Вульф/Вика

Выбравшись из подземелья и осмотревшись по сторонам, Вульф махнул рукой Вике. — Сюда. Поспеши. У нас осталось очень мало времени. Они оба оказались в лесу, возле того самого выхода, которым часто пользовалась она с ребятами, когда вход в колодец засыпали. Вдруг к Вике закралась паника. Школа «Логос» не так уж и далеко от их местоположения, и если вдруг они кого-то здесь встретят? Виктора Николаевича, например, или Володю, ребят, кого-то из INGRID… Это будет конец. Конец для нее и для Вульфа. Вульфа убьют, Вику посадят в тюрьму за содействие в преступлениях против человечества. И никому не будет важно, совершала она их или нет. Раз они вместе, значит она тоже к этому причастна. Ох, как же она давно не была на свежем воздухе! Не видела солнечного света, не знала какое сейчас время года, не слышала пения птиц или журчания рек. От всего и сразу даже закружилась голова, а в глазах потемнело. Когда школьница открыла глаза, более-менее привыкнув к яркому свету, она оказалась в лесу совершенно одна. Вернее Игорек был с ней на руках, но вот Вульфа рядом не было. Вика испугалась. Куда он мог деться за каких-то пару минут? Может его уже убили? Вика хорошо помнила, что в этом лесу любили ошиваться всякие личности, от людей, до диких животных, вроде графских собак, или оборотней. — Владлен Петрович? — тихо окликнула мужчину брюнетка. — Владлен Петрович, где же вы? Ответа не было. Вдруг Вика вскрикнула, прикрыв рот рукой, от того что сзади нее раздался низкий спокойный голос, а рука в перчатке легла на плечо. — Господи. Да что же вы творите? Я чуть заикой не стала, — сказала девушка делая судорожный вздох. — Я проверял местность. В лесу никого. Машина нас уже ждёт. Идем. Вика сглотнула. Сейчас или никогда. На улице кстати говоря, была весна. Начало весны. Март месяц. Если ребята еще живы, то скоро у них выпускной, хотя… Какой выпускной? Менее чем через 10 часов, все на Земле умрут и деваться будет некуда, а значит и выпускной проводить будет некому. Никого не останется на планете, и все из-за одного человека решившего устроить глобальный конец света. — Советую не делать глупостей. То что мы на поверхности совсем одни ничего не меняет. Захочешь сбежать, и я сам сумею тебя остановить. Мы пришли. Садись в машину. Вика замешкалась стоя в паре шагов от открытой двери автомобиля. — Поторопись. До Берлина на машине ехать слишком долго, так что придется взять самолет. Летала раньше на самолетах? Опустив глаза вниз, Вика прошептала: — Я не могу бросить друзей. А это значит, что я никуда не полечу. — Что? — Я никуда с вами не полечу, понятно?! — воскликнула громче брюнетка, развернувшись и бросившись бежать. И хотя Вульф её предупредил насчёт этого, попробовать все же стоило. Ну не могла Кузнецова уехать, когда всему миру и её друзьям грозит опасность. — Scheisse! (Блядь!) — выругался на немецком Вульф. Он бросился было в догонку, но замер на месте услышав женский голос, который был очень хорошо ему знаком. — Hallo, Ritter (Здравствуй, Риттер). Перед ним стояла фрау Раубер, она же Клавдия Софронова. Верная соратница, друг, одна из лучших ученных, конечно же после него. — Theodora? (Теодора?) — Можешь разговаривать на русском. Я ведь тоже его учила перебравшись в СССР, — сказала без тени улыбки на лице женщина в возрасте с собранными в пучок волосами, деловом костюме, и кожаными перчатками, которые Теодора держала в руках, сжимая их пальцами слушая приятный треск кожаной ткани. — Что ты здесь делаешь? — Не притворяйся, что не знаешь. О, не волнуйся. Я здесь только по одному делу. Не переживай за меня, я все успею и не умру. У меня тоже есть своя лаборатория и свои надежные и верные люди. Ты разочаровал меня, мой дорогой. Запустил программу уничтожения трое суток назад, никому ничего не сообщив, сам же прихватил с собой все, что тебе было нужно, и думал сбежать? Может тебе интересно, что стало с твоим водителем? Нет? Я так и думала. Ты ни капли не изменился. Ну что ж. Я избавилась от него, чтобы удержать тебя здесь. Ты всегда был предусмотрительным, и поэтому у тебя полно времени до заражения. На самолёте, ты за 3 часа долетишь до Берлина. Да, я обо всем этом знаю, Риттер. О каждом твоем шаге. Вот только… Почему ты один? Где твой неограненный алмаз? Где Ирина Исаева? Ты их всех потерял? А это может значит только лишь одно: что тебе пора на покой. Ты молод снаружи, но слишком стар внутри. И совершил огромную ошибку, за которую придется заплатить. А как ты думал? Ошибки в нашем деле — недопустимы, и ты знаешь об этом. Да что я говорю? Ты сам всегда за них наказывал. И своих и чужих. Теперь пришел твой черед платить. — Теодора, подожди! Давай все… — Auf Wiedersehen (Прощай), — сказала Раубер, направив на мужчину пистолет и выстрелила в голову. Что ж. Это было довольно просто сделать. Вся охрана Вульфа осталась в подземельях под школой, водитель давно мертв, а школьница вместе с младенцем тоже убежала, что означало, что и свидетелей случившегося тоже нет. Значит можно убираться отсюда. Дело сделано. — За проявленную слабость, мой милый, — сказала напоследок фрау Раубер, сев в машину и уехав. В школе «Логос» Лариса сидела в своем кабинете с ночи, не сомкнув глаз. Она работала с пробиркой, той самой которую ей дал Андрей взамен на прибор. Куча сайтов было просмотрено о компонентах и составе используемых в пробирке, куча выведенных в тетради формул, куча анализов и экспериментов с собственной кровью. Да, Лара брала у себя же кровь и смешивала ее с тем, что было в пробирке дабы узнать реакцию. К сожалению это ничего не дало. Эффекта никакого не было, как и реакций. Видимо нужна была зараженная кровь, или больше времени. Однако… в школе началась какая-то суета и паника. Какой-то грохот. Свет периодически мигал, из-за чего глючило оборудование, но женщина продолжала оставаться в кабинете. Ей важно было выяснить, из-за чего Максим начал терять память, и откуда у Андрея оказалась эта пробирка. Вдруг повеяло холодом. Это означало только одно: входная дверь в холл оказалась открытой и кто-то пришел с улицы. На этот раз, Одинцова все-таки решила выйти и посмотреть кто там, так как надеялась, что это вернулся Авдеев, с уроков или еще откуда, это уже женщину не касалось. Однако выйдя из кабинета, блондинка увидела вовсе не ученика, а ученицу. Ученицу 16-17 лет, продрогшую от холода, со свертком на руках. — Ты кто? — спросила Лариса. — Ой! А вы кто? — испугавшись, так же спросила Вика. Флешбэк. Час назад. — Потерпи, Игорек. Только не плачь. Только не плачь, прошу тебя. Скоро мы будем в тепле. Все будет хорошо, потерпи, — шептала Вика Кузнецова продолжая бежать по лесу, подальше от Вульфа, обратно в школу. Лес она тоже хорошо знала. Знала, где находилась детская заброшенная площадка времен дет дома, знала, где находилось кладбище, часовня, и соответственно сама школа. Саму же девушку терзали сомнения. Правильно ли она поступила, что сбежала? С Вульфом были хоть какие-то шансы на спасение. У него ведь была пробирка с антидотом специально сделанная для нее, он не связывал ее, а вел по лесу и подземелью как важную персону, отпустил Андрея и его маму. Да, убил Морозова-старшего, за то что тот его предал. Макс, теперь наконец-то будет свободен, правда не долго. Черт. Макс. Стоило забрать пробирку, прежде чем… Вдруг прогремел выстрел. Вика остановилась повернувшись в ту сторону откуда он произошел, тяжело дыша. «Что это было? Кто стрелял? Может быть в Вульфа? Но кто мог его убить?..» Не став проверять свои же догадки, Вика побежала дальше к школе «Логос», которая была уже совсем близко. Через пол часа, брюнетка оказалась у ворот школы, которые оказались незапертыми, так как отсутствовал дворник, Семен Андреевич, что было на руку, так как Вика успела замерзнуть бежав по снегу. Войдя в школу, девушку встретил совершенно пустой коридор. Ни бегающих детей, ни других учеников и учителей. Середина дня, а в школе как будто начались каникулы. Полнейшая тишина. Однако, так было недолго. Не успела брюнетка сделать шаг, как из мед кабинета вышла молодая блондинка в белом халате, смотря с недоумением на Вику. Конец Флешбэка. — Вы кто? — спросила Лариса рассматривая школьницу. — Ой! А вы кто? — с испугом спросила Вика, сильнее пряча Игорька в куртку, которая была на ней. — Я медсестра Лариса Одинцова. Ты ученица этой школы? Как тебя зовут? — Вика. А где все? — Я не могу точно сказать. В школе кажется какие-то грохоты, поэтому наверное ученикам запретили выходить из своих комнат. Ты замерзла? Ты так выходила на улицу? Там же снег еще лежит. Тебе срочно нужен горячий чай. Тебе и тому, кого ты там прячешь. Идем ко мне в кабинет. Не бойся. «Грохоты? Обвал. Школа в опасности! Я должна всех предупредить», — подумала про себя Вика. — Подождите. Я знаю, что происходит. Я должна всех предупредить, — сказала Вика как вдруг услышала знакомый мужской голос со второго этажа: — Кирилл, мне понадобится твоя помощь. Проследи, чтобы ученики не покидали своих комнат. Это важно! Если грохоты повторятся, кто-то может пострадать. «Виктор Николаевич?» — Виктор Николаевич! — крикнула Вика широко улыбаясь, радуясь увидеть директора школы живым и здоровым, однако… Улыбка медленно исчезла с лица брюнетки, как только мужчина уставился на ученицу будто на привидение. — Вика Кузнецова? Как такое возможно? — спросил мужчина спустившись по лестнице вниз, все еще с шоком разглядывая девушку. — Что вы имеете в виду? — Тебя не было в школе как минимум трое суток. Не говоря о тех днях, когда тебя не было на занятиях. В общем такое дело… Тебя все посчитали погибшей. Я и твои родители в том числе. Где ты была? — Что?.. Как погибшей? Я же вот… Стою прямо перед вами, Виктор Никола… Я жива! — воскликнула Вика дрогнувшим голосом и заплакала. Ноги Вики подкосились и она едва не уронила малыша, однако Виктор вовремя сумел его поймать, а Вику усадил на диван. — Мне пришлось сказать об этом твоей маме. У меня не было другого выбора. А это кто? Это твой малыш, Вика? Но откуда? Ты же не могла…? — спрашивал мужчина, но Вика продолжала плакать. Она умерла. Так боролась за свою жизнь, за жизнь друзей, спасла Игорька и Иру Исаеву, сбежала от Вульфа и… Умерла. Причем уже давно. Как же так?.. — Вика, ты меня слышишь? Господи, как же я рад, что все обошлось. Что ты жива, а еще этот невероятный младенец… Так чей он, ты так и не ответила? — Он… Он ваш, Виктор Николаевич, — еле слышно прошептала Кузнецова. — Что, повтори? — Вернее Ирины Исаевой, вашей родной сестры. Я спасла его. Спасла из рук чудовища, и сбежала сама. Простите, я должна… Мне нужно… — Вика, ты куда?! Девушка убежала на второй этаж искать ребят. — Виктор Николаевич, что это было только что? — спросила Лариса не сводя глаз с малыша. Он мог помочь ей, нужно было только уговорить Виктора. — Даже не знаю, Лариса Андреевна. Сумасшедший дом? — без тени улыбки спросил или уточнил мужчина. — Да уж. А чей это ребенок? — Вика Кузнецова сказала что мой. Вернее моей сестры. До сих пор не могу в это поверить. Долгие годы меня все уверяли, что моя сестра погибла. Я конечно же в это не верил, как и ее дети, что учатся здесь, а теперь оказывается есть еще один ребенок, которого Ира назвала в мою честь — Игорьком, представляете? Да, Лариса Андреевна. Я не Виктор Поляков. Мое настоящее имя — Игорь Исаев. Теперь вот и вы знаете об этом. Боже, Ира, ты жива. Но где же ты тогда? Где? — спросил в пустоту Игорь и заплакал сидя на все том же диване. Лара подошла поближе, приобнимая мужчину и успокаивая. Вика в это время бегала по всей школе ища друзей. Заглянула в комнату к Савельевой, в комнату к Харитонову, встретилась с Тимофеевой в ее комнате, в коридорах повстречала некоторых учителей таких как: Кирилл Воронцов, видно новенький, Анну Ольшанскую, Уварова (который видимо выглянул на шум из своей комнаты), Войтевича и Крылову. Все они слонялись по коридорам, проверяя учеников, чтобы те оставались в своих комнатах. И конечно же прежде, чем Вика успела дойти до своей комнаты, ее опередил Воронцов сообщив всем присутствующим в коридоре о том, что две из комнат — совершенно пусты. В них нет ни одного ученика. Вика сразу поняла, о ком шла речь. О ее друзьях. Если их нет в комнатах, то нет и в школе. Девушка рванула в обратную сторону. Нужно найти ребят. Сказать им, чтобы не смели возвращаться в школу и не ходили в лес, если они уже не там, черт. Вдруг на всю школу прозвучал голос из динамиков: — Уважаемые учителя и ученики. Важное сообщение: подземелье школы рушится. Если случится еще один взрыв, рухнет вся школа. Просьба всем покинуть школу «Логос» немедленно. Повторяю. Внизу, под школой, расположено подземелье. И сейчас оно рушится. Покиньте школу немедленно! Чей это был голос никто не понял, но очень знакомый. Учителя засуетились, и наоборот теперь стали распахивать все двери, крича ученикам выбегать на улицу. Паника, крики, суета. Все смешалось в одно. 150 учеников начали толкать друг друга, чтобы поскорее выйти на улицу. Подземелье. Володя спустившись вниз через камин, уже давно потеряв счет времени, решил попробовать взломать систему паролей вручную. Без кода. Потратив несколько часов может получиться. Это лучше, чем позвонить Князю и сообщить, что пароля у него нет, что означает, что им никак не попасть на нижний уровень подземелья. Однако прошло всего каких-то 20 минут, как Соколов достиг нужной двери, как внизу начали происходить какие-то серии взрывов, но были они где-то в других коридорах, и были видны только столбы пыли и мелкая россыпь камней. Кто это все взрывал было не важно, вернее не было времени искать этого человека, поэтому Володя занялся панелью с кодом. Он начал пытаться ее взломать. Ковырял ножом, потом отверткой долбил стену, разбил панель ввода цифр, но успокоившись стал подбирать коды, что успел набросать за время пока был наверху. Однако все было бестолку. Коды не подходили, да и не видно было, что высвечивалось на панели, так как она была разбита. Вдруг Соколов услышал пикающий звук. Он замер затаив дыхание. Установка начала пикать секунду назад, и агент сразу же определил где именно. Прямо позади него! Установить динамит здесь, сейчас, никто не мог. Володя был здесь совершенно один. Значит это цепная реакция. Динамиты установлены по всему подземелью или в рандомных местах со счетчиком времени! И сейчас пришла пора сдетонировать именно этому устройству, что находилось прямо позади мужчины. Илья резко обернулся, уставившись на красный огонек мигающий и пикающий. — Проклятье, — все что успел сказать повар, как прогремел взрыв, а после тишина.

***

— Ребят! Макс, Андрей! Даша, Лиза, Рома, где же вы? — звала друзей Вика бродя по лесу совсем одна. Было страшновато сюда возвращаться после того, как Кузнецова слышала выстрел. Это был точно он. Его нельзя было ни с чем другим спутать, так как Вике уже приходилось слышать его звук, когда убили Тамару Алексеевну. Конечно и в смерть Вульфа поверить тоже было сложно, так как он же чертов гений, а вот так легко взял и попался на пулю? Да и кто мог его убить? Его друзья? Те, кому он не сообщил о заражении? Ладно. Главное сейчас найти ребят. В школе опасно, но и здесь тоже. Кто знает, вдруг убийцы еще здесь? Когда не видел их лиц, и сколько их было, это может быть кто угодно. Побродив ещё какое-то время по лесу, Вика поняла что это бесполезно. Лес большой, а она одна. Так можно искать до темноты. Лучше будет вернуться обратно в школу и подождать их там. Андрей рано или поздно, вернётся туда, так как там Надя, которую он ни за что не бросит. Так Вика и поступила. Развернулась и направилась обратно в сторону школы Логос. В подземелье. — ААА! Нога, — закричал Володя получивший после взрыва царапины и сломанную ногу, вдобавок придавленную еще и бетонной плитой. Упала та самая стена, за которой скрывался лифт вниз и поэтому у Володи появился хотя бы один плюс в его нынешнем положении. Вдруг мужчина заметил на стене трещины, и через боль подполз поближе к противоположной стене.— Твою ж мать! Только этого мне и не хватало. Эй! Здесь есть кто-нибудь? Помогите! В школе. — Так. Вам что особое приглашение нужно? Все быстро из школы! — приказал Воронцов распахивая двери в комнаты учеников. И пока он делал это, биолог окликнул физрука: — Вадим. Подойди на минуту. — Подошёл. Что надо? — А сам не догадываешься? Чей голос звучал в динамиках? Кто сообщил про подземелье и про то что там какие-то обвалы? Нам что же тоже выходить? Но в таком случае итак ясно, что мы все всё равно погибнем, так как от вируса не спасется никто, ну кроме тех, у кого есть особые гены. Вадим вдруг усмехнулся. — Ну мне то это не грозит. Я не умру. — С чего… Ах, ну да, конечно же. Вы же с братом — искусственно созданные. Пока жив твой брат Антон, будешь жить и ты тоже. Как в прочем и наоборот. Если вдруг что-то случиться с тобой, погибнет и он. — Это бред! — разозлился Вадим. — Я не связан со своим братом-близнецом. У него своя жизнь, у меня своя. — Да неужели? А может это был как раз-таки он? Твой брат? Голос ведь был искажен. Узнать, кто это был на самом деле, не так то уж и просто. Нужно время и человек умеющий распознавать искаженные голоса. — Ну так желаю удачи. А у меня дела. — Это какие же? Не поделишься? — Позже. Может быть. Если выживите, Константин Викторович, — улыбнулся физрук уходя довольным оставляя мужчину одного. В подземелье. — Так вот откуда идут эти трещины. Школа и подземелье — связаны! Если обрушиться подземелье, рухнет и сама школа. На помощь! Я здесь! Эй! Меня кто-нибудь слышит?! Блядь! — закричал повар не только услышав но и увидев еще один взрыв, а так же услышав чей-то крик. — Эй? Есть там кто? Кто ты? Ты живой там? Говорить можешь? Эй, если ты меня слышишь, помоги мне, пожалуйста. Я ранен и не могу встать. Приглядевшись получше Володя увидел, что кто-то лежит на полу в том самом коридоре, откуда прогремел взрыв. — Эй, мужик? Слышишь меня? Постой. Я тебя знаю! Ты тот самый бывший курьер. Ты жив там или… Ясно, ты мёртв. Черт! В школе. Все оказываются на улице, но сама школа пока что стоит. Тут в небе появляется вертолет. Его звук пугает второклашек а те что постарше, поднимают головы вверх и прикрывают лица руками от пыли и ветра. Взрослые осторожничают. На вертолете к ним еще никто не прилетал. Так же появляются и грузовики. Из них выпрыгивают люди в защитных костюмах, масках на лицах, и специальными баллонами на спинах. Они забегают в школу начав там все тщательно проверять. Из вертолета выходит некий мужчина фактически ровесник Войтевича, и сразу спрашивает: — Кто главный? Нужно поговорить. Виктор Поляков хочет выйти вперёд, но люди с оружием пугают его, как и детей. Кто это такие — не ясно, как и то, что им конкретно может быть нужно. Вопрос звучит еще раз, и тогда Полякову на ухо шепчет Крылова: — Виктор, тебе придется выйти. Я подержу Игорька. Не волнуйся. — Спасибо, Лен. Эй, вы! Я главный. Я директор. Меня зовут Виктор Николаевич Поляков, — сказал мужчина сделав один шаг вперед, чтобы человек вышедший с вертолета его увидел. — Князев. Борис Константинович. Здравствуйте, — представляется мужчина, протянув для рукопожатия руку. — Здравствуйте. В чем дело? Зачем вертолет и столько людей в химзащите? Вы пугаете детей. — Я все вам сейчас объясню, хоть времени ни у кого из нас нет. Дело в том, что случилась ужасная катастрофа. Был выпущен смертельный вирус, здесь, прямо в подземелье под вашей школой. — Какой вирус? О чем вы говорите? — Вот таймер. Осталось менее 8 часов или все умрут. — Это шутка? Вы спятили?! — Это не шутки. С такими вещами не шутят. Под вашей школой находятся секретные ходы военных времен. Секретный бункер если хотите. И там не все так просто. Там и был выпущен смертельный вирус, который уничтожит большую часть населения Земли. Но прежде чем проводить эвакуацию, я хочу знать где мой человек? — Кого вы имеете в виду? Мы все здесь свои. Не знаю никого, кто мог бы на вас работать, простите. — Его настоящее имя — Илья Шевцов, но у вас работает под другим именем. Не догадались еще? — Нет. В первый раз слышу о человеке с таким именем. — Владимир Соколов, он же шеф-повар Володя. — Не может быть. Наш Володя — это ваш человек? — Вижу вы плохо осведомлены о своих сотрудниках. В общем, я должен его увидеть. Немедленно. Где он? — Я не знаю. Был в школе, пока не начались обрушение и паника. — Если мои люди не найдут его в течении двух часов, тогда мне очень жаль, но вы все погибнете. Время пошло. — Подождите! Что значит погибнем? Как могла произойти утечка вируса? — Я отвечу на все ваши вопросы, как только увижу Илью. Живым. — Да поймите же вы! Если бы я только знал где он. Но я не знаю! А здесь дети! Вы что же из-за одного человека, не окажете помощь другим 149?! А может это были вы, а? А сейчас прибыли сюда, чтобы шантажировать нас всех? — На этот вопрос я, пожалуй, вам отвечу. Если бы это был действительно я, я дал бы не два часа, а все восемь на поиски. Я такая же жертва как и вы и тоже хочу жить, но пока не увижу Илью, помощи не ждите. — О боже. Володя! Где Володя! Боже мой, скажите мне где он?! — закричала Маша. — Маша, успокойся. Твои крики не помогут вернуть его, — ответила Елена. — Откуда вернуть? Что же вы молчите? Боже, что с ним?! — Я не знаю. В школе я его пока что не видела. — А то что они сказали там про вирус? Что мы все умрем. Это правда? — Этого я тоже не знаю. Подождём Виктора. Он нам все и расскажет более подробно. Маша не могла спокойно стоять и ничего не делать. Она бросилась в школу искать Володю. В лесу. — Заходите сюда. Здесь безопасно, — сказала Смирнова приглашая ребят в заброшенный сарай, где раньше жил Егор Крылов. — Ну и дыра, — сказал Рома переступая порог. — Здесь кто-то жил? — спросила Даша смотря по сторонам и под ноги. — Гном, — ответил за Галину, Андрей. — Ну тот самый, которого убили. — Его звали Егор, — поправила ученика Галина. — Я не знал его имени, простите. — Андрей, а где Надя? Я хочу ее увидеть, — спросила Ира. — Мам, Надя она… Она в школе. В Логосе. Школа находится здесь, неподалеку. — С ней все хорошо? Когда я смогу с ней увидеться? Она же знает, что я жива? — Скоро, мам. Ты обязательно с ней увидишься. — Ирочка, пока что тебе лучше будет побыть здесь. С нами. Твоя дочь сильная. Она — твоя копия в детстве. Твой брат позаботится о ней. Все будет хорошо. Неожиданно тишину нарушил судорожный вздох Лизы Виноградовой, который привлек внимание всех к ней. Смирнова знала, что девочка видела призраков, что ей пересадили сердце другой ученицы, и поэтому отвев взгляд в сторону, пошла заваривать чай. Лиза уставилась на скамейку, на которой сидела мама Андрея, вот только смотрела Лиза не на женщину, а на пустое место рядом с ней. Там сидела Ингрид. — Инга? Это снова ты? Мы… Вдруг вся посуда, что стояла на деревянном столе, сбросилась на пол сама собой. Ира вскрикнула вскочив со скамейки. Андрей и Даша бросились к ней, чтобы успокоить. «Убили», — написала девочка всего одно слово кровью. — Нет, Инга, не мы. Это были не мы. Мы не смогли. Вернее, все пошло не по плану. Мы даже попасть внутрь кабинета к Вульфу не смогли. «Убили», — вторая надпись чуть ниже. «Друзья». «Они убили!» — Друзья? У твоего отца были друзья? И они его убили? — переспросила Лиза. «В лесу. Убили». — Андрюш, что это? Что происходит? Мне страшно, — прошептала Ира. — Мам, не бойся. Все хорошо. Просто надо подождать, пока все закончится и не мешать. — Инга, прости, — ответила Лиза. — Ты же сама хотела, чтобы твоего отца остановили, вот… Его остановили. Да не мы, но все же... Нашлись другие люди, которые сделали это. «До заражения осталось 8 часов». — Что? — Сколько? — спросил Макс. — Это что же получается? Мы все умрем? — спросил Рома. Ингрид посмотрела на всех присутствующих из подо лба. — Ингрид, пожалуйста, помоги нам. Скажи, как нам спастись? Должен же быть какой-то выход, — попросила Виноградова. — Андрей, с кем она говорит? Кто такая Ингрид? — Ингрид, мама… — Авдеев почесал затылок. — Это погибшая дочь Вульфа. Лиза может видеть и общаться с призраками. Нет, это не какая-то болезнь. Она просто особенная. Как ты. Ты клон Ингрид, а Лиза… Ей пересадили сердце одной девочки, которая с нами училась и помогала нам, и в общем… — Андрей сам понял как сложно все это звучит и поэтому замолчал. «Выход есть», — написала на столе Ингрид. — Какой? Инга, скажи, пожалуйста. Мы правда хотим жить. «Дочь вашей подруги». — Вики? Но ведь по расчетам, прошло всего около 2 месяцев. Плод еще даже не сформировался. Так как же это сможет нам помочь? «Был бы жив мой отец, он бы ускорил рост плода». — Что? — спросила нахмурившись Старкова. «Мой еще нарождённый клон это — совершенный организм. Спасение только в ней», — написала Инга. — Черт, — выругался Морозов. — Вот засада, — сказал Павленко. — Плохи дела, — сказала вошедшая ко всем Галина Васильевна.

***

— Виктор Николаевич! Пропустите. Виктор, у меня важная новость, — сказала Одинцова протолкнувшись через всех к Полякову. — Что там у вас, Лариса? — Я не говорила об этом раньше, так как не была до конца уверена, но теперь... Теперь думаю стоит. Вот, — женщина показала мужчине пробирку с красной жидкостью. — Что это? — Препарат созданный компанией INGRID. — Что за препарат? — Который принимают зараженные старшеклассники, в частности Андрей Авдеев. — Андрей? Чем он заражен? Почему я об этом ничего не знал?! — воскликнул мужчина. — Подождите горячиться. Он приходил ко мне несколько дней назад, и принес это вещество. Думаю оно служит тем, чтобы блокировать какой-то сильный, а возможно даже смертельный вирус. Его друг Максим Морозов так же его принимает, но вот только в отличие от Андрея, он начинает терять память. В медицине, есть специальный термин означающий потерю памяти, и это — деменция. У подростков встречается крайне редко, чаще у пожилых людей, но речь идет о неком секретном препарате и побочных от него эффектов. Я проводила исследования несколько дней и ночей подряд и кое-что выяснила. — И что же? — Создать вакцину из этого препарата не получиться. Компоненты мне не известны ни о новом вирусе, ни о старом, но я точно знаю, что Андрею никакой новый или старый вирус ничего плохого не сделает. У меня был прибор способный выявить признаки заражения у человека. Так вот Андрей Авдеев здоров. — Тогда кто же, по-вашему, дал ему этот препарат? И кто еще из школьников его принимает?! — Думаю все те, у кого нет особого иммунитета, могут заразиться вирусом каким бы он ни был, — сделала вывод Одинцова. — Так значит, вы хотите сказать, что все это время в нашей школе были зараженные старшеклассники, которые спокойно ходили на уроки, общались с другими учениками и малышами, а вы молчали? — Кое в чем я могу вас уверить на сто процентов. Вирус которым заражен Максим Морозов и возможно его друзья, не передается воздушно-капельным путем, а иначе признаки заражения давно бы себя проявили. Любой вирус имеет ряд стандартных признаков: высокую температуру, тошноту, головокружение, слабость в теле. Пока что я не замечала у других ребят, ни одного из этих признаков. — Успокоили. На самом деле нет, — ответил Виктор посмотрев на Бориса Константиновича. — Сколько осталось до заражения? — 7 часов. Час уже прошел, а Ильи я все еще здесь не вижу. — Боже 7 часов… Нужно звонить родителям. Если вы не собираетесь нам помогать, то родители этих детей, хотя бы смогут по-человечески с ними попрощаться. — Так вы лишь удвоите количество зараженных. Здесь, в этой школе, вирус может распространиться быстрее, чем в центре Москвы или других городах. Вы этого хотите? Горы трупов и чтобы дети это видели? Трупы своих родителей, братьев и сестер?.. — А скажите, куда бы вы нас эвакуировали бы? Значит есть где-то место или специальная карантинная зона, куда вирус не сможет добраться, я прав? — Илью Шевцова и мы все с вами обсудим. — Вы ведь тоже сейчас в зоне риска! И тоже можете погибнуть! Или хотите сказать, что у вас есть иммунитет? — Нет, нету. Илья вел это дело с самого начала. Возможно сейчас он где-то в подземельях школы, ищет путь на самый низ, в лабораторию нацистов. — Кого? «Черт!» — выругался про себя Князев. — Все. Больше никаких вопросов и ответов. — Так, Лариса. Мне понадобиться ваша помощь. Я не собираюсь стоять и ничего не делать. — Что от меня требуется? — Проследите, чтобы не началась паника среди молодежи, и чтобы никто не вернулся в школу. Я же отправлюсь искать Володю. — Виктор Николаевич, подождите! — вдруг услышал мужчина и обернулся увидев Вику. Ученики раскрыли рты как и некоторые учителя. — Вика? В чем дело? Давай позже, я спешу. — Нет, прошу вас, останьтесь. Я знаю, что происходит и могу помочь. Все что вам сказали — правда. Про смертельный вирус, про ходы под школой, про конец света. Но надежда есть. — Надежда? Я тебя слушаю. Вика сглотнула, встречаясь взглядом с Уваровым и Войтевичем. Было страшно, но здесь вся школа, плюс люди с оружием. Эти двое не смогут ничего ей сделать. — Знаю, в это будет сложно поверить, но меня целых два месяца держали в плену. И как я успела заметить, меня все в этой школе уже успели похоронить, однако я жива. Так вот. В этой школе, творятся не просто ужасные вещи, здесь убивают. Взрослых и детей. Тамару Алексеевну и ее 10-ти летнего сына — убили, Виктор Николаевич. И это правда. Я свидетель. Вашу сестру — Ирину Исаеву тоже держали в плену. Немцы. Они ставили над ней эксперименты, а меня… Меня вынудили врать и в неком роде помогать, хотя я всеми силами старалась этого не делать, но в одиночку я мало что могла. В итоге, я едва не уехала с самым главным зачинщиком — Риттером Вульфом в Германию, но поняла, что не могу этого сделать и сбежала. Что же касается Вульфа, то думаю что его убили. В лесу, в котором мы оба находились, я слышала выстрел из пистолета. Внизу в подземельях школы, нас уже пытались взорвать несколько раз, отсюда и грохоты и обрушения, но нам чудом удалось выбраться в лес, где для… — Вика, подожди. У меня голова сейчас взорвется. Какие нацисты? Какие эксперименты над моей сестрой и… Тобой. Ты шутишь? — Нет, Виктор Николаевич. Это не шутки. Все так и было. У Вульфа была вакцина. Вакцина от нового вируса. Если его и в правду убили, то она все еще у него. А он в лесу. И я знаю место, где он, возможно, убит. — Тогда чего же мы ждем?! Скорее идем туда! — Минуточку! — воскликнул вдруг кто-то из толпы, и Вика узнала этот голос. Уваров. — Вы что же ей верите? Вам не кажется, что кому-то пора вызвать психушку? Посмотрите внимательнее на ее лицо. А в глаза. Они же бегают как у сумасшедшей! Пха! Нацисты? Смертельный вирус? Плен? Ну что тут можно сказать? Кому-то пора писать детективы. Уверен, хорошее будет чтиво. — Вадим, почему ты не веришь? Ты же сам все видишь своими глазами. Здесь люди в химзащите! Это тоже бред? — Ну химзащита и что? Может это все розыгрыш и Кузнецова с ними заодно. — Что?.. Это вы с ними заодно! Вы и он! — крикнула Вика указав пальцем на Войтевича. — Он меня похитил, а ты… ты правая рука Вульфа. Мы с ребятами все про вас выяснили. Вы похищали детей, ставили над ними незаконные эксперименты, подделывали заключения о смерти людей, которые еще были живы! Стирали им память, черт бы вас всех побрал, и метили как животных. У меня и Ирины Исаевой есть татуировка в виде знака близнецов! Латинская гемини! И такое же название носит ваш главный проект по созданию близнецов. Я беременна клоном Ингрид Вульф. Если кто не знает, кто это, то я скажу. Это погибшая 60 лет назад дочь Риттера Вульфа. Ира Исаева — ее абсолютный клон, как и Надя Авдеева, как и моя дочь. Три клона и все они были созданы лишь для того, чтобы воскресить Ингрид. — Пха-ха-ха. Это смешно. Ты не в себе! — сказал Уваров. — У тебя даже живота нет. — Сволочь, — буркнула Вика. — Вика, что происходит? Ты говоришь, а у меня мурашки бегут по телу. Я хочу тебе поверить, и даже не знаю… Звучит это и правда странно. — Идемте в лес. Найдем тело Вульфа и вакцину, и вы сами во всем убедитесь. Что я не вру. — А это далеко? Времени просто мало. Нужно еще отыскать Володю. Без него нас не эвакуируют. — Где-то в часе отсюда. Я хорошо знаю лес и не заблужусь. Виктор Николаевич, если мы найдем вакцину, мы сможем выиграть время и спасти людей. — Тогда веди. Я тебе верю. — Хорошо.