Выхода нет

Хельга выругалась, не жалея крепких выражений, когда после очередного шага едва не оставила сапог в болоте. Чертов Мавий лес, чертова топь, чертовы мавки! И зачем она послушалась Карен и забралась в эту глухомань? — Удивительно, кого я вижу. Хельга уже вылезла из болота на деревянный мосток, вдающийся в озеро. Было поразительно, что, при такой трясине вокруг, озеро и втекающие в него речки голубели идеальной чистотой. Голос принадлежал мавке, наполовину всплывшей на поверхность. — Здравствуй, подруга дней моих суровых. — Ты будешь и подряхлее. Еще тогда, когда они были живы обе, а не только Хельга, нынешняя мавка была годом младше подруги. Хельга не могла не заметить, как переменилась за прошедшие годы мавка. Она выплыла на берег, и чешуйчатый хвост тут же обратился в две стройные маленькие ножки. В прошлый раз она не выходила из воды… Мавка поднялась как ни в чем не бывало, повела плечом: — Наш царь хорошо одаривает тех, кто ему служит. Нагота ее, некогда стыдливую, будто не смущала, но и Хельгу она не беспокоила — как и всегда. Мавка сначала приподняла брови, а затем, рассмеявшись, щелкнула пальцами — и в ту же секунду на бледном теле возникло полупрозрачное оливковое одеяние, оттенившее огромные серо-зеленые глаза. Именно в глазах Хельга видела отчаяние и беспросветную тоску. — С чем пожаловала, Хел? — мавка по-турецки уселась на мосток, и Хельга почувствовала возникший вокруг купол тишины. Другие мавки его прорывать не станут, они все между собой сестры, а достаточно сильному чародею здесь взяться неоткуда. Хельга вытащила из поясной сумки сложенный вчетверо листок бумаги — рисунок ассамблеи в лесу дриад. Мавка нужных персонажей нашла сразу, нахмурилась и с тем же выражением выслушала короткий рассказ Хельги. — Попросила бы ты помощи у Алекса, — наконец отреагировала она. — Мы поссорились. Ничто не отразилось на лице мавки. Она подтянула колени к подбородку и стала легонько раскачиваться из стороны в сторону. Несколько еще мокрых прядей отброшенных назад волос упали ей на лицо, но она словно и не заметила этого. Хельге вдруг стало холодно, и она обхватила себя за плечи: жест не только замерзшего, но и потерявшего уверенность человека. Вот уже семнадцать лет она знала эту тайну и семнадцать же лет готова была отдать полмира, лишь бы никогда ее не узнавать. — Он не приходил, да? Мавка горько хмыкнула. Хельгу начало знобить, холодом потянуло с воды, по которой пошла темная рябь. Небо подернулось пеленой темно-серых туч. — Если бы муж мог так легко войти в мавий лес, плохое бы это было убежище для дев. Исключения бывали лишь в нескольких случаях. Семнадцать лет назад умирала она, теперь ставшая мавкой, и ее спасали другие мавки, чтоб обратить в себе подобную. Тогда в лес входил директор Академии, где училась и Хельга, и она сама. Еще одно отступление от правила делалось для спутника будущего царя, который готовился принять свою судьбу. Вот только, пусть нынешний царь и был стар, обзавестись наследником он желанием не горел. В остальное же время не один мужчина не смел войти в царство мавок. Сама мавка ни от кого здесь не пряталась. Она попала сюда случайно: она умирала после несчастного случая, и руководство Академии, чтоб спасти ее, не придумало ничего лучше, кроме как отдать ее мавкам. Семнадцать лет назад она оказалась здесь — и в первую же встречу со школьной подругой, Хельгой, призналась, что много лет влюблена в Алекса. В Алекса, который не первый год встречался с Хельгой. И мало того, что призналась, так еще и взяла слово молчать об этом. Семнадцать лет Хельга хранила чужую горькую тайну. — Уйди, Хельга, иначе я тебя покалечу, — тихо попросила мавка, когда раздался раскат грома и с неба упали несколько холодных капелек, ужаливших щеки и нос. — Прости меня. Лучше бы ни тебе, ни Карен вовсе сюда не приходить. Хельга с трудом проглотила ком в горле, поднялась на ноги. Но уходить она не спешила, так и замерла на мостке. Что-то внутри нее бунтовало против того, чтоб оставить в одиночестве похоронившую саму себя подругу, и одновременно она знала, что выбора нет. — Поговори откровенно, без утайки. От правды не убежишь, раз уж он помнит все, — добавила мавка. Хельга кивнула. — Спасибо, подруга. Она открыла рот, будто хотела добавить еще что-то, но в итоге промолчала. Что бы она ни сказала сейчас, все будет понятно превратно. «Прощай» она проговорила только губами, не голосом, хоть и знала, что мавка все равно слышит. Чертов мавий лес… Дождь расходился все сильнее и сильнее, грязь перед мостком стала совсем уж непролазной. Творить магию Хельга не собиралась из уважения к хозяйкам леса, и ей оставалось только продираться через трясину, задрав почти до колен юбку. Когда за ее спиной послышался плеск воды, она не обернулась, и так зная, что это мавка нырнула обратно в воду.