Пятнистая задница

Чимин услышал ровно то, что захотел услышать. Поэтому через несколько дней уточняет: — Так значит, шестнадцать? — Что — шестнадцать? Юнги переспрашивает, не оборачиваясь. Ему в этот раз досталось довольно сложное дело. Точнее, сложный клиент, вкупе с толстым кошельком и огромным влиянием, которые он хочет увеличить за счет оспаривания наследства. И каким бы гондоном ни был этот толстосум, Юнги нужно очень сильно постараться для его победы, чтобы эта мразь потом не испортила ему репутацию, обрызгав ядом. И Юнги проклинает тот день, когда повелся на внушительный гонорар и решил, что ему все по силам. — Когда нам будет можно. — Что можно? — Юнги! Чимин недовольно повышает голос и Юнги приходится отвлечься от ноутбука. Он откидывается на спинку кресла и разворачивается. В глазах летают мушки от долгого чтения и усталости. Юнги снимает любимые очки, в квадратной черной оправе, и массирует переносицу. — Киса, я чертовски занят. У тебя что-то очень важное? — Раньше все, что я говорил, для тебя было важно. — Мне и сейчас это важно, просто что-то не требует отлагательств, а что-то может немного подождать. Чимин начинает недовольно сопеть. Когда Юнги вернулся, Чимин жаловался на особенно загруженный день. Так что он тоже вымотался, и по всей видимости, собирается капризничать. — Ты сказал, что твое государство не разрешает нам заниматься ничем таким до определенного возраста. Я почитал, что до шестнадцати, это так? Юнги молчит и размышляет, зачем он забирал Чимина из приюта и не поздно ли его сдать назад, но вслух он этого, естественно, не говорит. — В целом да, возраст согласия наступает в шестнадцать. Но сроков годности это согласие уже не имеет, так что я могу не соглашаться и в свои двадцать пять. — В смысле? — В прямом. Когда тебе исполнится шестнадцать, разрешаю зарегистрироваться на сайте знакомств. — Каких знакомств? Юнги цепляет очки обратно на нос и, несмотря на обалдевший взгляд Чимина, отворачивается обратно к ноутбуку. — Знакомств со своими сверстниками. Романтика, свидания и так далее. А теперь дай мне, пожалуйста, поработать, иначе мне придется задерживаться на работе до ночи. Чимин бахает дверью в спальню и, кажется, что-то швыряет за стенкой. Юнги не обращает внимания. Побесится и успокоится, главное, чтобы не концентрировался на сексе и, тем более, на сексе с Юнги. Рано еще. Но со знакомствами он погорячился. Чимин же, зараза такая, пойдет регистрироваться, а если назло, так вообще побежит. Отгрызай потом головы всем мимо проходящим. Не живется Юнги спокойно, все ему нужно усложнить.

***

— Смотри. Чимин лезет в кровать с планшетом на перевес и тычет Юнги под нос экран. — Что это? — Ни что, а кто. Красивый, правда? Юнги промаргивается, отодвигает ноутбук дальше по бедрам и фокусирует зрение. — Киса, я отлуплю тебя. — За что? Я еще не регистрировался, просто рассматриваю кандидатов. Смотри какое тело, горячий, да? — Больно, по заднице, ремнем. — А живот какой... прочный! — Горячий и прочный? Как раскаленная сковородка? Чимин забирает планшет обратно себе и хмурится, тыкая пальцем по экрану. — Ну правильно я все сказал! Вон в комментариях все пишут — горячий. Ты тоже горячий, об тебя греться хорошо. Юнги согласно кивает. — Ага, горячий, как вулканы на Камчатке. Чимин склоняет голову к плечу и смотрит так двойственно, сразу не разберешь, кого из них он считает идиотом. — Да что я не так говорю? — Горячий — это не о температуре тела. А о внешности. Притягательный, сексуальный, развратный с хорошим телом. — Тогда это не о тебе. Юнги скидывает ноутбук с ног и подскакивает с кровати вслед за Чимином. — С красной жопой ходить будешь, сволочная ты кошара! А Чимин ржет, улепетывая и, запираясь в ванной, откуда совсем уж вреднючим голосом выкрикивает: — Я б ему дал! Юнги прикладывается лбом к двери и умоляет себя оставаться спокойным.

***

Юнги записывается в зал. В тренажерный. Не то чтобы он хочет быть горячим для Чимина, но его зацепило. Вряд ли Юнги будет выглядеть как тот раскачанный парень с фотографии, хотя бы потому что тот европеец, а не азиат. И смуглый еще, даже загорелый, что белокожему Юнги даже во снах не приснится. Да и телосложение у него явно другое. Юнги может подкачаться, это факт, может сильнее раздаться в плечах, но набрать такую массу вряд ли получится. По крайней мере, своими силами, не прибегая к помощи тренера, регулярным изнуряющим тренировкам и питанию с повышенной калорийностью. А с его работой этого точно не выйдет. Разве что идти коробки с бумагой принимать и по кабинетам растаскивать. Но Юнги на такое не пойдет, даже ради Чимина. Он вон лучше на беговой дорожке рысцой побегает, и на первый раз хватит. Но позже вечером Юнги блуждает по сайтам и составляет себе план тренировок. Зря это вот Чимин придумал, у Юнги сейчас руки тяжелее станут, и кому-то точно не поздоровится. Хотя, шутки это все. Про битье по заднице, а вот насчет зала Юнги задумался крепко. В форму себя действительно нужно привести, сколько можно сидеть на жопе ровно за бумажками, здоровья от этого не прибавляется. — А ты куда? — Бегать. — А можно с тобой? — Нет. Чимин сцепляет руки перед собой и хмурится. — Почему? Ты будешь не один? Юнги застегивает на поясе сумку и проверяет ее содержимое. — Скорее всего, да. Юнги поверх телефона и наушников закидывает ключи и поднимает взгляд. — Закроешь за мной? Чимин молчит и не отвечает. — Киса? — Ты идешь на свидание? Юнги хмурится, проигрывает в голове их диалог и вздыхает. — Нет, я иду в тренажерный зал. Скорее всего, там будут еще посетители, потому что вечер, но еще не слишком поздно. — Тогда почему мне нельзя с тобой? Юнги задумывается. Почему Чимину нельзя? Возможно, потому что он будет баловаться. Потому что Юнги не покупал ему абонемент, а еще потому что там есть другие парни, на фоне которых Юнги проигрывает. Пока. — Потому что там скучно и воняет потом, — говорит вслух. — Я хочу посмотреть. Если не понравится, больше не пойду. Я устал сидеть дома. И так уж выходит, что аргументы Чимина весомее, и Юнги приходится с этим смириться. — Тогда переодевайся и пойдем. Чимин широко улыбается и смывается в спальню.

***

Юнги ведет Чимина за руку. Уже восемь вечера, начинает смеркаться, и Юнги хочется притянуть Чимина к себе поближе. Смешно, конечно, котенку давно не пять лет, чтобы так печься о нем, но Юнги переживает. Район у него спокойный, но довольно старый, со своими плюсами и минусами, и последнее, чего хочет Юнги, это нарваться на каких-нибудь неадекватов, которых хватает везде. Хорошо хоть в этом плане Чимин не выпендривается, не пытается казаться взрослым и не отдаляется. Возможно, это вообще дело привычки, а может, ему просто нравится, как нравится самому Юнги. Он ловит себя на этой мысли и осторожно шевелит кистью. Чимин обращает на это внимание, опускает вопросительный взгляд на их руки, пока Юнги смотрит прямо и переплетает их пальцы. Чимин сжимает своими чуть сильнее и улыбается. — А почему ты решил туда ходить? — Чтобы привести себя в форму. — Тоже хочешь быть горячим? Чимин неумело играет бровями, так что его слегка перекашивает. Юнги смеется и кивает. — Почти. Просто запустил себя. Мы с тобой даже в горы не выбирались. Я сейчас закончу с делом и возьму небольшой отпуск, куда-нибудь съездим. Как ты на это смотришь? — А как же занятия? — Киса? Ты ли это? Ты правда переживаешь об уроках? Чимин пожимает плечами. — Это сложно, но интересно. Не как в приюте. Никто не мешает и учителя не ругаются, объясняют хорошо, и я не боюсь переспрашивать, потому что знаю, что никто не будет надо мной ржать. Чимин выглядит стеснительным и теряет враз свою вредность. Юнги не сдерживается и чмокает его в макушку. — Это здорово, я очень рад, что ты делаешь успехи и тебе нравится. Пока у тебя все уроки общие, но потом, когда ты пройдешь школьную программу, сможешь выбрать себе определенную специальность и предметы. — Специальность? — Да, профессию, по которой потом сможешь работать. Но для начала выучишь основы. — И что, я смогу выбрать профессию, какую захочу? — Конечно. — А есть профессия, которая связана с лепкой? Я смогу потом по ней работать? — Эм, ну вообще... — Юнги проглатывает все свои сомнения по этому поводу и кивает: — Да, по идее есть. Не знаю насчет университетов, я никогда не интересовался искусством, но какие-то курсы точно найдутся. Ты хочешь зарабатывать этим на жизнь? — А нельзя? — Думаю, можно, просто, как и везде, придется хорошенько постараться. Так что вместо разглядывания всяких прочных и горячих, поищи информацию по своему увлечению. Я знаю, что завалил тебя сейчас уроками, но потерпи немножко. В конце лета тебя определят в класс, и нагрузки станет гораздо меньше, будешь все успевать. — И голова не будет болеть? — У тебя она часто болит? Чимин кивает и дует губы. — Почти каждый вечер, и глаза. — Я куплю тебе специальные очки и капли, это из-за монитора. И будем вечерами выходить на прогулки, свежий воздух помогает. Говори мне о своем состоянии почаще, ладно? Я привычный к нагрузкам и плохому самочувствию, но это не значит, что ты тоже должен терпеть. — Ладно, я просто думал, что так должно быть. — Нет, не должно. Юнги хмурится, и у него самого начинает гудеть голова от новой информации и от того, как все уладить. Почему заботиться о ком-то так сложно? Весь оставшийся путь они проходят в относительной тишине. В зале почти никого нет, пара парней средней комплекции и одна девушка. Юнги не чувствует себя жалким подобием мужчины и спокойно занимается. А потом ловит Чимина на том, что он всеми возможными способами загораживает собой тренирующуюся девушку и перетягивает внимание. Юнги не делает ему замечаний, но от улыбки удержаться не может и даже показывает большой палец, когда Чимин хвастается, что может отжаться пятнадцать раз и не сдохнуть, как некоторые. Юнги фыркает, но не спорит. Он вообще-то тоже может, и даже два раза по пятнадцать, просто у него комплексная тренировка и Юнги пока слишком не наседает на свой организм. Чтобы потом все не болело и не отвлекало от мыслительного процесса. — Разбужу тебя утром пораньше, выйдем на пробежку, ладно? — Хорошо. Чимин напрягает руку перед зеркалом в зале, пытаясь найти у себя большие мышцы после первой тренировки. Юнги ему не мешает. Как говорится, чем бы дитя ни тешилось, главное, чтоб мозги не выносило. — Вон гантели можешь взять, только сначала те, что полегче. А то завтра чашку с чаем не поднимешь. Мне еще минут пятнадцать и заканчиваем. Чимин скашивает взгляд, находит искомое, но заниматься идет не перед зеркалом, а опять скачет к Юнги. Чтобы покрасоваться. Юнги снова не сдерживает улыбку.