Полное противоречие/Antilogy.

POV Билл. -Джингл Беллс! Джингл Беллс! Джингл ол зе вэээй! – пел Том, зажигая свечи. И изрядно меня раздражал. Эту свечечку бы ему…куда поглубже. -Да заткнись ты, в конце концов! Тебе только в туалете петь, — пробубнил я. -Ой-ой-ой, какой у нас нежный слух, может, ты споешь тогда? Смотри-ка, как мы бычимся. Не знаешь ты, что я вокалом занимался, а зря. -Да легко. Только нужен аккомпанемент, — высокомерно сказал я, надеясь, что он не знает значения этого слова. -Это мы устроим. Я на гитаре играю. Меня отец учил. Но это после того, как мы поужинаем. Уж больно мне хочется смести всё с этого стола, — облизнулся Том. -Заметано! Посмотрим, как ты там играешь. Если ты поешь так паршиво, может, играешь нормально. Но не буду себя тешить ложными надеждами. *** -Включи телевизор! Там сейчас будет президент свою речь толкать! – пытался я отнять у Тома пульт. -Мы же договорились: ты и я. Никаких телевизоров, — суровым тоном сказал Том, пригрозив мне пальцем. -Ревнуешь меня к телику? – ухмыльнулся я. -Нет. Просто хочу тебе подарить подарок в тишине. Чтоб запомнилось. Это очень важно. Скотина! Теперь я сгораю от нетерпения, и он это прекрасно знает! -И что же ты мне подарить хочешь? Яхту? Или какой-нибудь остров? Если нет, тогда дай мне послушать президента! -Нет. -Дари подарок. -Ты первый, — ехидная лыба в мою сторону. -Обломайся. -Ты первый. -ЛАДНО! Только сотри это мерзкое подобие улыбки со своего лица, — поморщился я. *** -В общем, я сразу отчитаюсь за два дня. За твой День Рождение. И Новый Год. Тогда подарок был, но нам было не до него. Ну, я этим воспользовался и убил одним подарком два праздника. Держи, короче. Я не умею красиво говорить, — протянул Тому видеокамеру, что купил на скопленные и заработанные еще тогда деньги. -Откуда ты узнал, что мне нужна камера? – удивился Том. -Просто догадался. В этом суть влюбленных людей. Узнать и самому понять, чего хочет любимый человек, — пожал плечами я. -Правда? -Нет, идиот, — закатил я глаза, видя, как он растаял от моих предыдущих слов. –Я просто спросил твою маму, чтобы ты хотел получить в подарок. -Ну, спасибо. Теперь, мой подарок. Закрой глаза. -Иди нахрен, извращенец. Не закрою. И всё же сердце от чего-то затрепетало. Что за такой сюрприз, раз он просит глаза закрыть? Наверняка, что-то очень важное. И я закрою глаза. Только сначала изведу его до смерти. -Ну, Билли, ну закрой глазоньки. -Только не начинай сюсюкаться, — скорежило меня всего от этих «глазонек». -Тогда закрой глаза. Я обреченно вздохнул и закрыл веки, при этом недовольно бурча. -Можешь открывать. Я распахнул глаза. Перед моим взором была книга. Но так близко, что я не мог разглядеть название. Меня охватило разочарование. Я выбил книгу из рук Тома и, наконец, прочитал то, что было написано на обложке: «Пособие, как привлечь парня». -Ах, ты ж, с*ка! – принялся я дубасить Трюмпера по всем частям тела. Дредастая тварь дико хохотала, тщетно пытаясь избавится от тумаков. -Тварь, ублюдок! Я же тебе нормальный подарок выбрал! Том споткнулся о ножку стола и упал на пол. Но на него никак это не повлияло. Он на секунду замолк, но потом опять начал ржать. -Авада Кедавра! – тыча в него пальцем, крикнул я. -Иди сюда, злобный лордик, — Том схватил меня за лодыжку. Я, потеряв равновесие, упал прямо на него. Я продолжал дальше его калечить, в надежде хоть что-то сломать. Трюмпер вдруг перестал хохотать, а посмотрел на меня. Глаза в глаза. Меня охватило смущение. Почему? Даже тогда я не смущался, а сейчас…такое странное ощущение. Будто, всё более интимно и лично. Может, потому что в тот раз не было взглядов? Нас скрывала темнота. И вокруг была лишь похоть и отчаянное желание завладеть друг другом. -Я не говорил, что у тебя очень красивые глаза? – прошептал вдруг Том. -Дурак! – всё, что мог выдохнуть я. Очередное смущение. Я отвел свой взгляд от Тома, и попытался встать. Но в какой-то миг я просто оказался под парнем. -О чем ты думаешь? – полюбопытствовал он, опираясь руками по бокам от моего тела. -Н…ни о чем, — громко сглотнул я слюну. -Совсем-совсем? – моей шеи коснулся горячий и влажный язык. Кровь будто быстрее стала течь. Я чувствовал ее бег сквозь кожу. -Совсем. Я обнял Тома за талию. Появилось дерзкое желание снова завладеть им. Или чтобы он мной завладел. Неважно. Просто тело к телу. Но, почему-то мне показалось это бесстыдным, и я вот так просто наслаждался касаниями Трюмпера, обнимая его. Откуда-то из глубины груди раздался мой стон. Это дредастый воспользовался другими методами. Теперь он перешел к укусам. Он наверняка приметил, как бешено пульсирует венка на моей шеи. Я снял футболку с парня, в нетерпеливом ожидании. Том протянул руку, приподнял мое бедро, и принялся его поглаживать. Даже сквозь ткань джинс я чувствовал прилив наслаждения, возбуждения, которое охватило меня жгучей волной. Еще чуть-чуть и утону. Я даже не заметил, как оказался без рубашки. Том это всё проходил. Он знает, что делает. А я лежу, как бревно какое-то. Пора и мне что-то предпринять. Если я действительно этого хочу. Я потянулся к молнии на штанах партнера. -Ты уверен? – спросил меня он. Я судорожно кивнул. На слова не хватало сил. Не хватало смелости. Казалось, если я подам голос, то всё это чудо исчезнет. Испариться. А мне это было нужно. Нам это было нужно. Том впустил свой язык в мой рот, жарко и жадно дразня меня своим поцелуем. Он водил кончиком языка по деснам, по зубам, а я просто был во власти его рта. Отвечая на поцелуи, но не умеючи. Не так пылко, как это умеет Том. Он помог мне избавиться от его брюк и теперь принялся за мои. Лишь от его нечаянного прикосновения к моей коже член тут же напрягся. Напряглись вообще все мышцы. Но не успели они отойти еще от этого, как вдруг каждый дюйм моего тела принялись ласкать горячие губы. Нет… -Что ты делаешь? – спросил Том, когда я перевернулся. -Не волнуйся. Ничего такого, что делать не положено, — на удивление спокойным голосом, поведал я парню. Мои пальцы заскользили по его коже, плавными движениями повторяя все изгибы тела. Добравшись до его боксеров, я тут же стянул их. Пальцы на его теле сменили мои губы. Я покусывал кожу Тома, наслаждаясь его стонами, а потом кончиком языка водил по несущественным ранкам. Я посасывал его кожу, заставляя парня прогибаться навстречу моим губам. Я словно стал единым с его телом, знал, чего оно требует, чего хочет. Выглядело так, будто я всё это умею и мне это не впервой. Всё казалось таким простым. И таким сложным. Одновременно. Наконец, мои губы дошли до паха парня, и я коснулся ими чуть выше члена. Резкий вздох в ответ. -Я еще даже не начал, — вспомнив его слова, проворчал я. -Не останавливайся…-выдавил парень, сжав пальцами ковер на полу. Мне было лестно, что я могу доставить любимому человеку наслаждение. Что я тоже могу сделать для него что-то, что заставит его стонать от наслаждения. Языком обвел несколько раз головку его члена. Глухой вздох надо мной. Потом, провел им полностью по всему «стволу». Вскрик, который издал Том. А затем, я подключил к языку губы, чем вызвал у него громкий стон. Пульсация его члена. И фонтан спермы в мой рот. Я закашлялся. Но не выплюнул. Не избавился от семенной жидкости, что заполняла мне рот. Я вновь облизал головку члена Тома. Парень поднял меня за локти и впился поцелуем в мои губы. Тяжелое дыхание. Его. Моё. Уже не разберешь. Вкус его спермы, остатки которой Том слизывал с моих губ. И вот я снова снизу. Мои ноги раздвигает коленка Тома. Пальцы его скользят в мои трусы. Так неуверенно. Откуда у него эта неуверенность? -Не тяни, — стоило мне это сказать, как с меня рывком стянули ненужную ткань. Том облизал свои пальцы, еще раз на меня посмотрев. -Черт, не время быть милым, — выдохнул я, зажмурившись. И он зарычал. Два пальца Тома плавно скользнули в меня. Боль. Упоительная. Долгожданная. Я не сдержал в себе стон. -Прости, — выдавил парень. Да заткнись ты! Не представляешь, что я сейчас чувствую. Не представляешь, как эти пальцы во мне сводят с ума. -Еще, — похотливо рыкнул я, выгибаясь навстречу его пальцам. И вот я насажен на них так глубоко, насколько это возможно. Возбуждение. Каждой клеточки кожи, каждой клеточки сознания. Всё труднее дышать. Всё труднее всасывать в легкие воздух. Я чувствовал, как напряглись мышцы Тома. Чувствовал, как мои находятся в том же состоянии напряжения. Пальцы выскользнули из меня, вызвав очередной стон. Только уже разочарования. Но тут, в меня уперлась головка члена Тома. -Прости, если будет больно, — обжег меня горячим дыханием Том. Я вздрогнул от ощущения еще большей горячности. Казалось, ей не было предела. И снова боль. Моя спина прогнулась, и талию тут же обхватили теплые руки Тома. Он всадил член до самого конца и немного подождал, давая мне привыкнуть. Давая успокоиться боли. Давая расслабиться, пусть это было не так-то просто. -Еще, — снова повторил я. Да, было больно. Но Том давал мне чувствовать себя защищенным. Он позволял мне ощущать вместе с болью и некое желание. Я глухо застонал, когда Том принялся двигаться во мне. Сначала медленно. Что было еще мучительней, чем, если бы он двигался быстро. А дальше… Быстрее. Резче. Жестче. Я видел в его глазах непреодолимую страсть, смешанную с нежностью. И уверен, в моих он видел то же самое. Отражение своих желаний. Отражение своих мыслей. Том взял мой член в свои руки. Начал дрочить его, заставляя меня еще больше приходить в экстаз. -То-о-о-о-ом, — протяжно взвыл я, почувствовав, что сейчас кончу. К моим губам примкнули губы Тома. Мы стонали друг другу в рот отрывки слов и фраз. Я выгнулся и прижался всем телом к парню, царапая его спину и ощущая в себе его сперму, что тепло ожигала меня изнутри. Я же кончил в руку Тома. Он поднял свою ладонь к свету и лизнул ее. Я поморщился. А дредастый ухмыльнулся. -Иначе будет нечестно. Мою ты на вкус знаешь. Вполне справедливо, что я хочу узнать твой вкус. -Какой же ты дурак, Трюмпер, — прохрипел я, обрушиваясь на пол и учащенно дыша. Пару минут мы просто лежали и пялились в потолок, каждый думая о своем. О чем думал я? О том, как хорошо мне сейчас находиться рядом с Томом. И мне неважно, что было у него раньше. Играл он чувствами или нет. Важнее то, что сегодня и сейчас. И я важен ему. Я это знаю. А еще знаю то, что он важен мне. -С Новым годом, Билл, — раздалось слева. -С Новым годом, Томми, — отозвался я. POV Том. -Пойду, молока попью, — Билл встал с пола, попытался найти трусы в кучке одежды, бросил это дело и пошел на кухню. -Странное желание, — крикнул ему я вслед. Всё еще окрыленный счастьем. Для него это в первый раз. И для меня, как будто тоже первый. Никогда не испытывал подобного во время секса. Нет. То, что у нас с Биллом было…для этого «секс» звучит слишком грубо. -Ты обещал сыграть на гитаре, — напомнил мне Билл, вернувшись из кухни со стаканом молока. -Ты правда этого хочешь? -Еще как, — кивнул черноволосый. Я сходил в комнату и взял оттуда музыкальный инструмент. Давно я в руках ее не держал. Я удобней устроился в кресле вместе с гитарой. Провел пальцами по струнам. Музыка. Она отзывалась эхом от стен. Такая тишина стояла. И я вспомнил. Вспомнил песню, что была моей любимой. Я заиграл ее, и на удивление, мне вдруг начал подпевать Билл. Его голос. Так мелодично он звучал. Так попадал в такт. Он заставлял меня испытывать еще больший прилив нежности и любви к нему. -Это моя любимая песня, — когда мы закончили, просиял Билл. -И моя. -Sting – Shape of my heart. Не думал, что вообще существуют красивые песни, пока однажды не услышал эту, — поджав под себя ноги, поделился черноволосый. – А кто тебя научил играть на гитаре? -Мой отец. Я не брался за нее с тех пор, как он ушел. -Прости, — промямлил Билл. -Ничего, — ударившись в воспоминания и поняв, что они больше не причиняют мне неудобств, заключил я. -Я даже ревную. Ты так смотришь на эту гитару. Когда-то она действительно была всем для меня. Когда мне было плохо, я играл на гитаре. Когда я был счастлив, я играл на гитаре. Когда мне было скучно, я доставал гитару и играл, играл, играл. Потом, отец ушел, и я переключился на камеру. Позабыв о своем струнном инструменте. А теперь…мне ничего этого не нужно вообще. Без Билла. -Я ее ради тебя достал. И никто до этого не мог меня уговорить сыграть. Так что это твоя заслуга. Не имеет смысла ревновать. Я тебя люблю. И если ты скажешь ее выкинуть, я выкину. -Нет. Не надо. Ты очень хорошо играешь, правда, — робко улыбнулся Каулитц. -А ты поешь, — отразил его улыбку я. Билл подошел ко мне, и я усадил его к себе, на колени. Нагота не мешала нам. Ее словно не было. Мы слишком были растворены друг в друге сегодня. -А знаешь…-начал черноволосый. -Что? – в удивлении изогнул я бровь. -Я ведь тоже люблю тебя. В любви нет слова «кажется». Любовь либо «есть», либо ее «нет». Большинство людей считает, что намного легче быть любимым, чем самим любить. А вы попробуйте быть взаимными. Это намного сложнее, не так ли? Но, зато, так можно стать гораздо счастливее.