лучший подарок.

      Хотелось сделать всё медленно и аккуратно. Однако руки, дрожа, то и дело нервно цеплялись за худые плечи, поддевая ткань футболки. Антон рвано дышал, прикрывая правой рукой рот. Мужчина, откидывая свою кофту в сторону, опустил руку на свой ремень, расстегивая его. В какой-то момент время на часах сменилось. Глаза Антона, некогда краснеющего и зажимающегося, засверкали, отражая ночные огни Питера. Он привстал на локтях и, облизнувшись, наскочил на Арсения. Опешив, Попов упал на диван спиной. Седлая брюнета, Антон впился в его губы, расстегивая чужой ремень. В следующую секунду парень посасывал чужой эрегированный член сквозь мокрую ткань боксеров. Попов задохнувшись спертым комнатным воздухом, схватил парня за волосы, насаживая того на горячую плоть. Антон послушно посасывал и причмокивал, изредка мыча в темноту комнаты. Арсений перевел глаза на потолок. Черный, мерцающий ночными звездами, словно небо, он смешивал в голове всё подряд. Зрение подводило, а расплывающаяся картинка мылила глаз, отчего всё происходящее мешалось в голове, кружа ту.       Парень был разгорячен не на шутку. Поняв это, Арсений перевернул его на живот, тут же разрабатывая колечко сжатых мышц. Тела горели от жара. Плечи, только зажившие от недавних ран, теперь были покрыты багрово-лиловыми отметинами. Антон зверел прямо на глазах: он кусался, царапался и выл, словно дикое животное. Когда пальцы кончились, Попов, облизнувшись, приставил член к разработанному кольцу мышц. Светловолосый, будучи ведомым каким-то диким желанием, сам насадился на член, погружая его в себя полностью. Комната, уже полностью погруженная во мрак, наполнилась горячим воздухом. Запахи пота и секса смешались в один, сбивая и без того скачущее дыхание. В ушах пульсировало: от температуры, стонов, пошлых шлепков и сумасшедшего запаха.       Антон, сменив позу и забравшись на мужчину сверху, рычал в его губы, с остервенением покусывая его в челюсть. Смазанные поцелуи, быстрые укусы, горячие засосы — это все надолго останется в их памяти. Почувствовав скорый финал, Арсений вцепился в талию парня, рывком насаживая его до конца. Послышался кошачий рык и в шею мужчины, кончая вслед за ним, тут же вцепился парень. Попов лишь шумно клацнул зубами, вдыхая сквозь них воздух.

***

      Прошло уже около месяца после того, как Арсений повстречал старуху. Теперь же, сидя рядом с ней на диване, он переводил взгляд с неё на Антона. Он встретил её на улице. Задумчиво глядя на небо, та стояла недалеко от дома. Разглядывать облака ей помешал Попов, схвативший ту за плечо. В жизни мужчины теперь было много странного. Древнее пророчество, парень-кот, странная старуха, следящая за ним. Поэтому он даже не удивился, когда старческое лицо распрямилось, становясь женским, а после и вовсе — по юношески молодым. Теперь это была не та сухая старуха, согнутая старостью и болью. Это была молодая девушка низкого роста, с черными, как смоль, волосами. — Здравствуй, дитя, — Антон не был удивлен, он лишь неподвижно сидел на кресле, — я так давно искала тебя, — тут Арсений заметил, что парень дернулся, ссутулившись сильнее. — Дак кто Вы? — перебил её Арсений, рассматривая девушку. — Я та самая ведьма, что вас прокляла, — девушка спокойно улыбнулась, всё еще рассматривая парня, — о, Антон…мой милый мальчик, — в её голосе не было злости или скрытности, — я искала тебя столетие, ведь, — она сделала паузу, подбирая слова. — Разве оно не было снято раньше? — наконец ожил парень, поднимаясь с кресла, — неужели наши прошлые жизни не решили проблему? — зеленые глаза были наполнены болью. — Прошлые вы…вы были так юны и глупы, дети мои, — покивав головой, она продолжала, — его можно было снять, однако.однако, вы были лишь влюбленными детьми, чувства которых усилило желание бороться проклятью, — она перевела взгляд на Арсения. — Я понял. — он маниакально улыбнулся, проводя руками по лицу, — принятие — есть истинная сила, которой мы не смогли завладеть, — подытожил мужчина, нервно смеясь. — О, юный граф, — протянула девушка, касаясь небритой щеки, — ты всё так же умен и красив, — она провела по щетине, успокаивающе поглаживая его, — а что насчет тебя, мой милый сын леса? — Антон поднял на неё забитый взгляд, тут же подходя ближе и падая в её руки, надрывно плача.

***

      Спустя час, на крыше дома стояло три фигуры. Девушка в черном, мужчина, стоящий чуть поодаль, и парень, держащий девушку за руку. В городе начинался ливень. Холодный дождь стучал по крышам, земле, по людям, покрывая собой всё вокруг. Отчего-то хотелось плакать: то ли от давящей грудь боли, намертво сковавшей ту, то ли от бешеного стука сердца, не вовремя захватившего грудину. Весенний ветер пробирал до костей, а промокшая одежда, словно паруса, развивалась, оголяя холодные тела. В городе тянулась жизнь, но что-то неумолимо темное тянулось по крыше. Смерть пробиралась под руки, касаясь краёв её черного плаща. — Мой час настал, — проговорила она тихо, — дочь вурдалака, пившая кровь, евшая хлеб и убивавшая тысячи людей, свободна, — она повернулась к юноше, стоящему рядом с ней, — прощай, мой проклятый зверь, — девушка взяла его лицо в руки и, наклонив, поцеловала в лоб, — прощай, мой юной граф, — проделав то же самое с мужчиной, повторила она, отходя к краю, — моё благословение защитит вас, — она опустила голову — нет прощения дочери, погубившей детей, — ведьма подняла голову и, улыбаясь, шагнула назад.       Она растворилась в воздухе, прежде чем её плащ коснулся земли. В какой-то момент Арсению даже показалось, что средь уличных ярких вывесок, шумных голосов людей и машин, и проливного дождя, он заметил слезы счастья на лице той, что наконец была освобождена от проклятья.