Объятия свободы

      - Как думаешь, что она скажет? - прошептала Полумна в полутьме. Солнце ещё не поднялось, а воск они берегли, поэтому в палатке оставался один-единственный источник света.       - Не знаю, - честно ответила Грейнджер, застегивая на себе плотный кожаный плащ, капюшон которого надежно скрывал её во тьме. Во внутреннем кармане покоилась палочка, безмолвно уверяя её в том, что всё пройдёт на этот раз спокойно. В сумке, висевшей на плече, покоились инструменты из человеческого мира.       - Мне кажется это всё обман, никакого предсказания нет, а нас туда попросту заманили... - проделывая тот же ритуал, задумчиво сказала Лавгуд.       - Пока ещё нет, - ввернула Гермиона.       В ответ собеседница промолчала, сдув огонь от свечки.       - Но мы обязательно получим это предсказание, - сказала Грейнджер, когда они выходили из своего шатра.       Большинство ещё спали, вскоре им предстояло встать, проделать те же дела, что и каждый день, за одним исключением - быть наготове, если случится что-либо не по плану. А произойти могло что угодно: Гермиона, Полумна, Невилл, Скамандер, Коркорн и ещё несколько людей направлялись в один из лагерей заключенных за новым пророчеством Трелони.       Весь отряд был в сборе, не хватало здесь только Кингсли Бруствера, его отстранили из-за недавно поднятого мятежа, теперь же они с Джонс и Андромедой потеряли свои прежние должности.       "Прежние авроры, боевые маги нам бы сейчас не помешали", - подумала Гермиона, когда они начали перекличку. Можно было подумать, что в её душу незаметно закрался страх. Это было не так, лишь твёрдое желание поскорее со всем этим покончить руководило ею на этот раз.       - Двигаться будем медленно, нам некуда спешить, главное уйти незамеченными, нас слишком мало, чтобы освободить всех, поэтому прошу быть осторожными, - говорил Лонгботтом, его высокая фигура бодро кочевала от одного конца ряда, выстроившегося в линию, к другому.       - Что прикажешь делать со свидетелями? - громко спросила только что пришедшая Джонс.       - Она здесь не должна быть, - выдала Гермиона, остальные удивленно смотрели на молодую женщину, та нетерпеливо крутила палочкой в руках.       - Примите это за мои извинения, - усмехнулась бывший аврор.       - Они недостаточны, - упрямо продолжила Грейнджер, вспоминая какой переполох устроили Джонс и неудавшиеся мятежники.       - Как ни странно, я согласен с Грейнджер, - отчеканил Скамандер. - Плюс ко всему, кто будет следить за порядком пока нас нет?       - Точно не она, - не унималась Гермиона. Часть её поддержала, часть нет.       - Пусть Гестия докажет свою преданность в сегодняшней вылазке, - смиренно заключил Невилл, Грейнджер недоуменно уставилась на Лонгботтома, однако перечить не стала.       Послышались первые хлопки аппарации, за ними и последующие. Пространство смешалось и вскоре превратилось в сплошной водоворот.       Южный Уэльс встретил их накрапывающими каплями дождя и устоявшимся даже при дожде ароматом копоти. Гермиону ждал Невилл, остальные уже успели направиться вперёд, к вересковым зарослям, ведущим, на первый взгляд, к одним только равнинам. На самом деле, путники спустя время должны были наткнуться на рабочий лагерь.       - Сколько нам идти? - вырвалось у девушки вместо: "С ума сошёл? Вдруг Гестия что-то задумала?".       - Долго, мы специально выбрали с мистером Коркорном это место, достаточно отдаленное, чтобы наша аппарация не показалась подозрительной, - ответил Лонгботтом, всматриваясь в бесконечные серые просторы, заунывные завывания ветра закономерно дополняли картину.       - И всё-таки ты не думаешь, что зря мы взяли Джонс? - погодя спросила Гермиона.       - Знаешь, то же самое про тебя говорил Скамандер.       - Интересно, и почему же? Хотя нет, знаю! Нотты... - рассуждала девушка, весьма оживленно нагоняя других.       Впервые она так легко вспомнила своих неоднозначных блюстителей, вдохнув утренний воздух полной грудью. Впереди ведь были одни свершения, не так ли?       - Каждый заслуживает право на прощение и принятие, - Лонгботтом шёл, напротив, не так быстро, будто бы желая оставить их разговор лишь между ними.       - Даже Бруствер? И Тонкс? Возможно, и я?       - И ты? - удивился Невилл.       - Да, я, - просто бросила Грейнджер.       - Я вижу, что ты делаешь всё, чтобы мы в конце концов выиграли, поэтому, да, ты всего заслужила, - шурша вересковой листвой, признался он.       Гермиона невольно улыбнулась, приятно было налаживать прежние, стертые с прошедшими годами отношения. Может, дело было в близящихся с каждым проделанным дюймом темницах, где люди не видели и дневного света, а возможно это пророчество будоражило их сознание так, что вдруг бывшие друзья смогли наконец наладить давно потерянную связь.       - Ты всего заслужила! И я всего заслужил! И вообще мы самые отважные и... - появился вдруг из зарослей Рольф Скамандер, передразнивая ребят.       Грейнджер наградила молодого человека строгим взглядом, из-за чего тот наконец замолчал, Лонгботтом усмехнулся.       - Подслушиваешь? - спросил Невилл.       - Нет. Пока вы тут прощались друг с другом и вашими драгоценными жизнями, я осмотрел горизонт.       - И как же? - уведомился Лонгботтом, обретя вид внимательный и даже сосредоточенный.       - Нет ничего. Ты уверен, что старик не сбрендил? А то слишком лихо он скачет по земле: туда-сюда, туда-сюда.       - Прекрати! Нельзя так отзываться о мистере Коркорне, он всё-таки пожилой человек, - не выдержала девушка, параллельно она начала копошиться в вещах.       - Вот! Мы тут! Впереди... Впереди должен быть пункт назначения, - растерянно промолвила Гермиона, молодые люди также нависали над местами стёртой картой.       Туман был повсюду, не видно было и близко чего-то отдаленно напоминающего лагерь заключенных.       - Они использовали дезиллюминационные чары! - выкрикнула Гестия Джонс где-то недалеко, и тут же в молодых людей полетели отбрасывающие чары.       Гермиона, словно она была тонким стеблем, отлетела на пару метров. Начался бой, цветные лучи завораживали на фоне тяжелых алюминиевых облаков. Девушка с трудом встала, вокруг не было видно ни зги. Нужно было попытаться снять защитные чары, чтобы поскорее добраться до Трелони и уйти. Не было сомнений в том, что к той небольшой группе, что напала на них сейчас, скоро явится подкрепление.       Дрожащими руками Грейнджер водила перед собой, на первый взгляд, очерчивая палочкой воздух. Волшебница не была уверена - делает ли она всё правильно, отдаленные отрывки прочитанного и запомнившегося по снятию охранных чар были единственным орудием в её скудном арсенале. Вспоминая всё, что она проделывала ранее, когда сама накладывала подобные чары будучи в бегах с Гарри и Роном, Гермиона целиком отдалась процессу. Ни чьи-то крики позади, ни крадущиеся шаги не могли её отвлечь.       - Гермиона! Сзади! - сквозь туман и столкновение послышался оклик Невилла.       Грейнджер резко обернулась, отскочив от прежнего места, где она стояла, там уже не было ни кусочка целой земли. Кожу неприятно обожгло, руки и глаза теперь нещадно саднило. Противник выругался, девушка готова была сделать то же самое, поскольку будучи уверена, что обряд завершить не удалось, Гермиона направила на противника встречный град заклятий.       - Иммобулюс! - сотворенное парализующее заклятие сопернику удалось отбить.       - Протего! - следующее, что произнесла девушка, сумело её защитить от заклинания с неизвестными последствиями. Не время было изучать нечто новое, поэтому Грейнджер прытко сменив местоположение, оказалась в небольшом углублении, которое представляло собой естественное укрытие, именно оттуда ей удалось пустить массированную волну стрел, одна из которых достигла цели: волшебник был повержен.       - Пошли, нам пора! - сказал Лонгботтом, справившийся со своими противниками не без помощи Лавгуд и Скамандера.       - Но как? - изумилась Гермиона, когда обнаружила перед глазами целое одноэтажное поселение.       - Это ты успела! - бойко сообщила Полумна.       Всё вроде было не так плохо, только все постройки вокруг были одинаково бесцветными и будто бы безлюдными.       "Не очередная ловушка ли это?" - закралась единственная мысль в голову Грейнджер. Решено было разделиться и исследовать каждый уголок в поисках Трелони. Стало очевидно, что Пожиратели или иные люди Волдеморта успели сюда немногим ранее, иначе как объяснить здесь остатки подготовленных групп. Должно быть, они разминулись совсем ненамного: на час, на два. Рядом всё ещё гремела стычка, судя по ребятам, были раненные, чтобы не терять времени Гермиона побежала вперёд. Дурное предчувствие закралось во внутрь, когда очередная дверь явила за собой лишь пустой смердящий полумрак. Внутри всё было перевернуто вверх-дном, попавшая в поле зрения хозяйственная утварь лежала на земляном полу совершенно покинутая. Девушка ахнула, когда у её ног шмыгнула огромная крыса, слипшаяся шерсть грызуна неприятно защекотала наружную лодыжку. Грейнджер вытащила палочку.       - Нет! Только не её! - выкрикнуло появившееся из темноты маленькое существо в отрепьях.       - Люмос, - шепнула Гермиона, на конце палочки появился приглушенный свет, худенькая девчонка сожмурила глаза. - Почему ты здесь одна? Где остальные? - спросила девушка.       - Я... Я... - всхлипывала девочка, волшебница медленно подошла к ребёнку, однако собеседница попятилась.       Грейнджер остановилась, шустро сняв плащ и шерстяной свитер, она подала свитер девочке. Тощие руки потянулись за вещью, жадно схватили её. Мелкая дрожь пробежала по спине Гермионы, теперь всё происходящее здесь начинало казаться диким.       - Прошу, скажи мне, где остальные?       Девочка молчала, опасливо озираясь по сторонам, видимо, незадолго до этого здесь что-то происходило.       - Просто скажи, я потом вернусь за тобой, обещаю! - твердила Грейнджер.       - Там дальше котельная, - указывая пальцем в левую сторону, пропищала девочка, - рядом дома, где остались люди.       Гермиона в тот же миг выбежала из сырого сарая, отметив в мыслях один-единственный пункт посещения на обратном пути. Оглянувшись по сторонам, она обнаружила источник того самого дыма, который ошибочно восприняла поначалу за обычный туман, даже усилившийся втрое дождь не мог его одолеть. Аромат копоти и свежего дыма наверняка также исходили именно оттуда. Совсем рядом пролетело режущее заклятье, последствие чьей-то дуэли едва не задело девушку. Следующие хибары оказались уже не безлюдными, волшебники испуганно бились и метались, когда вооруженная палочкой Грейнджер, резво искала среди них Трелони. Кто-то, наверное, самые отчаянные бежали вслед за девушкой, хватались за её плащ, видя в ней весточку, посланную извне. Ощущение, что всё пошло не по плану, начинало медленно настигать волшебницу, легкие из-за запаха гари и нескончаемого бега обжигало изнутри. В глазах готово было потемнеть, когда вдруг среди очередной толпы, жмущихся к стене людей, Гермиона обнаружила своего профессора по прорицаниям.       - Хватаем её! - в этом же помещении вскоре оказался Невилл, отчего девушке полегчало, Трелони с её маниакально горящим взором пугала. Не то чтобы ранее дела обстояли значительно лучше, однако женщина неистово завизжала, когда Грейнджер, предварительно представившись, предложила ей пройти с ней.       - С ней что-то не так! Профессор Трелони, это я - ваша ученица, Грейнджер! Пойдёмте за мной... - повторяла Гермиона, пока Лонгботтом придерживал остальных заключенных, походящих скорее на инферналов, чем на здоровых людей.       - Заранее прошу прощения. Инкарцеро! - поняв, что подобный метод не даст ей действенных результатов, волшебница наложила на женщину связывающие чары. Едва путы коснулись конечностей Трелони, та снова принялась визжать.       - Пусть она замолчит, иначе сюда скоро придёт весь здешний гарнизон и не только, - проговорил Лонгботтом, молодой человек сам направился к прорицательнице.       - Нет! Нет! Только не они! - подала первые признаки вменяемости Трелони, выпучив затуманенные глаза. - Они сожгли нас! Мои пальцы... Мои пальцы...       - Кто это? Кого они сожгли? В чём дело? - не выдержав, Невилл схватил женщину за плечи, та откинула голову и накрепко сомкнула глаза, точно пытаясь заснуть посреди этой суматохи, испуганные люди стенали и медленно смыкались вокруг троицы.       Гермиона, тем временем, взглянула на ладонь Трелони, у волшебницы были опалены пальцы, кое-где виднелись загноившиеся остатки плоти. Крики снаружи становились всё четче. Прислушавшись к неприятному запаху, что застал их ещё в начале пути, Грейнджер уловила среди прочих нот самую явственную - сладковато-тёрпкую, застоявшуюся во всём лагере.       - Сколько!? Сколько человек они отвели в котельную? - достаточно громко вопросила девушка, озираясь по сторонам. Она сглотнула, стараясь сдержать начинающийся рвотный позыв.       - Достаточно, - ответил кто-то из несчастных волшебников.       - Помогите нам! Возьмите с собой! - посыпалось далее со стороны неизвестных, люди стали хвататься за Гермиону в отчаянии, в надежде на спасение. - Это началось, когда Трелони открыла рот!       - Она не хотела выдавать им правду, или бредовая не помнит её. Мы бы её и сами с радостью прихлопнули! - увещевала особенно высокая, худосочная женщина, остальные её поддержали.       - Но не можете, - выдала Грейнджер. - Кто из вас слышал её слова? Кто?       В полумраке установилась тишина.       - Говорите, не то вам не поздоровится, - грозно закричала Гермиона.       Когда кто-то попытался отобрать её волшебную палочку, девушка запустила в дюйме от ноги покусившегося вредоносное заклятие, толпа пришла в волнение. Волшебница знала, что пошла во все тяжкие, знала она и то, что не стоило так поступать с несчастными, теперь она была не лучше всяких надзирателей. Однако так надо было, Грейнджер осязала, как время неумолимо быстро утекает, как миссия близится не то, чтобы к провалу, а к их поимке.       - Ладно, берем её, - сухо проговорил Лонгботтом, не пребывая в восторге от поведения напарницы.       Взяв будто бы бессознательную женщину под плечо, Невилл направился к выходу, испуганные заключенные жались по стенам. К всеобщему удивлению, Трелони вдруг очнулась, при этом прорицательница и не пыталась выбраться из крепкой хватки Лонгботтома. Повиснув точно тряпичная кукла и уставившись прямо на Грейнджер, Трелони завещала.       - Порочный круг сомкнулся, полетит голова за другой, - только сейчас Гермиона заметила, что вместо зрачков у женщины были одни белки с кровавыми лопающимися сосудами. Потусторонний холод обуял всё тело Грейнджер. - Там дева вечным сном забудется. И нет там ни времени, ни боли - портал среди миров... - докончить ясновидящая не успела, глаза её наполнились кровью, вены на шее и лице страшно вздулись, руки и ноги женщины скосились в абсолютно неестественном положении, из-за чего послышался характерный треск ломающихся костей, но что самое страшное - на устах у Трелони застыл немой, предсмертный крик. Эта посмертная маска так напугала Гермиону, что она не сразу поняла, что произошло. Казалось, отныне искорёженное лицо бывшего профессора по прорицаниям будет преследовать её вечно.       Из оцепенения волшебницу вывели только щепки, летящие на неё, некоторые из них успели впиться в плоть. Кругом была одна пыль, девушка закашлялась, кто-то взорвал барак, прежде уничтожив прорицательницу и её предсказание. Складывалось ощущение, что их здесь действительно ожидали. Сотворив сильный ветряной порыв, Грейнджер смогла оглядеть пространство: Невилла уже не было рядом, предводитель повстанцев на пару с подручными отбивались от волшебников в форменной одежде. Коркорн и Джонс выступали мощным ураганом перед соперниками. Ещё где-то недалеко вопила Лавгуд, девушку пытал человек в серебряной маске. Здесь были Пожиратели.       С трудом встав на ноги, Гермиона стремительно побежала прямиком к Полумне. В ушах у Грейнджер слышалось собственное биение сердца, которое теперь выступало единственным спусковым крючком во всем её теле. Кажется, так работал адреналин, заряжая неугомонным ветром организм. Пущенное ею обезоруживающее заклинание не понадобилось, на помощь Лавгуд подоспел Скамандер. Тем не менее за самим Рольфом поспевала целая вереница тёмных волшебников. Теперь на каждого из несогласных приходилось по два соперника, следовало учесть и то, что Полумна была не в состоянии качественно сражаться. Грейнджер, уличив момент, метнула в сторону оппонентов припасенные дымовые шашки, благодаря магическому совершенствованию они получились весьма мощными.       - Вспыхни, - не теряя ни секунды произнесла в воздух заклятие волшебница, после чего сбитые с пути тёмные волшебники мгновенно воспламенились. Крики и запах жженой плоти наполнили атмосферу. Гермиона осталась довольной, беспристрастно решив, что она поступает верно.       Лавгуд ещё держалась, поэтому когда в качестве подмоги к ней подоспела Грейнджер, девушка перешла в атаку.       - Протего! - выставила щит Гермиона, прежде чем атаковать. Пущенные ослепляющие заклинания достигли цели, деморализованный волшебник всё же успевал сопротивляться волшебнице. Пока та окончательно его не оглушила.       Полумне также удалось отбиться от соперника и оглушить его. Однако далее всё пошло не по плану: Лавгуд упала навзничь, Гермиона побледнела, когда обнаружила на подруге алеющую тёмно-красным рану, оппонентов становилось всё больше, поэтому никак помочь раненной Грейнджер не могла, за что начинала себя ненавидеть.       - Депульсо! - негодяй, серьёзно ранивший Полумну, принялся за Гермиону, из-за чего девушка сотворила отталкивающие чары.       Противник, устояв на ногах, вызвал ледяной шквал, бушующий прежде взрывной огонь потух. Несмотря на то, что видимость стала в разы лучше, Грейнджер начал сковывать холод. Рассеивающие чары не могли полностью подавить последствие чужой магии, пальцы начинали неметь. Далее, соперник применил заклинание из собственного арсенала: ядовитый плющ, прорастающий прямо из земли начал сковывать волшебнице ноги. Открытые участки тела начало неимоверно жечь, если бы была возможность, Гермиона содрала бы прямо сейчас с себя кожу.       - Делетриус! Протего максима! - постепенно удалось расщепить разъедающее кожу растение, однако времени на передышку оппонент не предоставил, темномагическое проклятие чёрным дымом разлетелось, встретив наколдованный щит.       - Редукто! - сотворенное Грейнджер заклятие безрезультатно столкнулось с искромётным зелёным лучом противника. - Релашио! - следующее заклятие также было небрежно отбито соперником.       Силы были на исходе. Становилось понятно, что дуэль была неравная. Что-то вовне заставило обратить внимание на происходящее вокруг - то был воинственный клич повстанцев, пришедших в качестве подкрепления. Очевидно Невилл, правильно расценив обстановку, отправил кого-то за другими подготовленными несогласными, сидевшими ранее в западне.       - Не отступать! Наступаем! - донесся до ушей воинственный клич Лонгботтома.       Теперь значительный численный приоритет был за повстанцами, в голову Грейнджер закралась смелая мысль об освобождении всех тех несчастных, что томились здесь в ожидании приговора, смерти. При всём этом, ситуация всё больше начинала напоминать кровавую мясорубку: почуявшие шанс бежать беззащитные заключенные вышли из своих убежищ и теперь попадались под убийственные чары, плюс ко всему потери с обеих сторон только нарастали.       Позволив себе такую вольность как раздумья посреди боя, Гермиона лишь в последний момент заметила стремительно проносившуюся к ней молнию. Противник и не шелохнулся, когда девушка в ужасе закричала. Эта молния должна была попасть ей в самое сердце, наверняка, остановив его навсегда. Как бы то ни было, Грейнджер соорудила наспех контратакующее заклятье. Поддерживать его стоило огромных усилий, у волшебницы стало темнеть на глазах, все раны, полученные ею за этот долгий день начинали давать о себе знать. И вот мерцающая молния всё же поглотила красный луч, но вместо того, чтобы попасть прямо в грудную клетку, она угодила в руку девушки, её палочка отскочила куда-то в сторону. Гермиона упала навзничь. Адская боль сковала всё её сознание. Всё происходящее ныне не являлось уже важным, все мысли сконцентрировались на одной точке. Девушка изо всей силы прикусила губу, металлический привкус крови наполнил рот. Прерывистое, шумное дыхание и судорога по всему телу Грейнджер говорили сопернику о том, что волшебница ещё жива, тот стал приближаться к ней. Она заведомо знала, что он собирается её добить. Сил сопротивляться уже не было. Но и принимать смерть подобно трусливой, побитой шавке, избитой Пожирателем Смерти, чертовски не хотелось. Гермиона вся тряслась, когда сначала оторвала корпус от сырой земли, а потом встала на колени. Дрожь в конечностях не давала возможности подняться на ноги.       Девушка за мгновенье перед концом взглянула на противника яростным, испепеляющим взором. Если бы можно было убивать одними глазами, то Грейнджер настигла бы кончину соперника раньше. Внезапно одолевший её маг опустил волшебную палочку.       - Гермиона... - молвил человек в серебряной маске, уже было занесший палочку над ней, чтобы произнести эти два заветных слова. На нём не было ни единой раны, однако сейчас его затесало в тиски такое ощущение, что всё его тело исполосовали сотни, тысячи неизлечимых увечий. Только сейчас капюшон плаща спал с лица девушки, несмотря на кровоподтеки, сбившуюся в кучки кровь и грязь по всему лицу, этот горящий решительностью лик невозможно было спутать ни с чьим на этом свете.       Сама Гермиона не смела и шарахнуться. Возможно, так и умирают по-настоящему, позабыв как дышать, как существовать...       "Я никогда не подниму на тебя палочку", - крутилось как-то синхронно в голове у волшебников. Теодор Нотт впервые нарушил своё обещание.       Крики и улюлюканья повстанцев, чувствующих вот уже наступившую победу в битве, становились ближе. Грейнджер с трудом заметила несущихся к ним пятерых волшебников, она переводила взгляд то на них, то на Теодора. И так снова и снова, пока кое-какие тёмные волшебники не стали аппарировать прочь, другие же окликали Нотта, понимая, что без предводителя им не уйти.       "Беги!", - готово было вот-вот вырваться из уст Гермионы. С другой стороны, Теодор стал бы очень ценным заложником в их руках.       - Отойди от него, Гермиона! - довольно громко изъявил Невилл, также приближающийся к ним.       Сердце бешено забилось, когда сразу пять волшебников направили на тёмного мага свои чары. Он мог бы отбить их все, но не стал. Тяжёлые оковы сковали всю его фигуру, причиняющие боль проклятья заставили его упасть на землю, особо разъяренные повстанцы, узнавшие в нём Нотта, принялись пинать Теодора, тот не проронил ни звука. Лишь когда всё прекратилось, он грубо сплюнул, так и оставшись безмолвным.       Грейнджер смотрела на всё это сверху, твёрдо сомкнув рот, чтобы не дать ни единому умоляющему возгласу или отчаянному крику вырваться наружу. Лонгботтом взял её под локоть с одной стороны и поддерживал весь её стан с другой.