экипировку Мари, состоящую из шерстяной мантии поверх ночной сорочки.       - Да, - сухо ответила напарница, смотря строго вперёд и обретя вид особенно задумчивый.       Затем, когда Грейнджер вручила подруге долгоиграющий на воздухе подсвечник из стекла, Мари молча и угрюмо его приняла, не говоря ни слова. Такое поведение казалось странным для девушки, обычно Мари легко соглашалась на различные авантюры и была совершенно беззаботна и непринужденна. Гермиона допустила мысль, что перегнула со своей пылкой речью. Надо будет обязательно извиниться, когда они обнаружат Бейлу.       Когда горничные миновали основные ворота Нотт-мэнора, которые служили скорее декором, чем обороной, Мари и вовсе поспешила как можно быстрее удалиться в лес, быстрым шагом минуя ухоженные аллеи близ замковых территорий. Должно быть, Мари мечтала как можно скорее покончить с этим и вернуться под надежное крыло Нотт-мэнора. Грейнджер не горела желанием закончить ранее, чем найдёт Бейлу. Гермиона сосредоточенно высматривала силуэт пропавшей подруги или других волшебников во всё густеющих с каждым шагом чащах леса. Кругом была подозрительная тишина, лишь их шаги нарушали всеобщую дрему, в которую погрузились эти мрачные во тьме территории. Жёлтый, мягкий свет от подсвечника, что был поочередно в руках, привлекал сверчков и других насекомых, а также выдавал девушек в темноте. Без света уже невозможно было ступать дальше в лес, поскольку он становился действительно дремучим. Колючие ветви терновника цепляли полы мантии, а ветки лиственных деревьев угрожали отхлестать лицо, Гермиона мечтала о том моменте, когда они доберутся до вересковых пустошей или насыщенно зелёных полей, местоположение которых было ближе к самой границе держания Ноттов.       - Ты слышишь? - спросила Грейнджер подругу, напряженно всматриваясь вдаль и по сторонам. В ту же секунду она, отодвинув металлический закрыватель подсвечника, затушила свет. Слава Мерлину и Моргане, ночь постепенно начинала рассеиваться.       - Нет. Что такое? - соизволила, наконец, обратить внимание на напарницу Мари, столь же взволнованная, что и Гермиона.       - Как будто кто-то неподалеку ходит, - уточнила бывшая гриффиндорка, понимая, что это могут быть и те, кто вышел несколькими часами ранее. Рядом виднелись их следы, оставленные относительно недавно.       - Я совсем ничего не слышу, - ответила Мари, стараясь уловить то, что удалось заметить Грейнджер.       Гермиона тяжело вздохнула, действительно вокруг уже ничего не было слышно, всё снова утихло. Невольно вспомнился её личный преследователь - чёрная тень, тёмный силуэт, о существовании которого Грейнджер позабыла за последние насыщенные дни.       - Наверное, показалось. Пошли дальше, - сказала, выждав ещё пару секунд, бывшая гриффиндорка. - Не отставай.       Дальше Гермиона уже сама первой ступила вперёд, отмахиваясь в уме от воспоминаний о загадочном преследователе. Невольно пришлось замедлиться, поскольку они неминуемо приближались к границе, огороженной от остальных территорий Ноттов мощным магическим куполом, который в своё время служил надежной защитой от магглов и других волшебников при их многочисленных феодальных распрях. Вдруг в ночной тиши раздался чей-то истошный крик, подгоняемый ветром. От него у Грейнджер пошли мурашки по всему телу, выплыли на поверхность тщательно спрятанные в глубине сознания воспоминания о погибели её друзей и знакомых, сторонников Гарри, некоторые из них точно так же кричали, сраженные в спину или в самое сердце лучом непростительного. Это был отчаянный зов помощи, расслышанный вновь.       - Мари, я уверена крик идёт с юго-востока, - прошептала Гермиона, стараясь как можно тише пробраться на обозначенную территорию. Ответом послужил лишь тихий шелест листьев. Поднимался ветер и начинал накрапывать прохладный дождь. - Мари!? - громче обозначилась Грейнджер, озираясь по сторонам, вокруг не было никого.       Не веря своим глазам, Гермиона побежала назад, откуда пришла, но и там было совершенно безлюдно.       - Мари!? - выкрикнула Гермиона, обходя уже всю близлежащую территорию, что была ей сейчас доступна. Понимая, что уже бесполезно будет звать напарницу и что ещё хуже - это Мари может оказаться тем, кто кричал, Грейнджер затихла, стараясь расслышать хоть что-либо и не попасться кому-то чужому. На этот раз долго ждать не пришлось, снова издался чей-то вопль, всего лишь на миг, но этого хватило, чтобы Гермиона с точностью определила, откуда он идёт.       Грейнджер считала, что сейчас она должна была успеть. Не время было медлить, поэтому девушка бежала прямо на звук. Ветви деревьев цепляли её мантию, будто бы стараясь остановить перед неминуемой опасностью, а сердце так и бухало в груди. Возникло неприятное ощущение того, что расстояние, разделявшее её с происходящим, было бесконечным, ноги совсем отяжелели, становилось всё труднее продолжать погоню за утихающим в лесах чьим-то зовом о помощи. В один момент, когда Гермионе особенно показалось, что всё затихло, её кто-то выхватил, увлекая с намеченного пути под тень огромного дерева.       Неизвестный крепко прижал Грейнджер к себе, зажав ладонью рот. Гермиона пыталась воспротивиться и вырваться, но хватка державшего её человека была слишком сильна и он был крупнее девушки. Не собираясь так легко сдаться, бывшая гриффиндорка продолжала цепляться руками за незнакомца, стараясь ослабить его крепкие путы. Грейнджер упрямо забилась с новой силой, намереваясь уже было укусить его за ладонь.       - Гермиона, прекрати иначе мы сейчас кубарем скатимся прямо к ним, - над самым ухом послышался мелодичный голос Теодора.       Чётко расслышав Нотта, девушка наконец прекратила свои активные попытки борьбы, вдруг замерев перед ним. Тогда юноша медленно опустил свою ладонь, дав Грейнджер шанс вдохнуть полной грудью. Сосредоточившись на окружающей местности, она поняла, что впереди было что-то наподобие лесной поляны, а они с Теодором стояли в укромной нише, скрываемой деревьями и неровным рельефом камней. Причем здесь было так тесно, что Гермиона буквально спиной чувствовала стройный стан юноши, будто бы выточенный из нерушимого камня. Грейнджер шумно вдохнула, стараясь унять своё напряжение, которое никуда не пропало с того момента, как здесь обнаружился Теодор, а наоборот приумножилось вдвое.       - К ним? Здесь кто-то ещё есть? - тихо спросила Гермиона, стараясь уловить пристальным взглядом поблизости движение.       - Ну конечно. Стал бы я тебя просто так здесь держать, - прошептал невольный собеседник, обжигая в прохладе своим горячим дыханием макушку и шею девушки. Хоть Грейнджер и не видела лица Нотта, но она была в точности уверена, что сейчас он беззастенчиво ухмыляется.       - Тогда мы должны помочь остальным, - сказала полушепотом Гермиона, не смотря на огромное желание хотя бы на миг ещё остаться в этой тайной нише. К своему стыду, девушка почувствовала захлестывающую её пьянящую слабость подле Нотта, внутри таилось сладкое томление, способное вот-вот выйти из-под контроля. Незнакомые дотоле ощущения обострились, заставляли Грейнджер танцевать на острие ножа.       Теодор почему-то молчал, тянул с ответом, лишь аккуратно прижимая девушку к себе. Волшебник и сам напряженно застыл.       - Мне жаль, их слишком много, - рассеяно проговорил Нотт.       - О чём ты говоришь!? - не унималась Гермиона, уже начиная себя ненавидеть за подобие неги, охватившее её сейчас. О чём жалеет Теодор? Кто здесь находился? Где её подруги? От такого количества вопросов голова была кругом. А сердце от слишком тесной, практически интимной близости юноши способно было выпрыгнуть из груди.       - Тише, - сквозь зубы сказал Нотт. - Они близко.       Гермиона невольно послушалась юношу и прекратила свои вопросы, способные в ту же секунду вырваться потоком из её уст. В самом деле, они были близко. Грейнджер краем глаза уловила движение. Не совсем понятно было кто это и чем они занимались. Чтобы лучше разглядеть творившееся, девушка хотела выбраться из тени дерева и прокрасться чуть дальше к поляне перед ними.       - Не стоит, опасно, - сверкнул во вновь наступающей темноте синевой глаз Теодор, ограждая Гермиону от возможной опасности, когда та почти совершила задуманное, выйдя заметно из укрытия.       Грейнджер хотела что-то сказать, взбунтоваться и выйти на поляну, но увиденное украдкой, пусть и на одну секунду, заставило девушку в ужасе застыть. В особой предрассветной темноте она чётко различила примерно дюжину громадных силуэтов оборотней. Эти существа, один страшнее другого, толпились неуправляемой бешеной сворой у окровавленной поляны, где по всему периметру валялись останки того, что было раньше Бейлой. Значит, то был крик Бейлы, зверски убитой оборотнями, настолько жестоко и беспощадно, что вся трава была залита кровью, а внутренние органы и части тела хаотично разбросаны всюду. Из-за увиденного Грейнджер готова была избавиться от содержимого желудка, очертания мира вокруг стали расплываться. А ведь нашла она Бейлу, как и намеревалась.       - Надо уходить отсюда, - медленно протянул Теодор, поймав Гермиону, когда та готова была провалиться в темноту.       - Нет, нет, мы не можем, Бейла... - словно помешанная продолжала твердить бывшая гриффиндорка, успев забыть то, как выглядела смерть. Теперь былые кровавые воспоминания смешались с реальностью, отдавая нестерпимым металлическим ароматом в воздухе.       Непрошенные слезы застилали глаза, Гермиона, что есть силы, старалась сдержать их, взывая к спокойствию. Теодор, лицо которого она могла теперь видеть, был страшно бледен и сосредоточен, маска непроницаемости застыла на его лице, как это часто бывало в обычной жизни перед другими. Больше всего сейчас Грейнджер желала бы оказаться подальше от этой злополучной поляны или иметь при себе волшебную палочку хотя бы для того, чтобы отомстить этим существам. Но даже, если бы у неё была палочка, то противостоять огромной озлобленной своре оборотней было бы делом заранее гибельным. Окружавшее пространство сразил вой существ, которые все, как один, стали исторгать приличные их жестокой природе звуки. Гермиона задрожала не от от страха, не то от раздиравшего её на клочки гнева. Нотт, кажется заметив творящееся с девушкой, бережно прижал её к себе, его сильные руки были заметно напряжены, но всё же успокаивали. Грейнджер сама не заметила того, как уткнулась лицом в его крепкую грудь и часто задышала.       Хотелось в этот же момент растаять, оставляя позади всё происходящее, выкинуть прочь застывшую перед глазами картину окровавленной поляны. Неизвестно сколько они ещё так простояли, но в один момент юноша отнял от себя девушку, пряча её к себе за спину. Гермиона, стараясь понять что происходит, уловила шум приближающихся к ним волшебников: слышались голоса и летящие в куда-то сторону заклинания. Вой оборотней, должно быть и привлекший сюда всех идущих, прекратился. Началась возня, из-за высокой фигуры Нотта она толком не понимала, что происходит. Ей виднелись лишь отблески чьих-то проклятий и глухой рык чудовищ, что были оборотнями. Видно было, что Теодору не терпелось сейчас же кинуться на помощь другим волшебникам, но он оставался, поскольку не мог оставить Гермиону одну без палочки и надежной защиты. Она сама была бы не против ринуться в бой. Но он так же быстро, как и начался, прекратился.       - Теодор, будь добр, выйди к нам, - послышался неподалеку властный голос Ансельма Нотта.       Гермиона безотчетно для себя крепче вжалась в спину юноши, не хотелось сейчас иметь дело с безжалостным интриганом, коим являлся отец Нотта. Почувствовав беспокойство Грейнджер, юноша накрыл её ладонь, что была у него на предплечье, своею. И они вдвоем направились к волшебникам. Гермиона, не желая навлечь дополнительное внимание к своей персоне и гнев отца на сына, отняла свою руку и отошла от Нотта поодаль, стараясь идти за ним твёрдой поступью.       Когда они поравнялись с Ансельмом, девушка заметила, что здесь собралась практически вся прислуга, среди которой стояла и Мари, заплаканная и очень испуганная. Рядом кружил и шептал себе под нос что-то несуразное не менее встревоженный Юстин. Грейнджер заметила, что даже у Юстина была палочка. Значит, лакей не был сквибом и умел колдовать, и даже возможно дал отпор вместе со всеми оборотням. Что до мистера Нотта, то тот сейчас с непоколебимым спокойствием очищал карманным платком свою палочку и усеянные массивными перстнями руки после боя.       - Объясни, что здесь произошло? Как так вышло, что наши границы незащищены от этой дряни? - заприметив поблизости Теодора, спросил мужчина, под дрянью он имел ввиду, конечно же, оборотней. Некоторые из этих существ, кому не повезло попасться под луч проклятья, уже спали мертвым сном на поляне, которая напоминала сейчас поле брани. Некоторые, вернее большинство оборотней успело скрыться.       - Я сам не понимаю, отец. Когда вы повелели мне обыскать приграничные территории, я столкнулся со стаей, которая к тому моменту уже расправилась с убитой. Как бы я ни желал помочь ей, было уже слишком поздно. Что касается мисс Грейнджер, то мне чудом удалось остановить её от неразумных действий, - ответил Теодор, высказывая вслух собственное недовольство поспешными действиями Гермионы, её побегом из безопасного замка. - Грейнджер явилась сюда недолгим после меня, - подытожил юноша, не посмотрев на девушку и краем глаза.       Гермиона почувствовала взгляды остальных волшебников, прикованные к её фигуре, стоявшей чуть поодаль от Нотта, один лишь Теодор намеренно избегал какого-либо взаимодействия с ней в присутствии отца и прислуги. Сама девушка отстраненно кивала рассказу Теодора, стараясь не вспоминать крики Бейлы и её саму.       - Надо будет поговорить с Милордом о случившемся, твари опять нарушают режим Правителя и более того покушаются на собственность его верных сторонников! Уберите это, - клокотал всё сильнее с каждым новым словом сына Ансельм Нотт, едва ли заметивший смерть своей верной слуги, больше чистокровного волшебника заботило вторжение существ на его родовые территории.       - А если завтра вместо этих тварей здесь окажутся твари Лестрейнджей, готовые осаждать замок? - продолжал сокрушаться мужчина, наблюдая за работой прислуги. - Теодор, ступай за мной, надо будет укрепить с помощью родовой магии охранные чары.       Весь обратный путь в замок Гермиона потратила на успокоение Мари, не признавая того, что сама нуждается в том же. Хотя определенно утрата переносилась легче, чем это бывало раньше. И всё-таки у Грейнджер крепко оставалось чувство, что она была в силах что-то изменить и спасти подругу. Не понимая чем вызвано было это наваждение, Гермиона отводила ему не так много внимания.       - И как? Долго они терзали её? - спрашивала Мари, потирая свои покрасневшие глаза.       - Не знаю, наверное, - бесцветно вставила Гермиона, поднимаясь с Мари и ещё несколькими людьми наверх, чтобы разойтись по комнатам и начать, как ни в чем не бывало, новый рабочий день, наполненный бытовыми заботами.       - Меня больше заботит то, как они проникли на защищенные территории, - тихо проговорила Грейнджер, отойдя с подругой в тёмный закуток коридора. - Может всё это как-то связано с покушением на Теодора? Вдруг действительно оборотни отправлены Лестрейнджами и это они стоят за всем творящимся здесь, - найдя единственное возможное логичное объяснение происходившему, проронила девушка.       - Может быть, хозяин так не любит этих чистокровных волшебников! - горячо подтвердила догадки Гермионы Мари.       - Очень жаль, что Бейла стала жертвой этих интриг! - всхлипнула горничная, не представляя ещё скольким суждено было пасть из-за них.