Tears of love are frozen tears

- Сейчас я радуюсь, потому что нашел тебя. Впервые радуюсь, что вернулся в эту дыру. Впервые мне здесь хорошо. Я всегда ненавидел Флигеншайссен, но теперь знаю, что здесь есть ты, и пока ты не уедешь отсюда, я буду рад приезжать сюда. Это очень хорошо, - Чимин, конечно, имеет в виду гораздо более интересные и осмысленные вещи, чем подобные признания, но сейчас хочется сказать именно об этом, и Феликс думает, что все-таки можно. Открываться уже не страшно. И еще очень здорово смотреть в глаза такого собеседника, скользить взглядом по его лицу, стараясь сохранить в памяти каждую черточку, - они ведь долго, наверное, не увидятся. Сонхва на какое-то время снова застывает, рассеянно моргая, когда его взгляд касается губ Чимина. Они очень красивые и, наверное, очень мягкие, и он не понимает, почему он вообще об этом думает, и какая разница, какие они. Это же совершенно бессмысленная мысль. Но смотреть на них все равно хочется. Даже хорошо, что алкоголь еще не выветрился до конца, и что он сегодня такой разбитый, что не может соображать нормально, - он бы начал рассуждать тогда, когда думать не нужно, и наделал бы таких выводов, что было бы очень странно потом пытаться понять и принять себя такого. А так можно просто смотреть... Он тихо вздыхает и повторяет недавнее движение Чимина - утыкается носом в его шею, обнимая его крепче. Кажется, так должно стать еще теплее и спокойнее, но как раз спокойнее и не становится: комок тепла, державшийся до этого в животе где-то на уровне солнечного сплетения, вдруг падает вниз, очень резко, очень жарко, и Сонхва судорожно вздыхает, совершенно не понимая, что с ним происходит и почему. Это же действительно странно, он не должен так реагировать на его запах, это же совершенно невинные объятия, просто чтобы... Но его тело почему-то считает иначе. И это очень неловко - и оставаться так странно, и отстраняться не хочется, и Чимин может заметить, и... Что вообще с этим делать?

***

- Если бы я любил этот город, остался бы, чтобы ты стал относиться к нему лучше, - смеется Чимин, у которого внутри все затапливает теплом от таких слов. Неужели Сонхва с ним настолько хорошо? Кажется, что так просто не бывает, но вот оно, вот они, и все это по-настоящему. - Но я сам его терпеть не могу, поэтому надеюсь, что тебе не придется приезжать сюда часто. Как ты думаешь, Вену удастся полюбить? Ты смог? Вопрос важный, потому что Чимину хочется любить не только человека, но и место. Это правда важно, место может дать много сил, но он, конечно, все равно не будет искать другое теперь. До этой ночи Чимин не был уверен, что ему надо уезжать именно в Вену, но теперь он не может даже думать о другом варианте - он, конечно, хочет из, но так нужно знать, что есть и к! Взгляд Сонхва чувствуется всей кожей, и когда начинает от взгляда покалывать губы, сложно не облизать их, не податься вперед, но... Нельзя. Никогда еще Чимину не приходилась так держать себя в руках, он и не знал, что у него такой самоконтроль. И лучше было говорить - о чем угодно! - лишь бы не смотреть друг на друга молча, ведь тогда будет слышно, как сердце пытается выпрыгнуть из груди и навсегда остаться в уютных объятиях Сонхва. - Я нигде в Европе и не был, кроме этого города. Дома все-таки ездил больше, хотя бы на море. Жаль, что здесь нет моря, я по нему скучаю. В детстве я проводил у моря почти все лето, там жил дедушка... Так легко рассказывать Феликсу о себе, о своем прошлом, так хорошо знать, что он не спросит "зачем ты мне это говоришь". Или все-таки...? Да нет, не может быть, Сонхва бы не стал его обманывать, говоря, что ему интересно и важно. Такие глаза не могут врать, он сейчас слишком открыт. Слишком. И то, как он обнимает, тоже слишком, до взрывов, но Чимин ни за что бы от этого не отказался. Он обнимает Сонхва, гладит его по спине и дышит, не может надышаться. Касается губами волос - совсем невесомо, чувствует, как меняется дыхание Феликса и... И повторяет и повторяет себе, что так нельзя. Что он так не хочет. Только тело хочет, и давно, но кто в конце концов должен принимать решения? Ведь мозг же... да? Лучше всего сделать вид, что все нормально. Это решение сложное, но лучше не показывать, не думать, не чувствовать, чем потерять даже призрачный шанс на общее будущее, в которое так легко верить, обнимая Сонхва. Ведь видно же, что Феликс не спит с мужчинами, такие вещи Чимин не может не заметить, это вопрос выживания. И если сейчас он и захочет, это не будет по-настоящему, а давать ему повод сожалеть и ненавидеть Пак не хочет. Ну и... не здесь же.