Меньше, чем вчера.

Юнги смотрел в красивые глаза Чимина, не в силах отвести взгляд, хотя очень хотелось, ведь происходящее было смущающим. –Ты чего…? -Пак не понимал реакцию старшего и только нахмурился. –Я? -наконец отвис Мин.-Н-ничего… –Ты вроде спать хотел, -хмыкнул Пак. –Ты всё же решился ехать? -Чонгук прервал неловкое молчание Юнги, который не знал, что ему говорить. –Ахах да, я попросил Тэхёна не говорить тебе… –Так ты знал?! -Чон на секунду повернулся к своему парню, делая вид, будто обижен, но возвращаясь к дороге. А дорога им предстояла нелёгкая и каждый понимал это, но на Чонгуке, как на водителе, лежала бо́льшая ответственность. –Чимин, мне нужно многое сказать… –Не сейчас, Мин Юнги, -Чимин перебил его и говорил не столько холодно, сколько устало. –Тебе нужно отдохнуть? –Мне нужно свыкнуться с моим решением. –Что значит «свыкнуться»? -Юнги чувствовал некий укор в сторону своей персоны, что показалось ему оскорбительным. *Свыкнуться ему надо…свыкнуться с чем? С тем, что ему придётся ехать несколько часов в машине, или с тем, что эти несколько часов ему придётся ехать в одной машине со мной? Почему он не может сказать прямо, постоянно изворачивается, словно змей, а мне разгадывать? Что ты имеешь в виду, чёрт возьми? * –Меня ожидает нелёгкий путь, также мне нужно разобраться с…проблемами, –Чимин сделал акцент на «проблемах», что давало понять чётко и ясно: Юнги-проблема. *Ага…вот оно что, ясно* –Знаешь, -Мин начал играть по правилам Чимина, принимая условия змеиного языка, отличающегося тишиной и ядовитостью, -тебя никто не заставлял ехать. Тэхён и Чонгук сидели в полной тишине, не решаясь вступить в этот кровавый разговор, но Чимин с Юнги не заметили, что именно они являются нарушителями покоя, каждый из них думал о своём. Чонгук заблокировал двери на всякий случай, он забыл сделать это сразу, но сейчас, почему-то, вспомнил. –Будто бы я решился на это ради тебя, -Пак отвернулся и заговорил ещё тише, как бы сам с собой, -подумать только! –Поверить не могу…мы нормально не виделись так, блять, долго, и это первое, что ты мне теперь говоришь? «Ты–моя проблема?» –А должно быть как-то по-другому? Когда, вспомни, когда тебе было не похуй на меня? Наше общение было вынужденным для тебя! Даже если мы и начинали общаться нормально, ты просто кидал меня! Ты избегал меня! А всё потому что кое-кто не знает сам, чего хочет! -Чимин разговаривал громко, он был в ярости, глаза поменяли звёзды в себе на пламя.-Сначала я думал, что тебе сложно, что ты плохо открываешься кому-то, но…тебе ведь было действительно похуй, не так ли? Давай! Скажи, что я не прав, попробуй! –Не смей говорить так, как будто знаешь, что творится в моей голове! -Юнги тоже повысил голос, они оба были готовы разорвать друг друга прямо тут, в машине Чонгука. Как же Юнги мог так ошибиться? Он ведь ненавидит его, Мин даже представить сейчас не может, что имя Пак Чимин вызывало у него светлые и тёплые чувства днями ранее. Чимин собирался ответить что-то. Что-то настолько колкое, будто самый острый осколок стекла, настолько ядовитое, будто осколок пропитан ядом, настолько резкое, что осколок должен был влететь неожиданно и пройти насквозь через грудь Мина, задевая сердце. Его прервал Чонгук. –Пригнитесь… –Что? -Тэ вспомнил что такое «говорить», благодаря затихшим пассажирам. –Пригнитесь все! Живо! На пол! -если раньше Чон говорил обеспокоенно, то сейчас–полностью уверенно и громко, чтобы наверняка. Машина начала вилять по дороге, вылетая то на встречную полосу, то возвращаясь на свою, благо машина Чонгука была единственной на дороге в такой поздний час. Некогда готовые убить друг друга Юнги и Чимин сели на пол, прячась за спинками передних сидений, Тэхён попытался сделать то же самое, но места хватило только чтобы немного сползти с сидения и вжаться в него. Выстрел. Машина начала ехать быстрее, но непослушнее. –Тэхён, открой бардачок, там пистолет! –Там что? –Делай, что я говорю, это важно, быстрее! Ким в спешке открыл дверцу, начал вываливать одной рукой диски с музыкой, бросая их прямо под ноги. Наконец он увидел лежавший под грудой хлама заветный ствол. –Держи руль, Тэ! Выстрел. Что-то начало шипеть. Юнги взглянул на Чимина, всего зажатого и напуганного, скрутившегося в калачик, словно загнанный зверёк. Его глаза были наполнены слезами и немым вопросом «что случилось?», слёзы двумя ручейками стекали по его щекам. –Чимин, -Мин подполз ближе к нему и попытался взять за руку, но Пак накинулся, обвил его шею своими тёплыми руками и прижался настолько сильно, насколько смог, -всё будет хорошо, ты слышишь? И почему-то Юнги вспомнил, что любит его, что боится терять до безумия, сейчас, когда плечо его футболки намокло от слёз Пака. Чувства–странная штука, иногда мы не можем понять, как они работают, иногда они просто живут своей жизнью, не спрашивая разрешения у разума. Всё это время Чонгук стрелял куда-то, в темноту. То и дело он что-то кричал и пригинался. Выстрел. Выстрел. Выстрел. Тишина. Наконец пальба закончилась и Чон вслушивался, ожидая услышать хоть что-то. Ничего услышано не было, Чон наконец остановил машину и отдышался. Четыре сердца стучали с одинаковой скоростью, в унисон, ведь они одинаково сильно не хотели умирать. –Вставайте…всё закончилось…-Гук всё ещё тяжело дышал.