10 дней до самоубийства

ДЕНЬ 1

      В полудрёме, проснувшись в темноте, его рука потянулась за телефоном. Но в невозможности дотянуться до заветной коробочки, он приподнялся на второй руке и шлёпнулся на пол. Сон как рукой сняло. Кое-как поднявшись на ноги, со злостью схватил мобильник. Включив наконец заполученный гаджет, его взгляд тут же наткнулся на ещё вчера наизусть заученный номер. Несколько минут он просто гипнотизировал экран, находясь между двух огней, желанием ему позвонить и невозможностью решиться это сделать. В левой руке внезапно появилась острая ноющая боль, телефон пришлось отложить.        Аккуратно наматывая на руку бинт, круг за кругом, он, на удивление, совсем не жалел о содеянном. Причиной ли тому было то, что он наконец принял это, или то, что голова и так забита до предела. Преследующие его, роящиеся в черепной коробке, навязчивые, сравнимые с чёрными противными насекомыми грязные мысли. Они были еле ощутимыми, совсем незаметными, как будто их и нет и никогда не было, но это не так. Они давно пропитали весь его разум, въелись в подкорку мозга и вывести их оттуда было невозможно. Они легли чёрным пятном на адекватность, о чистом разуме больше не могло быть и речи.        Теперь завтрак, если он не поест, то точно умрёт от голода. Бледная рука в бинтах коснулась чайника, он был холодным. "А чего ты собственно ожидал?" Он налил в чайник холодной воды и нажал на кнопку, тот начал тихонько шипеть. Скатерть на столе была очень старой, но на удивление совсем целой и даже почти чистой. Стул привычно скрипнул, по доске проехал нож, и, всё-таки, хлеб очень вкусно пахнет. Но последний кончился, так что пакет из-под него отправился туда же, куда и каждый его предшественник, в пакет с пакетами. Снова звук трения ножа о доску, снова шуршание целлофана, и вскоре на столе образовался дар богов: бутерброд с колбасой. Его аннигиляция не заняла много времени, особенно в кубе с дешёвым кофе. Старая оконная рама легко пропускала стужу в дом, и приходилось греть руки о кружку с горячим напитком. Его взгляд снова лёг на телефон с открытой вкладкой "контакты". Он хотел позвонить ему, но сейчас наверное не подходящее время, он ведь тоже сейчас собирается на учёбу верно? "Не хочу ему мешать… да и мне тоже пора идти". Он залпом допил свой кофе, и пошёл собираться. Одну чёрную толстовку сменил на другую, следом джинсы, берцы, пальто, портфель, тетрадка и ручка, не забыть телефон и наушники, запереть дверь. Слишком сильно хлопнув дверью, он сразу заметил что перенапряг руку.        Громкие шаги, эхом отдающиеся вниз и вверх на пару этажей, заглушались громкой музыкой. Он совсем не обращал внимания на то, что слушал, все его мысли были заняты номером Саши. Он бы мог позвонить ему, попросить встретиться или просто спросить, как дела. Если он не позвонит, встретятся ли они снова? Где он живёт? Он ведь может быть где угодно. Но почему тогда ему так страшно это делать, что, если он не найдёт слов? Что, если всё испортит? Ведь у него только один шанс, он ведь совсем ничего о нём не знает. Слова песни… Что в ней поётся? Кажется… Он знает её наизусть, но не может вспомнить название. Зелёный сигнал светофора. На удивление темно для восьми утра, как же всё-таки серо. С каждым днём пятиэтажки становятся всё более невыносимыми, граффити хоть как-то их разнообразят. Как бы хотелось снова почувствовать цветной мир, наполненный красками и эмоциями. Но для этого нужно позвонить. И это всё, о чём он мог думать.        Невероятно, просидеть за партой 9 лет, чтобы сесть за другую. "Школьные годы- лучшее время в твоей жизни!" - говорили они. "Ты будешь вспоминать школу с улыбкой!" - говорили они. Как же скучно, совсем не понимаю химию. Зачем мне её учить вообще?  Скрестив руки на парте, он лёг на них, вызвав лёгкое покалывание, и, наверное, уснул бы, если бы мог перестать думать. Его палец летал над кнопкой вызова, но приземлятся не торопился, глупый страх не давал ему шанса это сделать. В то время день тянулся медленно как во сне, один скучный предмет за другим, один нудный учитель за другим. Он видел, как его одноклассники сидели с интересом или хотя бы пониманием, даже ребята, что не были так хороши, поднимали руки и отвечали, зарабатывая баллы. А он не мог сосредоточится хотя бы на том, чтобы думать, даже в голове слова совсем не хотели складываться в предложения. То, о чём говорили одноклассники, он либо не понимал, либо не знал. Бесконечное сравнение себя с другими никогда не приводит к добру, особенно в его состоянии. А он много думал об этом и всё же был совсем бесполезен, и все говорили, что он просто недостаточно старается. "Возможно так и есть..."        Уроки наконец закончились, во что, если честно, особо не верилось. Однако уже пять часов, а он не ел с самого утра. Он шёл, смотрел в телефон, поразительно, что его ещё не сбили, не отрываясь, смотря на номер, что он так хотел набрать. Этот телефон - его шанс, так почему он не может позвонить. Он же собирался дать ему шанс, так что же он вытворяет! Он и правда хочет прожить так всю жизнь? Нет, нет, только не так! Он не мог так больше. Серость мира угнетала его, холод заставлял краснеть уши и пальцы. Скорее бы домой. "Почему телепорты ещё не изобрели?!"  Ноги наверняка болели бы, если он их чувствовал. Середина осени, а так холодно. Раздражало и то, что он не мог убрать замёрзшие руки в карманы, и то, что, если он их не уберёт, то они задубеют и телефон попросту упадёт куда-нибудь в лужу. От холода рука стала ныть.        Он сидит в уличной одежде на своей кровати и смотрит на номер в его списке контактов, и силится нажать на вызов. Ну сейчас то он должен это сделать! Он весь день тянет, стал совершенно неработоспособен. Он снова чувствовал, как мысли роились в его голове, и ему казалось, что из-за них из его рук выделяется отвратительная чёрная жидкость, и он пачкал ей всё вокруг. На всём, до чего он касался, оставались чёрные следы рук. Страхи не отпускали его, только глубже затаскивали в пучину страданий. И единственный, кто мог вытащить его, разогнать его демонов своим светом, был тот парнишка. В душе крича от отчаяния, он наконец со злостью кликнул на зелёную телефонную трубку. «Пилик, пилик, неправильно набран номер пожалуйс.....» В руке раздалась сильная боль, телефон ударился о пол.