Желтый журналист

      - Да отец мой китаец! Почему тебе так тяжело поставить здесь свою закорючку?! - не выдерживает и срывается Намджун. - Что тебе мешает это сделать?       - Твоё ебло мне мешает, - не поднимая головы от бумаг, отвечает Мин.       - Да ты же, блядь такая, сам придёшь ещё за помощью ко мне! Тебе в любом случае что-нибудь может понадобиться от меня! Но имей в виду, я даже в офис тебя не впущу!       - Правильно, он слишком мал для моего эго.       Намджун сейчас мог бы засвистеть, как чайник от злости, но он человек и просто хочет уйти и не видеть этого надменного альфу, который ну просто невыносимый. Ким бегает к нему около 3 недель. Он его и в Токио пытался словить, и в Сеуле уже в третий раз стоит и просит подпись, выбивает, молит подписать бумаги. Скоро проклятия пойдут в ход. А этому прыщу мелкому кристаллически всё равно.       Намджун, конечно, может что-нибудь нарисовать от себя, но подпись у Юнги тяжелая и узнаваемая. Отец за такие подставы с документами Киму голову открутит. И вся проблема состоит в том, что дела внутри компании Намджуна ни на миллиметр не двигаются. Как же этот мелкий умеет палки в колеса втыкать. Мелкий - это чисто из-за роста, конечно, так они же ровесники.       - Слушай, ты мне воздух портишь своей мятой, уходи, - говорит Мин и поднимается со своего места, подходя к двери.       Намджун следит взглядом и понимает, что либо он сегодня заберет чернила этого чертяки, либо... сегодня. Всё.       - Давай, на выход, товарищ.       - Я тебе не товарищ! - шипит Намджун.       - О, так еще и не товарищ, точно хер я тебе что-то подпишу, - восклицает Мин.       - Да бля, перестань.       - У тебя 10 секунд, чтобы выйти, или я зову охрану, у меня через 5 минут следующая встреча, - держа открытой двери, говорит Юнги и, смотря на стойку в приемной, говорит уже секретарю. - Тэхён, когда придет журналист, проведите его ко мне.       - Я остаюсь здесь и без подписи никуда не уйду. Бумаги остались на столе, - альфа садится на диванчик в приёмной, замечая встревоженный взгляд секретаря, складывает руки на груди и всем видом доказывает свои слова.       Юнги с мученическим видом закрывает дверь и идёт заканчивать с работой до прихода милого, уже ставшего за короткий срок родным, омеги-журналиста. Пусть и посещал его в больнице как можно чаще, но получалось всё равно редко. Каждый день отправлял букет цветов курьером, если не мог приехать, звонил и интересовался самочувствием, ощущая себя максимально действующим фактором на выздоровление омеги.       Ощущение, что внутри скручиваются пружинки в ожидании и от осознания, что он скоро его увидит, снова будет дышать только им одним. От всех мыслей Мин вытягивает воздух и морщится от запаха мяты в помещении.       "Нужно немедленно проветрить и включить вытяжку посильнее," - думает альфа.       Не успевает он отложить последние бумаги в верхний ящик стола, как в дверь стучит Тэхён и пропускает журналиста, который цепляется то ли за порог, то ли в ногах путается и летит на пол, упираясь руками, чтобы нос не разбить о ковровое покрытие.       "А вот нечего было смеяться над фильмом, идиотская карма," - думает Хосок и поднимается на ноги, чувствуя поддержку со стороны.       Юнги быстрым шагом сокращает расстояние между столом и дверью и помогает омеге встать на ноги и отряхнуться от невидимой пыли. Выглядит Хосок как всегда красиво. Но сегодня строго и одновременно нежно. В костюме двойке цвета корицы с легкой шифоновой блузой ванильного оттенка, заправленной в брюки и очень нескромно открывающей вид на выпирающие ключицы. Юнги не сдерживается и на несколько долгих секунд засматривается, представляя теплую кожу под своими губами. Запах омеги, значительно усилившийся после больничного лечения, только раззадоривает нюх альфы и подкидывает картинки с наименее порядочным сюжетом. Хосок ощущает резко обострившийся запах Юнги и бесшумно сглатывает, смотря на изучающего его альфу. Мин отрывает взгляд от косточек на дернувшийся бугорок на шее, попутно возвращаясь из своих фантазий в реальность, и смотрит в карие глаза с ободком карамельного оттенка, понимая, что затянул с разглядыванием этого невероятно красивого парня с бархатной кожей и пора бы поинтересоваться, не ушибся ли он.       - Вы в порядке? - с лёгким волнением интересуется альфа.       - Да, в полном, - отвечает Хосок и улыбается с румянцем на щеках.       - Тогда проходите, присаживайтесь, - придерживая за талию, Юнги ведет парня к креслу около стола, а сам садится напротив и смотрит в глаза, отчего ловит смущенные красные щечки. Хосок суетится, достает из портфеля ручку, блокнот и диктофон.       - Я готов, могу начинать, - говорит омега и включает кнопку записи.

***

несколько минутами ранее

I Feel Like I'm Drowning - Two Feet

      Намджун, выйдя за дверь, садится и готовиться ждать, хоть вечность.       - Я могу сделать вам кофе? - интересуется секретарь Ким, когда дверь за начальником в кабинет закрылась.       - Если вам не сложно, то со сливками, - просит альфа и вместе с секретарём переводит взгляд на дверь лифта.       В помещение входят альфа и омега, с абсолютно несочитающимися запахами. От смешения приближающейся комбинации начинает подташнивать, но если эта пара встречается, то выдержка у них мощная.              Омега нежный, мягкий и ассоциируется с топлёной карамелью. А вот альфа высокий, широкоплечий и безумно красивый. Словно не человек, а ожившая скульптура греческого Бога. Пахнет так приятно этот Аполлон, так необычно, но интересно для альфы. Мелисса. Этакий бриллиант среди алмазов. Не менее красивый и драгоценный. В голове маячит и мелькает мысль, что этот альфа, а именно альфа, и даже не этот омега его вторая часть. Та, которая в книге судьбы записана, часть его самого - Ким Намджуна. Даже если парень состоит в отношениях, то он надеется на понимание омеги. И вот теперь на втором месте стоит какой-то там контракт, а на первом этот симпатичный парень, на которого невозможно насмотреться. И плевать ему на все эти законы: альфа для омеги, а омега для альфы. Если кто-то не в восторге, то пусть не смотрит и молчит, иначе Намджун заткнёт.       Сокджин от взгляда тушуется, ему буквально физически некомфортно от этого пронзительного взгляда, который медленно, но верно пытается снять с него одежду. И как бы ни был Ким дружелюбен и открыт к знакомствам, этот альфа его пугает до мурашек по коже. Этот взгляд злобных драконьих глаз будто под кожей блуждает, пытается каждую точку на теле узнать, рассмотреть. Дышать Сокджину как-то тяжело стало, воздух будто сдавили или разрядили, хотя они ни метра над уровнем моря не поменяли. Альфа понимает, что этот парень в костюме на диване исключительный нахал. Так смотреть, выжигать взглядом может только безумный. Намджун усмехается уголком губ, видя заинтересованность незнакомца и откидывается назад спиной, укладывая руку на спинку дивана.       "Сразу видно, чеболь, всё ему позволено", - думает Ким.       Только за собой Сокджин не замечает, что ровно также смотрит и молчит, медленно подходя за Хосоком к стойке. Альфа думает, что может он как-то не так одет или где-то испачкался, а этот толстолоб высмеивает его.       - Проходите за мной, господин Чон, - говорит секретарь, обращаясь к Хосоку. - А вы присядьте и подождите.       И вот теперь Сокджин осознает, что сидеть придется на одном диване с этим альфой, у которого по приближению ощущается странный парфюм с запахом мяты. То ли это жвачка такая у него во рту. Только вот альфа ничего не жует.       Сокджин искренне негодует: что за офис, в котором не предусмотрено больше мест для ожидания?       Сокджин не слышит ничего больше, что ему что-то говорят. У него одна цель: одержать победу в этих несносных гляделках. С большой вероятностью придётся быть стервой, в роль которой он редко входит, но с таким мужчиной нужно обезопасить себя максимально.       Если Сокджин всегда был рад общению, то сейчас хочется только одного:       - Чего уставился? - бурчит Джин, кусаясь неформальной речью и аккуратно присаживается на другой край дивана, закидывая ногу на ногу.       Намджун не ожидая явного нападения сначала впадает в секундный ступор, не переставая смотреть на сидящего альфу, на эту точёную осанку, идеальный профиль, и решает немного промолчать на колкость.       Джина же такое положение не устраивает, и альфа старается всеми силами показать незаинтересованность и нежелание в принципе смотреть на другого человека, находящегося в одной приёмной. Надежды Сокджина только на одно: интервью Хосока будет длиться не дольше 5 минут.       Раскалённое молчание не выдерживает Намджун. Наклонившись к столику за чашкой кофе, он ухмыляется, видя как дергается парень испугавшись его движений, и решает ответить на заданный вопрос.       - Я не уставился. Я наслаждался видом, - пряча улыбку в чашке, говорит Намджун, не глядя на альфу.              - Вы это мне говорите? - спрашивает Сокджин, возвращаясь к формальному тону, и внимательно смотрит на парня.       - Так это вроде вы с музейной выставки сбежали, - Намджун поднимает взгляд от чашки и смотрит в ответ, не отрываясь от глубоких черных глаз. - Словно из зала с лучшими скульпторами Италии времен Средневековья.       Сокджин невольно открывает рот на замысловатые и неприкрытые комплименты, начиная краснеть кончиками ушей. Молча разрывая зрительный контакт, альфа смотрит расфокусировано перед собой в одну точку и ощущает режущий нос запах мяты с нотками лимона. Невольно втягивает сочетание ароматов и понимает, что всё таки парфюм у альфы интересный и очень необычный. Таких ароматов его нос никогда не улавливал.       - Пожалуйста, не говорите мне таких вещей, - не глядя на альфу, говорит Сокджин. - И извините меня, что так резко начал с вами разговор. Вы очень пугающе меня рассматривали.              - Прощаю, - отвечает Намджун. - Тогда и ты меня прости, что напугал.       Такая открытость и податливость привлекает Кима, ему нравится видеть покрасневшее от смущающих слов ушко, наблюдать за его часто вздымающейся грудной клеткой, что так жадно втягивает природный аромат Намджуна. Невольно опустив взгляд с милых ушек с одной коротенькой серьгой, ниже альфа рассматривает длинную лебединую шею. Намджун хочет потянуться и оставить горячий поцелуй на тонкой коже незнакомца, подняться выше, поцеловать косточку за ушком, запустить руку в густые черные волосы. Ворох мыслей и воображение заставляет возбудиться и сильнее выпустить феромоны, заставляя бесконтрольно окутывать альфу, сидящего рядом, в надежде, что секретарь за стойкой просто ничего не почувствует.       - Вы, конечно, извинились, но у меня сейчас щека загорится, - говорит Сокджин и опускает взгляд на руки мнущие рукава свитшота. Ему одновременно хорошо и плохо рядом с этим альфой. Запах, что окружает со всех сторон, будто аэрозолем распыляется по всему помещению, заставляет дышать глубже, чаще, повышает температуру тела. Киму хочется подсесть ближе, понюхать лацканы пиджака, шею, найти место, где распылён аромат. Сокджин прежде не ощущал ничего подобного. Наравне с притяжением, внутри кричит и предупреждение, будто что-то не так, будто нужно бежать и прятаться.       - Ох, снова извиняюсь, - смеется Намджун и снова тянется к кофе.       - Вы не подскажете, где купили такой приятный парфюм? - переходя через неловкость и смущение, которое просто непонятно откуда появилось, всё-таки интересуется Сокджин.       - Парфюм? - удивленно спрашивает Намджун. - Я не пользуюсь парфюмом.       На этой фразе Сокджина словно молния ударяет. Осознание потихоньку начинает шептать интересные варианты, от которых хочется закрыть уши и убежать, не слушать и не слышать.              - Я не подобрал ни одного парфюма за годы своей жизни, - тем временем продолжает Намджун, - чтобы он сочетался с моей природной мятой.       И сейчас Сокджин четко понимает, что впервые почувствовал природный запах человека. Природный запах альфы. Страх за какую-то неизвестность заставляет резко подскочить и с испуганным взглядом растеряно вертеть головой.       Намджун искренне пугается состоянием альфы и хочет чем-то помочь, видя потерянного парня.       - С вами всё в порядке? - спрашивает Намджун и поднимается, чтобы взять за руку и успокоить, но альфа одергивает ладонь, не позволяя коснуться.       Джин срывается к двери в кабинет и под крики секретаря, что туда нельзя, трясущимися руками открывает тяжелую дверь, находит глазами Хосока и, стараясь не сбиться и не заплакать, говорит:       - Хосок, ты скоро?       - Нет, Сокджин, мы только начали, - замечая состояние альфы, омега начинает волноваться. - С тобой всё в порядке, может тебе воды?       - Нет, я пожалуй поеду домой, ты под надёжной защитой, - отвечает альфа и закрывает дверь, направляется к лифту и окружает себя невидимым барьером, чтобы не слушать, что вокруг говорят       - Вас зовут Сокджин? - Ким подходит к альфе на близкое расстояние, пытаясь познакомиться, совсем не понимая, что произошло на считанные секунды. - Да? Прошу вас, не молчите.       Сокджин не слышит, но видит этого альфу боковым зрением и старается не дышать густым ароматом перечной мяты, часто давит на кнопку вызова лифта, запрещает себе пускать запах внутрь, в клетки, питать себя ложными мыслями и надеждами.       - Вы слышите меня? Давайте я вас подвезу, Сокджин? - не успокаивается Намджун.       Сокджин, теряя терпение из-за долго отсутствия лифта и надоедливого мельтешения незнакомого альфы, взглядом ищет лестницу и срывается к ней. Намджун следит взглядом за убегающей макушкой и решает не догонять его. Оборачивается на омегу, который также непонимающе смотрит в ответ.       - И что это было? - задаёт риторический вопрос Намджун и получает ответ от секретаря в виде дернувшихся плеч. С пустой головой и с надеждой на скорую повторную встречу, он опускается на диван и задумчиво дышит легкими остатками мелиссы.

***

             Спустя полтора часа Хосок выключает диктофон и закрывает ежедневник, поставив точку в своих записях. Все интересующие вопросы он задал альфе, осталось лишь привести этот материал в надлежащий вид.       -И всё же я несказанно рад этой возможности, - ярко улыбаясь, отвечает омега. - Спасибо вам большое за то, что вы делаете...       - Нет-нет, я же просил на ты, - останавливает омегу Юнги.       - Ладно, спасибо большое тебе, - смущаясь и смотря то на руки, то из-под чёлки на бизнесмена, отвечает омега.       - А теперь по расписанию у нас ужин, - напоминает альфа, встаёт и поправляет полы пиджака.       - Так ты говорил об этом всерьёз? - лицо Хосока только и успевает сменять эмоции. Сейчас он пытается скрыть удивление, но получается отнюдь плохо.       - Да, конечно. Думаю, мой водитель уже ждёт нас, - говорит Юнги и подаёт омеге руку.       - Ох, я думаю, я не очень хорошо выгляжу для ужина с тобой, - тушуется омега и, держась за вытянутую ладонь, поднимается с кресла.       - Ты выглядишь, как всегда, - начинает альфа. - Невероятно красиво.       Хосок снова прячет смущённую улыбку и проходит к выходу из кабинета, забрав свои вещи. Выходя в приёмную, омега замирает и старается зацепиться за любую точку, только бы не смотреть на стойку регистрации.              Многоуважаемый водитель, который должен ожидать внизу в автомобиле, и телохранитель альфы Чон Чонгук глубоко и развязно выцеловывает его верного секретаря омегу Ким Тэхена. Всё в целом, хорошо, Юнги никогда против романтики не был, но, Дева Мария, не на рабочем месте при наличии начальника за стеной в кресле.       - Чон Чонгук, твоего отца! - кричит Мин, что даже Намджун, который выходит из уборной, дёргается. - Если ты, мелкий негодник, съешь единственного незаменимого секретаря, ты будешь работать на две ставки. В свободное время вылизываться будете, чтобы больше я такого не видел.       Чонгук тушуется прячет руки, которыми только что обвивал талию омеги, за спину, смущается и часто кивает. Тэхён просто возвращается за стойку, где видна только его макушка и делает вид невозмутимого труженика с горящими щеками и ушами. Намджун же ухмыляется с такой забавной ситуации, Хосок обходит Юнги за спиной, стараясь не привлекать к себе внимание.       - Чонгук, машина готова? - громко спрашивает альфа.       - Да, господин Мин, - нервно отвечает Чонгук в поклоне и убегает вниз заводить автомобиль.       - А ты, - обращается альфа к Намджуну. - Можешь не сидеть, я уже ухожу. Приходи завтра. Может найдём компромисс.        Юнги берет за руку прячущегося за спиной омегу и ведет его к лифтам, наслаждаясь лицом Кима.

***

DRAMA - Assume the Worst

      Присаживаясь на выдвинутый стул, Хосок смотрит на Юнги и, улыбаясь, тихонько говорит спасибо.       Омега постепенно привыкает к режущему глаз розовому свету от большого светящегося дерева, стоящего в конце зала. Заведение с едва выраженной азиатской атмосферой заполнено огромным количеством дерева: пол, стены, мебель, барная стойка. Живая музыка на фоне ничуть не мешает, а только позволяет настроится на приятную волну предстоящего вечера с милым и вежливым альфой, который, сев напротив, предлагает рассмотреть меню.       Хосок изучает меню, находя свои любимые блюда и безалкогольный коктейль. Рисковать напитками с высоким градусом омега не решается, вполне серьезно осознаёт силу препарата выпитого накануне. Поднимая глаза над меню, омега ловит заинтересованный взгляд темных глаз напротив.       Юнги изучающе рассматривает парня. Ему неважно чем поужинать, одно из главных блюд не принадлежит ресторану, оно в его крови с первого вдоха ванильного аромата. Ему всей жизни мало, чтобы надышаться. Юнги нужно новое меню, в котором Чон Хосок будет на завтрак, обед и ужин.       Молчание между ними не напрягает альфу, он терпеливо ждет, когда Чон определится с выбором, и они поговорят обо всём, что он не успел спросить в ежедневных переписках и звонках.       Подошедший официант уточняет, определились ли они с заказом, записывает пожелания гостей, а альфа глаз не сводит с яркой улыбки парня. Юнги хочет видеть ее как можно чаще. Хосок целиком, как единственный неиссякаемый источник света, который сможет поглотить всю тьму вокруг альфы. Юнги набирает побольше воздуха в легкие, старательно игнорируя усиливающийся запах омеги, в душе радуясь, что специалисты и больничный контроль привели омегу в форму. Мин никогда не пожалеет о решении отвезти его своему старому другу, с которым он и не ладит уже давно. Вот только о каких принципах можно думать, если часть тебя медленно угасает?       - Ты обещал мне рассказать, где меня впервые встретил, - начинает разговор омега, передав меню улыбающемуся официанту.       - В аэропорту в Японии. Прости, что поцеловал тебя тогда, - искренне отвечает альфа. - Я не смог удержаться, твой запах вскружил голову.       - Но я был на таблетках, достаточно сильных. Окружающие никогда не слышат мой запах с тем препаратом, - Хосок в недоумении, с этим мужчиной всё впервые, по-другому, не так, как с другими. - Я не знаю, как смог вскружить тебе голову.       - Если быть откровенным, у меня гон...       - Оу... - вздыхает Хосок и действительно слышит нотки режущего нос запаха шоколада.       - Нет, он как бы был, в тот момент, в аэропорту, - спешит закончить Юнги. - Не то чтобы он закончился, но я себя контролирую.       - Ладно, это хорошо, - улыбается и думает, что хотел спросить еще, но Юнги начинает сам.       - Я ведь сам нашел тебя и просил Тэхена пригласить на интервью, - признается и продолжает. - Ваших заявок так много насобиралось, а я даже не знал, что ваш журнал хочет задать мне вопросы. А чтобы у тебя не было желания отказаться, пришлось немного собрать народу. Ты ведь не понял, что интервью только для тебя?       - А я ведь думал, это из других стран журналисты.       - Я хочу, чтобы ты знал, - говорит Юнги и обхватывает чужую ладонь, лежащую на столе, своей. - Ты мне нужен, и пусть я знаю тебя всего несколько дней, говорю максимально искренне - ты мне дорог.       Хосок мило смеется, опускает глаза в стол и смущается, как школьник. Приятные слова ласкают самооценку. Он никогда не состоял в отношениях, эти сладостные речи совместно с ароматом альфы расслабляют, заставляют узлы в животе скрутиться и держать состояние омеги в приятном волнующем состоянии. Если этот красивый директор еще будет говорить такие лестные слова, этим вечером он будет готов не только попробовать очередной поцелуй, но и потерять, то чего давно пора было лишиться, но не было подходящего момента и времени.       Юнги действительно красивый, молодой, привлекательный мужчина. Он умеет себя показать, ему не сложно удерживать внимание окружающих, речь всегда дополнена новыми и сложными определениями, которыми он апеллирует ловко и без осечек. На любой фотографии в интернете Хосок видел альфу одетым в классические костюмы, ни разу бизнесмен не попадал на камеры в образе кэжуал или в спортивках.       За две возможности взять интервью, омега убедился окончательно - с поддержкой родителей или своими силами - альфа создал бизнес легально. Мин помнит каждую сделку посекундно, о чем без стеснения и видимыми приятными мыслями рассказывал журналисту. Стратегический ум позволил ему найти правильных людей, и за несколько лет он твердо стал на ноги. Юнги не единожды показывал свою неприязнь, когда его называли одним из богатых людей столицы. Он всегда отвечал, что ему есть куда стремиться и все деньги на счетах это не показатель, а только малая часть благодарности родителям за прекрасное детство и достойное воспитание.       Из всех плюсов мужчины омега боится упустить что-то, что мучает на протяжении всех дней от начала знакомства. Зачем он оплачивал лечение в клинике? Зачем так возится с ним? Возможно ли это всё, только из-за его места в журнале, и как только омега выложит интервью, то альфа скроется со всех радаров? Во время выписки он задумывался над поведением Юнги, что его мотивирует, но никаких зацепок не находил.       - Расскажи мне о себе больше, пожалуйста, - просит Юнги, оглаживая большим пальцем тыльную сторону кисти омеги.       - Могу рассказать об отце.       - Давай.       - До поступления в университет, - начинает омега, - я жил в посёлке в пятиста километрах от столицы, меня воспитал отец, а папу я совсем не помню. Что с ним случилось и по какой причине отец был один, я не знаю. Но факт остаётся фактом. Отец всё так же там, а я помогаю ему финансово, - рассказывает омега и мнёт салфетку в руках. - Вот собираюсь съездить к нему во время этого отпуска. Там лес рядом и воздух чистый. У него там небольшой огород.       - Он фермер? - заинтересованно спрашивает альфа.       - Что-то вроде этого.       - Там же есть связь? Мы по-прежнему будем созваниваться?       - Конечно, - смеется Хосок, а на душе теплеет от слов Юнги.       - Ладно, я спокоен, - говорит Мин, а после спрашивает: - А что за парень с тобой приходил сегодня?       - О, это мой сосед, Ким Сокджин. Он альфа, - начинает омега. - И мой лучший друг. И заранее скажу, что он не чувствует природных запахов.       - Неужели? - удивленно спрашивает Юнги и получает слабый кивок в ответ. - Бедняга.       - Да, у него нет пары, но он очень добрый, отзывчивый и заботливый. Моё заветное желание, чтобы он поскорее нашёл себе пару.       - Не зная таких подробностей, я тоже этого хотел. Ревность такая коварная. Только сейчас мне действительно жаль этого паренька, - искренне отвечает Юнги и взглядом следит за опускающимися тарелками с ароматной едой, которая ничуть не перекрывает яркий запах омеги. - Так, а чего он прерывал нашу беседу? Ты узнавал?       - Оу, к сожалению, нет, - с грустью отвечает Хосок. - Это ведь твоя вина. Я всё внимание сегодня уделяю лишь тебе, но когда вернусь домой, всё у него разузнаю и тебе обязательно расскажу. Думаю, он просто устал за мной таскаться и решил отдохнуть.       - А я думаю, его достал мой конкурент. Ким Намджун.       - Это тот который сидел в приёмной? - вспоминает омега.       - Да, достаточно умный парень, но такой назойливый. Даже вспоминать не хочу, - морщится Юнги. - Давай лучше выпьем за удачное интервью и наше первое свидание?       - Так это всё-таки свидание? - кокетливо улыбается и легко откидывается на спинку стула, ощущая легкое головокружение и приятное покалывание внизу живота. Внутри тревожно, не отпускают мысли, что в организме существенные сбои.       - Я буду рад, если ты посчитаешь наш ужин романтическим свиданием, - уверенно отвечает Юнги. - И вообще, не хочу тебя пугать, но мои намерения настолько серьёзны, что я буду постепенно к тебе подбираться, а ты и не заметишь, как без меня уже не сможешь.       Хосок смотрит в глаза напротив и не замечает ни капли смеха или шутки. В глубине этих черных омутов всё затянуто серьезностью, аура альфы слегка давит, а внутренний омега странно активен, будто и нет той дозы блокаторов, которые он выпил накануне. Запах альфы пробуждает какие-то неизведанные ранее желания, что-то внутри переворачивается, заставляет поудобнее усесться, поёрзав на мягком сиденье, ощутив легкую влажность между ног. Юнги опасный человек, пусть и ни слова никто не писал о каких-то злодеяниях этого альфы, но от уверенных фраз омеге не по себе. Понятно одно: этот альфа всегда добивается того, чего хочет. Хосок надеется, что мнение омеги с Мином всё таки учитывается даже в самых простых вопросах.       - Да, в такой красивой обстановке, - откашливается омега, ощущая неловкость. - И с таким обаятельным мужчиной, действительно похоже на свидание. Извини, я выйду в уборную.       - Да, конечно.       Хосок хватает салфетку из сумки и несмело торопится в туалет. Омега включает холодную воду на полную мощь и смачивает мелко подрагивающие руки. Ему страшно и плохо.       Хосок знает, что альфа хочет от него. Во-первых, он точно хочет отношений, во-вторых, как минимум секс. В голове мигает вопрос: почему так быстро? Зачем обычный омега такому богатому мужчине?       Состояние организма омеги определенно не похоже на нормальное. Горящие щеки остужает ледяная вода, он хватает больше воздуха, чтобы освежить органы изнутри и хочет зайти в кабинку, проверить бельё, но в помещение заходит альфа.       Как только омега поднялся и начал двигаться, запах бурбонской ванили усилился в разы. Альфа Юнги просто ликует от состояния омеги. Внутренности просто закипают от обжигающего сплетения ароматов. То начальное, низменное желание не даёт усидеть на месте, но только одна мысль, что у его омеги начинается главная фаза течки срывает все предохранители. А собственный гон, который уже как больше недели не находит выхода из организма и давится препаратами, выбирается, разрывает все амбарные замки, и лучше им покинуть это заведение, иначе все посетители станут свидетелями их бурного соития.       Не выдержав давления внутреннего зверя, он идёт за омегой в уборную, не стесняясь других парней. В голове установка: нужно забрать своё, чтобы никто не вдохнул этот сладкий запах, никто и глазом не посмотрел на прекрасное тело омеги, пусть оно и скрыто одеждой, иначе Юнги за себя не отвечает, сейчас им руководствуется его природное "я", как бы не было стыдно после.       - Вам сюда нельзя, это туалет для омег! - восклицает Хосок и пятится к стене, пугаясь неконтролируемого и тяжело дышащего альфы, от которого чувствует горечь шоколада, оседающую на языке легкой сладостью.       - Здесь мой омега, которого могут увидеть и забрать чужие, - как бы жутко не звучала фраза из уст Юнги, омеге на удивление нравится это собственническое поведение, ему хочется подчиняться, он впервые ощущает это дикое животное желание развести ноги перед альфой, поддаться желания природы, быть ведомым. - Твоя течка разбудила мой гон. Я не могу совладать с собой без тебя.       Течка.       Радости нет места в мыслях омеги, обеспокоенность мешает сосредоточиться на словах Юнги. Внутренний червь грызёт, заставляя думать, что альфе нужно его тело для разрядки. И то что Мин хочет от омеги отношений, теперь кажется не таким реалистичным. Альфа хочет только секса. Расстраивает ли его этот факт? Несомненно.       Хосок бегает глазами по помещению, пытаясь ухватиться за что-то, чтобы отвлечься и не думать, как к нему пришло это состояние. Плитка в уборной, как назло однотипная и гладкая, а руки, что уже легко касаются талии омеги, горячие даже сквозь тонкую одежду, обжигающие и ласковые. Губы альфы касаются шеи около угла челюсти и широко слизывают запах с железы. Хосок томно выдыхает, хватаясь за плечи, как за спасательный круг. Голова окончательно теряет рассудок и правильность действий и отпускает своего омегу, дабы этой ситуацией правило сердце, чувства, а здравый смысл ничего не испортил.       Юнги окончательно теряет себя, попробовав на вкус столь притягательную ваниль. По позвоночнику бегут крупные мурашки от сладкого стона, вырывающегося из приоткрытого рта омеги. Альфа запускает руку в волосы на затылке и легко их сжимает, оттягивает, отчего Хосок стонет выше и прикрывает глаза. Расстояние между их телами сокращает рука на талии омеги, что не даёт отстранится ни на миллиметр. Лёгкая боль внизу живота постепенно нарастает, но присутствие альфы не дает развиться симптомам течки. Феромоны с сладким шоколадным запахом подавляют её сильные проявления, что омега не сопротивляется, только льнёт в крепкие объятия.       Каждый мазок по шее заставляет выделяться всё большему количеству смазки, которая уже начинает пропитывать брюки и виднеться крупным пятном на ягодицах. Хосок чувствует, как в пах упирается выпирающий и твердый член. Ощущения странные. Омега понимает, что в ближайшие минуты, часы, он поймёт, каково это проводить течку с альфой, каково чувствовать в себе горячий и твердый член партнера. И не менее важно, что Хосок этого самого альфу хочет видеть рядом с собой и вне течки и состояния болезни. Пусть страх о боли и дискомфорте от первого раза и витают в подсознании, но все действия Юнги не дают зациклиться на плохом. Эти мысли заставляют его несильно поёрзать, создав трение, омега слышит утробный рык, исходящий от Юнги. В мыслях альфа готов разложить парня хоть в уборной, но силой неведомой мощности он отпускает омегу, достает телефон и набирает Чонгуку, требуя в срочном порядке забрать его из ресторана.