Пятнистая задница

Все хорошее когда-то кончается. Юнги запихивает в багажник пакет с мусором, который насобирался, и оглядывается. Все, что они принесли из лагеря, он уже сложил. Остался один, самый важный объект. — Киса! Юнги орет на всю ивановскую, потому что Чимин унесся за бабочкой в далекие дали, и даже кончик хвоста нигде не мелькает. И его приходится ждать пару минут. Когда же он наконец выныривает из-за кустарника, Юнги манит его пальцем одной руки, второй сжимая его вещи. — Почему мы не можем остаться? Чимин хмурится и поджимает губы, надувается весь, как рыба-еж, и бурчит что-то на своем кошачьем, надевая трусы. Юнги придерживает его за плечо, чтоб не навернулся, пока просовывает ноги в дырки. За этот отдых можно сосчитать по пальцам, сколько времени Чимин пробыл в человеческом обличье, так что он снова растерял сноровку и кажется неловким. — Потому что сейчас лето и все прекрасно, но потом придет зима. Ты помнишь, что такое зима, киса? Это когда становится холодно, ледяной дождь сменяется снегом и пробирающим до костей ветром. Животные уходят в спячку, вода покрывается льдом и добыть еду в таких условиях становится почти нереальным. Хочешь умереть холодным, голодным и без телевизора? — Без телевизора я бы прожил, — Чимин говорит обидчиво и просовывает голову в горловину майки. Юнги вздыхает и одергивает сзади завернувшийся край, прикрывая спину. — А без еды? — Нет. Но мне здесь нравится. Мы еще приедем? — Обязательно. — Обещаешь? — Обещаю. И, возможно, этого делать не стоило. Чимин по документам воспитанник приюта, и когда-нибудь он туда вернется. С другой стороны, кто сказал, что Юнги не сможет взять его с собой в следующий раз, даже если Чимин не будет жить с ним вместе? Главное, чтобы сам Чимин в итоге не затаил обиду и не пожелал оборвать общение. Юнги от этой мысли не по себе. — Ну все, забирайся. Нужно выехать на трассу дотемна, мы и так задержались. Юнги открывает Чимину переднюю пассажирскую, и перед тем, как тот юркнет в салон, хватает его за штанину свободных шорт и одергивает, чтобы высвободить часть ее из задницы. Чимин вопросительно поворачивается, оттряхивает ткань на пятой точке, мол, все было под контролем, и плюхается на сидение. Недоразумение. Обратная дорога занимает немного меньше времени. Потому что поздно и дороги свободные. Чимин дремлет в не особо удобном положении. Устроившись на боку и положив голову на бедро Юнги. Коленки его прижаты к животу, и Юнги, паркуясь, еще немного ждет, прежде чем погладить по плечу. Чимин любит спать вот так. Как можно ближе. Юнги отправлял его на заднее сиденье, но он отказался. Маялся, крутясь и так, и эдак, пока тихонько и по его мнению незаметно не улегся, как есть сейчас. Наглющая кошара, которой нельзя сказать нет, будет ходить кругами вечно, пока не будет по его. — Киса, пора вставать. Юнги наклоняется и дует легонько ему в ухо. Смеется от скорчившейся мордашки и подлезает пальцами под подбородок, щекоча шею. — Давай, котенок, поднимайся. Мне нужно будет мусор вынести и вещи дотащить, еще и тебя я вряд ли донесу. — Я помогу. Чимин переворачивается на спину, потягивается, поднимает и выпрямляет ноги, упирается ими в потолок, а потом усаживается не без помощи Юнги. — Лучше сходи в душ и расстели постель, ладно? — Сам? Юнги вздыхает и отпускает ему маленький щелбан. — Да, киса, ты прекрасно знаешь, как выдавить на мочалку гель и намылиться. Не притворяйся. Чимин выгибает бровки домиком и смотрит так заискивающе, что Юнги не может не закатить глаза. — Ладно. Тогда расстели постель и подготовь домашнюю одежду. Не обсуждается. Юнги понижает голос до строгого и берет часть вещей из багажника, занося в дом и провожая Чимина до квартиры. Юнги не хочет брать его с собой, пусть до мусорки несчастные сто метров. На улице ночь, и мало ли какие кретины встретятся на пути. Маленьким котятам в такое время нужно сидеть дома. На обратном пути Юнги захватывает оставшиеся вещи и поднимается наверх. Квартира встречает смешением запахов. Его собственного, Чимина и уюта. Юнги нравится. И начинает нравиться еще больше, когда с кухни доносится запах лимона и трав. — Я заварил нам чай. — И разделся. — Да, но мы же скоро купаться? Какая разница? Юнги вздыхает. Действительно, какая разница? Хоть трусы оставил, и на том спасибо. Юнги подходит к раковине на кухне, моет руки, а закрывая кран, прислушивается. Он сразу не обратил внимания, отвлекшись, но теперь слышит отчетливо звук воды в ванной. — Ты включал воду? — Да. Решил набрать. Можно? От меня неприятно пахнет. Юнги удивленно поднимает брови, а потом поглубже втягивает воздух. Ну, да. Запах пота после дороги присутствует. Юнги хмыкает и притягивает Чимина к себе, взъерошивая его волосы. — Мой малыш вырос, — констатирует факт, а потом приподнимает его подбородок и гладит по пока еще гладкой коже. — Скоро еще и щетина начнет пробиваться. Да и вообще волосатость повысится. — Шерсть в этой форме начнет расти?! Юнги смеется и качает головой. — Нет, киса. Обычные волосы, ну может капельку жестче. На лице, подмышками и вокруг пипки. — А почему у тебя нет? — Мне по будущей профессии положено быть ухоженным, так что я проходил некоторые процедуры, чтобы волосы не росли, где не надо. И где неудобно — тоже. Но на руках и ногах есть, ты не замечал? Юнги подсовывает Чимину под нос предплечье, демонстрируя темные волоски, сильно контрастирующие с белой кожей. У Чимина вместо них все еще сохранился светлый пушок. Но в ближайшем будущем все начнет меняться. Его организм уже запустил этап взросления. — Когда у меня появятся, я тоже смогу убрать? — Не раньше, чем достаточно подрастешь. Твое тело сначала должно полностью сформироваться, прежде чем что-то менять. Иначе можно нанести вред. Юнги щелкает Чимина по кончику носа и отступает, чтобы попробовать уже подостывший чай. Между комнатами с открытыми окнами гуляет прохладный вечерний сквозняк, так что теплый чай не кажется чем-то лишним. Горные травы имеют приятную отдушку и мягкое послевкусие, лимон оставляет кислинку. Все-таки возвращаться вот так домой, к чаю и теплу, хорошо. — А можно будет взять одну шипелку? — Чимин сбивает весь настрой, и Юнги фыркает. — Какую шипелку? — Ну, которую в воду бац, и она пшшш! — Киса... Ты, что ли, мои бомбочки уже нашел?! У Чимина вытягивается лицо и он тикает по коридору, путаясь лапами и хвостом в трусах, пока Юнги гонится за ним с тапком наперевес. Такие моменты ему теперь тоже нравятся.