Дубль

Придя домой Холмс с разбега, не разуваясь, прыгнул на диван и растянулся на нем, не смотря на то, что около лежал ноутбук и недоеденный персик. Эти вещи его ничуть не смущали. Шерлок просто застыл. Глаза устремились в одну точку, одна рука лежит на животе, другая свесилась чуть ли не до пола. И он не разделся. Дженни подумалось, что он не сдвинулся бы с места, даже если бы наступил Апокалипсис, да и в этом случае он просто повернул бы голову и спросил: "Отчего так шумно?". Девушка хихикнула. Перегнувшись через тело Холмса, она взяла одной рукой персик, а другой - ноутбук, собираясь унести их. Когда она разгибалась, он открыл глаза и посмотрел прямо на нее. Его зрачки были расширены. - Мне нужен мой пластырь, - шепнул он низко. - Принесите сами, сэр, - усмехнулась Дженни. Она убрала персик, поднялась вместе с ноутбуком наверх и просидела там с полчаса. Вернувшись, она обнаружила Шерлока в той же самой позе, в какой его оставила. Может, уснул? Дженни повернулась, собираясь уйти, но ее остановил голос. - Где мой пластырь, я же просил принести его еще полчаса назад! - А я, помнится, тогда сказала, чтобы вы встали и взяли его сами, тем более, что я не знаю, где он находится. - На столе в моей комнате. Дай мне один, - последовал его угрюмый ответ. - А если у меня есть другие дела? - У тебя их нет. - Неужели? Молчание. Девушке ничего не оставалось делать, как просто принести пластырь. Она шмякнула его на столик возле дивана. Холмс по-прежнему смотрел в одну точку. Дженни тихонько сделала шаг назад. - Стой, - раздалось с дивана. - Что еще? - Приклей. - Пошел ты! - Ты в курсе, что называешь меня на "ты" только, когда посылаешь? - И пошлю еще раз, если ВЫ не прекратите свои выходки. - Ты согласилась на них, когда въехала сюда. Сказать было нечего. Дженни ужасно разозлилась. Глаза прищурились, она стала закатывать рукава. - Ну, хорошо, - она подошла к дивану в упор, посмотрела на Шерлока из-под очков. - Раздевайся, Шерлок, иначе мне придется прилепить твой долбанный пластырь тебе на лоб. Интересно, что скажет миссис Хадсон? Молниеносно он вскочил и избавился от ненужных вещей, кидая их прямо на пол. Потом вновь лег и расстегнул пуговицу на манжете рубашки. Ниже располагались часы. Он поднял предплечье вверх и изрек: - Сюда. И быстро. Мне требуется никотин. Девушка взяла со стола пластырь, не спуская с него глаз. Холмс закрыл глаза и продолжал лежать. Дженни медленно отделила нужную часть пластыря и положила поближе. Потом грубовато толкнула со словами: - Подвинься, нарик! Шерлок даже не шелохнулся. - Хорошо, ты сам этого хотел! Дженни просто села прямо на него, взяла с пола его руку, закатала рукав и, стараясь действовать быстро, прилепила пластырь на то место, где уже белели следы от нескольких предыдущих. Он вздохнул, и на выдохе сказал: - Еще. - Тебе недостаточно одной дозы? - с ужасом вопросила девушка. - Мне достаточно того, что ты причиняешь мне неудобство, когда сидишь на мне. - Дьявол! - чертыхнулась Дженни. Потом достала еще один пластырь и с размаху шлепнула его рядом с первым. Потом резко встала и повернувшись, буркнула: - Готова поспорить, что доктора ты так не изводил. Когда Дженни выходила из гостиной, вслед она услышала: - Доктор - мой друг. Его я изводил и хуже. Спустившись вечером вниз, Дженни не застала Холмса дома. Зато спустя некоторое время ей пришло от него СМС с текстом: "Будь готова через час. У Лестрейда. Есть новости. Ш.Х." Через час вернулся Шерлок в очень хорошем настроении, и с порога заявил: - Сейчас поедем в участок, пусть Лестрейд все расскажет там. Тебе тоже нужно знать. Пошли. Дженни меланхолично пожала плечами и они вместе вышли из дома на Бейкер-Стрит. В такси оба сохраняли гробовое молчание. Участок встретил Холмса и Дженни шумом. Знакомых лиц не попадалось, но все старались держаться подальше от Холмса, едва завидев его. Ему это было глубоко без разницы, судя по всему. Дженни увидела сержанта Донован и поздоровалась. - Вы все еще в рабстве? - сочувственно спросила Салли. - Как видите, сержант. Шерлок ушел далеко вперед, ища Лестрейда. Позже туда же пошла и Дженни. Несмотря на их с Холмсом размолвку, ей было интересно, что же скажет инспектор. - Мы опросили подозреваемых. Родственников, в смысле. Сына убитого вообще нет в Лондоне, он в Ланкастере, и ничего не знал о смерти отца, пока мы не сказали. - Значит, остаются только внуки. - Да, Холмс, именно. Фрэнк и Маргарет. - Что они сказали? - Фрэнк Майер, когда на него нажали относительно нашей "вещи", - Лестрейд изобразил пальцами кавычки, - сказал, что не далее как 4 дня назад, когда он в последний раз приходил к деду, тот намекнул ему, что скоро покажет внуку нечто очень для него ценное, и когда Фрэнку исполнится 27... заметьте, Холмс, не 30, не 25, а именно 27... дедушка Майер пообещал Фрэнку передать эту вещь в полное его владение, дабы он сохранил напоминание о везении в жизни его деда. - Интересно, - протянул Шерлок. - Прежде всего мне нужна полная биография Патрика Майера. - Зачем? - Потом скажу. Если там нет того, что я ищу, и говорить будет не о чем. Так, а Маргарет? Она что-то знает? - Нет, мы еле вытянули из нее слово. Подавлена горем, плачет. - Я же говорила, Холмс, - вставила Дженни. - Что? - в один голос спросили Шерлок и Лестрейд. - Что семья любит его. - Истерика, Ватсон, еще не доказательство любви. Повисла тишина. - Конечно же, мистер Холмс. Если я вдруг попаду под машину, то вы лишь плечами пожмете, вероятнее всего. А может, даже не заметите. - Ясно, - сказал Холмс. - Не забудьте про биографию. Шерлок повернулся и вышел, не удостоив Дженни даже взглядом. Когда они сели в такси, Холмс вдруг повернулся к ней и с улыбкой сказал: - Я замечу, Ватсон. Некому станет приклеивать мне пластыри. Несмотря на обиду, Дженни улыбнулась. Обстановка понемногу разрядилась. А на следующее утро позвонил Джон Ватсон. С удивлением увидев его номер на дисплее мобильного, Шерлок прямо в халате и пижаме выбежал из комнаты поближе к окну, чтобы лучше ловило. - Джон. Ты же сказал, что не возьмешь телефон? - Я солгал, Шерлок. И конечно же, ты знал, что я его возьму. - Конечно. - Как твои дела? Или мне лучше спросить, как ваши с Дженни дела? - Что ты имеешь в виду? - Ровно ничего. Ну, так как? - Взялись за расследование дела. - Моя сестра работает у тебя внештатным черепом? - Вроде того. Чувствую, что дело глубокое. - В смысле? - Ответ глубже, чем кажется. - Это хорошо. Для твоих мозгов, я имею в виду. - Спасибо, Джон. - Шерлок, я знаю, о чем ты думаешь. Ты хочешь возвращения холостяцкого гнезда. - А если и так, то что? Я первый поселился в этой квартире! - Вспомни, как было со мной. Мне нужен был адреналин, и я его получил. А ей нужно забыться. Помоги ей забыть. - Я не той профессии, которая для этого нужна. - Той самой, Шерлок. Сама она себе помочь не может. Помоги ей. - Она меня терпеть не может! - Ага, как в принципе, и все женщины, которые тебя окружают. Не верю, чтобы ты был настолько слеп. Ты сам всех отгоняешь. - Я же сказал однажды, что работа - это все, что мне нужно! - Шерлок, хоть раз в жизни не будь эгоистом. Ну, пока. Раздались короткие гудки. Шерлок посмотрел на трубку, не в силах поверить в услышанное. Джон требует, чтобы он помог Дженни. Чем же это, интересно? Кровавыми преступлениями? Ну, хорошо. Отвлечься-то, положим, она отвлечется, да, если повезет, еще и с пользой для дела. Все решилось. - Кто звонил? - зевая, сказала Дженни, входя в коридор. Шерлок принял независимый вид, несмотря на то, что он был в пижаме. - А откуда ты взяла, что вообще кто-то звонил? - Вы держите телефон. И голос ваш раздавался чуть ли не по всему дому, - добавила она, перебирая одной рукой рыжие кудряшки на голове. Холмс опустил глаза на телефон. Повертел его в руках, а потом, проходя мимо по направлению к лестнице, сунул его ей в руки. Необходимо было взяться за работу, уж слишком по-домашнему все выглядело, как будто они только что вылезли из постели. Так не годится. Совсем нет. Он совершенно чужой ей человек, они знакомы всего 2 недели. "А со мной ты был знаком и того меньше, когда мы распутывали дело таксиста с аневризмой" - раздался в голове голос Джона. Отмахнувшись от всех ненужных мыслей, Холмс взял листок бумаги и карандаш. Нет, лучше маркер. Только он замахнулся на "разложить дело по полочкам", как вошла Дженни с двумя чашками кофе. Аромат манил встать и взять кружку, даже сказать "спасибо", но Холмс держался. - Будете? - спросила Дженни. "Вот надоеда", - подумал Холмс. - Да. Поставь тут, - он сложил руки ладонями друг к другу и стал медитировать на бумагу. - Остынет, - напомнила девушка. - Потом, - буркнул он. А потом она взяла и села рядом. Господи! - Всё-таки, кто звонил? Вы же предпочитаете печатать? - Джон хотел проверить, цела ли ещё твоя драгоценная шкурка. - Передайте, что цела. - Сама передай, я занят. - Чем занимаетесь? - Думаю. И ты мне мешаешь. - Тогда я просто помолчу. - Твое присутствие меня нервирует. - Вы вообще нервный человек, - сказала Дженни, отхлебывая из чашки. Оба застыли. Шерлоку показалось, что его терпение дымится. - Джон бы ушел сразу, - наугад пробормотал Холмс. - Джоном вы манипулируете. Это называется "манипулировать". Холмс медленно перевел глаза на Дженни. - Ты так горишь желанием помочь? - Горю. Что мне делать? - Работай черепом. Ты ведь читала блог Джона? - Читала. Но Джон был лучше черепа. - Ты тоже лучше. Немного, - его лицо искривилось в улыбке, которая тотчас же пропала. - Просто слушай. - Хорошо, - просто сказала Дженни. - Итак, - начал Холмс. - Что же мы имеем? - Мы имеем картину преступления, - добавила она. - Картину следующую, - продолжил он. - Патрик Майер намекает внуку, что у него есть для него приз. И получит Фрэнк его не скоро. Для того, чтобы подзадорить родственника, Патрик решает показать ему "вещь". Как бы помахать морковкой перед ослом. Назначает внуку свидание. Вечером перед днем визита убийца приходит и забирает вещь. Следовательно, убийца знает, что Майер ходил в банк и вещь сейчас у него. Чтобы вещь не досталась Фрэнку, наш киллер забирает ее и убивает старика. Зачем было убивать Майера, если вещь уже у тебя? Я уже говорил, что старик умер бы в любом случае. Значит, это кто-то из знакомых, кто не хочет себя афишировать. Неужели Фрэнк не утерпел бы до утра? Вряд ли, Ватсон. Родственники. В этом были заинтересованы лишь родственники. Невозможно! Невозможно! Лестрейд сказал, что Майеры жили очень обособленно, ни с кем особо не встречались. Кому нужна эта вещь? Кому?! - крикнул Холмс и встал, схватившись за голову. Дженни тем временем рисовала на бумаге схему преступления. Все вертелось вокруг таинственного слова "Вещь", которое она написала крупными буквами, и для важности наставила восклицательных знаков. Потом прикрепила кнопками к стене, как имел привычку делать Шерлок. - Холмс. - А? - обернулся он, с затуманенным взглядом. - Совершенно ясно, что кто-то из них двоих проболтался. - Да, да! Естественно! Либо Фрэнк, либо Маргарет. Кто же? Черт, почему, почему нельзя установить за ними круглосуточную слежку? - У нас нет ордера. - И Лестрейд нам его не даст. Уж конечно, - сказал он. На диване запиликал телефон. - Это вам, Холмс. - Я слышу. - Вдруг что-то важное? Молчание. Дженни подошла к дивану и начала смотреть сообщение. Сзади через плечо заглянул Холмс. На дисплее сияла надпись: "Приезжай. У нас странный случай".