Куда зовет тебя сердце. "Грань бессмертия"

Холодный зимний ветер нес с собой искрящуюся пыль снежного серебра. Айвелин задумчиво наблюдала за оседающими на блестящий мех снежинками, постепенно тающими и медленно превращающимися в капельки. Она ехала среди других воинов, ничем не выделяясь, однако ей все же приходилось изредка ловить на себе задумчивые взгляды эльфов, которым было непривычно видеть ее в своих рядах. Раньше, если ей приходилось выступать с отрядом, она путешествовала рядом с государем, пользуясь собственным званием командира. Сейчас все эльфы-воины получили ясный приказ не привлекать внимание к Айвелин и видом своим не показывать ее присутствия здесь Этот приказ она заставила дать Эрестора, выступившего во главе отряда-подкрепления. Принцесса категорически отказалась ехать вместе с ним, понимая, что старший советник до сих пор надеялся на благополучный исход дела. Увидев ее в колонне воинов, владыка бы остановил девушку сразу. Митрандир неожиданно поддержал желание Айвелин путешествовать тайно, ссылаясь на большую безопасность быть не узнанной и незамеченной среди солдат. Принцесса часто встречалась взглядом с мрачным волшебником, который старался ехать близ нее явно недовольный происходящим. Айвелин была уже рада тому, что он просто не мешал ей осуществлять задуманное. Порой она осознавала, что дышать становится все тяжелее, а в ушах начинает звенеть высокий холодный голос, не произносящий ни слова. *** Вдалеке показались костры и палатки эльфийского лагеря. За ними виднелись обледеневшие берега подмерзшей реки Бруинен. Эльфы решили не переходить своего природного защитника. Их отряд был встречен златовласым всадником в сияющих доспехах, сопровождаемым личной свитой. Глорфиндел приветствовал новых воинов, появившихся в лагере и распорядился отправить их на временный отдых перед важной битвой. Митрандир оставил Айвелин, припустив коня в сторону военачальника Имладриса. Девушка проводила его грустным взглядом и направилась к кострам, у которых уже начали собираться эльфы. Они искренне смеялись и шутили, словно и не надо было им идти в бой совсем скоро. Те, кто уже давно стоит здесь лагерем охотно делились новостями, со своими сородичами, стараясь, между тем, не омрачать свой отдых. - Наши разведчики доложили, что врагов оказалось гораздо больше, чем изначально выступило против нас. Их скрывали глубже в лесу. Видно, хотели нанести неожиданный удар, - поведал один из воинов, наливая себе из дымящегося походного котелка горячего вина с травами. Айвелин остановилась у входа в палатку и прислушалась. - Похоже, именно потому владыка нас и позвал, - кивнул ему другой эльф, сидящий у костра. - Разумеется, - согласился с ним собеседник. - Эти твари совсем страх потеряли, - с отвращением покачал головой один из их соседей по палатке. - Да, лишь несколько дней назад было прошлое сражение. - снова заговорил первый воин, - они подошли вплотную к реке, никогда еще они себе такого не позволяли. Дрались с такой яростью... Айвелин, тяжело вздохнув, отправилась к своему месту ночлега, понимая, что отдохнуть лучше днем, ибо противник слишком любит ночь. Сев на свое скромное ложе, в просторном шатре, где помимо нее расположилось еще пять эльфов, она, наконец, позволила себе снять тяжелый шлем и доспехи. С непривычки носить все это было очень тяжело, хотя и сделаны они были искусно, будучи в разы легче любых иных человеческих. Вошедший за ней в палатку товарищ по ночлегу удивленно воззрился на нее, явно не зная, что ему делать. Вид у Айвелин был непривычный, да и обстановка была весьма странной. Девушка мягко улыбнулась светловолосому воину из синдар, неловко оставшемуся стоять у входа. - Итилдир? - спросила она его. - Да, госпожа, - кивнул мужчина, задумчиво разглядывая девушку. - Я какое-то время перестаю быть тем, кем я являюсь. - постаралась объяснить принцесса. - Это единственный для меня способ остаться здесь. Понимаешь? На лице эльфа мелькнула тень улыбки, а в глазах зажегся огонек понимания, однако настороженность его не исчезла. - Владыка очень не любит, когда его обманывают, - заметил он. - Едва ли я его обманываю, - пожала плечами девушка. - А ты можешь сказать, что я приказала тебе молчать, - все так же располагающе улыбнулась Айвелин. -Тогда разве я могу ослушаться вас? - ответил на ее улыбку молодой эльф, присаживаясь на соседнюю постель. - Только с этого мгновенья, - смеясь произнесла принцесса, - здесь я не госпожа. *** Эльфы встретили ее благодушно, и хотя они не считали для принцессы безопасным подобное поведение возразить все-таки не посмели. Полушутя обещая, но имея самые серьезные намерения лично присматривать за ней во время боя. Не смотря на то, что сердце ее готово было разорваться от напряжения, Айвелин пела, шутила, рассказывала истории своим товарищам по ночлегу, а они приносили ей еду и питье, чтобы ей лишний раз не приходилось показываться в лагере, где ее могли бы узнать. Так продолжалось до тех пор, пока звонкий голос рога владыки не всколыхнул лагерь, призывая всех к построению. Было решено, что конница в лесистой местности будет не очень удобна, потому конный отряд оказался небольшим. Айвелин оказалась среди пеших воинов, идущих под началом Глорфиндела. На какой-то момент девушка позволила себе отвлечься от всего происходящего и давящей на нее ноши, избавиться от которой очень сложно. Она почувствовала себя одной из сотен молодых эльфов, одетых в одинаковые доспехи и теплые плащи, эти ряды, казалось, даже дышали, как нечто целое, в такт друг другу. Принцесса со стороны видела командующих, гордо гарцующих на прекрасных конях в красивых доспехах и с венцами, не скрытыми шлемом. Лица их были озабочены и серьезны, они ездили от отряда к отряду раздавая команды. Среди них был и лорд Элронд, в это мгновение, разговаривающий с Глорфинделом и указывающий ему на что-то вдали. Тут к ним подъехал Митрандир. Он подтвердил слова владыки, которые принцесса услышать не могла. Ее не выдали, сейчас уже она могла сказать это уверенно, ее волнение по этому поводу немного улеглось. Они перешли речку вброд. По велению владыки воды сильно отступили, образуя мелководье, однако ледяная вода все-таки попала в легкие сапоги девушки. Эльфы двигались очень бесшумно, несмотря на то, что их количество превышало несколько сотен. Такая армия собралась из-за нее, мрачно подумала Айвелин, следуя в ногу за своим соседом, на ее совести будет каждый раненный или убитый на этих полях. Бессмертные не должны умирать. А между тем, она идет сюда, рискуя собственной жизнью и жизнью других эльфов ради смертного, чей век промелькнет рябью ста весенних ручьев. Грудь сдавливало мрачное ожидание, она могла полностью признаться себе в том, что ужасно боялась. Боялась не только за Юона, которого она так давно не видела, но и боялась за себя. Как бы эгоистично это не звучало, ей вдруг стало до дрожи страшно, что при ее ошибке или неудаче повторятся те ужасы, через которые ей когда-то пришлось пройти. Огонь снова встал перед ее глазами, а в этом огне бездна...