Выбор всегда за тобой

Эмиль подобрался поближе к парочке, но услышать, о чём они разговаривают, из-за громкой музыки, доносящейся с уличных динамиков, всё равно не смог. Тогда, дождавшись, пока Масленников потянется к Полине, желая не то обнять, не то поцеловать девушку, он просто выскочил и встал у них на пути: — Приве-ет! — Ой, Эмилька! — Полина радостно улыбнулась. Дима промолчал, окидывая его подозрительным взглядом светлых глаз. — Гуляете? — Иманов чувствовал, что его голос дрожит, как натянутая, готовая вот-вот лопнуть струна, но успокоиться пока не получалось. — Да… Немножко… — Полина смутилась, принявшись разглядывать носки своих светло-коричневых сапожек. — Помешал, наверное… — младший хмыкнул, ощущая себя сошедшим с рельс поездом, который стремительно несётся под откос: — Так я сейчас уйду… Только узнаю у Димы кое-что… И сразу уйду. Полина вопросительно вскинула голову, но тут вмешался вышеупомянутый, вытаскивая кошелёк: — Полинк, ты, вроде, кофе хотела… Сходи — возьми. Вон ларёк. И мне, заодно, принесёшь, будешь умницей? Савекина послушно взяла из рук Димы карточку, хотя понимала, что от неё целенаправленно избавляются. И понимала это точно, но причины не видела никакой. — Капучино с карамельным сиропом? — спросила она у Димы. — Да! И Эмилю возьми… То же самое… — Полина, нет. Мне ничего не нужно… — бесцеремонно перебил Масленникова Эмиль. Девушка пожала плечами и удалилась. Дождавшись, пока она отойдёт на приличное расстояние, Дмитрий резко спросил: - Эмиль, какого хрена происходит?! Ты шпионишь за мной?! - И не думал... Мне теперь в парке нельзя гулять?! Потому, что ты можешь в любой момент появиться там со своей девушкой, а я испорчу тебе настроение своим еблетом? - Хватит хуйню нести! Ты прекрасно знаешь, что это не так! - Димочка, а ты уже сообщил Полинке причину, по которой так страстно возжелал с ней замутить? - Ты на что намекаешь? Вместо ответа Эмиль прикоснулся ладонью к его щеке. Указательный палец тихонько обвёл подушечкой скулу и пробежался по обветренным губам. Из горла Дмитрия вырвался странный низкий звук, но затем он, стряхнув секундное оцепенение, отпрянул от ласковой руки, опуская её коротким шлепком: - Прекрати! - А раньше тебе это нравилось... И сейчас нравится... - Эмиль сжал губы, прикусывая их, чтобы не разрыдаться: - Ну давай, скажи, что любишь меня, Дим! Скажи это... Масленников промолчал, упрямо отводя глаза в сторону. - Скажи! Иначе, я заору на всю площадь, что мы спали! - Ёбнулся?! Я люблю тебя, как друга... Как брата... - Дима замолкает, ощущая, насколько жалко звучат эти фразы. - Врёшь!!! Несколько человек оглядываются на чересчур громкий вопль. - Сука, Эмиль! Тебе обязательно всё усложнять?! - Скажи! - Ты можешь орать на площади всё, что тебе угодно... - Дима с усилием повернулся к другу спиной и зажмурился. Не поддаваться. Только не поддаваться. Не утонуть в этих чёрных глазах под пушистыми заиндевевшими ресницами. Если решился, нужно рубить до конца. Охотник за призраками открыл глаза только после того, как Полина тихо притронулась к его плечу. Эмиля не было, словно он приснился. Сразу обоим. - А где..? - Убежал. Чуть не снёс меня. Что случилось? Вы поссорились? - Немного... Давай присядем? - Пойдём. Расскажешь мне, в чём дело? - Нет, малыш... Не хочется об этом говорить.