Первый в жизни бал

— Видишь, как оно получается, вино оно само по себе бродит. А чтобы виски получилось, они что-то досыпают. И через уголь прогоняют, чтоб на выходе отрава не вышла. Потому напиток и благородный, с ним просто возиться нужно. — А я тебе говорю, что вино не менее благородный напиток. И работы с ним не меньше. — Какой еще работы? Проследить, чтоб сбродивший сок в кислый не превратился? Не мели чепухи. Нет в твоем вине ничего благородного. В углу, где расположились мужчины, было значительно тише относительно музыки, но значительно громче относительно их бесед. По природе своей воины вместо обычных доспехов и дорожных костюмов сейчас были облачены в дорогие фраки, кафтаны и камзолы. Ни один не был похож на другого, но все как один сохраняли строгий стиль — воинов Тирану легко было узнать среди приглашенных. Черная стража она и на балу черная. Кто-то из мужчин расположился в креслах или на диванах, практически все о чем-то беседовали, пили напитки разной крепости и играли в азартные и не очень игры. — Я вот слышал, что в других замках придворных дам гораздо больше, чем в нашем. — А толку от них? Ты Мастера не знаешь? Королева его слушает. — Слушать-то слушает, но все равно странно. Ты думаешь, ей не бывает скучно? Ни о стихах, ни о мужчинах поболтать не с кем. — Что-то я подозреваю, что стихи её не слишком интересуют. — Ты веришь, что с Мастером может быть скучно? — реплика солдата отдалась короткими глухими смешками в компании говоривших. Беседа текла своим чередом, а настроение гостей и обитателей замка было заметно приподнятым. Бал определенно удался. — Как-то слышал, что в замках, где придворные дамы все же водятся, у них своеобразные традиции есть. — Как придворные дамы могут влиять на традиции? Это даже звучит как ересь. — А вот и не ересь. Например, если дама что-то обронила, то ей в обязательном порядке кавалер должен это возвратить? — Что она может обронить-то? — Да откуда мне знать? Платок там или веер. — Поди сыщи потом, кто там что обронил. — После последней фразы повисла короткая молчаливая пауза, расколотая негромким хохотом говоривших, но разговор быстро продолжился. — Да точно тебе говорю. — Не, ребят. На правду похоже. Я тоже такое слыхал. У них оно все вышивкой подписано. Имена там, фамилии. Им же заняться-то особо нечем. То читают, то гуляют, то вышивают. — Ну да, ну да. А я слыхал, что вернуть нужно при любых раскладах. Хоть ты болен, хоть ранен - найди хозяйку и отдай. Иногда этим даже пользуются. Ну, типа, перед понравившемся мужиком чего уронишь — а он тебя ищет потом. — Так и в засаду затащить можно. Подкараулить за углом да обобрать при первой возможности. — А я слышал, что для мужчин это даже честью считается. А если не вернешь — сам себя посрамишь. — Да бред же. — Точно тебе говорю. Слышал, какая-то придворная «дама», — слово "дама" было выделено странно-презрительным тоном, но говоривший не запнулся, - специально перед лицом рыцаря уронила свой платок в кодло полное кровожадных зверей. — И че? — И ниче. Честь чтоб уберечь — пошел он да вернул ей платок. — А если ты найдешь платок какой-нить дамы, а она уже в опочивальню отправилась? Тогда что? — Тогда несешь платок ей в опочивальню. После последней реплики на долю секунды повисла странная тишина. Каждый из присутствующих узнал голос говорившего. Это был Тирану, и стоял он вне их круга, оставаясь и вне поля зрения. Никто не услышал, когда он пришел. Никто его не заметил. Никто не знал, как долго он тут стоит, что он успел услышать и зачем он вообще пришел. Спустя пару секунд ребята подхватились, встав по стойке смирно и разгладив одежду. Тирану хмуро обвел стоявших перед ним взглядом, потом все же не сдержался и прыснул со смеху. — Вы чего? Мы на балу, а не в казарме. Расслабьтесь. — В руках у мастера теней был прозрачный стакан с буроватой жидкостью. Первым же делом он развалился в ближайшем кожаном кресле. — Кто-нибудь видел Ганка? — Леди Алистра утащила его на первый этаж минут двадцать назад. — Ну и пес с ним. — Не-е, леди Алистра симпатичней пса... — Соленая шутка аккуратно была втиснута в разговор и встречена приподнявшейся бровью Тирану. — Остряк, да? — Нет. Уже молчу, — спокойно, но со слегка виноватой улыбкой ответил молодой воин, усаживаясь в свободное кресло.