Until the death separates us

      Гермиона проснулась глубокой ночью, чтобы попить воды. Жажда мучила и не давала удержаться в царстве морфея. В комнате была приоткрыта дверь, в щель которой просачивался лунный свет из гостиной. В простенькой пижаме девушка вышла на кухню, всё еще не сориентировавшись в пространстве. Она нашла стакан и осушила его залпом. У маглов обычно едят ночью, подумала она. — Не спится? — услышав голос, Гермиона от неожиданности чуть не уронила стакан. Ведьма приближалась к ней, а лунный свет падал на прикрытую шёлковой ночнушкой грудь. Девушка сглотнула. Ей остается лишь молиться, чтобы ведьма не заметила смущения. — Э-э, да, пить хотелось, — Беллатрикс подошла к холодильнику и достала оттуда йогурт с клубникой. — А-а, Ой! — она не замечала раньше холодильник на кухне у Малфоев. — Хочешь йогурт? — ведьма пошло облизала губы. Опять она это делает. Да и зачем вообще вытворять такое? — Нет, спасибо, — Гриффиндорка посмотрела на лунный свет, освещающий холодильник. — Ну уж нет, малышка. Ты просто так от меня не отделаешься, — подходя ближе с этим чёртовым йогуртом, — Ты будешь его. — Но я не хочу. — А я заставлю, — Беллатрикс съела две ложки и оставила на губах розовую субстанцию. Почему это звучит так двусмысленно? Лестрейндж медленно, словно пантера, надвигалась на девушку, показывая чистокровность, доступную лишь ей, которую видно невооружённым глазом. Грейнджер отступала, стараясь не делать резких движений, чтобы не заработать агрессию от ведьмы, пока не упёрлась в кухонный стол. — Не так быстро, — она вжала Гриффиндорку в стол, расставив руки по бокам. Сверху раздался шум, привлекающий внимание. Ведьмы повернулись к источнику звука. В темноте ощущался всплеск магии. Очевидно, что кто-то разгневался. Лестрейндж схватила Гермиону и они спрятались за аркой на кухне. — Панси, подожди! — Слизеринка выбежала в сторону гостиной, но Нарцисса остановила её, сжав запястье, — Нет, ты не можешь, послушай, пожалуйста, я не могу оставить Люциуса и Драко, не могу разрушить свою семью. — О, конечно! Я поняла тебя, Цисси, всего хорошего! — Мебель, стоящая поблизости взлетела и опустилась с грохотом на то же место, где и стояла. Какое-то время женщина стояла, прислушиваясь к густой темноте, но затем ушла.

***

— Цисси, я хочу развестись с Родольфусом и снова быть Блэк. — Почему? — Мне он никогда не был нужен. Я вышла за него только из-за преданности своему Лорду. А теперь его нет, как и не будет Лестрейндж. Нарцисса долго смотрела на сестру, убеждаясь, что та серьёзно хочет этого, а не решила всё в порыве гнева. — Хорошо, Белла.

***

Летние каникулы прошли на удивление Гермионы хорошо: она читала всяческие книги из домашней библиотеки в мэноре, училась кое-каким мудростям от миссис Малфой, и, конечно же, не могла принять надменных речей с хитрыми и подлыми уловками Беллатрикс. Всё могло быть и хуже, учитывая совместное пребывание в Малфой-мэноре вместе с Беллатрикс Блэк, которая станет профессором ЗОТИ. О, Мерлин! От этой мысли внутренности сковывает, вызывая страх не ходить на её занятия. Неизвестно, чего ожидать от тёмной ведьмы, в особенности те знания, что она собирается дать ученикам Хогвартса. По дороге перед школой она решила заскочить на Косую аллею во Флориш и Блоттс, чтобы посмотреть новые книги не только для этого года, но и для свободного чтения. Конечно, Гилдероя Локхарта давным-давно не публикуют, но она рада, что у этого напыщенного нарцисса отшибло память. Так ему и надо. Как же её угораздило влюбиться в этого мерзкого слизняка, да еще и в профессора? На его фоне даже Малфой кажется ангелом. Это была лишь мимолетная влюбленность. Гермиона прошлась вдоль стеллажа в поисках учебника по ЗОТИ, но их нет для седьмого курса. А может, потому, что мы обучаемся по программе шестого? — Что ты там ищешь, Грейнджер? — шипит Беллатрикс. — Неужели мы будем без них? А как же теория? — недоумевает гриффиндорка под угрожающим взглядом Блэк. — Если бы ты училась в том году, то знала, что они находятся в библиотеке. Что еще нужно рассказать? — Хм, может, потому, что мы воевали и у нас не было времени сесть за уроки? Не говоря уже о том, что даже в школе наше присутствие не наблюдалось, — волшебники в магазине удивлённо наблюдают за спором двух ведьм. — Я бы не назвала это войной, Грейнджер. А сейчас еще и попросту трачу время на глупости. Гермиона промолчала. Действительно, для пожирателей это ничего не значит, а на учеников Хогвартса навалилось потрясение, когда они вынуждены были защищаться во что бы то ни стало, дабы выстоять против них. Они вышли из магазинчика под взглядами прохожих. Не каждый день тут увидишь Беллатрикс Блэк, а если она появлялась, значит, ей что-то необходимо приобрести. На улице была солнечная погода, несмотря на скромную температуру в плюс пятнадцать градусов. Лондон ни капельки не удивляет. По ошибке девушке захотелось отправиться на станцию, как и делала все последние шесть лет, но не сейчас. В этот раз она аппарирует вместе с профессором Блэк. Люди будут смотреть, но так быстрее. Гермиона хотела поскорее оказаться в родных стенах Хогвартса, увидеть друзей, профессора МакГонагалл и пойти на астрономическую башню, чтобы почитать в одиночестве. В библиотеке довольно-таки шумно, а самая неприятная вещь — когда тебе заглядывают за спину, чтобы увидеть чем ты там занимаешься. Бр-р, жутковато. Но она как ни крути всё же гриффиндорка, поэтому настояла на своём: встретить друзей и отправиться вместе с ними. Шум магловских поездов, готовых вот-вот отправиться, заставлял вспомнить те беззаботные моменты, когда только увидела Невилла, потерявшего жабу, а потом Гарри и Рона, поедающих шоколадных лягушек с прочими сладостями. Кстати, о них. Они переписывались летом слишком часто. Бедные совы, таскающие письма ночи напролёт. Самое интересное было от Невилла. С ним всегда можно поговорить по душам и доверить самые сокровенные тайны, даже больше чем с Гарри и Роном. Дорогая, Гермиона!        Извини, что не написал в то время, когда ты хотела, но я только сейчас освободился.        У меня всё хорошо. Я стал больше изучать травологию, что купил несколько книг. Да, я был во Флориш и Блоттс несколько раз на каникулах. А ты присмотрела что-нибудь оттуда? Как твои дела в целом? Буду рад прочитать. С любовью, Невилл. К сожалению, она не могла раскрыть всего, что произошло после магической битвы. Даже то, что у них новый профессор, иначе будут большие подозрения. Дорогой, Невилл!        Ничего страшного! Я не обижаюсь на тебя.        Это на самом деле здорово, что ты углубился в травологию. Хочешь быть профессором в будущем? К сожалению, но в Косом переулке я ни разу не побывала. Зато прочитала много книг из библиотеки. Мои дела обстоят нормально. Я тебе всё расскажу в Хогвартсе. Сейчас не самое подходящее место и время. С любовью, Гермиона. Немного задумавшись, она увидела ученика, направляющегося между девятой и десятой платформой, у которого с рюкзака выпал голубой галстук факультета Рэйвенкло и книга из явно запретной секции. Девушка чувствовала, что фолиант связан с тёмной магией, так как от него исходили волны соблазна. Но откуда это у него? Парень в спешке загрузил всё обратно в рюкзак, направляясь к поезду. Гермиона последовала за ним, ведь ей тоже пора отъезжать. На часах без пяти одиннадцать. Девушка прошла к предпоследнему купе и расположилась с книгой в руках. — Гермиона! — чьи-то шаги приближались к ней, — Я так рад! Почему ты выбрала такое дальнее место? Она подняла взгляд на источник звука и увидела улыбающегося Невилла с серым рюкзаком на плече. — Невилл, ты как? — Гермиона видела перед собой высокого и уверенного в себе парня, совсем не того, какого привыкла видеть, — Чтобы никто не глазел. Он сел напротив неё, чтобы смотреть на лицо во время разговора. — Просто отлично! Смотри какие книги я с собой притащил, — Невилл вытаскивает один за другим учебники разных размеров, — Бабушка сначала была против, но потом разрешила, если я хочу учиться и заниматься тем, что нравится. Так и сказала. — У тебя мудрая бабушка, Невилл. Гермиона взяла самый большой из них. На обложке кофейного цвета расположилась надпись ВСЕ ВИДЫ МАГИЧЕСКИХ РАСТЕНИЙ. Ромэн Гесс. — Я должна тебе кое-что сказать, но только никому ни слова, — предупреждает Грейнджер. — Ты меня знаешь. А это очень ценная информация, что требует такой секретности? — он напрягся, готовясь слушать. — Пока, да. Когда же всё раскроется, сделай лицо попроще, что ты когда-либо знал об этом одним из первых, — она собралась с мыслями, — Профессор Блэк. — Что за профессор Блэк? — Наш новый профессор по ЗОТИ. Невилл сжал в руках книгу, что даже её стало жаль. Новая ведь. — Почему она снова Блэк? И как она стала профессором? Она пытала моих родителей! — он достал искрящуюся палочку, но Гермиона перехватила его запястье на что поймала удивлённый взгляд Луны из соседнего купе. — Невилл, успокойся. Всё по порядку. Она сменила фамилию с Лестрейндж, потому что хочет забыть, что когда-то являлась пожирателем смерти. — Серьезно? Откуда ты знаешь? — он внимательно следил за эмоциями на лице ведьмы. — Я расскажу позже. Тут слишком много ушей, — смотря на дверь купе, — Так, на чём я там остановилась? — На… забыл. А! Как она стала профессором, если является пожирателем смерти? — Лонгботтом близко подсел к ней. — Блэк собралась преподавать нам Защиту, но при условии, что не сядет в Азкабан, а так как она лучший дуэлянт и самая могущественная ведьма, то, думаю, даже проклятая должность не возьмет её магией. Он покраснел от сказанного подругой. — Я только сейчас поняла о чём ты подумал. Представляю это зрелище, — и Грейнджер задумалась. — Не скрою, дуэлянт она и вправду отличный. Невилл с воодушевлением вспоминает стычку после отдела тайн. Тогда она убила Сириуса Блэка. Беллатрикс с такой мощью подала Аваду, что ей от одних только слов ведьмы захотелось умереть. Да уж, это было поистине страшно. С ней определенно нельзя спорить. — Я тут подумал и понял, что нужно жить дальше, несмотря на то, что она пытала моих родителей. Карма сама её настигнет, — спокойно сказал друг. — Верно, Невилл. Шум прервал их разговор. С рюкзаками ворвались Гарри и Рон. — Герми, Нев, вот вы где, — Уизли свалился на сиденье рядом Гарри. — Привет, — ответил он, — Вы откуда такие? — Рон Уизли! Я просила не называть меня так! — Прости, — извинился рыжий, — Мы думали не успеем на поезд. В итоге забежали в последнюю секунду перед одиннадцатью часами и ехали стоя, пытавшись отдышаться. Гарри что-то искал в рюкзаке, переворачивая его вверх тормашками. Упала книга принца-полукровки, скомканный пергамент, перо с чернилами, палочка, мантия и шарф. — Гарри, ты что не спрятал учебник? Так нечестно! — обиженно шипит Гермиона. — Почему это? Джинни спрятала, а я нашел. Ей следовало бы научиться этому навыку. Они болтали до тех пор, пока не приехали в Хогсмид. Луна пряталась за облаками. Стоял прохладный ветерок, развевающий мантии. Там их ждали кареты с фестралами. В этот раз их видели все, как когда-то видели смерть. Флитвик ждал студентов у ворот, собирая багаж в кучу. Большой зал все такой же атмосферный. Сотни свечей парят у зачарованного звездного потолка. Преподаватели сидят за столом, а студенты, вот-вот готовые наброситься на еду, галдят так громко, что сейчас разболится голова. Конечно, это приятное торжество, но ведь можно же потише разговаривать. Гермиона взглянула на стол слизерина. Малфой животрепещуще втирает Панси какую-то дичь, что, кажется, та его уже не слушает, а смотрит на Блейза, ищущего взглядом курицу. Совсем как Рон, который делает сейчас тоже самое. Лишь бы набить свой вечно голодный желудок. — Тишина! — прервала этот галдёж МакГонагалл, — Сообщаю вам, что этот год самый ответственный для пятых и седьмых курсов. Вам предстоит сдать СОВ и ЖАБА. Отнеситесь к этому серьезно. Это ещё не всё. Поприветствуйте нашего нового профессора защиты от тёмных искусств Беллатрикс Блэк! Она станет новым деканом факультета слизерин! Зал разразился аплодисментами и свистами. Рады все, а в особенности те, чьим деканом она будет. — И это тоже ещё не всё. У нас появился новый студент, который будет обучаться на седьмом курсе. Поприветствуйте, Кларк Найт. Все начали хлопать. Гермиона решила не отделяться от толпы. Она видела его сегодня на станции Кингс-кросс где он по случайности выронил учебник по тёмной магии вместе с галстуком Рэйвенкло. А что, если его сейчас шляпа закинет на другой факультет? Гриффиндорке определенно это не нравилось. Она будет следить за этим странным магом. Кларк выглядит взросло из-за высокого роста, как у Невилла, и довольно-таки аристократично: густые волосы шоколадного цвета, эта прическа, напоминающая Тома Риддла из воспоминаний Джинни, грозные и одновременно аккуратные брови, чем-то похожие на брови Гарри, глаза темно-карие, зрачок которых так трудно заметить даже при свете, и, конечно же, прямой нос. — Идем, Кларк, ты должен пройти распределение, чтобы принадлежать какому-либо факультету. Парень сел на стул рядом с которым стоит профессор МакГонагалл и она надела ему на голову старую шляпу. В зале воцарилась тишина. Казалось, Гермиона слышит стук своего быстро бьющегося сердца, в предвкушении ожидая, куда же его распределит шляпа. На самом деле, куда он попадёт? — Хм, трудно. Очень трудно. Я вижу твою слабость, перед которой ты не можешь устоять. Она тебя погубит рано или поздно. Одумайся. Ты очень хитер и целеустремленен. В тебе есть Слизерин. Твой интеллект и логика показывает Рэйвенкло. Твоя храбрость и упорство от Гриффиндора. И куда же мне тебя отправить? Только не нужно угроз, что подожжешь меня, как это делала Беллатрикс, КОТОРАЯ НАХОДИТСЯ СЕЙЧАС ТУТ! ТЫ ВСЁ ТАКАЯ ЖЕ СУМАСШЕДШАЯ ВЕДЬМОЧКА, КОТОРУЮ Я ХОТЕЛ ОТПРАВИТЬ В РЭЙВЕНКЛО! Сам как думаешь, Кларк? — КАК ТЫ СМЕЕШЬ НАЕЗЖАТЬ НА МЕНЯ? ГРЯЗНАЯ ПОДСТИЛКА ГРИФФИНДОРА! — Блэк вскочила с места, но осталась стоять за столом. — Профессор Блэк, — хищным взглядом осадила директор. — Я не знаю, сэр, шляпа. Или как там вас? — он решил ответить. — Ну, конечно, решено! СЛИЗЕРИН! Кларк встал и пошел к столу змеиного факультета. Малфой подозрительно оглядывает Найта, словно чего-то опасаясь. Гермионе это не нравится вдвойне. Она ещё помнит, что Панси с ней в паре на дуэлях по ЗОТИ. А что если его поставят с ней? Однозначно! Значит, она не будет сражаться. Логично. Все принялись за еду. На столе на самом деле было много всего: от первого и второго, до десертов и пицц, а еще различные напитки. Всё-таки как-нибудь нужно превратить чай в огневиски. Почему бы и нет? Гермиона взглянула на преподавательский стол и увидела, как Блэк поедает мясо, запивая красным вином. А как же огневиски? Или это только в личных комнатах? Любые мысли о нарушении правил сразу пресекались на корню. Лишние проблемы на последнем курсе не нужны. — Невилл, ты видишь того странного Кларка? — с опаской обратилась Гермиона. — Да, и он больше подходит в Слизерин. Я так сразу и подумал, — подумал он. — Но, стой, шляпа сначала не знала на какой факультет его отправить, — вздохнула гриффиндорка, — Так почему же она решила в конечном итоге именно туда? Лонгботтом старался быстро пережевать пирог с малиной, чтобы ответить Гермионе, но сбоку его отвлек Финниган. Он дрогнул. БАХ! Сотни пар глаз устремились на Симуса. Не обошлось и без преподавателей, которые тоже смотрели с интересом на произошедшее. — Старик, ты опять пытаешься превратить чай в ром или в огневиски? — спросил Рон. — Я на седьмом курсе, а все равно взрываю все подряд! Какого черта? — негодует гриффиндорец. — Такова судьба, дружище, — подтвердил Невилл. — Мистер Финниган, в Хогвартсе запрещено распивать алкоголь, — предупредила МакГонагалл и направилась к преподавательскому столу. Поужинав, все отправились по своим гостиным. Пожелав спокойной ночи, Гермиона легла в кровать и задвинула полог, предварительно вглядевшись в темноту, делая это по привычке. Около часа она не могла сомкнуть глаз из-за новенького. С ним определенно что-то не так. А что именно, конечно же, нужно выяснить.