Время Черной Розы

— Ты мог сказать, что хочешь отказаться, до того, как испил моей крови? — задумчиво произнес он. — Ты моей смерти хочешь? Вот так… просто. Без искр из глаз, без возвышенных речей, без обещаний и угроз… Он это сделал, как само собой разумеющееся. Как… как будто бы взял вещь, которая всегда принадлежала ему, просто раньше была не нужна. Мне показалось, что меня морально изнасиловали. — Уходи… — мне было плохо. Хотелось остаться в одиночестве и просто обдумать все. Может быть — поплакаться кому-то в жилетку. Может быть — разбить здесь все к чертовой матери… Разнести на кусочки эту красивую квартирку, чтобы… Похоже, последняя мысль пришлась по вкусу моему измученному разуму, потому что я приподнял глаза, обозрев обстановку. Рой, словно прочитав мои мысли — расслабленно дернул уголком губ, что, наверное, означало усмешку. — Ты сейчас поступаешь, как отпетый мазохист, — наконец высказался он. - Вот, только руку протяни — и все твои мечты исполнятся. ВСЕ. А ты еще и отмахиваешься. — Ты сам сказал, что все мои мечты — умело вложенная в мой разум в нужное время — информация. — Да, — вампир не стал отнекиваться. — Но теперь перед тобой стоит только один вопрос, — с какой мечты начать исполнение. Ты же всю сознательную жизнь, как бабочка об стекло, бился об эту обыденность, желая вырваться. Ты понимал, что в ЭТОМ мире не сможешь исполнить ни единого своего желания и даже смирился с этим… А теперь… — Считай, что убедил, — я вяло махнул рукой. — Но можно было хотя бы предупредить… нет, устроил какое-то побоище… — Я должен был сделать две вещи. Заставить тебя принять этот дар и показать, что он не так уж и бесполезен. — Хорошо, - я, наконец, согласился с тем, что вампир прав. — И что у нас на повестке дня дальше? — Сделать тебя достойным того, что ты имеешь, — я удивленно повернулся к Лерою. — Валмары, по силе равные вампирам и даже дампирам, должны вести себя соответственно. — Валмары? .. Дампиры? .. — я удивленно уставился на Роя. - Ну, допустим, о дампирах я кое-что слышал. Это дети, рожденные людьми от вампиров. Но о том, что они сильнее вампиров — впервые слышу. — Дети, рожденные в браке вампира мужчины и женщины из людей, обладают поистине колоссальной силой. Они не подвержены никаким болезням, обладают силой, ловкостью и разумом вампира, но спокойно живут среди людей, редко нуждаясь в крови. Их век, правда, не так долог, как век вампира, но, при хорошем уходе за своим телом, дампир может прожить до пяти веков… Больше никто прожить не смог… — Лерой нахмурился. — А почему? .. — Видишь ли, дампиры, чаще всего, плод не счастливого брака, а насилия. Естественно, они ненавидят вампиров. Всех. Поголовно. И пытаются свести с ними счеты. Вампиры же — против того чтобы их убивали. В общем, ни одному дампиру не удалось продержаться против вампиров больше пятисот лет. Те же, кто был любим обоими родителями, чувствовали вражду вампиров не меньшую, чем к их агрессивным собратьям. Короче, где-то до восьмисотого года истреблялись все дампиры, которых только могли выследить. А так как рождение ребенка от вампира — скорее нонсенс, чем правило, то сейчас на Земле живут около десятка дампиров. Это против пяти тысяч вампирского населения… — Рой чуть пошевелился и вновь замер. — А валмары — это рабы, слуги вампиров. Как я и говорил — привязать к себе можно по-разному. Дэмиель — полукровка, темный эльф, вот уже более пяти тысячелетий привязан к своему вампиру. — У них вообще, там какой-то триумвират получился, — буркнул Крис. — Любовным заклятием привязан к одному, а кровь другого пьет. — А ты? .. Что ты хочешь от этого союза? — я смотрел на вампира. — Чтобы я стал твоей тенью? .. Чтобы защищал? .. — И это тоже, — вампир улыбнулся, сумев не показать клыков. — А еще что? — подозрительно как-то… — В мире полно людей, которых можно… — Чтобы ты развивал свой дар, — осадил меня Рой. — Твой распорядок дня будет таков: пробуждение — в пять часов вечера, ужин, легкая разминка с Гордоном. Потом — обучение. Первое время я буду тебя обучать, как вести себя в обществе, как одеваться, как противостоять вампирам… Кристиан по силе на уровне слабого, недавно перерожденного вампира, поэтому я и подпустил его к тебе. Ага… спасибо на добром слове. Щека ноет, голова гудит, дышать до сих пор нормально не могу, а правый бок болит так… — К рассвету ты будешь чувствовать себя здоровым, — перебил мои мысли Рой. — И выглядеть будешь нормально. Но пойми, со мной бы ты не справился. Даже после полугода обучения у Дэмиеля, — я кивнул. Если меня так смог отделать всего лишь приближенный вампиру, то что говорить о рукопашной с самим вампиром? .. — Поверь… — он сделал паузу, прежде чем меня добить окончательно: — если ты подпустишь к себе вампира на расстояние ближе, чем в полметра, то тебе не жить. Руками разорвет. Я почему-то поверил безоговорочно. — Поэтому ты возьмешь у Дамиля несколько уроков боя холодным оружием, — продолжил он. — А потом, когда ты хоть немного сможешь защитить себя — мы должны будем выполнить одно поручение. Но об этом — после. Я буду жить там, — он махнул рукой на коридор. — Твоя квартира соединена с моим местом обитания скрытой дверью. Каждый вечер, просыпаясь, ты будешь получать порцию моей крови, чтобы поддерживать в себе силы. Я не буду ограничивать тебя в общении с другими людьми. Единственное, о чем прошу — никогда не говори никому о нас, вампирах. Крис, как я и сказал, остается твоим личным водителем и телохранителем. Гордон поселится здесь и будет тебе помогать следить за квартирой, — я опустил глаза. Что ж, все так и есть — я терпеть не могу наводить порядок, и готовить. — Если что-то захочешь — говори. Любое желание, в разумных пределах, конечно, будет исполнено. Твое задание — как можно скорее научиться всему, о чем я тебя прошу. А теперь я прощаюсь с тобой. До следующего вечера, Сергей, — вновь холодный клевок в щеку, вместо поцелуя. Дверь за ним закрыл Гордон. Крис бесцеремонно уселся в кухне. — Не понял… Приказа оставаться не было. Я никуда не собираюсь ехать сегодня! — Крис состроил озадаченное лицо, и налил себе сока, отпив глоток. - Эй, ты меня слышишь? — Я - да. И не надо орать так, — он поморщился. - Но, похоже, это ты плохо слушал Лероя. Я — твой телохранитель. Я буду жить там… — он махнул рукой на дальнюю спальню. — Как раз оставлю тебе вторую спальню, которая рядом с кабинетом. — А Гордон? — иронично спросил я, ожидая любого ответа, кроме того, что услышал. — А что ему? Собаке место на коврике. Раздался непонятный скрежет, и я увидел, что кастрюлька, находившаяся в руках у Гордона — имеет какую-то неправильно-помятую форму. — Гордон… — я сделал вид, что задумался, — скажи, а желание избавиться от этого надоедливого типа и попросить Лероя сделать телохранителем тебя, в разумных пределах? — Думаю, что вполне, — Гордон аккуратно отставил кастрюлю и, вытерев руки полотенцем — хмуро посмотрел на Кристиана. — Слышал, что тебе сказали? Тебя ему не надо. Выметайся. — Ну, конечно! .. — тот усмехнулся. — Зачем красивая стекляшка, если за стеной — настоящий бриллиант? — щеки предательски запылали. — Но только запомни, этот бриллиант — не для твоих рук. Оттолкнув Гордона, Крис сам прошел к двери и сам открыл ее. Вышел он все же с помощью Гордона, давшего ему ускорение как раз перед тем, как тот хотел вякнуть что-то еще. — Что он хотел этим сказать? — голос предательски дрожал. Я уже давно понял все, но еще отказывался признать, что самая-самая сокровенная мечта все так же далека. — Что хотел, то и сказал, — Гордон что-то увлеченно искал в нижнем ящике, стараясь не смотреть на меня. Я не стал смущать парня и допытываться ответа. Просто развернулся и прошел в кабинет. Пора было обживать свой комп. Чем я и занялся в последующие пять часов. На рассвете пришел Гордон, поставив передо мной тарелку с оладушками и большую чашку с чаем. Я с удивлением воззрился на тарелку, потом перевел взгляд на юношу. — Вот… — он протянул мне с десяток бумажных салфеток. — Чтобы клавиатуру не вымазать. — Нет, — я мотнул головой. — Вот это, что? .. Зачем, точнее? .. — Ты проголодался. Вот и все. Он развернулся и вышел, аккуратно прикрыв дверь. Мило… Но мало. Я только теперь понял, что дико голоден, и быстро расправился с легким завтраком. А потом, не выдержав, подхватил тарелку и прошел на кухню. Гордон, не отрываясь от газеты, вытянул руку в сторону плиты. — Там. — Спасибо. — Ты, это… — Гордон кашлянул. — Не обращай внимания на слова этого придурка. Ты не знаешь, какой была судьба у Лероя. И, ведь, не в наказание же тебя выбрали для него… — А ты откуда знаешь? — я обернулся. Гордон, сложив газету, что-то выводил на ней пальцем, вырисовывая узоры. — Таков закон. Вампир или до жути ненавидит человека, что привязан к нему, либо любит. Ненависти я не заметил. — Спасибо, утешил! - Я, ополовинив миску с оладьями и долив чаю, вернулся к компьютеру. Что ж, даже если слова Гордона неправда — все равно, остается хоть какая-то надежда, что уже немало. Когда небо посерело и окончательно вылиняло в лазурь, меня потянуло в сон. Закрыв жалюзи, я включил кондиционер и перебрался на маленький уютный диванчик, стоявший в углу кабинета. Оказалось, что он еще и раскладной. Вообще великолепно. Похоже, я никуда из этой комнаты не уйду. Мне вообще нравилось все компактное и «все в одном бокале», как говорится. Чтобы не бегать по дому в поисках нужной вещи, а знать, что она всегда под рукой. Музыка едва мурлыкала в колонках, прохлада расслабляла, затягивая в объятия морфея, Гордон тихонько позвякивал посудой… Когда только угомонится? .. Или он там уже и ужин готовит? .. И я решил, что честно возьмусь за обучение. Тем более что и сам давно этого хотел. * * * Диван слегка прогнулся и меня тут же, резко выкинуло из сна. Сердце сделало резкий скачок, застряв где-то в горле. — Это я… — голос бархатный, обволакивающий, успокаивающий. Рука, лежащая на моем плече — тверда и холодна, словно мрамор. — Гордон сказал, что ты долго просидел за компьютером, и поэтому он не стал тебя будить. Сейчас же десять часов вечера, Серж. Приятного тебе пробуждения. — Ты пришел, только затем, чтобы сказать мне это? — Мне казалось, тебе будет приятно ощутить заботу, — рука сместилась с плеча выше. — Пей… — легкое шевеление, и на губы мне потекла холодная, напитанная силой, кровь вампира. Я сделал несколько глотков, и Лерой мягко отстранил меня. Что интересно — никаких изменений я не чувствовал. Разве что, голова как-то сразу прояснилась, и сонная вялость пропала. А еще появилось нечто… Хм… состояние было похоже на то, что легкие стали больше и правильнее, что ли. Дыхание стало медленным, спокойным, хотя сердце билось в ребра куда сильнее, чем обычно. — Что происходит, Рой? — я прислушивался к своему организму. — Твое тело меняется. Это хорошо. Так и должно быть. Каждый раз будут происходить некоторые изменения. И вскоре из гадкого утенка начнет проклевываться прекрасный лебедь. — Спасибо! .. — я обиделся. — А так, что, плохо? — ТАК… — с нажимом произнес Лерой, — неправильно. Ты сам, без внешнего вмешательства, перестраиваешь свое тело, используя для этого силу моей крови. Ты чувствуешь, что нужно изменить. — Спасибо. А если я почувствую, что серые глаза мне не пойдут, их цвет изменится? — Да. — А если мне покажется, что вампирские клыки — красивее, то… — Нет. Настолько кардинально ты изменить себя не сможешь. Но, если тебе кажется, что вампирские клыки пойдут тебе больше — милости просим. Вампиром ты будешь просто ослепительным. — Спасибо. Подумаю над твоим предложением, — я привстал, но Лерой мягко уложил меня обратно на кровать. - Что? .. — Можно я поцелую тебя? — его губы оказались совсем близко, и я ощутил, что сейчас не просто скажу «да», а… Просто не отпущу его никуда. До полуночи… Или до рассвета… Поцелуй был поистине изысканным и сладким. И удивительно долгим. И, черт возьми, мне нравилось целовать Лероя, не смотря на то, что он вампир. То, что он мужчина — мне было тем более наплевать. Мы… Он и я… Человек и вампир… Меня холодной волной, окатил ужас. Я находился в объятиях вампира. Я позволил себе задуматься о дальнейшей жизни рядом с этими ночными тварями… Как послушная безвольная кукла. Мне хотелось отпихнуть его, хотелось закричать, забиться в угол и не подпускать… Никогда. И я бы так и сделал, но его поцелуй был настолько сладок, что я не мог противиться себе. Мне стало почему-то совершенно все равно — вампир Лерой или нет. Мне показалось неважным все, кроме его рук вокруг моего тела, его губ, целующих меня, и тех ласк, которые он дарил. Я знал, что, оставаясь с ним, обречен на вечные дни в одиночестве, на неприязнь и непонимание, на невозможность поделиться этой тайной хоть с кем-нибудь… Я знал, что если он, хоть раз разозлится и посмеет поднять на меня руку — мне не жить. — Нет, неправда, — Лерой чуть отстранился. — Во-первых — я никогда не ударю тебя. А во-вторых — для того и заставляю стать сильным, чтобы ни один вампир не мог причинить тебе вреда… — он помолчал. - Ну, вот ты и узнал всю правду. — Подожди… — сердце все еще не могло остановить бешеной скачки. — Какую правду? .. — Ты больше суток был под гипнозом, который искусно подавлял некоторые из твоих эмоций. То есть — страх, удивление, неверие, панический ужас и инстинкты самосохранения. Если бы не это — сумасшедший дом был бы тебе обеспечен. Теперь же ты, узнав все, что должен был — вновь обрел возможность решать все самостоятельно. И решил, что все, что произошло — тебе подходит. — Сукин ты сын! — я с силой ударил Лероя по груди, не рассчитав удара. Вампира снесло на пол. Я же, накинув халат, вышел из комнаты. На кухне сидел Гордон. Увидев меня, он поспешно встал. — Я говорил, что… — Заткнись, пожалуйста! — посоветовал я, закурив, налив себе чая. — Да… неудовлетворение — к беде… — многозначительно пробормотал он, и я обернулся, увидев, что в дверях стоит Лерой. — Извини, не имею привычки набрасываться в первую ночь знакомства, — холодно ответил вампир. — Я, все-таки, джентльмен. — Нет! Ты хуже! .. — я зло затушил сигарету, не ощутив удовольствия от курения. — Ты… — Когда закончишь и немного остынешь, я хотел бы поговорить… — О чем?! — Гордон, выйди, — тихо попросил Лерой, и парень тут же покинул кухню. Через пару минут хлопнула входная дверь. — Теперь же, если тебе не трудно, объясни мне, в чем дело? — Я просыпаюсь оттого, что ты рядом. Первое, что ты делаешь — целуешь меня… — Это было третье. Сначала я пожелал тебе приятного пробуждения, а потом напоил кровью. — Для вас, вампиров, поцелуи хоть что-то значат? — с тоской произнес я. До этого хладнокровного наконец-то что-то начало доходить. И на том спасибо. — Да, сильно изменились нравы с тех пор, как я стал вампиром… — пробормотал он. — Что ж, если тебе так хочется, я могу предложить к твоим услугам несколько кандидатур на выбор… — Лерой, только не говори, что все Дети Ночи такие же бесчувственные. Пусть я буду уверен в том, что ты один из немногих бессердечных тварей. — Хорошо, пусть будет так, — глухо произнес вампир. Я заметил, как руки его сжались в кулаки и с костяшек пальцев на пол закапала темная густая кровь. — Я один из немногих бессердечных тварей, которые ничего не чувствуют. Повернувшись, он вышел. А я понял, что оч-чень даже сильно задел Лероя. Правда, чем? .. И, может быть, это мне стоило обижаться на него? .. Все еще злой, я вернулся в кабинет, который теперь стал и спальней, пытаясь найти одежду… И не нашел. — Рой? .. — я заглянул по очереди во все комнаты, но вампира нигде не было. — Черт… И что, мне теперь в халате ходить?! — Нет, — Лерой вернулся, неся в руках стопку сложенной одежды. — Но теперь ты будешь одеваться так. — Да… Это как — вампирский стиль? — я сделал вид, что между нами не было никакой размолвки. Лерой тоже молчал о том, что произошло несколькими минутами раньше. На кресле лежал комплект тонкого шелкового белья, кожаные лосины, тонкая батистовая рубашка и бежевая замшевая жилетка. Возле кресла, на ковре стояли высокие ботинки на шнуровке. — Твой стиль в одежде слишком раскрепощен для вампирского этикета. Мне пришлось самому выбирать тебе одежду. — Я не ношу ТАКУЮ обувь! — Теперь носишь. Я решил не пререкаться, но, по возможности, снова перейти на удобную обувь — кроссовки и туфли, в которых можно было ходить. Не стесняясь, я переоделся тут же, в зале. Лерой был непробиваем. Ну и черт с ним. — Я готов. — Прекрасно. Причешись. Нас уже ждут. Ждала нас моя машина, за рулем которой восседал Гордон. Вот и хорошо. Видеть еще и копию Лероя я не хотел. — Поехали. Похоже, Гордон заранее знал маршрут, потому что вопросов не задавал. Машина сорвалась с места и понеслась по ночным улицам, унося нас куда-то к центру. Не решившись спросить — куда, я мучился любопытством. — Я везу тебя познакомить с одним из тех, кто поделился с тобой силой, — наконец, произнес Лерой, как-то ловко замяв вопрос, что тоже отхватил от этой силы порядочный кус. — Вообще, если честно, то именно Лэйдж и был инициатором того, чтобы сделать тебя валмаром. — А ему-то это зачем? .. — Не знаю. Останови, — Гордон повиновался, и Лерой вышел, подав мне руку. Я просто вынужден был опереться на нее. Так мы и прошли в довольно-таки приличное кафе, скорее даже, маленький ресторанчик. — Позволь дать тебе несколько советов, прежде чем мы встретимся с одним из старейших… — Лерой положил мне руки на плечи, смотря в глаза. — Никогда не прерывай собеседника. Пока тебе это еще не позволено. Не пытайся что-то вызнать о прошлом. Это не всегда приятно. И еще… — его ладонь мягко коснулась моей щеки. — Никогда и ни о чем не проси. Мы прекрасно понимаем мысли и сами знаем, когда предложить то, что от нас желают. Хотел? .. Получай. Я, пристыженный, робко прошел следом за вампиром к столику, который, видимо, был заказан заранее. К нам тут же подошел официант, выслушав заказ Лероя, и удалился. Я все еще силой воли пытался сдержать свое смущение и стыд. И только ощутив прохладные пальцы, коснувшиеся моей руки, поднял глаза. Лерой улыбался. Не широко и открыто, а грустно и понимающе. Сейчас он был так похож на человека, что я, было, подумал, что пропустил тот миг, когда Лерой исчез и его место занял Крис. — Ты научишься. Со временем ты станешь сильнее. И умнее… — Лерой замер, а потом расслабленно, как-то совсем по-человечески, вздохнул, широко улыбнувшись. — Лэйдж… Я обернулся, но никого не увидел. А потом в ресторанчик, опережая входящих, ворвался смех, затопив собой небольшое помещение и тут же следом, буквально, влетел или точнее, вплыл вампир. Все взгляды сразу же обращались к нему, словно он нес в себе заряд какого-то иномирного огня, в котором купались все, включая меня. — Сиди здесь, — шепнул Лерой и, встав, направился к вампиру. — Я рад снова видеть тебя в нашем городе, Лэйдж. — Рой! .. — вампир обернулся и глаза его вспыхнули медовым огнем. — Ты… — хлопнув мужчину по плечу, он тут же покинул свою компанию, состоявшую из вампиров и людей, и поспешил к нам. Я успел разглядеть его, пока он шел к столику. Вампир был не слишком высок, где-то до 170 см. Его волосы, цвета гречишного меда, мягкими локонами ложились на плечи, спускаясь ниже лопаток. Глаза, в обрамлении темных огромных ресниц, были похожи на янтарь или жидкий огонь, но когда свет не падал в их глубину, становились спокойно-карими. — Вот ты как выглядишь…- вампир повернулся ко мне и глаза его сверкнули янтарным огнем, как у кошки в темноте. — Милое тельце, ничего не скажешь. Ты как всегда выбираешь лучшее. Лэйдж смотрел на меня, но я так и не мог понять, к кому были обращены его слова. — Прошу прощения… — я чувствовал себя неловко, первым начав разговор. — Это вы мне? .. — Конечно тебе, малыш! .. — Лэйдж расхохотался и склонился надо мной, чмокнув в щеку… Я оторопел. Прикосновение было теплым, мягким, человечным… Нет, хоть убейте, а я не поверю, что он вампир. Слишком беспокойный, живой, открытый… просто сгусток огня. Но Лэйдж уже не смотрел на меня. — Рой! — он закинул руки на шею Лерою, и я внезапно понял, что раньше они были любовниками… Ведь невозможно же было так прогнуться, зная каждую впадинку, каждую ложбинку в теле мужчины, чтобы прильнуть к нему всем телом. Я старался даже не дышать, чтобы не выдать свои мысли. Внезапно Лерой расхохотался, и незнакомец подхватил его смех, влепив ему поцелуй в губы, присев рядом с нами. — Что удивительно, Лерой не ревность, а восхищение. Такое редко найдешь среди современных людей! — он налил себе бокал вина из бутылки, принесенной барменом, залпом опустошив его, подхватив с тарелки устрицу, внезапно посмотрев на меня, на то, как я не умею скрыть изумление… — Вы… — я попытался правильно сформулировать мысли в слова. — Ведь вы… — На «ты» — во-первых… А во-вторых — я прожил столько лет, что могу себе позволить полакомиться обычной пищей, не боясь, что мой организм ее не примет. — Завидую по-доброму… — поворчал Лерой, вновь наполняя бокалы нам с Лэйджем. — Я хотел бы спросить… — Погоди… — Лэйдж поднял бокал вина, держа его на весу и смотря на меня. Наконец, он перевел взгляд на Лероя. — Я не понял, почему его сила до сих пор спит? Ведь ты все сделал так, как я приказал? — Да, — Лерой склонил голову. — Серж ощутил привязку и его тело начало изменения… — Но не дух, — нахмурился Лэйдж. — Почему? — Не знаю. — Ты отвезешь его к Саввалину, — мрачно произнес Лэйдж. — Он единственный, кто сможет пробудить ЭТУ силу. — Лэйдж… — Лерой с мольбой смотрел на вампира. — Я не могу. — Я не ослышался? .. — Лэйдж вскинул бровь. — Ты говоришь, что не можешь выполнить мой приказ? — вампир произнес все слова отдельно и с таким холодным безразличием, что меня затрясло в ознобе. Увидев мое состояние, Лэйдж погладил меня по плечу. — Успокойся, малыш, я его не трону… — потом опять повернулся к Рою. — Ты это сделаешь. Мне плевать на то, что между вами произошло, но ты его туда отвезешь. — Я это сделаю, господин… — глухо произнес Лерой и я понял, что он исполнит этот приказ, даже если ему придется расстаться с жизнью. — Но все же… почему? .. — Лэйдж прикусил большой палец, обнажив зубы… Обычные, человеческие, разве что слишком белые и ровные. Словно керамические. Заметив мой взгляд, вампир улыбнулся. — Пойми, малыш, чтобы стать таким — нужно провести под этим небом не один десяток лет. Некоторые до сих пор учатся… Ладно, хорошо! — словно отрезал он, махнув рукой. — Попробуем еще раз напоить его нашей кровью. Может, получиться. Хотя… тогда нас было пятеро, а сейчас всего двое… И Рудольф. При этом имени Лероя перекосило от ненависти. Ничего себе! .. Это же надо так невзлюбить че… простите, вампира, чтобы ненавидеть его так открыто. — Пойдем, — Лэйдж взял меня за руку, потащив к выходу. Я споткнулся о порог и в следующий момент оказался на руках вампира, который словно и не заметил своей ноши, так же быстро идя к выходу. Лерой остался где-то там, расплачиваясь, а мы уже покинули ресторанчик (даже поесть не успел) и двигались к машине. — Ничего, — успокаивал меня вампир, словно я должен был расстроиться. — Мы еще раз проведем обряд призыва и ты получишь нашу кровь, а если не получится — тогда Саввалин тебя вытащит. Он уже сделал это один раз и теперь сможет. Я надеялся, что мне это нужно. Потому что, если они пытаются во мне разбудить то, что я пытался скрыть и забыть… Ой, это нехорошо… — Не беспокойся, — Лэйдж опустил меня на переднее сидение (Гордон уже успел оббежать машину и открыть дверцу), - То, что мы пытаемся вернуть, тебе всегда было по нраву. И только по досадной случайности мы потеряли тебя из виду и не смогли вовремя прийти на помощь. Витторио… Он дорого заплатит за все… — черты лица вампира вновь заледенели и он потерял всю человечность. Но это длилось какой-то миг. Лерой материализовался у машины, залезая на заднее сидение. Лэйдж сел последним. — Поехали, — бросил он, — к нам. И мы помчались по ночному городу. Помещение, которое вампиры выбрали для встречи сегодня, было похоже на огромный танцевальный зал или крытый стадион. Только оно не пустовало, а было заставлено столиками, а в углу, на мягких подушках возлежало до полусотни молодых юношей и девушек, едва прикрытых одеждой (как я понял, это была «еда» вампиров). — Не хотел я, чтобы ты это видел, но не могу противиться приказу Лэйджа… — тихо произнес Лерой, легонько сжав мое плечо. - Но, можешь быть спокоен. Ни один из тех, кто бывает здесь, подпитывая вампиров своей кровью — не умирает от наших рук. Ловко, Лерой… А от чьих же тогда рук они погибают? .. Их убивают свои же, так? .. Легкий толчок в разум, словно подтверждение моих слов. Ты не прерываешь меня, Лерой, значит, кроме тебя, меня никто не слышит… Тогда расскажи все то, что я не знаю. Почему вы прячетесь? Ведь сейчас не средневековье и вы давно нашли способ питаться, не причиняя вреда людям. Тогда от кого же вы скрываетесь? Почему ежедневно меняете место расположения? .. Не отрицай, я знаю, я это чувствую по твоим мыслям, ты взволнован и смущен тем, что я смог понять это. Так кто же охотится за вами? .. Вампиры? .. Но разве закон о том, что убить себе подобного — приговор, — отменен? .. Да, значит, отменен. И вы все очень хорошо знаете того, кто начал эту охоту. И ненавидите его. Лэйдж застывает от ненависти, ты тут же закрываешься от меня пеленой полного покоя… Витторио его имя, так? Я резко повернулся, смотря в глаза вампира, увидев, как он медленно моргнул, одним движением говоря «да» на все мои вопросы и догадки. Как же легко стало общаться с тобой после того, как ты напоил меня своей кровью… Я думаю твоими мыслями, а ты читаешь мой разум, как открытую книгу. Но есть то, что ты пока не хочешь мне открыть. Не хочешь, не можешь, или просто не знаешь. Лерой взял меня за руку, ведя между столиками, где вместе с людьми восседали и вампиры. Как я видел, даже половина из смертных, находящихся здесь, не знали того, где они оказались. Они были невинными жертвами, которых пригласили на пиршество… пиршество вампиров, которые утром избавятся от тел и забудут своих вечерних друзей и подруг, чтобы на следующую ночь остаться где-нибудь в другом месте и вновь вести светские беседы с людьми, и вновь ночью уничтожать их… Среди этого обилия лиц трудно было понять, кто возлюбленный вампира, а кто его жертва… Внезапно, прямо перед нами возник паренек, настолько молоденький и милый, что у меня прервалось дыхание от удовольствия смотреть на него, любуясь его совершенством. — Фелланаэль… — Лерой с нежной улыбкой прижал парнишку к себе, а потом отстранил, удерживая за плечи. — Ты один? — Как же! .. — юноша усмехнулся. — Отпустит он меня в одиночестве… Да здесь каждый третий так и думает о том, как бы позабавиться, — он оценивающе глянул в мою сторону. — Миленький мальчик… И давно вы вместе? — Давно, — ограничился Лерой. — Прелестным он будет вампирчиком… — юноша обнажил в улыбке острые клыки. — Когда собираешься заняться этим? Мне хотелось бы дать ему испить и моей крови. — Я думаю, еще слишком рано говорить о том, станет ли он вампиром вообще, — Лерой улыбнулся холодно и жестко. — Возможно, Серж предпочтет жизнь смертного. — В объятиях бессмертного? — Фелланаэль фыркнул от смеха. — Сильно тебе помогло твое нежелание вечности, а? — лицо Лероя стало жестким и непроницаемым. — Пройди туда, Сергей… Лерой подтолкнул меня к помосту, на котором я увидел достаточно длинный стол, где уже сидели незнакомые мне вампиры, Лэйдж и… Тоша. Увидев меня, мой друг стушевался, попытавшись оправдаться, но сник под взглядом вампирши, что сидела рядом с ним. Но потом, открыто улыбнувшись, махнул рукой. Я же, как и посоветовал мне Лерой, прошел к краю помоста, где возвышались два стула, больше похожие на троны. И на них сидели вампир и — человек… Вернее, человеком его можно было назвать только в бреду, ибо ничего человеческого в его фигуре, выражении холодного бесстрастного лица или в огромных, мудрых глазах не было. Он был совершенен тем совершенством холодной статуи, что обратила на тебя свое внимание, что говорит с тобой, но, едва ты отвернешься — застынет вновь. Я осторожно, чтобы не спугнуть это видение, поднялся по ступеням, остановившись у дальнего края стола, внезапно увидев, как лицо этой прекрасной статуи обернулось ко мне. Мужчина благожелательно улыбнулся, поманив к себе, и когда я подошел — указал на стул. — Ты друг Лероя… — его голос был чарующей музыкой для моего слуха. — Эллион рассказывал мне о тебе, — он повернул голову, с любовью взглянув на того вампира, что сидел рядом, а потом принялся заботливо ухаживать за мной, и вскоре на столе стояла полная тарелка и бокал с вином. Немного узнав вампиров, я ожидал, что Эллион будет так же холоден и недоступен, как большинство, или так же живуче горяч, как Лэйдж, но сейчас, смотря на него, я был удивлен. Эллион больше походил на сжатую пружину, которая вот-вот распрямится и все вокруг взорвется фейерверком его мощи. Но я не смотрел на вампира, я любовался неземной красотой его друга. Никогда мне еще не приходилось видеть, чтобы кожа была настолько гладкой, почти прозрачной, чтобы лицо было таким гармоничным и совершенным, а волосы мягкими, как шелк… Я, как безумец, застыл, любуясь его совершенной красотой. Я тонул в светлом серебре его глаз, лишенных зрачка, мысленно умоляя посмотреть на меня еще раз, я готов был на все, только бы хоть раз прикоснуться к его нежной, как шелк, коже… — Серж… — Эллион подошел ко мне, положив руки на плечи. — Если я тебе скажу правду, ты поверишь мне? — я судорожно кивнул, все еще не в силах отвести взгляд от мужчины, что заворожил меня своей красотой. — Знаешь, кто он? .. — я покачал головой, не в силах понять, что он хочет сказать этим. А потом с губ Эллиона сорвалось единственное слово… Я покачнулся на стуле и дыхание мое сбилось от неожиданности и невозможности признать это… — Э… Он… Э-Эльф? .. — наконец я все же произнес это слово, едва не лишившись сознания от понимания того, что я вижу перед собой настолько древнего представителя нашей цивилизации. — Эльф… Нет, это невозможно! .. — у меня во рту пересохло. - Как? .. Ведь… — Когда-то две легенды, которые не верили друг в друга — встретились… — Дэмиель протянул мне бокал вина. — Я был еще очень молод… — он посмотрел в глаза Эллиона с такой любовью, на которую способны только представители такого древнего мира. — Я был не только молод, но и глуп… А мой возлюбленный — он был одним из старейших вампиров того времени… – он, заодно, взглянул и на Лэйджа, который в своей силе был похож на сгусток огня. — Мы перестали считать годы и столетия, Серж… Мы перестали замечать течение жизни, предаваясь любви и счастью. И я верил… Непонятно почему, но я поверил этим словам настолько, как если бы прошел рядом с ними всю свою жизнь. И внезапно мне стало легко. Я понимал их всем сердцем. Меня перестал пугать их возраст. Я просто оказался там, где меня желали видеть так же, как и Тони, который заливался счастливым смехом… Или смирившись с ними так же, как и я с тем, что нахожусь рядом с такими древними существами… Я просто постарался забыть их возраст. Ведь, если посмотреть на них, то по человеческим меркам, они были юношами, едва переступившими порог совершеннолетия, то есть, такими же молодыми, как и я… Может быть, чуть старше… И я почему-то верил, что они оба желают забыть о своем возрасте. Так же, как забывал об этом Лэйдж… Внезапный холодок пронесся по залу, и я ощутил, как ладони Эллиона крепче сжались на моих плечах, а в висках забилось имя — Рудольф… Даже Лэйдж перестал смеяться, скривившись, как от чего-то неприятного. В зале повисла тишина, а потом раздался властный, глубокий голос. — Фелланаэль! Юноша, оставив беседу с вампирами, опустив голову, медленно пошел к тому, кто звал его. Я увидел, как мальчик опустился на колени, поцеловав руку вампира, который не спешил выходить на свет. И все же, слишком долго выжидать он не мог. В этом была какая-то спесь, бахвальство… Он вышел — высокий, мускулистый, похожий больше на воина, вампир. Его светло-каштановые, с рыжинкой, волосы локонами лежали на широких плечах, в глубоко посаженных глазах было столько неукротимой воли и власти, что более слабые вампиры не смогли сдержаться и встали со своих мест, чтобы поклониться вошедшему. — Лерой! .. Я ощутил какой-то ужасный стыд, когда Рой подошел к вампиру, опустившись на колени, прежде чем прильнуть к его руке поцелуем. — Это всего лишь дань своему создателю, — шепнул Эллион. — Рудольф — главный вампир этого города, и все, кто охотится на его территории или создан им, обязаны повиноваться ему. Я не мог в это поверить. Мне казалось, что если бы на месте Рудольфа стоял бы сейчас Эллион, то я и сам бы подошел к нему, заверить в своей почтительности. Но, чтобы показать свое повиновение Рудольфу… — Антонио! .. — я увидел, как Тоша вздрогнул, но взгляд вампирши удержал его, а к Рудольфу уже спешил молодой, прекрасный вампир, чтобы тоже подтвердить свою покорность. — Он любит создавать себе игрушки… — прошипел Эллион. — Послушные его зову, отвечающие на приказы… А Рудольф, отбросив юношу с дороги, уже шагнул вперед. — Эллион! .. — волна омерзения поднялась во мне. Как он мог назвать имя того… — Я не ожидал, что вы навестите нас со своим другом, — он поднялся на помост, небрежительно махнув рукой, показывая мне, что я должен убраться прочь. — Останьтесь вы и Лэйдж, — его жест повторился, но уже в обращении и к вампирам тоже. — Ну же! — Я считаю, что тебе нечего сказать нам, Рудольф, — Дэмиель холодно улыбнулся, подав мне руку, заставив вновь опуститься на стул, вложив в мои пальцы бокал вина. — Выпей, Серж. Выпей за здоровье своего возлюбленного. И я, понимая, что Рудольф читает мои мысли, медленно выпил вино, поставив бокал на стол. — Вот как ты заговорил… Ты даже не вампир, мой друг с эльфийской кровью, — в словах Рудольфа слышалась насмешка. — А чужие ублюдки уже принимают вино из твоих рук. Как мне кажется, этот мальчик принадлежит Рою… — Лерой больше не принадлежит твоему клану, Рудольф. С тех пор, как он испил моей крови… — Эллион с улыбкой смотрел на вампира, — он под моей защитой. И я тебе советую — будь очень осторожен в обращении со своим сыном…, а так же и с теми, кто принадлежит ему, — в глазах его застыл лед. — Будь очень осторожен. — Мне всегда хотелось проверить, настолько ли ты силен и так ли велик твой возраст… Как ты говоришь это. — Я предпочитаю, чтобы мы забыли этот разговор, Рудольф, — Эллион отстранился. — Я не желаю тебя убивать. — Тогда позволь мне испытать его силу, мой друг, — Дэмиель, лучась улыбкой, склонился к нему. — Я не причиню вреда одному из древних… — Ты — человек! — Рудольф рассмеялся. - Ты, своим танцем, только возбудишь мой голод. И тогда, когда ты остановишься хоть на одну минуту — я займусь тобой. — Рудольф, Рудольф… — Эллион мягко улыбнулся. — Свой танец смерти Дэмиель остановит тогда, когда солнце сядет во второй раз… Я испытывал его… Я сам сражался с ним. — Но не победил! .. — И не проиграл… — Дэмиель склонился к губам Эллиона… На секунду мелькнули за алыми кораллами губ острые, нечеловеческие зубы, слишком мелкие, но без видимых клыков вампира. Мы просто решили больше не испытывать жажду друг друга… Лэйдж фыркнул от смеха. Я залился легким румянцем, осознав, что за жажду, он имеет в виду. А Дэмиель, уже забыв о присутствии Рудольфа, нежно ласкал губы своего возлюбленного. — Хорошо, если ты желаешь испытать этот танец, Рудольф… — Эллион отстранился от губ Дэмиеля. — Я позволю тебе. Но учти. Ни один смертный или бессмертный не сможет более утолить твой голод. Ты будешь желать только его крови, если хоть один раз испробуешь ее. Будь очень осторожен. — Не тебе меня учить. Рудольф, рывком подтянул к себе Дэмиеля, чтобы в следующий миг нанести удар… Легкий вскрик, напряженная спина… И тут же ногти эльфа впились в спину Рудольфа, разрывая его одежду. Выскользнув из объятий вампира, Дэмиель в чувственном танце закружился по возвышению, скинув плащ, который до этого скрывал его светло-серые серебристые одежды. Я сидел, не в силах дышать от восхищения, не ожидая увидеть столь грациозных движений и такой неземной хрупкости и изящества от мужчины. Дэмиель замер на миг, давая возможность Рудольфу оказаться рядом, и тут же снова солнечным лучом скользнул прочь. Волосы окутывали его легчайшим серебристым покрывалом, лицо было бесстрастным, движения — грациозными… Нет, Дэмиель танцевал не танец смерти, а танец страсти… Я чувствовал, как желание против воли овладевает мною, заметив снисходительную улыбку Эллиона, который сидел рядом, тоже любуясь этим удивительным явлением — танцем эльфа… Рудольф в одно мгновение оказался позади Дэмиеля, рванув ткань его серебристой курточки, и эльф, эротично вывернувшись из, казалось бы, стальной хватки, на мгновение сплелся в объятиях с вампиром, чтобы тут же водой протечь сквозь его пальцы, скользнув в сторону. Зачарованные этим представлением, люди и вампиры отодвигали столики к стенам помещения, освобождая им место. Еще никогда человек не мог быть так силен, как тот, что сейчас завораживал вампира, соблазняя его показать всю свою мощь и силу. Внезапно Рудольф настиг Дэмиеля и вихрь незаметных человеческому взгляду движений закружил их. Я видел только легкие отблески света на штанах Дэмиеля и темные всполохи волос Рудольфа… Раздался душераздирающий крик, и Рудольф выпал из ритма, шатаясь, держась за руку, по которой струилась кровь. — Я считаю, что этого хватит, — Дэмиель, подошел к вампиру, коснувшись поцелуем его губ. — Ты показал, что силен, но никто еще не победил меня. О-ох! .. Его вскрик был больше похож на вздох наслаждения, когда Рудольф, ломая великолепное тело, заставил эльфа встать на колени, запрокинув голову, чтобы нанести удар… Но в следующий миг Дэмиель перевернул вампира под себя, сам вонзившись зубами в его шею… Рудольф пронзительно закричал. Его ладони скользили по обнаженной спине Дэмиеля, даже не пытаясь впиться в атласную кожу, он пытался оттащить эльфа, но с каждой секундой сопротивление становилось все слабее, пока, наконец, Рудольф не замер, положив одну руку ему на шею, а другую на поясницу, позволяя насыщаться… — Ну, вот… Я же говорил… — Эллион рассмеялся, но Лэйдж, перехватив его взгляд, грустно улыбнулся. — Рудольф никогда не простит этого унижения. К тому же, мы пришли сюда не для того, чтобы устраивать представление, а просить о помощи. — Он ничего не сможет сделать моему другу, — Эллион улыбнулся. — Не зря же я оттачивал его силу столько столетий. А насчет помощи… — он прикрыл глаза, удовлетворенно хмыкнув. — Рудольф не откажет нам. Дэмиель уже поднялся на ноги, осторожно помогая встать вампиру, прижав его к своей груди, позволив молодым вампирам подхватить своего хозяина. Потом, плавно, вызывая вздохи желания, он прошел вверх, на возвышение, взяв лицо Эллиона в ладони. Я услышал, как судорожными глотками вампир пьет кровь, которую ему отдает Дэмиель. — Все, все, хватит! .. Нет… — Эллион, тяжело дыша, отстранился, вытерев губы салфеткой. - Нет, что не говори, но какой вампир, такова и кровь, — он с отвращением передернул плечами, вслушиваясь в мелодичный перезвон колокольчиков смеха Дэмиеля. - Нет, ну ты сам посуди, любовь моя… Для тебя вся кровь — на один вкус… — Исключая твою, мой возлюбленный Эллион… — Дэмиель, обнаженный до пояса, сидя возле своего друга, опираясь на его плечо. — Это оказалось совсем не сложно… — и только где-то в глубине серебряных глаз затаилась брезгливость и отвращение. Но эльф не имел права выказать их сейчас, в обществе чужих вампиров. — Уходим. — Да, я тоже считаю, что нам пора уходить, — Эллион медленно кивнул. — Что Рудольф попросил за свою услугу? — Не поверишь, — Дэмиель удивленно пожал плечами. — Быть в курсе всех дел и событий. Ищет выгоду для себя. — И, возможно, он нам еще пригодится… — задумчиво пробормотал Лэйдж. — Жаль, что Лерой так ненавидел его. Войны внутри клана — не лучшее дело. — Что ж, пошли… — Эллион поднялся, и многие вампиры тут же поспешно встали со своих мест, ожидая приказа от своего господина. Вампир едва заметно махнул рукой, и от стола к двери отошли двое, видимо, охрана. Остальные же занялись своими делами. Рудольф ждал их у выхода. — Идемте, — он окинул жестким взглядом двух старых вампиров, эльфа и меня. — Остальные ждут здесь. — Нет. С нами пойдет еще и Лерой, — Рудольф, было, вскинулся, но Эллион продолжил. — Мало ли что может произойти. Он единственный, кто имеет ментальный контроль над Сержем. Мы прошли куда-то вглубь помещения, и Рудольф открыл неприметную дверцу, выведя нас на пустырь за помещением. — Здесь достаточно уединенно? — Твои ребята уверены, что смогут не выпустить в город… смерть? — Эллион едва улыбнулся. — Хорошо ли они отгородили людей от того, что может произойти? .. Или нам все же проще войти внутрь? — Да о чем ты тут лепечешь?! — Рудольф взъярился. — Ты попросил меня напоить этого мальчишку кровью и я исполню твою просьбу. Но… Эллион, словно извиняясь — улыбнулся, отступив на шаг. Лерой же, наоборот — подошел ко мне, положив руки на плечи. — Сядь! — Рудольф, поморщившись, кивнул на старые шины, сложенные у стены. — Великая Ночь! .. Разве думал я когда-нибудь, что придется отдавать свою кровь… ему?! И кому?! Сопляку! .. Даже не вампиру! .. — Руди, меньше слов. — Дэмиель вытянул из ножен, ранее не замеченных мною, острый тонкий меч, встав наготове, повернувшись лицом ко мне. Вампир зубами вспорол запястье, протянув мне руку. Я же, не слишком стремясь к тому, чтобы пить кровь этого самодовольного вампира, брезгливо поморщился. Лерой мысленно подтолкнул меня, заставив припасть к ране и сделать пару глотков. Когда же я попытался отстраниться — он мягко удержал мою голову, заставив пить. Уже привыкнув к вкусу крови Лероя, я ожидал, что и у Рудольфа она будет подобной, но меня обожгло силой вампира. Желудок болезненно сжался и жар окутал все мое тело. Мгновенно. — Достаточно! — Эллион подошел к нам, приподняв мою голову. — Как ощущения? — Жарко… — лицо пылало, кровь пульсировала по венам, заставляя сердце часто биться в грудную клетку. Внезапно желудок опять скрутило, и я не удержавшись, со стоном повис на руках Лероя. — Держи его! — властно и жестко произнес Эллион. — Не удержишь — мы получим слабого вампира, а не дамна! — Я пытаюсь… — в голосе Лероя было столько боли и муки, что я на миг отрешился от своего состояния, ворвавшись в мысли вампира, затерявшись в паническом ужасе и боли. Он удерживал мое тело от смерти, от превращения в вампира… Я всеми силами пытался ему помочь. Наконец, сердце перестало рваться из груди и почти затихло, но не остановилось. Дыхание замедлилось — я не нуждался больше в кислороде настолько, насколько нуждается в нем человек. Осторожно выпрямившись, я ожидал новых приступов, но ощутил лишь непередаваемую легкость и силу. Такую безмерную силу, что мне казалось — стоит только пожелать — и я раскидаю всех этих старейших вампиров. Расправив плечи, я смотрел на них, медленно поворачивая голову, пытаясь как-то смириться со своим новым, более острым, зрением, слухом, ощущениями… — Как ты чувствуешь себя? — Лэйдж подошел ко мне, осторожно прикоснувшись к плечу. Меня, словно током ударило его силой… и жаждой. Мир застыл. Остались только я и Лэйдж. И в следующий миг, подражая вампирам — я нанес удар в шею. Зубы легко погрузились в плоть, прокусив кожу, и в рот ударила густая, сладкая кровь вампира. И только насытившись, я оттолкнул его, внезапно вновь вырвавшись в мир звуков и запахов. Лэйдж пошатнулся, но удержался на ногах, с непониманием прижав руку к укусу. — Невероятно… — в его голосе слышались испуг и восхищение. — Ты это сделал… Ты… — Что случилось? — Дэмиель нервно поигрывал своей сабелькой. — Лэйдж? .. Ты в порядке? .. — Он замедлил время. — Неужели? — Эллион нахмурился. Лэйдж отнял руку от шеи, показав быстро заживающий укус. Я же, осознав, что только рядом с Лероем, прикасаясь к нему, смогу перебороть боль, если она появится — держал вампира за руку. Но ничего не происходило. Вообще ничего… если не считать того, что, при желании, я мог как ускорить время, так и ненадолго его остановить. Только голова немного кружилась от усталости. — Пробуди свою силу и ты сможешь ею пользоваться практически не затрачивая усилий, — Эллион подошел ко мне. — Как ты предпочитаешь пить мою кровь? — Никак… — я устало присел на шины. — Я насытился. — Думаю, это пробудит твой голод. Вампир дотронулся до моей руки, и я ощутил, как внутренности скрутило болью. Лерой, который все еще держал меня за плечи — глухо застонал, осев на землю. А я полностью ощутил то, что дарил Эллион. Меня буквально скрутило от… желания. Я попытался отстраниться, но вампир жестко сжал мои плечи, не отпуская от себя ни на шаг. — Перестань! — я рванулся прочь, ощутив, что еще немного — и мои кости будут просто сломаны. Эллион не контролировал свою силу, то ли желая подчинить себе, то ли не осознавая, что делает мне больно… И что я скоро просто ползать буду в его ногах, умоляя погасить во мне тот огонь, что он разжег. — Хватит, Эллион, — Дэмиель робко прикоснулся к плечу вампира и со стоном отшатнулся, задетый этой мощью лишь краем. — Я прекращу лишь тогда, когда этот глупый мальчишка примет мой дар! — зарычал Эллион. — Я пробужу в нем зверя!!! - и, похоже, он добился, чтобы это произошло. Я ощутил, как меня топит в неконтролируемой ярости. В моей ярости. Зарычав в ответ, я со всей силы толкнул Эллиона в грудь, ослепленный какой-то непомерной ненавистью, что билась во мне. Мне хотелось освободить ее, сорвать свою шкуру, чтобы выпустить наружу этого бешеного дракона, что раздирал меня изнутри на части… Когда мое тело начало меняться, я не ощутил ни боли, ни каких-то звуков — вроде хруста ломающихся костей и рвущихся мышц… Нет, я спокойно, безболезненно перетек в какую-то иную форму, которая до слепящего ужаса напугала вампиров. — Придурок! .. — зашипел от ярости эльф и, оттолкнув Эллиона, встал передо мной, отведя руку с мечом для удара. — Ты хоть понимаешь, что натворил?! Что теперь прикажешь делать с дамном, что не контролирует себя?! Что не знает своей силы и полгорода порвет на части, прежде чем утихомирит свой голод?! Я с любопытством слушал эльфа. О, нет, я прекрасно контролировал жар этой ярости, что окутывал меня, словно мягкий кокон. В ЭТОМ теле — контролировал. Что ж, Эллион хотел, чтобы я испил и его крови — он добился этого. Я ощутил голод. Настолько сильный, что удовлетворить его, пожалуй, не смог бы и десяток смертей. О, да, я понял, что желаю пить не кровь, а жизнь. Впитывать в себя эманации боли и ужаса, растерзывая на части тех, кто был виной моему состоянию. — Похоже, ты действительно перестарался, Эллион… — Лэйдж встал рядом с эльфом. — И нам придется уничтожить твое творение, прежде, чем оно уничтожит нас. А потом опять искать. — Уничтожить… Ха! — мой голос был похожим на утробный рык, но меня это не удивляло. Казалось, это состояние настолько же естественно для меня, как и то, что было раньше, когда я был человеком… А был ли? .. Эльф резко выкинул вперед руку, наотмашь рубанув мечом, что лишь слегка царапнул по коже… Нет, по броне, что облекала мое тело. — Нам не уничтожить дамна… — прошептал Лэйдж. — Никогда не уничтожить. Даже ослабленного и не знающего всей своей силы. Ему нужна смерть. Чья-то смерть, чтобы насытить свой голод. Кто пожертвует собой, ради спокойствия Земли? — Думаю, раз я пробудил силу дамна к жизни, то мне и исправлять эту ошибку, — Эллион шагнул ко мне. Мы стояли друг напротив друга, и только теперь я понял, что выше его, этого высокого и мощного вампира — почти на треть. Его голова едва доходила мне до груди. — Что ты можешь мне предложить, вампир? — прошипел я. — Твоя жизнь давно ушла из этого тела, а смерти ты не боишься. Я только зря потрачу время. Вот его… — я повернул голову к эльфу, увидев ужас в расширившихся глазах, упиваясь этим страхом… и страхом Эллиона за жизнь своего избранника. — Попытайся насытить меня своим страхом, вампир! — рокочущий смех вырвался из измененного превращением горла. - Ну?! Что же ты не боишься? — Ты насытишься моим страхом и болью? .. — едва слышно прошептал Эллион и я, подумав, кивнул. — Дэмиель… Дай мне меч. — Нет! .. — эльф отступил, но Лэйдж выхватил у него клинок, по самую рукоять, всадив в грудь Эллиона. Волна боли, отчаяния, ужаса, безысходности — накрыла меня темной пеленой. Я пил боль Эллиона, насыщаясь ею. А Лэйдж, словно понимая, что нужно мне — провернул клинок в ране, заставив вампира бессильно осесть на землю. Я улыбался. Наконец-то я получил то, что требовалось мне изначально. Внезапно, между мной и Эллионом встал Лерой. — Хватит! — он вскинул голову, чтобы смотреть мне в глаза. — Оставь его. Дай ему выжить. Я кивнул, и Дэмиель тут же бросился к возлюбленному. Его боль за раненого вампира была так сильна и чиста, что я насыщался ею с не меньшим удовольствием. — Ты сможешь помочь мне? — я смотрел на Лероя. — Возьми часть моей силы, чтобы я смог вернуться. — Я сделаю все возможное… — вампир шагнул ко мне, и я послушно опустился на колени, чтобы быть одного с ним роста, позволив обнять себя… То, что было дальше — обычными словами не описать. Боль была и физической, и душевной. Лерой кричал, не в силах вынести этой боли. Я дугой выгибался в его руках, в безумии, то теряя сознание, то приходя в себя, в кровь царапая грудь вампира, пытаясь добраться до его сердца… А потом разум мой окончательно заволокло туманом, и что произошло дальше — я не помню.