Каитифф

Альберт, Мария, Майкл и Оливия возвращаются в убежище. Хью без сознания. Сидя над его телом, Альберт размышляет о том, как иронично все сложилось — он так стремился получить ответы, стольким пришлось пожертвовать, и все зря. Джо мертва, и не понятно, кто теперь сможет вывести Хью из торпора. Остальные переживают случившееся каждый по-своему: Оливия заперлась в комнате, Майкл ушел в ночь проветрить голову, а Мария сидит на кухне. Альберт пытается поговорить с ней, и Мария срывается на Каитиффа. Она кричит и рычит, что Итана больше нет, и обвиняет всех подряд: себя, что разрешила ему пойти, Альберта, что втянул их в это, урода-Носферату и т.д. Альберту с трудом дается сдержать себя в руках, но он понимает, как себя чувствует Мария сейчас. Он дает ей прокричаться, а затем говорит слова утешения и звучит голосом разума. Итан знал, на что шел. Успокоившись, Мария извиняется перед Альбертом. Разговор переключается на Оливию. Альберту интересно, что именно случилось, когда та закричала. Мария признается, что сама была не в курсе способностей Оливии, но теперь точно знает, что она — Дочь Какафонии. Это линия крови клана Малкавиан (хотя кто-то утверждает, что и Тореадор). Они, подобно сиренам, способны свести с ума или околдовать своим голосом, и их гонят отовсюду, считая непредсказуемыми и опасными. На этих словах Мария мрачно говорит, что они с Оливией собираются покинуть Санта-Монику. Здесь теперь слишком опасно, а Оливия в наибольшей опасности из всех. Мария также зовет Альберта отправиться с ними. Да, между ними было не все гладко, но Мария признается, что Альберт все еще дорог ей. К тому же вместе легче выжить. Она говорит, что у него есть время подумать, и завтра они с Оливией буду ждать его у колеса обозрения в два часа ночи. Перед тем, как Альберт уйдет, Мария дарит ему свой боевой нож. «Что бы ты не решил, пусть он защищает тебя». Ошарашенный, Альберт возвращается в комнату с Хью. Итан мертв, Джо мертва, Мария и Оливия уезжают прочь. А что ему остается? Бессознательный Носферату, его бывший мучитель? Разозлившись, Альберт рвет клыками свое запястье и сцеживает в рот Хью кровь. «Чтоб ты подавился, ты!..» шипит он, находясь в отчаянии. В этот миг Хью резко приходит в себя. Не успевает Альберт отскочить, как тот хватает его и пытается укусить. Спохватившись, Каитифф ловко выворачивается из хватки, отталкивает Носферату и выбегает за дверь. Сцена — двадцать минут спустя. Майкл помог заманить в дом человека и накормить им оголодавшего Хью. После этого тот пришел в себя. Когда Альберт вновь входит в комнату, тот сидит ссутуленно на кровати и глядит на Каитиффа волком. Каитифф все еще не понимает, как у него получилось то, что получилось, и начинает объяснять Хью произошедшее. Как они его нашли, что было дальше… но Хью перебивает Альберта, говоря, что знает, что произошло. Что он все видел и слышал. Так Альберт узнаёт, что торпор — не значит кома. Торпор значит паралич, и Носферату чувствовал, слышал и видел все, что происходило вокруг. Кажется, что-то мелькает во взгляде Альберта, потому что Хью неожиданно начинает злиться. Между двумя сородичами происходит конфронтация. Уязвленный собственной уязвимостью Хью напирает на Альберта со словами «что, рад был небось — увидеть ненавистного мучителя в торпоре, беспомощного и бессловесного? Наслаждаешься тем, что сделал меня своим должником?» и тд и тп. Однако Альберт довольно быстро дает Носферату отпор. Не ожидавший от обычно робкого Каитиффа чего-то подобного, Хью выслушивает от Альберта гневную тираду, которая заканчивается вопросом: «Это ты сделал меня таким?!» Хью пару секунд молчит — а затем хохочет. И вдруг его выражение лица становится серьезным. «Ты правда думаешь, что я сделал бы с кем-то то, что сделали со мной?!» Альберт слышит боль и скорбь в его словах. Он быстро успокаивается и теперь просто звучит уставшим. «Тогда зачем ты держал меня в заточении под землей? Ничего не объясняя, постоянно угрожая и унижая?» Искренность, с которой звучит этот вопрос, заставляет успокоиться и Хью. Тот долгое время молчит, и Альберту уже кажется, что он не ответит вовсе. Наконец, он говорит: «Ты напомнил мне… кое-кого». Каитиффа явно не устраивает этот ответ. Он пытается напирать — ему важно понять причину, по которой он претерпел столько лишений. Однако при попытке копнуть глубже Хью вновь приходит в ярость. Острые когти мелькают в паре дюймов от Альберта. «Пошел прочь!» — рычит Носферату. Хрупкое перемирие было разрушено. Прежде чем Альберт успевает выскочить за дверь, Хью рычит ему вслед, его голос полон боли и беспомощной ненависти: «Тебе стоило оставить меня там!» «Может, в следующий раз я так и сделаю!» — парирует Альберт, прежде чем захлопнуть дверь. На сегодня с него достаточно чувства вины. *** Следующая ночь, от лица Хью. Тот до сих пор ни разу не покинул комнату. Он посвящает это время рефлексии о пережитом, попытке понять, куда двигаться дальше. Пытки Камарильи оставили на нем глубокий след, всколыхнули старые душевные раны. С остальными обитателями убежища он избегает общаться, в частности с Альбертом. Он чувствует вину перед ним, но не знает, с какого конца подойти к извинениям. Это не то, что он привык делать. Пару раз он встает с кровати, чтобы подойти к окну и взглянуть в окно. Один раз он видит пролетающий на посадку самолет. Сердце Носферату охватывает тоска. Его печальные мысли нарушает появление неожиданных визитёров. Крысы. Орава крыс проникает в помещение из стен и, прежде чем Хью успевает опомниться, они складываются в надпись. «ДОЛГ. СЕЙЧАС». Он быстро понимает — это послание от Маис. И она не намерена ждать. Хью не составляет большого труда покинуть здание незаметно. Он не ставит в известность никого из Каитиффов. Совсем скоро он оказывается под землей, в одном из тоннелей на территории Маис. Старуха появляется вскоре. Она с издевкой отмечает, как херово выглядит Хью, на что тот вяло огрызается. Но затем Маис начинает рассказывать о причине, по которой позвала его сюда, и раздражительность с Хью как рукой снимает. Оказывается, что на днях к Маис в канализации пробрался чужак. Они вступили в схватку, в ходе которой полегла половина гулей старухи, а ее убежище оказалось разрушено. Чужак тем не менее был уничтожен, и к этому моменту Хью уже понимает — это тот самый пропавший агент Камми. Просьба Маис заключается в следующем: она хочет, чтобы Хью пошел к барону (как кто-то, кто является наиболее прочих к нему приближенным) и замолвил за нее словечко, чтобы ей выдали новый домен. Хью в шоке. Он понимает, что Маис хочет новое убежище на поверхности. — Ты сошла с ума, Бёрджесс. — Нассзывай как хочешь, — она отмахивается. — Это мое сссжелание. Отплати долг. Или вссстреть посследствия. — Ты — ходячее нарушение Маскарада (обводит ее жестом с головы до ног). Барон ни в жизнь не согласится на такие условия. Найди себе убежище под землей. — Нет. Невозсссможно (резко отрезает) Ты сссам ссзнаешь. Нет месста. Разсссрушенно, сссзанято... опассно. Мне нушшшна поверхносссть. — А не твои ли то были слова, что если вдруг что-то пойдет не так — ты просто покинешь город? — язвительно припоминает Хью. Маис зловещей улыбкой скалится в ответ. — Да. А потом ты ссстал мне должен. Хью качает головой. — Ничего не выйдет. Извини, но ты зря потратила свое время. Ищи другое место под землей — или покинь город. Я не отказываюсь отдать тебе долг, но то, чего ты просишь — вне моих возможностей. Размашистым шагом Хью идет в направлении выхода. — Птенецсссс. Шипяще посмеиваясь, Маис подходит и останавливается за его спиной. — Твой мальчишшшка. Как он? Сссс Камми было вессело, но его хватило на один сссзубок. А твой... мутантик... ссс ним будет насстоящее веселье. Ее когти вдруг медленно проводят по его спине, и Хью вздрагивает всем телом. — Ты его не получишь (говорит тихо и с угрозой) — Мошшшет да. А мошшет прямо сссейчас мои гули рассстаскивают по куссочкам его маленькое уродливое тело. (заметив, что Хью вздрогнул еще сильнее, Маис шипяще смеется. Ее ладонь, до этого поглаживающая спину Хью, вдруг замирает, а когти ощутимо вцепляются в спину сквозь кожу бомбера) Ты пойдешшшь к барону. И ты попросссишь у него сссземлю. И тогда сссуществование твоего... басссстарда будет сссзабыто. Навссегда. Возникает пауза. А затем Хью негромко говорит. — Мы были друзьями, Бёрджесс. — ...Нет. Мы были сссслабаками. Но я ссстала ссссильнее. А ты так и оссстался сссжалким сссентиментальным червём. Согласившись сделать как она просит, Хью направляется к Мортимеру Майерсу. *** Меж тем, в убежище Альберт и Майкл обсуждают дальнейший план действий. Но не успевают они прийти к какому-то консенсусу, как в убежище неожиданно врывается… Дико! Болтая с кем-то без умолку по телефону, с отмычками в руках, и… рюкзаком Альберта за спиной она с порога начинает громко звать Хью. В параллели она комментирует для двух остолбеневших сородичей, что им с Чарли нужно кое-что срочно рассказать боссу. Наконец, Дико врывается в комнату, где, как все думали, находился Хью… и комната оказывается пуста. Наконец, Альберту удается остановить мельтешащую Дико и получить от нее хоть какую-то информацию. Оказывается, люди часто выбрасывают с пирса всякий мусор, и рюкзак Альберта оказался в числе находок Дико. Но еще она нашла флешку, с помощью которой они с Чарли узнали, что в городе разгуливает диаблерист. И они даже знают, кто это. Пока Майкл в ужасе комментирует услышанное, а Альберт лихорадочно размышляет, Чарли проверяет камеры наблюдения по всему городу. И выясняет местонахождение Хью — что тот прямо сейчас направляется в городскую библиотеку. — Так кто же он — этот диаблерист? — спрашивает Альберт. — Дело не в том, кто он, — тихо хрипит Чарли по ту сторону трубки. — А в том, что прямо сейчас Хью идет прямо к нему в пасть. И звучат роковые слова: диаблерист — это барон Мортимер Майерс. *** Хью входит в кабинет к Мортимеру Майерсу. Уже тогда он чувствует, что что-то не так. Барон ведет себя странно. Он начинает говорить с Хью, но его голос кажется иным, не тем мягким и уверенным, что был у Майерса обычно. Этот голос более жесткий и хищный, принадлежит кому-то другому. В ходе своего монолога Майерс рассказывает, как после заключения перемирия с Камми годы назад он начал иногда проваливаться в забытье — а после приходить себя измазанным кровью. Майерс говорит об этом как о начале чего-то грандиозного, рождении чего-то великого, но Хью видит, что подавленное эго и необходимость прогнуться под Камми уже тогда сыграли с бароном злую шутку. Позже он выяснил, кого именно убивает — и как убивает. В моменты беспамятства он нападал на тех, на кого всем было плевать, обращал их и затем пожирал — диаблеризировал. Майерс, как ценитель литературы, даже приводит сравнение с Доктором Джекилом и Мистером Хайдом: только в его случае последний, в конечном счете, взял верх (и именно он сейчас и разговаривает с Хью). К этому моменту Хью уже начинает задавать наводящие вопросы и осторожно, медленно приближаться к барону. Тот не в себе и его надо ввести в торпор — а уже потом разбираться. На последних словах Мортимера Хью вдруг с острой ясностью осознаёт, что именно случилось с Альбертом. А затем он замечает взгляд Майерса. Тот обернулся — и сейчас смотрит на Хью. Смотрит сквозь Хью. За спиной Носферату слышит судорожный вдох. И видит стоящего в дверном проеме Альберта. Дальнейшие события разворачиваются стремительно. Майерс нападает на Хью и Альберта, и тем приходится дать отпор, используя свои навыки по максимуму. Сражение переносится с этажа на этаж, сопровождаемое разрушительными погромами. В какой-то момент в сцену врывается Терренс. Его лицо обуглено, как и руки, но он все еще жив. Хью и Альберт ожидают, что он нападет на них, но сейчас Терренсу нужен только Майерс — диаблерист, за которым он, собственно, и охотился все это время. Однако даже втроем против одного они оказываются не в силах одолеть барона, который не только хороший боец, но и владеет сильными навыками подавления воли. Терренс выходит из игры первым. Ему удается ослабить Майерса (как сверхъестественными пси-атаками, так и огнестрелом), когда барон выбрасывает его из окна. В этот момент Альберт кричит Хью: «Я на такое не подписывался! К черту!» и убегает. Майерс уже собирается прикончить оставшегося без поддержки Хью, когда вошедший в состояние невидимости Альберт неожиданно появляется у него из-за спины и набрасывается. Все это время его «побег» был уловкой. Альберт успевает нанести барону несколько глубоких ножевых ранений с помощью оружия Марии, когда Майерс неожиданно разворачивается — и в этот самый момент когти Хью, которые должны были вонзиться в барона, вонзаются в Альберта. Тот отлетает в сторону, падая на пол с раной поперек груди. В этот момент сознание Хью накрывает красной пеленой. Его отбрасывает в прошлое, где он уже убил кого-то, кто был ему дорог и чье лицо было так похоже на лицо Альберта. Он полностью отдается своему Зверю и гонится за бароном на крышу. Ночь. Яростный ливень. Два сородича, сражающиеся на крыше не на жизнь, а на смерть. В какой-то момент барон отбрасывает Хью, и тот свисает с крыши, с трудом цепляясь за ее мокрую скользкую поверхность когтями. Майерс, наклонившись, тянет его за руку и даже говорит что-то обманчиво мягкое (будто передумал и сейчас хочет ему помочь), но вместо этого неожиданно вырывает Носферату кисть с корнем, отбрасывая за спину. Хью воет от боли, свисая на одной руке. Падение с такого количества этажей несомненно вгонит его в торпор. Однако барон не успевает завершить начатое. В сцену врывается Альберт. Он хватает отброшенную кисть Хью, отрывает один из длинных когтистых пальцев и беззвучно вонзает Майерсу прямо в сердце. Барон впадает в торпор. Альберт помогает Хью подтянуться и втаскивает обратно на крышу. Они оба переводят дух. Затем Хью замечает, что Альберт как-то слишком долго и слишком задумчиво смотрит на тело барона, и это его настораживает. Меж тем в голове Альберта происходит борьба: диаблеризировать ли того, кто так искалечил его жизнь и таким образом свести счеты, или нет. *** Эпилог. События спустя несколько месяцев после битвы с бароном. Хью и Майкл сидят в одной из переговорных бывшего клуба БЛЭКАУТ, которым теперь владеет Эванс. Он переименовал его в Men In Black, и превратил в полноценный элизиум. Они обсуждают случившееся за последнее время. Альберт не убил барона, в конечном счете решив, что он лучше этого, и тело Майерса было передано Камарилье в лице Терренса, чтобы восстановить перемирие между сектами. Свято место пусто не бывает, и баронесса Гарсиа забрала себе земли Мортимера. В отличие от барона, Гарсиа всегда была куда более благосклонна к политике Камарильи и поговаривают, что она хочет войти в их ряды — а также ввести туда всех обитателей территории. Майкл все еще является ее подчиненным, но получил куда больше автономности, чем у него было прежде, и это явно не устраивает баронессу. Впрочем, Эвансу плевать. Разговор двух сородичей затрагивает и Каитиффов. Альберт все же решил в итоге уйти с Марией и Оливией, но перед этим у них с Хью произошел долгий и сложный разговор, многое поставивший на свои места. Хью помог Алу прибрать место схватки, чтобы дальнейшее расследование Камми не вывело их на Альберта через капли крови или что-то подобное. Они расстались не друзьями, но по крайней мере уже и не врагами. Терренс стал куда чаще появляться в Сан-Франциско, и так как Хью фактически перешел в подчинение Гарсиа, она стала довольно часто отправлять Носферату на совместные задания с Камми — в качестве жеста дружбы. По словам Хью, сейчас они охотятся на Маис. Старуха исчезла без следа, и это пугает даже больше, чем ее незримое присутствие в канализациях города. Хью отзывается о Терренсе негативно, но видно, что ему доставляет мрачное удовольствие возможность поиздеваться над Камми. Тот до сих пор восстанавливается от глубоких ожогов и выглядит не самым впечатляющим образом. Они так же обсуждают барона, его состояние с раздвоением личности. Фуга — так называется это явление, когда сородич страдает провалами в памяти, во время которых творит что-то истинно Звериное. Видимо, барон страдал этим недугом уже очень давно и именно на его совести были все пропавшие без вести люди в городе. Он обращал их и пожирал. Розалин Торн, погибшая агент Камми, вышла на его след и засняла одно из его злодеяний, когда тот заметил ее и убил. Хью и Майкл так же выводят гипотезу, что именно по этой причине лицо Альберта было таким. Двойственность натуры сира исказилась и передалась в физический облик. Впрочем, они не могут быть уверены наверняка. «Думаю, мы вскоре о нем услышим», — с хитрой усмешкой говорит Майкл. «Об Альберте? Почему?» «Как настоящий Бруха он просто не сможет долго усидеть на месте, не устроив парочку революций. В конце концов, одну он уже устроил, объединив всех нас» Конец беседы. Майкл говорит, что ему пора, и Хью провожает его до выхода. Тореадор уже собирается уйти, когда неожиданно останавливается в проеме и говорит. «Ах да. Чуть не забыл». Он лезет за пазуху и достает конверт. «Вы рассказали мне, что годами искали фотографии с ним…» «Проклятье. Я был пьян…» «И тем не менее, — Майкл протянет конверт Хью. Я потянул за кое-какие ниточки и нашел одну. Доброй ночи». Майкл направляется к машине, а Хью медленно и немного робко достает из конверта фотографию. На ней фотопортрет Бенджамина. Тот улыбается. Хью вглядывается в знакомые черты с исступленной тщательностью и неожиданно понимает, что… Бенджамин не похож на Альберта. Не во всем. Да, кое-какие отдельные черты действительно совпадают, но в остальном — это два совершенно разных человека. Понимание того, что спустя столько лет он просто забыл лицо дорогого человека, а потом _захотел_ увидеть его в потерянном мальчишке сначала ранит Носферату — а затем дарит неожиданное освобождение. Прошлое прошлому. Он больше не будет за него цепляться. Пришло время смотреть вперед. Хью поднимает голову к небу и видит яркую точку пролетающего самолета. «Это будет отличная ночь», — думает он.