наша история любви

Даня долго сидел на холодном асфальте, пока пальцы не окоченели, а лицо не перестало ощущать ветер. Где-то внутри всё опустело. Даже слёзы закончились. Оставалась только горечь — густая, тяжёлая. Он медленно поднялся, будто не до конца веря, что может идти. Пройдя несколько кварталов, он поймал автобус, сел в самый конец и уставился в окно, в котором отражались его покрасневшие глаза и усталость — будто прожил не день, а месяц. Дверь в дом открылась тихо. В коридоре пахло курицей с чесноком — мама готовила ужин. Она выглянула из кухни и замерла, увидев его. — Даня?.. — её голос был мягким, как никогда. Он молчал, разуваясь медленно, словно боялся слов. Он поднял глаза. — Вы были правы, — тихо сказал он. — Не стоило мне верить. Не стоило вообще... лезть туда. Они все одинаковые. Мне не нужно было думать, что кто-то может быть... другим. Он прошёл мимо неё в комнату, но мама остановила его, легко коснувшись плеча. — Даня, — она вздохнула. — Прости. Он обернулся, удивлённо. — За то, что была слепа. За то, что не хотела понимать. — Она посмотрела на него с такой болью, будто сама прожила с ним этот день. — Я видела, как ты меняешься. Видела, что ты живёшь не так, как раньше. И всё ждала, что это пройдёт... А потом поняла — это не временно. Это не ошибка. Это ты. И если тебе больно — не потому, что ты выбрал что-то "не то", а потому что ты отдал сердце кому-то, кто не сберёг его. Это бывает. И с тобой, и с любым. Она шагнула ближе и обняла его. — Я не злюсь. И не буду. Я... просто рядом. Я буду рядом с тобой, и с Борисом. Я ведь тоже учусь. Ошибки есть не только у вас. Даня замер в её объятиях, а потом крепко-крепко прижался. Ком в горле распух до боли. — Спасибо, мам... Он не знал, что будет дальше. Но он не чувствовал себя одиноким. *** Илья вбежал в подъезд, почти сбив с ног какого-то мальчика, и тут же направился к квартире Бориса. Он не знал, куда ещё идти. Руки тряслись, в голове — гул, как будто внутри барабанили сотни голосов, а он не понимал ни одного. Он просто знал — надо найти Даню. Борис открыл дверь с чашкой кофе. — Ты чего как… — но договорить не успел: Илья, не дожидаясь приглашения, влетел в комнату. — Даня видел, как Кира меня поцеловала. Он подумал, что… что я… — Илья запнулся, не в силах договорить. — Он убежал. Я не знаю куда. Он не берёт трубку, телефон выключен… Я искал везде. Боря, мне нужна помощь. Борис резко посерьёзнел, поставил чашку на стол. — Ты серьёзно? — его голос звучал ровно, но внутри уже всё напряглось. — Ты позволил Кире приблизиться настолько? — Я не знал, что она… Она просто подошла и… — Илья провёл рукой по лицу. — Я даже не успел понять, что произошло, как он уже исчез. Борис встал, уже натягивая куртку. — Он бы не пошёл домой. Он никогда не идёт туда, когда ему плохо. Особенно после ссоры. Он замыкается. — Вот и я так думал, — выдохнул Илья. — Он мог пойти в парк, на старый мост, может, на крышу универа… Он же не отключается просто так, Борь. Они вышли на улицу. Вечер опускался быстро, небо было тусклым, с тяжёлыми облаками. Они обошли половину знакомых мест. Зашли в парк, постояли у той лавки, где они втроём когда-то ели пиццу, вспоминали, куда Даня обычно уходил, когда не хотел ни с кем говорить. Но всё было впустую. Он будто провалился сквозь землю. — Чёрт, — Борис в отчаянии пнул камень. — Может, он просто сел в автобус и уехал? — И куда? — Илья в панике посмотрел на него. — У него почти не осталось друзей. Он же только начал открываться… Борис вдруг остановился. — А если он... пошёл туда, куда мы меньше всего ожидали? Илья прищурился. — Ты о чём? — Домой. Они переглянулись. Несколько секунд молчания — и потом одновременный рывок к дороге. Илья уже доставал телефон, чтобы вызвать такси. Он знал — это последняя надежда.