Fiery chaos

Юнги старается, правда. Он учится жить без солнца, без тепла под боком, блеска глаз и без чувств. Весеннее солнце слегка припекает голову, пока он помогает старушке-заказчице тащить её коробки из бутиков — работа есть работа. В комнате, где он поселился после переезда, тесновато, но его устраивает. Кровать узкая, с жёсткими простынями и абсолютно не греющим одеялом. Юнги пытается не думать о том, что сделал бы Чимин. (Минни бы прижался максимально близко, уткнулся носом в плечо, продолжая с умиротворенной улыбкой говорить о встретившихся ему людях на его одиночной прогулке... Нет-нет, Юнги, гони прочь из мыслей!) Пережив боль от расставания с другом, с которым он пробыл большую часть времени, Юнги закрылся. Отключил чувства, чтобы боли больше не было, и продолжил двигаться вперёд. День изо дня находил новые заказы, пробовал новые сферы деятельности, развивался. Он выматывал себя и физически, и умственно, чтобы по возвращению в комнату он мог только повалиться на кровать и отрубиться, ни о чем не думая. Он возвращался с очередного задания, данного ему одним из торговцев, которые приезжали на весеннюю ярмарку. От ярких цветов и дикой смеси запахов Юнги мутило. Всеобщая радость и шум надоели быстро, но ему пришлось терпеть и проходить в такой атмосфере целый день. Бабуля ещё доплатила позже, извиняясь, что они прошли больше магазинов, чем оговаривалось изначально. Мин отмахнулся с усмешкой, принимая ещё одну половину золотых. Иногда за терпение подаётся лучшая награда. Проходя мимо книжной лавки, он был неожиданно остановлен знакомым продавцом. Старичок, работавший там, знал Юнги чуть ли не с самого первого дня приезда парня в Арнест. — Доброго вечера, Юнги, — приподнял шляпу в приветствии дедуля. Мин слабо улыбнулся, кивая головой и гадая, зачем же его позвали, — Что-то давно тебя не видать. Много работаешь? — Да, — бормочет парень. Он все ещё не ведал, к чему этот разговор, но не пытался показаться грубым, — Деньги скоро очень понадобятся. — Вот как. Уезжать собираешься? — проницательно заметил продавец книг. Юнги удивлённо расширяет глаза, — Молодая кровь такая горячая. Вас, молодых мальчиков, не удержишь на месте. В столицу поедешь? — Нет, в другое место, — Юнги прищурился, подозрительно глядя на старшего. Как-то странно, что этот старик знал о планах Юнги уехать. Даже если он просто предположил, Юнги не сталкивался ни разу с настолько всеведущими людьми. — Может, зайдёшь в последний раз за книгами? Нам недавно привезли новые сказки из-за границы, — заманчиво махнул рукой в сторону магазинчика старичок. Он игнорирует выражение лица Мина и продолжает говорить о своём. Юнги от нечего делать соглашается. К тому же, у хозяина лавки всегда находились интересные книги, стоящие дёшево. Внутри ничего не поменялось за сезон: все те же старые полки, на которых с трудом умещались все книги, на полу тоже небольшим рядом выстроились толстые тома знаменитых в их время писателей, на углах потолка уже сто лет висит паутина; перемешались запахи древней бумаги и почти растаявшей свечи в подсвечнике, стоявшем на краю письменного стола. Юнги нравилось здесь и, была бы возможность, он бы переехал сюда. Но в помещении ещё теснее, чем в его комнатушке, да и хозяин лавки, несмотря на его доброту, вряд ли бы на такое согласился. — Вот, — старик уже успел сходить за новой стопкой книг для него и теперь протягивал одну из них. Темно-синий переплёт с новой, ещё не прошедшей время бумагой. На обложке красовались серебристые буквы, выводящие родное и почти болезненное слово. (Чимин сонно слушал приглушенный ночью голос Юнги, читавший сказку про путешествующую лягушку. — А мы с тобой тоже лягушки? — Спи уже, выдумщик, — фыркнул Мин, захлопнув и отложив на тумбочку книгу. Тусклый свет свечи сдувается одним выдохом. — Это не я, это книга твоя выдумщица! — Спокойной ночи, Чимин.) — Помнится, раньше с тобой гулял твой друг. Где он теперь? Юнги скривился, чувствуя резонанс между воспоминаниями и вопросом старика. Вроде и прошло время, но двух месяцев явно мало, чтобы забыть все чувства. — Он ушёл, — коротко, не желая продолжать эту тему, отозвался Юнги. Дедуля сочувствующе похлопал его по плечу. — Ничего страшного. Все драконы возвращаются рано или поздно, — кивал своим же словам продавец. Юнги сначала не понял, почему стало так тихо, а потом изумленно посмотрел на по-доброму усмехающегося старика. Тот скрипуче захохотал. — Да, мальчик, я знаю, кем был твой друг. По нему, на самом деле, видно, что он не человек. — Видно..? — Те, кто хоть раз видели драконов в обеих их формах, знают об этом. Они просто прекрасны и в чешуе, и в человеческой коже, — прикрыл глаза мужчина с улыбкой, — Твой друг был очень молодым драконом? — Угу, — плохо понимая, что происходит, соглашается Мин. — Тогда понятно, почему он ушёл, — маленькие узкие глаза заблестели, но точных эмоций Юнги назвать бы не смог. Он в замешательстве поскреб ногтем по переплёту все ещё бывшей в его руках книге. — И почему же? — краем губ усмехнулся парень. Возможно, если этот человек знает причину, почему Минни ушёл, то все встанет на свои места. И, может, Юнги перестанет винить себя в уходе Чимина..? — Этого я не могу рассказать. Драконы хранят эту тайну, как свое же сокровище. Он сам расскажет, когда вернётся. А ты, пока его нет, не теряй надежду. В конце концов, если он действительно был твоим другом, то он найдёт тебя везде, где бы ты ни был. После этих слов Юнги купил книгу и пошёл домой. Слова продавца не выходили из его головы, но и не давали ложных надежд. Если честно, Юнги не верил, что Чимин вернётся. Он даже не попрощался, просто заявил, что ему нужно уйти. На кровать он упал, совершенно вымотанный всей этой дневной суетой. Полная луна освещала безоблачное ночное небо, усыпанное звездами. Юнги следил за их блеском, закинув руки за голову. Разные мысли проносились в его голове, но самые далёкие — о Чимине. Юнги мог хоть всю жизнь надеяться, что Чимин вернётся, но это кажется таким бессмысленным, когда он вспоминает уход младшего. Отвернувшись от окна, парень закрыл глаза. И все же слова дедули что-то затронули внутри него. Что если Чимин действительно вернётся? Будет ли он тем же Минни, которого Юнги знал? Юнги было непросто сменить ход мыслей, но это было необходимо. Ему скоро предстоит покинуть Арнест и выдвинуться на восток. Если верить слухам, там самые красивые виды, чистейшие озера и изумрудные леса. Его родные края не сравнятся с этим всем. И в кристально-чистой воде озера во сне он видел улыбающегося пепельноволосого юношу, звавшего его по имени мягким голосом.

***

Геонхар считался самым богатым городом востока. Здесь продавали шёлк и хлопок — ткани, о которых Юнги не знал ранее. На этой ткани вышивались разноцветными нитками наикрасивейшие узоры, а также добавляли звенящие побрякушки. На людях более утонченные и яркие наряды, а ещё налепленные на лица улыбки. Искренности в Геонхаре было мало. Юнги, стараясь слиться с местными, прикупил пару удобных рубашек и сапог. В идеале ему бы ещё штаны сменить на более свободные, но он не стал изменять своим простым тёмным. Они были гораздо удобнее на работе. Геонхар находился на границе с морем, но не являлся крупным портовым городом. Да, сюда могли причалить корабли, но надолго они тут не останавливались. Осматривая берег, Юнги насчитал на данный момент всего три больших корабля. Наверное, их не будет уже завтра утром. На востоке было тепло. Дождей здесь не так много, как на западе, и Юнги это нравилось. Он ненавидел холод и зиму. Возможно, он даже останется на следующие три сезона здесь или, если совсем невмоготу будет вся эта роскошь, слепящая глаза, пойдёт дальше в другой город на границе. Заплатив милой даме за стойкой, он поднялся в снятую комнату. Лестница отзывалась скрипом на каждый шаг, как дверь, когда он её открыл. В комнате было светло, хотя молочно-белые шторки закрыты. Чистая кровать аккуратно заправлена свежим постельным бельем. На комоде, куда можно сложить одежду, ни пылинки, как и на прикроватной тумбе. За такую цену комната даже убрана дочиста. Сняв грязную, потную одежду и меняя её на свежую, Юнги достал из мешка с вещами лист с заказом, который он взял из соседнего города и книгу о растениях. Заданием было купить десяток редких цветов, которые продаются только в Геонхаре. Об их свойствах мало что известно, но Юнги достаточно того факта, что они нужны для создания лекарства. Денег, к тому же, платят немало за цветы и дальнюю дорогу туда-обратно. Ему нужно уложиться в неделю, три дня из которой он потратил чисто на путь сюда. Завтра он отправится на торговую улицу, а сегодня отдохнёт или, после небольшого отдыха, пойдёт на прогулку по городу. Нужно же узнать, чем так знаменит этот Геонхар. Три года назад Юнги ушёл из Арнеста. Путь на восток был сложным, особенно для не привыкшего к тихой дороге Юнги. Он останавливался в деревнях, городках, работал то там то тут. Не все ему давалось, но он стремился к совершенствованию. Однажды он остановился в одном из крупных городов, заправлявших торговлей. К тому времени у него уже накопилась приличная сумма, чтобы купить себе новую одежду и обувь, оружие и прочие нужные вещи. Закупившись товарами, он по привычке пошёл искать доску с объявлениями. Заказов здесь, конечно, меньше, чем в обычных городах, но тоже есть те, кому стоит протянуть руку помощи. И именно здесь Юнги встретил Ким Намджуна — наёмника из торговой гильдии, главной в этом городе. Помимо неё было ещё несколько, но поменьше. — Я тебя здесь раньше не видел, — с улыбкой поприветствовал его высокий парень. И вроде по росту он превзошёл Юнги, но на лицо явно был моложе, — Я Намджун. Не хочешь вступить к нам в гильдию? Юнги ответил довольно резко, что не хочет быть привязанным к какой-либо гильдии, на что Джун (как он просил себя называть) отмахнулся: — Ты просто будешь получать заказы от гильдии. У нас есть почтовые птицы, так что ты можешь не находиться в этом городе и получить задание. Опять же, тебе не обязательно выполнять заказ, если ты не хочешь. Просто пришлёшь записку, что отказываешься, вот и все, — подробно рассказал Намджун. Юнги посчитал это предложение заманчивым. Даже слишком. Он смотрел на нового знакомого и не понимал его мотивов. Зачем ему какой-то проходимец? Странно это все. — В чем подвох? — в итоге сдался Мин, требуя объяснений. Намджун понимающе усмехнулся. — Ни в чем. Просто моей гильдии нужны способные люди, а по твоей уверенной походке и мечу за спиной можно наверняка сказать, что ты годишься в роль наёмника. — Не слишком ли ты наивен? Может, я самоуверенный богач, а меч мне для красоты? — хмыкнул Юнги, сложив руки на груди. — Богачи не носят мечей. Если меч для них украшение, то они прячут его от глаз. К тому же, — Ким ткнул пальцем в жёсткую рукоятку оружия, — Он не выглядит таким дорогим, чтобы быть украшением. Посчитав аргументы убедительными, Юнги все равно не смог успокоить свою тревогу. Джун, видя все равно оставшиеся сомнения на его лице, вздохнул. — На самом деле, я не просто так прошу. У нашей гильдии резко снизилось количество наёмников, из-за чего другие торговые гильдии жаждут занять наше место. Если они это сделают, все поменяется и не факт, что в хорошую сторону, — Намджун растерял всю изначальную весёлость, становясь простым, но очень уставшим человеком. Сейчас Юнги видел залегшие под глазами, казалось бы, молодого ещё парня тени от недосыпа. Намджун мог показаться на первый взгляд бодрым и жизнерадостным, но это всего лишь маска. — Это больше похоже на правду, — задумчиво протянул Юнги, усмехаясь краем губ, — Подписывать я ничего не буду. — И не надо! Мы уже рады приветствовать тебя в наших рядах! — их соглашение было скреплено крепким рукопожатием. Юнги ни разу не пожалел, что вступил в эту гильдию. Здесь он мог не напрягаться в поисках заказа, получать неплохие деньги за выполнение особо сложных заданий. Также Намджун помог ему с временным жильём. Оно ничем не отличалось от коморки, но большего Юнги и не нужно было. Он стал чаще выходить на задания, чем быть в комнате. Иногда заказы были простыми, скучными, по типу "принеси-подай". За них была мизерная плата, и такие Юнги брал только в самом начале, когда нужно было набрать репутацию. Последняя была очень важна среди наёмников, по словам Джуна. Но, когда Юнги приноровился, задания стали сложнее и от того не менее интересными. Намджун открыл ему ту сторону доски, о которой он не знал раньше. На ней висели листы, где просили что-то украсть, купить что-то запрещённое и даже убить кого-то. Было и найти какой-нибудь предмет, но довольно редко. Юнги не брал заказы с убийствами, а в воровстве предпочитал мелкие, не очень ценные заказы. Все-таки воровать ещё надо уметь. За полтора года Мин успел поднять себе репутацию до чуть ли не гения. Намджун нахваливал его работу, говоря, что никогда ему ещё не попадался столь ценный экземпляр. После этих слов его немного бил Джин, — мужчина старше них, но иногда ведущий себя как ребёнок, — потому что негоже человека приравнивать к вещи. Хотя может Намджун так и не считал, просто фраза такая. Так-то Сокджин был заместителем Джуна и, как подозревал Юнги, его любовником. В чужое "белье" он не лезет, поэтому подробностей не знает. Просто видно издалека, как эти двое понимают друг друга с полуслова и как оберегают друг друга от всяких бед. Юнги их не осуждает — ему все равно. Может быть, он чуточку рад за новых знакомых, но на этом все. В торговом городе он, вопреки просьбам Джина (ему почему-то очень понравилось общаться с Юнги — была ли причина в том, что старший все время болтал, а Юнги просто слушал его?), не задержался надолго и начал путешествовать в ближние к нему города. Он нигде не оставался надолго, в некоторых местах он был всего полдня, а потом уходил дальше. Юнги копил больше средств, чтобы уйти ещё дальше, и работал не покладая рук. Таким образом, он бродил по городам уже год. Только в одном городе он остался надолго, встретив там ещё одного человека, который видел и знал драконов. От него Юнги много узнал об огромных существах, несущих опасность человеческому роду. В полученной информации было мало плохого о самих драконах и больше тьмы людского страха. — Король боится, что однажды драконы сожгут нашу страну. Поэтому он дал приказ всем своим рыцарям уничтожать все, что с ними связано, — говорил тот мужчина. Каждый день в течение полугода Юнги навещал его, узнавая разные детали. Но не все известно даже тем, кто изучал этот вид. О пропаже Чимина Юнги так и не решился сказать и спросить о возможных причинах. Они давно не виделись и Чимин так и не появился в его жизни вновь. Уходя из города, где он застрял так надолго, Юнги получил заказ на цветы, находящиеся только в приморском городе Геонхаре. Отписав согласие в маленькой записке, Юнги отправил птицу Намджуну.

***

Весной в любом городе, заметил спустя год путешествий Юнги, проходят ярмарки. Он и раньше не особо любил такие мероприятия, но в этот раз ему проще купить редкие цветы в такой толпе. Они не такие популярные в день, когда все дарят своим любимым букеты, так и по количеству Юнги берет столько, сколько указано в листе заказа. И все же здесь слишком шумно. То дети со смехом мимо пробегут, едва не снося его с ног, то с разных сторон раздастся смех и милые щебетания. Атмосфера всеобщей любви и радости не напрягала, но и не веселила. Юнги хотелось поскорее вернуться в комнату. А ещё лучше — убраться из этого города. Неизвестно, сколько здесь будет продолжаться ярмарка. — А ты слышала? Там, на площади фонтанов, появился очень красивый танцор! — уловил он случайно разговор двух молоденьких девушек. — И что в нем такого? — скептический тон подруги говорившей будто мысли Юнги озвучил. — Бабуля сказала, что этот юноша похож на... Дракона! — Да быть такого не может. Но пошли... Юнги остановился, осмысляя то, что услышал. Нет, если на площади действительно дракон, то... Насколько глупым нужно быть, чтобы так палиться перед людьми? Но Юнги верил в то, что это просто человек. Да, красивый, но точно не дракон. Они точно поумнее будут, особенно в то время, пока на них ведётся охота. Но любопытством Юнги никогда не был обделен, поэтому пришёл на указанную площадь. Людей здесь ещё больше, чем на отдельных улицах, и пробраться поближе к зрелищу, которому все хлопали и свистели, было нелегко. Юнги сотню раз проклинал свой рост. И почему природа не наделила его таким же ростом, как у Джуна..? Наконец выбравшись в более-менее свободное пространство между людьми, Юнги смог выдохнуть и поднять взгляд на мелькающую фигуру. Тёмные глаза расширяются, узнавая моментально того, кто грациозно изгибался в танце. Его красота стала ещё более заметной. Полупрозрачная ткань следовала за каждым движением рук и ног, опутывала юношу своим слоем. Блестящие на солнце брызги воды сливались с золотистыми, звенящими "монетками" на одежде. Никакой музыки не играло, но она будто и не нужна ему. Гул толпы и хлопки помогали ему сохранять такт, двигаться плавно и, в то же время, быстро. Тонкие черты лица стали лучше видны, когда юный танцор наклонился под конец танца. Сияющие глаза встретились с юнгиевыми, заставляя замереть старшего. Улыбка на пухлых губах расширилась, а румянец на лице стал темнее. В тот момент, когда они пересеклись глазами, реальность вокруг убавила звук, померкла вовсе. Всё, что видел Юнги, — стоящий перед ним Чимин. — Я наконец-то нашёл тебя, — беззвучно прошептал юноша. Юнги вспомнились сбывшиеся в этом миг слова старика из книжной лавки Арнеста. Чимин действительно нашёл его. Юнги ждал его в переулке, подпирая стену и думая о многих вещах. Ему хотелось рассказать младшему все, через что он прошёл без него, спросить, почему несносный дракон привлекал внимание на площади, почему оставил его три года назад... И почему так долго искал. У него было много вопросов, но столько же высказываний. Преимущественно, ругательств. — Ты даже хмуришься как раньше, — послышалось хихиканье сбоку от него. Повернув голову к проходу, он увидел Чимина. Свет подсвечивал его одежду, делая совсем хрупким и воздушным. Ткань не скрывала его тонкую талию и узкие плечи. И Юнги ответил бы, что Чимин все также прекрасен, как и три года назад, но это будет ложью. Он стал ещё краше, лучше, ярче... Слишком много эпитетов можно вставить рядом с этим драконом. Юнги оставит при себе многие из них. Пока. — Так же глубоко уходишь в свои мысли, — во время мыслей он не заметил, что Чимин уже приблизился к нему, встав напротив. Между ними не так много пространства, но Чимина, кажется, это полностью устраивало, — И смотришь так... — Почему ты тогда ушёл? — перебил его Юнги, не в силах подавить в себе старую обиду. Да, он обижался на Чимина все это время, хотя к двадцати годам это чувство пропало, сменившись на тоску по старым временам. Он скучал по Чимину, его теплу, улыбкам и заботе. По его ворчанию о морской воде и отговоркам о холоде в его кровати. По звонкому голосу, становящемуся тихим, когда они говорят о чем-то своём, личном. О растрепанном виде с утра... Юнги и представить не мог, как сильно он скучал по его Минни. До этого дня. — Это долгая история. Но я тебе расскажу её, если ты правда хочешь услышать, — Чимин нерешительно протянул свою руку к рукам Юнги, но завис на полпути. Он робко поднял взгляд с них, на лицо Юнги, — Юнги, я... — Я хочу услышать, — шепчет старший, порывисто обнимая дракона. Запах цветов такой явный и перемешанный с фруктами. Юнги хочет дышать им как можно дольше. Он прижимает удивленного парня ещё ближе, — Расскажи мне все, пожалуйста. Маленькие ручки касаются его плеч и волос. Юнги чувствует его улыбку всем своим телом. — Хорошо.

***

Так непривычно. Юнги чувствует тепло в своей кровати, идущее не от него самого. Он видит перед собой Чимина — настоящего, не призрака, созданного его сознанием. Его рука сжимает в своей руку Чимина, большой палец поглаживает бархатную кожу младшего. Они сидят на кровати в комнате Юнги. Чимин заинтересованно вертит головой, разглядывая интерьер, а Юнги смотрит на их сцепленные руки. Почему это кажется таким правильным? Почему он такой счастливый только от возвращения Чимина? — У тебя много денег, как погляжу. Такая чистая комната для не самой дешёвой таверны в округе, — замечает, снизив голос, Чимин, поворачиваясь к Юнги. Тот усмехается, прикрыв глаза. — Ты не изменяешь себе, Чимини. Всё также стремишься к сокровищам, — в голосе старшего нет ни капли обиды или злости. Чимин ведь дракон, а драконы любят драгоценности. — В данном случае я пришёл только к одному сокровищу, — невинно ответил Чимин. В прищуренных глазах плескалось что-то не знакомое Юнги. Это была... игривость? — Это к какому же? В этом городе много золота, — притворился ничего не понимающим Мин. Но, если подумать, он действительно не хотел давать себе ложных надежд... — Мне оно не нужно. Я пришёл к тебе, — прямо заявил Чимин, уверенно выпрямляясь на месте. Но мазки нежно-розового румянца все равно окрасили его щеки, — У меня есть только одно сокровище. Юнги стремительно краснеет, понимая, что это слишком для его сердца. Чимин должен его пощадить. С таким видом говорить такие вещи... Юнги был не готов к этому. Смущённая тишина подкреплялась только сжатыми пальцами друг друга. Юнги хотел бы выдавить из себя хоть звук, но понимает, что сейчас из него выйдет только нечленораздельная чепуха. А вот Чимин очнулся быстрее него, становясь серьёзнее. Он отвёл взгляд на окно. — Драконы — существа крайне скрытные, Юнги. После того, как началась охота на наш вид, нам стало трудно как-то развиваться и просто жить... Некоторые молодые драконы остались без родителей, — Юнги вспомнил, что нашёл одинокое яйцо среди камней. Очевидно, родители Чимина хотели скрыть его от глаз людей, — Обычно хотя бы один родитель обучает дракончика. Он учит его летать, добывать пищу, выживать как в природе, так и среди людей, — Чимин грустно улыбается, опуская глаза на их руки, — В нынешнее время драконы-родители также учат своих детей скрываться от людей. В общем, рассказывают им обо всех нюансах жизни, прежде чем молодой дракон от них уйдёт... У меня, как ты знаешь, не было родителей. Более того, без тепла яйцо может вообще не вылупиться. То есть оно может долго продержаться без него, но, в конечном счёте, погибнет. Я не уверен, сколько я был в холоде, но когда ты меня нашёл, это был вопрос времени. Я почувствовал твоё тепло практически сразу и потянулся к нему, — грусть испаряется с лица младшего, оставляя приятную ностальгию, — Я слышал все, что ты говорил. И как ты жаловался на тяжесть моего яйца тоже, не думай, что я забыл! Юнги смеётся, припоминая что-то такое. Он, найдя драконье яйцо, даже не ведал, что там внутри нечто живое. — Я долго сопротивлялся желанию выйти, потому что помнил, что говорила мама. Или это был папа..? Не важно. Они говорили мне не показываться людям. Даже будучи в скорлупе я запомнил эти слова, — Чимин снова поджал губы, — Но, когда я услышал твою просьбу, я... Не знаю, как это объяснить. Я ощутил, что мне нужно вылезти. Очень нужно, — Чимин сверлил его опущенную голову самым честным взглядом. Юнги не прекращал гладить его ладонь, дико смущаясь сейчас встречаться с ним глазами, — Ты уже тогда мне был важен. А после моего вылупления я только больше привязался к тебе, — дракон забрался с босыми ногами на постель, сжимая уже обеими руками одну ладонь Юнги, — Драконы могут превращаться в людей только спустя промежуток времени. Для этого нужно быть полностью готовым и... Желать этого. Я был готов в двенадцать человеческих лет, но по-настоящему пожелал этого только когда мы ушли из твоей деревни... — То есть ты знал, что я появлюсь на том озере, пока ты мылся?! — Это была большая река, не путай, Юнги. — А ты тему не переводи! И это было озеро, моя память ещё не настолько дырявая. — Значит, все-таки дырявая..? — хохотнул Чимин, уворачиваясь от шутливого подзатыльника. — Чимин, с огнём играешь, — пригрозил Юнги, наклоняясь ближе к парню. — О, как хорошо, что я умею с ним обращаться, — подмигнул Чимин. Его глаза похожи на полумесяцы, которые Юнги часто наблюдал бессонными ночами. На лице Чимина это смотрится даже лучше, чем на небе. Они быстро усмирили свой смех и подколы, чтобы Чимин мог завершить свой рассказ. — Я не знал, что быть человеком так хорошо. Лучше, чем если бы я был только драконом с тобой. Но и принять только эту форму я тоже не мог. Это была одна из причин моего ухода, — под конец фразы младший все больше понижал голос, — Мне нужно было научиться жить в обеих ипостасях, иначе когда-нибудь я сойду с ума... Но с тобой я не мог этого сделать. — Почему? — не понимал Юнги. Неужели он мешал дракону развиваться? Он же ничего такого не делал. — Когда я пришёл к такому выводу, наступила весна, если помнишь, — конечно, он помнит! Важнее то, что Чимин проигнорировал его вопрос, — Юнги, твоя весна отличалась от моей. Я... Стал чувствительнее к тебе. Ещё более чувствительным, чем был, — тут же поправил сам себя Чимин. По какой-то причине его голос дрогнул. Юнги надеялся, что он сейчас не заплачет — этого он не перенесёт, — Мне нужно было уйти, пока все не стало хуже. — Вот почему ты стал исчезать из города. Ты избегал меня... — Можно и так сказать, — кивнул юноша, — Я боялся, что сущность дракона возьмёт надо мной верх и я стану... Чудить. — В чем это выражается? — осторожно интересуется Юнги, но его вопрос почему-то вгоняет в краску Чимина, — Чимини? — Я очень... Хочу ласки в этот период, — ладони Чимина вспотели и он прикрыл одной рукой рот. Когда он произнёс это, его лицо полностью приобрело оттенок помидора, — И-и т-тогда я подумал, что напугаю тебя или потревожу... — Минни, — теперь Юнги повернулся всем телом к парню, беря в свои руки его лицо и заставляя смотреть прямо в глаза. Чимин был растерян от его действий, — Ты никогда бы не потревожил меня. И уж точно не испугал бы. Гораздо больше ты меня напугал, когда попался страже! — вина пробежала в глазах Чимина, — Значит, у тебя тогда была... Драконья весна? — Ты знаешь, что это? — когда щеки оказались на свободе, Чимин помял их своими руками. — Не совсем, просто слышал от одного знающего о драконах человека. — Драконья весна — что-то вроде брачного периода, — буркнул едва различимо Чимин, отвернув голову. Красные пятна перешли и на шею. Юнги догадывался раньше, что значило это выражение, но... Не верилось, что это уже произошло с Чимином, — И да, предупреждая твои вопросы, у меня тогда не было полноценной весны. У совсем молодых драконов весна ослабленная. Мы, как котята, хотим, чтобы нас погладили, похвалили и все в таком духе, — неоднозначно махнул в сторону рукой Чимин, — Сейчас я это контролирую, но тогда... Самым верным решением был мой уход. Юнги кивнул на вроде логическое завершение всей этой истории. Он понял, почему Чимин ушёл от него, хотя все равно думал, что все было бы иначе, если бы он тогда остался. Возможно, сейчас они оба были бы другими людьми... — Ты же нашёл меня, потому что научился жить по правилам своего вида? — спросил Юнги. Вопрос звучал в его голове совершенно не так, но даже с такой формулировкой Чимин понял его. — Да. И теперь я тебя не оставлю, — широко улыбнулся Минни, но некая робость не покинула его, — Конечно, если ты хочешь. — Я хочу, — без всякого промедления кивнул Мин, хватая его руки в свои. Осознав свои слишком откровенные действия, старший смутился, — Я так долго ждал тебя. Как я могу отказаться от тебя снова? Чимин выдохнул, набрасываясь на него с объятиями. Юнги чувствовал себя на своём месте, когда к его спине прижимался его дракон.

***

Чимин просыпался раньше него. Юнги открыл глаза, недовольно щурясь на противное солнце, разбудившее его в такую рань. Дракона рядом не было. В первый раз было страшно думать, что весь прошлый вечер был лишь миражом, иллюзией его тоскующего сознания, но Чимин быстро вернулся, докладывая о начавшемся завтраке. Юнги мог сколько угодно стонать, что ему не дали поспать, но все равно плетется за младшим. Несколькими днями спустя он привык к пустоте рядом с собой по утрам, иногда даже вставая раньше своего режима. Вероятно, он хотел убедиться, что Минни не сбежал, пока он спал... Он не сбегал. Чимин все также любит плескаться в ванне. К этой старой привычке добавилась новая: пение. Чимин напевал разнообразные мотивы, которые где-то слышал или придумывал свои. Часто это были медленные, слегка игривые ноты, совмещающиеся с хлопками по воде и её всплесками. Реже — задумчивые или бодрые. Юнги пытался не подслушивать, но дверь то ли специально оставлялась приоткрытой, то ли... Нет, Чимин точно делал это осознанно, как бы дразня старшего. И да, дразнить Чимин тоже научился. Юнги сжимает яблоко, купленное в фруктовой лавке. Чимину достались новые карамельки на палочке. И дракон либо не умел их есть, либо очень даже умел. — Что-то ты неряшливый стал, пока жил без меня, — глуша в себе тёмное желание лизнуть испачканный уголок пухлых губ, Юнги вытирает его платком. Чимин, как и в прошлом, мило надувает щеки. — Ничего я не неряшливый! Это была своеобразная игра между ними. Оба это понимали и продолжали. Юнги нравилось, а Чимин... Чимин проявлял все больше новых черт, которых раньше точно не было. Юнги даже было интересно, практиковался ли Чимин на ком-нибудь..? Взглядов на драконе было много. Как уже было выяснено, драконы в человеческом обличии были невероятно красивы, из-за чего их и подозревали. Чимин изначально привлекал много внимания, но пока стражи за ним не являлись, желая убить опасное существо. Но Юнги все равно покупает ему дорожный плащ. Чимину нужно скрываться, иначе его найдут и заберут. И нет, это не отговорка для отвода глаз от ревности Мина. Просто он заботится о сохранности тайны дракона. — А нельзя просто отправить той же почтовой птицей заказ? Букетик тут вроде небольшой, — спросил Чимин, когда они ушли из Геонхара в город заказчика. Парень сидел перед Юнги на лошади, потому что вторая, которую они хотели приобрести в Геонхаре, взбунтовалась при виде Чимина. Видимо, животные чуют в нем не-человека. — Ни одна здешняя птица не сможет протащить даже такой маленький веник, как этот, до самого пункта назначения, — пояснил Юнги, глядя на дорогу вперёд, — К тому же, нам нужно получить деньги за выполнение заказа. — А, точно, — опомнился Чимин, потупив взор, — Про награду я и забыл... — Привыкай. Я наёмник, так что заказы время от времени будут поступать, — пожал плечами старший, мысленно делая пометку рассказать Намджуну о Чимине. Чтобы не было неожиданностей... Пока они добирались до нужного городка, Чимин рассказывал о тех местах, где был во время своего освоения в мире. Он побывал в северных горах, отмечая, что даже там разместились люди, постоянно носящие тёплую одежду. Из гор он летал к равнинам, где встретил одного своего соратника. Они не подружились, но благодаря ему Чимин узнал о себе больше быстрее, чем если бы был все время один. Минни хорошо описывал эти места. Юнги улыбался, слушая его голос и представляя картины. Словно он там был вместе с ним. Отдав цветы заказчику и получив мешочек с монетами, они выдвинулись в город гильдий, где уже ждали Намджун с Сокджином. Как только Джун прочитал, что Юнги приедет не один, сразу началась письменная атака со стороны его заместителя. Юнги постоянно под непонимающий и удивлённый взгляд Чимина отсылал птицу назад, даже не читая записки, написанные, он уверен, забористым почерком старшего товарища. — Мне начинать ревновать? — положил подбородок ему на плечо Чимин, когда Юнги в очередной раз отослал птицу. Они остановились в маленькой таверне на ночь, чтобы ранним утром выдвинуться снова в путь. — Не к кому. Джин, если я не ошибаюсь, уже занят, — усмехнулся, трепля мягкие пепельные волосы, Юнги. — А тебя там никто, кроме них, не ждёт? — все ещё подозревающе спросил юноша. — Думаю, найдётся парочка ребят, с которыми мы болтали, пока я жил там, — хохотнул над выражением лица Чимина Юнги. Он переплёл их пальцы в крепкий замок, сменяя смех на мягкую улыбку, — Шучу. Эти Кимы единственные, кто ждёт меня там. Чимин расслабляется, боднув его плечо лбом. Из его груди вырывается смешок. — То есть у них даже фамилия одинаковая? — Ага. Я думаю, они все-таки женаты, просто молчат об этом, — двухголосый смех сотряс тонкие стены комнатушки, вызывая недовольство других соседей. — Он такой... Миленький! — схватив Чимина за руки, воскликнул Джин. Дракон дружелюбно улыбался, но паника в его глазах мелькнула бегущей строкой. Юнги махнул ему рукой, говоря расслабиться. Ким Сокджин и мухи не обидит, пока та его не тронет сама. Пока Джин задавал тучу вопросов Чимину, Юнги со сложенными на груди руками стоял чуть поодаль, наблюдая за этим странным, но точно удачным знакомством. Джин уже души не чает в Минни. — Он и правда красив, как ты и писал в письме, — замечает Джун, подходя к нему. Его усталое лицо можно легко различить в толпе. Даже Юнги спит больше, хотя в последнее время к нему вернулись кошмары из прошлого. — Ты хоть спишь, вечно работающее чудище? — шутливо спрашивает Юнги, слыша в ответ страдальческий стон. — С работой сладить проще, чем со сном. Но от неё устаёшь ещё больше, — Юнги согласно кивает, прекрасно понимая, о чем говорит Джун, — А ты, как я погляжу, очень бодрый. Даже весёлый, я бы сказал. — Да? А по-моему все как обычно, — не отрывал глаз от Джина, который потащил Чимина в дом, где устроился штаб их гильдии, Мин. — Нет, Юнги. В тебе чувствуется... Жизнь? Ты выглядишь более счастливым, чем в нашу первую встречу, — улыбнулся Намджун, тоже проследив за исчезнувшими в доме Джином и Чимином, — Ты о нем тогда говорил? Он твой пропавший лучший друг? — О нем, — Юнги опускает вторую часть ответа, потому что сам не уверен, кто они сейчас друг другу. Они застряли с их играми друг с другом на одном перекрёстке между друзьями и возлюбленными. И Чимин вроде готов и хочет быть ему ближе, но либо сам, либо Юнги делает всегда шаг назад. Что-то мешало им... А может, это и не нужно им, чтобы быть родными и связанными. — Пойдём, а то мало ли, что вытворит Джин с ним, — ворчит Юнги, идя в дом ускоренным шагом. Намджун быстро его догоняет, басовито посмеиваясь. — Да, Джин может. Иногда я сомневаюсь в его возрасте. — О, не ты один. Чимина успели переодеть, пока они разговаривали. Вместо восточных полупрозрачных шмоток на парне были простые штаны и рубаха. Даже непривычно было видеть его в почти старом наряде. Три года назад Чимин ходил примерно в том же. Однако Чимину, несмотря на удобство, было куда более неудобно. — Ткань жёсткая, — шёпотом пожаловался в ответ на его вопросительный взгляд Чимин, нервно дергая завязки на вороте бежевой рубахи, — Моя одежда в сто раз мягче. — К хорошему быстро привыкаешь, потом тяжело с этим расстаться, — отхлебнул ложку супа из тарелки, поданной Сокджином на обед, Юнги, — Никто не запрещает тебе вернуться к своей одежде. Просто Джин заботится о твоём здоровье. — Здесь холодно? На дворе почти лето! — Тут холодные ветра круглый год. Нет-нет да продует. Минни смирился с новым своим стилем в городе гильдий. Но с тем, что ночевать придётся отдельно от Юнги, он был категорично не согласен. — Я буду спать только в одной комнате с Юнги! — четко стоял на своём Чимин, бойко выпрямившись. Сокджин напротив него потерянно глянул на Юнги. Юнги не был против ночевать с Чимином. Парень, как большая грелка, прижимался к нему всем телом и отгораживал от ледяных ветров. Поэтому Чимин с довольной моськой последовал за старшим в их теперь уже общую комнату. Время бежало вперёд. Наступило жаркое лето и Юнги с Чимином покинули гильдию. Взяв пару-тройку заданий в городках подальше, они рассчитывали вернуться к осени. — Тебе не жарко? — поинтересовался Чимин, опираясь локтями на землю с ярко зелёной травой. С его мокрых волос стекала крупными каплями вода, а на лице манящая улыбка. Юнги сглотнул, чувствуя ползущий по телу вниз жар. — Чимини, имей совесть, нам пора ехать, — с трудом отводя взгляд на жующую траву лошадь, ответил Юнги. — Ну, Юнги-и! — Давай поскорее. Да, он сбежал. А что ему оставалось? Поддаться чарам Чимина и полезть к нему в воду? Этот парень только с виду такой невинный ангелочек, а на деле... Змей искуситель. Хотя Юнги очень хотелось нырнуть рядом с младшим, отрицать он не станет.