Неправильно

      Уже в такси омега начинает нервничать. Доброжелательный бета-таксист сделал ему красноречивый комплимент, и Алан, ничуть не смутившись, кротко улыбнулся и разговор не поддержал. Пальцы впивались в модные джинсы, а блеск с губ был частично слизан. Внезапно мысль о том, что он пошёл на свидание, кажется абсурдной. Алан смотрит на время и думает о том, чтобы попросить бету вернуться к дому. К квартире, где его ждёт сын и Фрэнк.       Фрэнк.       Алан шумно выдыхает носом и впервые думает, что домой ему не очень хочется. Последний мазок глазами по Фрэнку, его тяжёлый взгляд, под которым можно было испепелиться, вызывает самые сумбурные чувства. И только ради того, чтобы в этот раз не видеть его разгладившиеся морщинки на лбу и мягкую улыбку, Алан готов идти до конца.       Омега повернулся к окну и попытался мысленно воспроизвести образ альфы, к которому он ехал. Перед глазами вставал только хороший костюм и расплывчатая фигура кого-то матёрого, надёжного и обстоятельного. Ничего более конкретного память подкинуть не смогла. Не самое лучшее начало для свидания.       Алан фыркнул, поправляя свитер, спустившийся с одного плеча чуть сильнее, чем надо. Снова разблокировав телефон, омега залез в переписку и стал рассматривать фотки альфы, чтобы составить о нём хоть какое-то впечатление.       На одном был мужчина с слишком короткой стрижкой, на вкус Алана, на другом — в неприлично низко сидящих брюках и с обдуряющей улыбкой. Н-да. На третьей альфа стоял с огромной рыбой и казался счастливым донельзя. Как банально. Алан одним нажатием пальца заблокировал телефон и сунул его в сумку.       Нельзя расстраиваться заранее.       У входа в обозначенный ресторан стоял тот самый альфа с букетом из белых роз, перевязанным такой же белоснежной ленточкой. Он всё посматривал на часы на руке, и Алан задержался в такси дольше приличного времени, что даже бета негромко кашлянул, чтобы оторвать омегу от окна.       Алан заторопился, сунул пару купюр в руку беты, и поспешно вышел из машины, слишком громко хлопнув дверью.       Альфа поднял голову. Их взгляды встретились. Чёрт.       Мужчина первый сделал шаг на встречу, улыбаясь во все зубы, и всё же осторожно предложил Алану локоть после недолгой заминки. — Привет.       Вживую альфа был ещё хуже. Реально хуже. Он был настоящим, с горящими глазами, цветами и облитый недешёвым одеколоном — короче говоря, нормальным парнем, от которого не было поводов бежать.       Алан, с силой сжав пальцами его руку — твёрдую и тёплую даже через рубашку — почувствовал себя тем омегой, от которого после пяти минут скрываются в уборной, чтобы не платить за счет и вообще никогда не встречаться.       Омега как-то неловко улыбнулся и буркнул приветствие и всё же пошёл за альфой, который любезно и дверь открыл, и стул отодвинул. Почувствовать себя омегой было неловко — не нужно было быть сильным, бизнесменом, папой или умным педантом — совсем нет. Нужно быть просто омегой. Проблема в том, что Алан им не был. Ну или почти. Рожденный им ребёнок, загашенные блокаторами течки и едва уловимый запах были единственными, что напоминало ему об этом.       Пока альфа заказывал дорогое вино, блюда, выбор которых Алан удачно спихнул на него, омега смотрел на альфу и всё ещё думал о том, что он заслуживает лучшего. Серьёзно. Не Алана. — Давно не был на свиданиях? — внезапно спросил альфа, улыбаясь ему.       Алан моргнул. — Это так заметно?       Улыбка стала шире. — Не каждый раз на первом свидании омега смотрит на тебя, как на экспонат.       Альфа посмотрел на Алана и сделал глоток воды, стоящей на столе. — И при этом ведь точно не думает о том, что у меня обаятельная улыбка или убийственно удушающие духи. — Если бы от вас несло одеколоном, я бы ушёл быстрее, чем вы успели бы заказать вино.       Альфа громко рассмеялся. — Вот это тебя выдало больше всего, — он сделал паузу, — ты совсем не умеешь флиртовать. — Что ж, не всем дано смотреть на альфу влюблёнными глазами и вздыхать от каждого слова.       Алан нахмурился и исподлобья посмотрел на альфу перед собой. — Мне нравится.       Алан нахмурился сильнее. Ответ был неправильным. Фрэнк начал бы огрызаться и читать нотации об омежьей природе. И Алану было что на это ответить. А вот альфе, который флиртовал с омегой, который плюётся ядом, Алану ответить было нечего. Он только раскраснелся. А альфа отпил только что поднесённое вино и также с улыбкой смотрел на него.        — Ты очень милый, когда смущаешься, — альфа заговорил снова, — теперь я понял, почему не смог пройти мимо.       Алану хотелось закатить глаза. Милым был Филипп. Милыми были котята и щенята в корзинках. А вот тридцатипятилетний омега с ребёнком и самым отвратительным опытом общения с альфами мог быть каким угодно, только не милым. — Ты ведь меня совсем не знаешь, — покачал Алан головой, внезапно переходя на «ты». — Поэтому и позвал, — альфа подозвал официанта, чтобы тот принёс ещё напитки, — хочу узнать.       Алан вздохнул и немного воспарял духом. В конце концов, всё складывалось не так плохо. Хотелось побыстрее убедить альфу, что ничего особенного перед ним нет. Тогда всё станет проще. Алан прикинул даже получившийся счёт на случай, если альфе всё-таки станет «плохо».       И омега начал рассказ о своём модном журнале, о бесконечных дедлайнах и особенно странных интервью, как с Фрэнком, к примеру. О раздражающих подчинённых, которых он иногда увольнял по абсурдным причинам. Потом он признался, что никогда не был замужем. А следом упомянул о том, как дорого растить ребёнка. Последнее, по мнению Алана, должно было поставить в этой истории жирную точку. Если альфа ещё не понял, что с ним лучше не связываться. — Знаешь, — начал Стив, как выяснилось в ходе беседы, — если бы я начал травить конкурентов, определённо нанял бы тебя.       Алан фыркнул. Делать было нечего. Альфу не пугал ни школьник, который обходился Алану в чью-то зарплату, ни стервозный характер, ни статус «сильного и независимого» омеги. — А ты что расскажешь?.. — аккуратно начал омега, окончательно отказавшись от идеи испортить вечер.       Стив задумался, расправив плечи. — Смотря от того, что ты хочешь услышать. — Правду, — ничуть не сомневался Алан.       Стив задумался ненадолго. — Хорошо, тогда правда.       Он покрутил бокал в руке и всё-таки отпил немного. — Мне тридцать восемь. У меня небольшой бизнес в сфере строительства, двое детей и кредит на машину, который я закрываю уже второй год.       Алан моргнул. — Двое детей? — Ну да. — Ты как-то спокойно об этом говоришь. — А как обычно говорят о детях?       Алан задумался на секунду. — Как о препятствии для личной жизни.       Стив усмехнулся. — Они скорее препятствие для сна.       Алан впервые по-доброму усмехнулся. Стало легче. Настолько, что он не сразу понял, что именно изменилось. И он забылся. Стив оказался на деле хорошим парнем. Пусть и простоватым, на вкус Алана. Он заказал стейки, которые Алан не любил, говорил порой удивительно банальные вещи и совершенно не разбирался в искусстве. Но он все же был нормальным.       Стив не сказал ни одного плохого слова про бывшего мужа. Вместо этого показывал фотографии детей на море и рассказывал про кредит на машину, который взял только потому, что недавно вложил почти все свободные деньги в зарубежные поставки.       Это было до смешного обыкновенно. Алан даже не знал, что сказать. С Фрэнком он общался только о ребёнке, Мэтт предпочитал сплетни и разговоры о живописи, а тут омега впервые почувствовал себя не в своей тарелке. Он ничего не знал о поставках, не догадывался, что общение с контрагентами держат не юристы, а специально обученные люди, а таможня, оказывается, жуткая обдираловка.       Когда Алан погрузился в детали аргонно-дуговой сварки, принесли десерт. Он моргнул. Вот такого он точно не ожидал от вечера. Оказалось, что сварка была непростым занятием. И всё ещё чудовищно скучным. Но не для всех. Альфы вообще удивительные существа.       На последних предложениях Алан уже откровенно мучал оставшийся кусок торта, но не перебивал. — Скучно, да? — Стив почти разочарованно вздохнул, — прости, я перегнул.       Алан начал отнекиваться чисто ради приличия, чтобы не показаться совсем уж неблагодарным за вполне неплохую встречу. Получалось не очень убедительно, и Стив это тоже понимал.       Они неловко засобирались. Альфа оплатил счёт и оставил щедрые чаевые мальчику, который бегал вокруг них весь вечер. Возможно, именно это заставило Алана принять цветы. И прижать их к груди, как что-то дорогое. Не как подарок, а как благодарность.       Помогая Алану усаживаться в такси, Стив позволил себе одну дерзость — задержал руку омеги в своей. — Есть шанс, что мы ещё увидимся? — Стив нервно улыбнулся и неловко отряхнул штанину от невидимой пыли.       Алан крепче сжал в свободной от ладони Стива руке стебли роз с шипами. Было больно, но очень правильно в моменте. — Не знаю. — Я так и знал, что сварка была лишней, — усмехнулся альфа, погладив пальцем мягкое запястье и аккуратно выпуская руку омеги из своей.       Он не заслужил этого. Алан знал это лучше всех.       Стив плотно закрыл дверь и всё же жадно смотрел на омегу, пока машина не увезла его прочь. Омега ему действительно понравился. Это было неудивительно. Алан редко оставлял людей равнодушными.       Алан всё продолжал сжимать в руке букет, пока не стало уже невыносимо больно. Он глубоко дышал через нос и всё же чувствовал себя мерзавцем. Пока чувства не улеглись, он должен. Пальцы быстро напечатали слова благодарности. Извинения. И обещание подумать. Потом он заблокировал телефон. Душа его успокоилась. Стив заслуживает хорошего отношения.       У дома стало свободнее. Алан снова вдохнул сладковатый запах роз и почувствовал себя живым. Его пригласили на свидание. Оно оказалось не таким уж ужасным. И даже не плохим. Можно было спокойно выдохнуть и вернуться к домой, к сыну. Он наверняка уже не раз и не два спросил у Фрэнка, когда вернётся папа и носился по квартире в пижаме.       Алан улыбнулся мысли о ребёнке, и сердце наполнилось любовью. Он успел заскучать. Ноги сами несли его к подъезду.       А потом аромат роз резко сменился удушающим запахом альфы. Сильного альфы. Опасного. Алан замедлил шаг и почти начал задыхаться.       Внезапно тяжёлые шаги раздались где-то сбоку. Тёмная фигура, вставшая со скамейки, двинулась к нему. Слишком памятная походка. Слишком.       Сердце ухнуло вниз.       Нет. Нет. Нет.       Не может быть.       Воздуха внезапно стало мало. Будто кто-то сдавил его горло ладонью.       Ноги задрожали, и Алан не смог сделать ни движения.       Фигура приближалась. И внезапно её очертания оказались знакомыми. Слишком знакомыми, чтобы ошибиться.       Ему оставалось до Алана буквально три шага, когда Он остановился. Он смотрел на Алана жадно и изучающе, словно имел на это право. Алан даже не поднимал глаз, он не хотел смотреть на Него.       Глаза неприятно защипало от подступивших слёз. Букет в руке сжат до предела. Хотя вряд ли он поможет. Хоть немного. Против Него.       Он смотрел на Алана с ухмылкой. И улыбался прямо по-настоящему. Омега это чувствовал. От этого становилось только страшнее. Потому что Алан хорошо помнил, на что Он способен. — Привет, лапа, — низкий голос неприятной вибрацией отдавал даже в пятках.       Алан вздрогнул. И всё же поднял взгляд. Глаза напротив него были почти такими же, какими он их помнил. Чудовищно тёмными, с ярким блеском. Но теперь они были трезвыми. От этого стало ещё хуже.       Омега сглотнул и сделал шаг назад. Потом ещё один. Сердце колотилось так сильно, что заглушало остальные звуки. В голове гудела одна мысль: «Он вернулся». — Ты меня что ли боишься? — Он издал короткий смешок.       Алан сделал ещё шаг назад. — Я не кусаюсь, лапа, — Он почесал кудрявый затылок, расставив ноги ещё шире, — больше не кусаюсь.       Алан почувствовал, как к горлу подступает тошнота. Он всё ещё не мог вымолвить и слова.       Он всё ещё стоял и не двигался. Не приближался. Почему-то от этого становилось только страшнее. — Ну и чего ты пятишься от меня? — Он снова усмехается, словно это было смешно, — я же не чудовище. — Меня будут искать.       Атмосфера внезапно стала душить ещё больше. Он смотрел на Алана ещё внимательнее. — Я знаю.       Алан вскинул голову. Сердце стучало как бешеное. Терять было нечего. — Что… что ты знаешь?       Улыбка сползает с Его лица. Он напрягается. Словно перестаёт владеть ситуацией. И делает шаг вперёд. — Я не хотел тебя пугать, — Он будто осторожничает.       Алан снова пятится назад. Хотелось пуститься в бег. Но Алан знает, что его догонят. Уже догоняли. — Уходи.       Он хотел было что-то сказать, но передумал. Впервые за весь разговор. Он не был спокоен. Алан это видел.       Они просто смотрели друг на друга. Не двигаясь. Почти не дыша. Кто-то должен был это прервать. Конечно, это был Он. — Филипп так похож на меня.       У Алана подкосило ноги. Буквально. Если бы рядом была скамейка, он бы уже давно упал. Надо было держаться. Только не сейчас. Только не перед Ним. — Не смей!       Алан сам не понял, как двинулся вперёд. Замахнулся букетом. И дал Ему со всей своей силы по голове.        Плевать.       Пусть Он его разорвёт.       Розы упали к Его ногам. Фред даже не пошевелился. Букетом он ещё точно не получал.       Ответить он не успел. Омега убежал к подъезду и скрылся за дверью. — Блять…       Ничего, он придёт сюда ещё не раз. Когда омега будет без букета.       Алан хаотично копошился в сумке. Вещей стало как будто больше. Лишь бы успеть. Лишь бы Он не появился снова.       Наконец найдя ключи, Алан не с первой попытки вставил ключ в скважину и открыл дверь, всё ещё оборачиваясь назад.       Дом. Его дом. Слава богу. Он хлопнул дверью сильнее, чем ожидал. Сейчас ему было всё равно на шум. Он быстро провернул все замки по несколько раз и прислонился спиной к двери.       Из груди вырвался всхлип. Потом ещё один. Господи. Он снова плакал. — Алан!        Фрэнк появился буквально из ниоткуда. Весь такой домашний, в клетчатых тапках и обеспокоенный. — Он тебя обидел?       Альфа хмурил брови. Его пальцы сжимались, а запах сгустился.       Алан только отрицательно помотал головой и всё же подумал: «Если бы ты только знал».