Красавец и чудовище

На кануне вечером, был необычный ужин, Алан, ожидая хозяина с охоты бродил по кухни замка. Некоторые крупные предметы мебели были опрокинуты, из за чего юноша только сейчас заметил, что один из шкафов загорадил собой деревянную дверь. Расчистив проход он зашёл внутрь, это было складское помещение. Под толщей пыли хранились банки, плетеные корзины, кухонная утварь и... Вино. Алан сразу же поделился находкой с Ларсом. Хозяин посмеялся над юношей, пожал плечами и сказал.       — Это тело отторгает алкоголь, но если хочешь, можешь выпить все что найдёшь. Надеюсь хоть ЭТО твой не первый раз? Первый. Но Алан ему об этом не скажет. Закатив пирушку, юноше хватило и половины бутылки. От сытного ужина, жара от камина и мягкой подстилки в виде хозяина замка, его непременно поклонило в сон. Воздух в комнате накалился, стало ужасно жарко, а от дополнительного тепла мохнатого тела, голова начала кружиться. Проснувшись от этой духоты, Алан хотел лишь перелечь за спину Ларса, но минутное помутнение, и вот его лица уже касается густая шерсть, а щека прижимается к паху оборотня, вдыхая его терпкий аромат, пока руки наглаживают мешочек, где прячется рельефный член.       — Алан? — раздался хриплый ото сна голос сверху. Алан поднимает голову, а в глазах его плывет от происходящего. Оборотень лениво тряхнул головой и опустился снова, ещё сонно но все же нетерпеливо переминаясь с лапы на лапу, ожидая действий от юноши, который сидел под ним, упираясь лицом в шерстяной пах, где от продолжительных стимуляций уже показалась малиновая головка. Получив безмолвное добро на свои действия, Алан вытянул шею и его приоткрытые сухие губы коснулись головки, даря ей сладкое ощущение поцелуя. А после снова запрокинул голову, глядя на хозяина. Головка полностью оголена и потемнела от собравшейся крови. Алан коротко выдохнул, ощущая всем телом нетерпение хозяина, и подался вперед, широко лизнув головку и снова посмотрел на хозяина. Тот не отстранился и не оттолкнул его, лишь шумно выдохнув, едва член лег на мокрый язык. Язык мажет по самому кончику и слюна попадает в уретру, после чего выходит с щедрый порцией предъакулята. Горьковато-соленая, но не противная. Юноша захватывает ртом остроконечную головку. Чувствуя тяжесть чужого члена на своём языке, он обхватывает его руками и начинает надрачивать. Сначало медленно, но когда смазки выделяется больше, его движения ускоряются. От причмокивающих звуков, влажнеет его собственное бельё. Постепенно вбирая ртом все большую область, ощущает, как хозяин нетерпеливо покачивает бедрами к нему навстречу. Его шерсть приятно щекотала скулы и подбородок. Довольно часто он отстранялся, чтобы облизать губы и сглотнуть скопившуюся во рту слюну, смешанную с горькой смазкой. Из-за большого ствола ее собиралось много, а он не рисковал сглатывать, держа член во рту. Опустив нижнюю челюсть, позволяет члену скользнуть глубже, и хозяин несдержанно дернулся, от чего головка выскользнула изо рта и похлопала по распухшим губам.       — Алан. Он понизил голос до почти интимного шепота, который, впрочем, больше напоминал змеиное шипение. Алан поперхнулся, когда хозяин уперся в заднюю стенку его глотки, он снова выпустил его и неуклюжа шлёпнул себя по губам пару раз, смыкая ладонь на стволе, и лаская ту область, которая не помещалась в его рот. Член продолжал обильно выделять смазку и ее запахом пропитывалась вся комната, отчего его хозяин постепенно сходил с ума. Он начал двигаться быстро и резко, грубо толкаясь в рот юноше, а после отстранился, так и не дав ему насладиться тем, ради чего он начал.       — Достаточно, — прорычал хозяин. Алан смотрел на него опьянившими глазами. Не сводя взгляд, его губы обхватили головку, а юркий язычок толкнулся в уретру. Член хозяина заметно дёргается прямо у него во рту. Они оба чувствуют приближение финальной вспышки, и это как будто дает второе дыхание. Из Ларса рвутся короткие сдавленные рыки, словно он совсем забывается в ощущениях, а Алан, успев привыкнуть к инородному телу в горле, продолжает вкусно отсасывать. Увлекается, берёт до половины, позволяя хозяину мелко двигаться у себя в глотке. Юноша с трудом сглотнул скопившуюся вязкую слюну, спермы было много, от чего почти вся она сразу текла изо рта по шеи дальше вниз. Еще пуще дурея, Алан потерся щекой о твердый мускулистый живот оборотня, приятно жмурясь от зарождающееся внутри него пленительного возбуждения. Приподнявшись, юноша зарылся носом в его шею, покрытую густым золотистыми мехом и прошептал, — Возьми меня. Из горла хозяина вырвалось низкое утробное вибрирующее рычание, руки Алана скользнули по когтистым пальцам зверя и переплелись с ними. Тяжелые рыжие веки поднялись, обнажив взгляд горящих глаз. Ларс долго смотрел на их переплетенные пальцы из-под полуприкрытых тяжелых век, и тоже слегка улыбнулся. Его улыбка, конечно, больше походила на волчий оскал, но это не портило общего впечатления. Усаживаясь поудобнее, дразнясь. Подвижными бёдрами юноша скользит из стороны в сторону, обводит тугие круги в воздухе, по-садистки наслаждаясь тем, как хозяин кашляет стонами. Потом чуть приподнимается и опускается снова. Хрипло. Очень, очень низко, так, будто голос раздавался из самых недр земли, заставляя покрыться холодной испариной, буквально молниеносно, кожа обсыпалась мурашками, волосы на затылке вмиг зашевелились, — Будь моим, — хозяин схватился за его бедра и притянул ближе, раздвигая упругие половинки. Член его скользнул меж ягодиц и требовательно уткнулся в пульсирующую дырочку, выжидая ответа. Алан ахнул и мурлыча потерся об него, показывая, чего хочет. Зверь фыркнул тому прямо в ухо. Осторожно, оборотень приподнял его и обнял за талию, начиная издавать тихое вибрирующее рычание от удовольствия. Такая мягкая кожа… своим прикосновением она доставляла ему массу удовольствия, слегка приподняв бёдра парнишки, резко насаживает его на свой вздыбленный орган. Вошёл в один толчок, сразу проезжая по комку нервов, выталкивая из груди сдавленный крик, заставляя пассива кончить. С придушенным всхлипом, бедра дернулись вверх, теряя контакт с мохнатым телом. Юношу сотрясло сладкой, довольно долго не прекращающейся судорогой, оргазм усиливало то, что из-за мелких, частых вздрагиваний, крупная головка все это время продолжала массировать чувствительный бугорок простаты. Ларс отпустил Алана лишь тогда, когда издаваемые им звуки перетекли в поскуливание из-за чрезмерной стимуляции. Хозяин уже хотел выйти из теплого нутра, но маленькая, по сравнению с ним, ручка остановила его, а взгляд серых глаз почти что умолял продолжить и лишь одними губами тот просил двигаться дальше, снова закрыл глаза, только когда начал ощущать глубокие и сильные толчки внутри себя. Он падает лицом в грудь хозяина и находит горошинку соска, сразу же природая к ней губами. Всасывает и покусывает розовую горошину. Алан стонал, тихо, с наслаждением и прерывисто, балуя тем самым активно двигающегося в нём зверя, заставляя ускоряться, менять угол и напор, создавая пошлое хлюпанье смазки, что шли вместе со звуками мокрых шлепков, когда при каждом толчке, возбуждение Алана билось по лужице на животе хозяина. Еще один толчок и Ларс меняет их позу на более привычную для себя. Ставит парня в коленно-локтевую и подстраивается сзади. Алан широко расставил ноги, ложась грудью на пол, все звуки, что он мог издать, слились в один долгий и громкий хриплый стон. Он опустил голову, отчего его хрипы стали более приглушенными и теперь не отзывались таким отчетливым эхом по огромной комнате, и увидел, как крупная волчья мошонка ритмично и быстро трется об его влажные ягодицы. Всё скользило и хлюпало из-за обилия жидкостей, от чего комната наполнилась звуками вызывающих соответствующие мысли и ассоциации. Алан всхлипывает, а затем его выгибает и накрывает, пока насаживается до предела и кричит вслепую. Дырочка плотно сжимается, но хозяин трахает его через ее сопротивление, безжалостно вколачивается, выбивая новые и новые всполохи удовольствия. Алан буквально видит вспышки перед глазами, едва может дышать. На этот раз они кончили через минуты сорок. Хозяин вколачивался в мягкое нутро, пока не сделал финальные толчки, заполняя чужой организм. Отдышавшись, Ларс аккуратно переложил затраханное тело на шкуру, ведомый любопытством, он растолкал коленки кажется уснувшего парня в разные стороны. Запах настоящего животного секса схватил его за ноздри, притягивая к дрожащему колечку, что выдавало маленькие порции густой белесой спермы при каждом раскрывании. Очнувшийся Алан заметил, как долго хозяин рассматривает его и слегка дернул коленкой глупо сглотнул, не решаясь издать звук. Но все же издал, тягучий гортанный стон, когда тяжелая лапа надавил на живот, вызывая реки из заполнивших его жидкостей. Растянутое колечко расслабилось, позволяя длинному языку проникнуть внутрь, забирая последние капли. Еще не успев отдышаться, Алан лениво ластиться к хозяину, обнимает широкую шею и чешет того за ухом. Ларс лениво облизывается, мельком поглядывая на мальчика. Его удивляло такое внимание. Хозяин уже стал задумываться, может этот мальчик и правда его шанс? Как все изменилось.        — Что ты сейчас сделал? — голос прозвучал немного запыхавшимся, удивленным и в тоже время настороженным.              — Поцеловал. А что? Понравилось? — Алан заулыбался, словно чеширский кот и снова потянулся к морде, заглядывая в глаза.               — Сделай… сделай так еще раз.               — Как скажешь, — шепчет он, прежде чем потянуться к тонкой линии губ за новым поцелуем. В этот раз полностью контролируя его, сохраняя его нежным, медленным, лишь на последок, он аккуратно лизнул их язычком, поглаживая одной ладонью мускулистую грудь, а второй, удерживая голову хозяина под нижней челюстью. Чуть ли, не мурлыча от удовольствия, Алан опускает голову хозяина и встречается со взглядом алыми от ярости глазами оборотня. Злые, полные ярости глаза уставились на него, от чего он невольно затаила дыхание.        — Ла…               — Ты дуришь мне голову! — зарычал он, скидывая с себя остолбеневшего от такой резкой смены настроения хозяина, юношу.        — Ч-что? Я-я ведь…— Алан ничего не понимает, в страхе прикрывается лежавшей рядом рубахой и пытается сказать хоть слово.               — Что тебе от меня было нужно?! Чего добивался?! Какого черта ты все еще делаешь в моем замке?! — рычит зверь, бросаясь на попавшие под горячую лапу вещи.               — Я здесь по твоей воле! — наконец выдавливает из себя Алан.               — Ну так убирайся отсюда… — шипит хозяин, с грохотом толкает дверь и выходит из комнаты, а потом и вовсе покидает замок.