Время Черной Розы

Очнулся я в темноте. Мне было привычно мое пробуждение, как будто я так каждый раз открывал глаза, видя перед собой непроницаемый мрак. Потом я ощутил тесноту, тоже привычную с незапамятных времен. Осторожно ощупав место своего пребывания, я понял, что лежу в деревянном ящике, более похожем на гроб… Нет, являющимся гробом. Но и это меня не испугало. Я привык просыпаться так. А если это все привычно для меня, простого мальчика… То, как и говорил Лэйдж — меня ждало увлекательное путешествие в мир вампиров. Значит, мне предстояло бояться света, серебра, святой воды и всякой другой дребедени. И, к тому же… я медленно ощупал свое тело, найдя, что я одет не так, как одевался раньше. Значит я — в теле Лероя своим разумом. Еще интереснее. Мне захотелось кое-что проверить… Как я понял, Лерой уходил все еще с крестиком, который был освящен… Небольшая боль не повредит ни ему, ни мне… — я нащупал на груди крест, с осторожностью прикоснувшись к нему пальцем… Ничего. Если бы проверить еще более серьезно… Наконец, мне надоело лежать в гробу, спеленатому темнотой и теснотой, и я попытался приподнять крышку, ощутив, что ее держит что-то крепкое. Резко надавив на нее, я получил тот же эффект, и в ярости выломал одну из стенок… Оригинально — сила у меня явно не человеческая, что уже радует. В глаза мне ударил яркий свет солнца, пробивающегося через отверстия сверху, и тот гроб, в котором я проснулся, находился как раз на месте пересечения солнечных лучей. Я осторожно протянул руку к свету, ощутив тепло, рассматривая свою белоснежную кисть в золотом свете. Н-да… Загар долго не продержался… Надо Рою сказать, чтобы он больше бывал в солярии. Или не нужно? Кто его знает, чем могут грозить солнечные ванны даже тому вампиру, который постоянно принимает эликсир, помогающий пережить солнечный свет? Услышав шорох, я резко приподнял голову, увидев возле стены ликантропа, который с ужасом смотрел на меня, как на привидение… Я узнал Гордона. — Привет, — я помахал ему рукой, сделав знак приблизиться. — Что случилось? Он испуганно мотнул головой, медленно, даже робко, подойдя ко мне. — Лерой… Это ты? .. — Хочешь правду? — я усмехнулся. — Лероя больше здесь нет. — Я осторожно выбрался из развороченного гроба, осмотрев серебряные цепи, стягивающие его, заметив крест, прибитый сверху. — Оригинально… — я прикоснулся к нему и крест под моей рукой засветился прохладным неярким светом. - Ух, ты! .. — Гордон ждал, что я ему хоть что-то расскажу. — Подожди, дай освоиться с этим телом, чтобы не допустить ошибок потом. — Кто ты? .. — А ты как думаешь? — я посмотрел на него, поморщившись. — Слушай, я голоден… — Ликой тут же подошел ко мне, отклонив голову, подставляя шею. — Не-а… У меня не тот голод, — он тут же принялся расстегивать пуговицы рубашки… — Ты можешь не устраивать здесь стриптиз?! — я передернул плечами. — Мне поесть надо. Я целые сутки ничего не ел… — Кто ты? .. — Гордон, напрягся, а когда я протянул к нему руку — отпрыгнул. — Здесь есть тот, кто может услышать наш разговор? — он мотнул головой. — А ты мне поверишь? — слабое пожатие плеч. — Лэйдж приехал. И, своим мастерством облегчил нам жизнь. — Нам… Это кому? — Мне и Рою, — он уставился на меня, начиная понимать. Я согласно кивнул. — Не знаю, сохранил ли я хоть часть сил Лероя, но я чувствую себя больше человеком. Во всяком случае, голод у меня вполне человеческий, — я вновь жалобно посмотрел на него. — Так здесь есть что-нибудь поесть, а? .. — А… Ага… — он прошел в угол комнаты, постучав в дверь, а когда открылось окошечко, что-то сказал кому-то. Дверь мгновенно распахнулась, и я взглянул в зеленые, с желтыми точками глаза еще одного ликантропа, который испуганно смотрел на меня. — Сударь проснулись, и кушать изволят хотеть, — я шутливо поклонился. Онемевший охранник попытался указать на Гордона, но я с отвращением поморщился. — Кровь… Фи, какая гадость! .. Предложите мне что-нибудь более съедобное. Например, копченые ребрышки молочного поросенка, с гарниром, и обязательно салат. Или, на худой конец, хоть стакан молока с булочкой. А? .. — Ты… Ты кто? — его вопрос рассмешил меня, но, на удивление, я смог сдержать свою неуемную веселость, посмотрев на него с ледяной холодностью. — Я тот, кто придет на смену старым пережиткам прошлого. Я — вампир, но это мне не помешает получать пищу и другими способами, отличными от тех, что используют все остальные. Надеюсь, достаточно тебе того, что я стою в лучах солнечного света, не получая никаких ожогов? — Ты человек! — внезапно «осознал» он. — Человек, который научился пить кровь. — А ты проверь… — я успел заметить только серую тень, метнувшуюся ко мне, попятившись… Удивившись тому, как быстро двигаюсь. — Достаточно? — Я не знаю, кто ты… — слова прорывались сквозь звериное рычание. — Но ты явно не вампир. — Это не тебе решать. Если Витторио уже проснулся — я желаю поговорить с ним. — Да, я проснулся, — в комнату вплыл вампир, смотря на меня из-под капюшона черным агатом глаз. — Ты убиваешь себя, Лерой, — он сочувственно покачал головой. — Так часто принимать эликсир — нельзя. — Я ничего не принимаю. Кстати, благодаря чему ты можешь выдерживать свет солнца? — Благодаря своему возрасту, — он церемонно поклонился. — Пройдем? Я последовал за ним, пройдя по каменному коридору в залу, которая была освещена только факелами. — Какое средневековье! .. — я сочувственно покачал головой. — Неужели за столько лет ты не скопил достаточно средств, чтобы позволить себе более роскошные апартаменты? — Тебя не устраивает эта обстановка? — он мягко опустился в кресло, откинув капюшон, и я онемел от осознания того, что увидел — это был не Витторио. Другой, достаточно старый вампир, но не он. — Что-то случилось? — Да, — я придал своему голосу холодность. — Ты довольно самонадеян. Назваться именем старейшего вампира… Ни у каждого бы хватило на это смелости, — он чуть приподнял бровь, что должно было означать удивление. Я смотрел ему в глаза, с каждой минутой все яснее осознавая то, что он гораздо слабее, чем показался мне с самого начала. — Я знал Витторио… — произнеся эти слова, я сам себя испугался, внезапно ощутив присутствие Лэйджа, смотря на происходящее его глазами, вспоминая удивительную, холодную красоту Витторио. — Он был прекрасен… А ты… — Если ты знал Витторио… — вампир сидел недвижимо, словно статуя. — Расскажи, каков он? — Надеешься произвести на меня впечатление превращением? — я позволил себе слабую улыбку. — Знаю, ты способен на это. Способен менять свое тело настолько, что твоя внешность становится иной. Но ты не Витторио. Ты слишком слаб. Он неуловимо быстро провел рукой в воздухе, и я ощутил острую боль чуть повыше предплечья, смотря на расплывающееся кровавое пятно, тут же залечив порез. Это его удивило не меньше, чем меня его возможность ранить на расстоянии. — Слаб. Ты первый, кто осмелился сказать мне эти слова. Значит, ты считаешь себя сильным? — Возможно… — я пытался пробиться сквозь его защиту, которая лопнула под моим напором, как воздушный шарик под острием иглы. Через мгновение я смотрел в его расширившиеся от ужаса глаза. — Идем. Вампир, словно его тянули за ниточки, послушно поднялся с кресла, подойдя ко мне, пытаясь что-то сказать. — Нет. Ты будешь молчать, — я продолжал смотреть ему в глаза. — У тебя есть выход — признать меня сильным, или… — я показал рукой на комнату, из которой вышел. — Я выведу тебя на свет, и заставлю обнажить свое тело. Хватит двух часов, чтобы ультрафиолет сжег тебя до горстки пыли, — в его глазах появился страх. Видимо еще никто и никогда не подчинял его своей воле так, как это сделал я. Если бы не Лэйдж, я бы никогда не понял эту игру с переодеванием… — Итак, ты признаешь меня сильным? — Д-да… Мастер… — его голос был хриплым. — Признаю… — я отступил назад, освободив его волю, и вампир тряпичной куклой упал на пол, собираясь с силами. — Ты… Ты поистине силен… — Не нужно лести, — я присел на кресло. — Было бы лучше, если бы мне дали возможность поесть. Как-никак я голоден. — Да, Мастер… — он послушно встал, обернувшись к ликантропу, который сопровождал нас, отдав ему приказ — принести обед. — Гордон, подойди, — ликой тут же присел у ног, прижавшись к подлокотнику кресла. — Я хочу, чтобы ты немного последил за обстановкой, — прошептал я, и он послушно кивнул. Это становилось с каждой секундой все интереснее. А что, если попробовать еще и это? .. Я прикрыл глаза, постаравшись отрешиться от всего, обратившись с интересующими меня вопросами к Лэйджу, почти сразу получив такую лавину информации, что у меня голова закружилась. Но зато теперь я знал, что мне нечего бояться того, что мне в еду положат яд. Правда, для него все еще казалось ошибкой, что я собираюсь поглощать пищу, предназначенную людям… К тому же он честно предупредил меня, что еда может быть приготовлена на святой воде (для меня, как же! ..) или туда может быть добавлен нитрат серебра. Тоже слабое утешение. Даже для человека. Вампиру же это было страшнее, чем любой яд. Будем надеяться, что для меня это пройдет максимум — несварением желудка, а не выжиганием всех внутренностей. Когда я ощутил аромат еды, то даже мое, на данный момент — вампирское, долготерпение — дало сбой, и я с тоской посмотрел на дверь, из которой шли столь приятные запахи. Вампир, который выдавал себя за Витторио, сидел рядом, с непониманием смотря на меня. Когда я поднял на него глаза, он чуть приблизился. — Мастер… Ты уже доказал свою силу. Зачем же издеваться над собой? — Я должен уметь поддерживать свои силы с помощью тех энергий, что даны мне, — без интонаций произнес я, прикрыв глаза. — Позволь спросить тебя, как твое истинное имя? — Вэйн. За все столетия, что я провел в этом мире, я не видел такой силы. Что это? Как ты добился такого? — С психологами занимался, и изучал методы гипноза, — отчасти это была правда. Но только отчасти. — Кстати, я хотел бы знать, сколько времени еще продлится мое пленение? — Ты не пленник, мой господин. — Вэйн склонил голову. — Но прошу тебя, останься до полуночи, чтобы Саввалин мог поговорить с тобой, чтобы ты мог… — он замолчал. — Принести ему клятву верности и крови, — я ощутил, как во мне поднимается гнев, но он тут же исчез, когда я ощутил холодное дуновение силы Лэйджа, повествующего мне о правилах. — Хорошо, я сделаю это, но только как равный. — Он старше тебя… — Я сильнее его! — тут же напомнил я, постаравшись, чтобы моя улыбка была зловещей. — И это я могу заставить его принести мне клятву. Если бы мне нужен был этот город — я так бы и сделал… — я замолчал, когда услышал шаги. В зал внесли столик, на котором стоял поднос с едой. Стараясь не выдать нетерпения, я принялся за еду, позволив Гордону тоже утолить свой голод. — Ты позволяешь своему слуге есть рядом с тобой! .. — в голосе Вэйна слышался ужас. — Ты не даешь им ощутить свою власть! .. — Знаешь, кто истинно силен? — я отпил глоток вина, ощущая насыщение. — Только тот, кто позволяет ощутить не свою власть, а свою любовь и дружбу. Вы стали слабыми только потому, что предпочли одиночество… — я приподнял глаза, увидев, как в зал входит Саввалин. — Приветствую тебя, Мастер города, — я встал, поклонившись ему, как равному. — Странно… — Саввалин обвел помещение взглядом. — День… А ты уже проснулся? — он смотрел на меня. — Как ты выбрался из гроба? Ведь я спеленал его цепями и наложил крест! — Знаешь, дерево легко пробить, а кресты мне не помеха… Так же как и солнечный свет. Если бы я был слабее — лучи солнца спалили бы меня. Ты на это и рассчитывал? — Возможно… — Саввалин смотрел на поднос. — Бахвальство, Лерой. Я считаю, что это было ни к чему. — Я был голоден, — я заметил удивление в его глазах. — Сегодня мне захотелось не крови, а чего-нибудь более плотного. — Ты не вампир… — его глаза сузились. — Ты кто угодно, но только не вампир! — я ощерил клыки, издав шипящий звук, который у меня вряд ли бы получился, будь я в своем теле. — Так кто ты, Рой? .. Или… Ты не Лерой? — Он метнулся ко мне, но я встретил его, уже стоя, перехватив руку, которой он попытался дотянуться до моей шеи. — Позволь… — он сдержал свой гнев. — Позволь мне посмотреть на то, что подскажет мне — кто ты… Я отпустил его руку, и Саввалин нежно провел пальцами по моей шее, отклонив голову вбок, найдя что-то на затылке, знакомое только ему. И тут же я получил ответ, что это. Это был тонкий шрам от пули, которая зацепила тело Лероя, когда он еще не был вампиром. — Ты надеялся, что его нет? — моя улыбка выглядела торжествующей. — Ты надеялся, что я все тот же мальчик, который согревал твою постель… — внезапно по моему телу разлилась волна сладкой неги воспоминаний. Но эти воспоминания не относились к Рою. Это была память Саввалина… - О, господи… — я без сил опустился в кресло, попытавшись придать себе более уверенный вид, и объяснить это не внезапно возникшим желанием, а иначе. — Ты до сих пор еще желаешь меня, мальчик… До сих пор не можешь забыть, как тебе было сладко в моих руках. Саввалин отшатнулся, как будто я его ударил. Отвернувшись, он медленно прошелся по комнате. Когда же он повернулся ко мне — его взгляд был совершенно спокоен. — Такие как ты — не умеют читать мысли по прикосновению, — в голосе вампира слышалась злость и подозрение. — Когда я встретил тебя… О, нет! .. Не тебя, а Лероя! — глаза его сузились. — Он не умел этого. Он был простой подстилкой! — Пока не испил крови старейших… — тихо, без нажима произнес я. — Так дай мне испить твоей крови! — он метнулся ко мне, остановившись на расстоянии вытянутой руки. — Позволь… — Знания не обретаются так. И сила тоже, — я протянул ему запястье. — Считай это клятвой крови, Саввалин. Я даю тебе право испить своей крови в знак мира между нами, — он взял мою руку, поднеся запястье к губам, продолжая смотреть мне в глаза. — Тебе не подчинить меня своей воле. Я перерос это. — Жаль. Это будет больно… — он вонзил клыки в мое запястье, и я только стиснул зубы крепче, чтобы не застонать. Саввалин пил кровь медленно, стараясь насладиться ее вкусом… Но внезапно глаза его расширились и он, тяжело дыша — отстранился. — Ты… — голос его охрип. — Ты меня отравил! .. — О, нет, это не я… — я смотрел на него. — Если ты сейчас же очистишь себя от моей крови — выживешь… — Саввалин метнулся прочь, а я взглянул на Вэйна, который, бледнея, вжался в кресло, вцепившись в подлокотники. — Ты думал, что нитрат серебра опасен мне… — я поднял бокал вина, отпив еще глоток. — Ты ошибся! .. Но, увидев это, ты понадеялся, что я принесу клятву крови, и Саввалин отопьет из этого источника… Как ты низок… Так забирать город у старого вампира некрасиво, — я заметил в его глазах злой огонек, успев захватить его волю прежде, чем он сумел мне навредить. — Ты будешь сидеть здесь до тех пор, пока я не разрешу тебе встать… — я прикрыл глаза, протянув руку Гордону. — Иди сюда… — он послушно подошел. — Ты нормально чувствуешь себя? — Легкая изжога, — он пожал плечами. — Нам серебро не так страшно, как думают. — Хорошо… Где мы сейчас? — В горах, — он с непониманием смотрел на меня, когда я осторожно приблизил свое лицо к его шее. — Ты хочешь… — Мне нужна связь. Это недолго, и совсем не больно… — я целовал его шею, плечо, медленно лаская тело, ощутив его ладони на своих бедрах. Внезапно увидев все его глазами, услышав его мыслями, отправив послание Лэйджу. — Вот так, Гордон… — я отстранился от него. — Вот так… Глаза юноши были прикрыты, и он часто неглубоко дышал, приходя в себя. Наконец, слабо улыбнувшись, он нежно потерся щекой о мое плечо, присев на пол. — Ты сказал ему, да? — Да, — я склонился над ним. — Лэйдж будет здесь скоро. Следи за этим. Я должен посмотреть, как там Саввалин. Он кивнул, устроившись на ковре, а я поспешил за Мастером города, чтобы помочь ему, если еще возможно… Нашел я его почти сразу. По крику боли. — Саввалин! — я метнулся в комнату, увидев, что он лежит на красных от крови простынях, а глаза полны страдания и боли. — Саввалин… — это уже говорил не я, а Лерой прорвавшийся в свое сознание, страдающий от боли к тому, кого любил, наверное, не меньше, чем Лэйджа, или меня… — Держись… прошу тебя… — я сжал его ледяную руку. — Если бы я знал, что в пищу добавлено серебро — ни за что бы, не дал тебе испить своей крови… я клянусь тебе! .. — я целовал холодные пальцы, нежно приглаживая мягкие каштановые, волосы. — Призови тех, кто может дать тебе свежую кровь… — Нет… — он хрипел так, как будто не кровь прошла по его гортани, а кислота, как и было вообще-то… — Ты не знал… В это слабо верится… Вампир чувствует серебро в своей крови… — Не я! .. — я прижал его голову к своей груди. — Не я, мой милый… Мне не дано этого. Я иной… — Ты не вампир, — его голос зазвучал более уверенно. - Нет, ты не вампир. — Мне больше шестидесяти лет, Саввалин… — шептал я, прижимая его коснеющее тело к себе. — Я пью кровь, я сплю в летаргии… И я не вампир? .. — Н-нет! — его лицо исказилось от боли. — Нет… — прошептал он уже тише, медленно расставаясь со своим вампирским существованием. — Лерой… Не выдержав, я, с воплем отчаяния прижался к нему, ощутив головокружение, а потом адскую боль, что резанула мои внутренности. Но это уже был отголосок боли. Я приподнял голову, смотря на застывшее рядом с собой тело Лероя, который все так же стоял на коленях, прижимая тело Саввалина… Нет, уже мое тело! .. К своей груди. — Господин! .. — на пороге застыл человек, которого я должен был знать, но не знал. — Мастер… Там… — Впусти того, кто пришел, и поспеши привести его сюда. — Рой! .. — Лэйдж влетел в комнату, застыв на пороге. — Лэйдж… — я махнул рукой. — Иди сюда, — вампир подошел, с удивлением смотря на все. — Саввалин, то есть я, выпил кровь Лероя, то есть меня, когда я был… — Короче! — Я поддерживаю жизнь Саввалина только тем, что занял его место. В той крови, что он пил, был нитрат серебра. — Ясно, — Лэйдж присел рядом, подхватив мою… то есть голову Саввалина, на руки. - Пей. — Он, или я? — Начинай ты. Там посмотрим, — я вонзился зубами в его шею, внезапно ощутив, как меня вытолкнуло из тела вампира, и я вновь стоял на коленях, обнимая того, кого сейчас спасал Лэйдж. — Бред… — только и смог выдохнуть я. — Вот это путешествие в мир вампиров, чтоб его! .. Что там, в гостинице? — Сон… — Лэйдж это слово едва простонал, закруженный в вихре сладострастия. — Было небезопасно оставлять его бодрствующим. — Это бесполезно. Он вырвался все равно, — Лэйдж обернулся и Саввалин, застонав, прижался губами к его шее еще плотнее. - Да, именно так. — Невозможно! .. — А почему же тогда я стою здесь, не давая этому чудовищу покинуть наш бренный мир? — Ну не знаю… Сострадание, может быть… — Но не мое, а его. Саввалин застонал, медленно отстранившись от шеи Лэйджа, упав на простыни, смотря на нас полубезумными глазами. — Я буду обязан тебе жизнью, Лерой… — прошептал он, и в голосе его уже не слышалось боли. — Я был уверен, что это твой способ поквитаться со мной. — Я считаю, что того, кто сделал это — нужно наказать, — я встал на ноги, смотря на свой, безвозвратно испорченный наряд. — Если ты считаешь, что обязан мне жизнью — я сниму с тебя это обязательство, если ты дашь мне, во что переодеться, — Саввалин кивнул, легко поднявшись с кровати. — И ванна горячая не помешает. — Я скажу… — он глубоко вздохнул. — Твоя кровь, поистине, сладкий яд, Лэйдж. — Я рад этому, — вампир церемонно поклонился. — Надеюсь, все неприятности в прошлом? — Да, — Саввалин поклонился. — Но как нам быть… — Это не Витторио, — я смотрел на них. — Ты знал это, Саввалин? — Да. Знал. — И все же позволил ему поддерживать этот миф? Почему? — Он был хорошей поддержкой. — Был. Это красиво звучит! .. — Лэйдж рассмеялся своим прекрасным смехом, лучезарно улыбнувшись мне. — И что нам делать? — Выбирайте, — я пожал плечами, — я сделаю с ним все, что вы пожелаете. — А что бы пожелал ты? — Саввалин смотрел на меня. — Ты всегда умел придумать самые жестокие пытки, Лерой. — Я? .. — улыбка моя была больше похожа на оскал. — Я хочу заставить его выпить вино, в котором и содержалось серебро. — Помня, что я чувствовал, я пожелаю ему такой смерти… — Саввалин долго смотрел мне в глаза. — Пусть будет так. Но, если это не убьет его, то ты отпустишь его. — Нет, — я перестал улыбаться, — раненый вампир — смертельно опасный вампир. — Ты прав, — Лэйдж кивнул. — Итак? — Смерть, — это слово было произнесено мною так спокойно, словно я не один год выносил такие вердикты. А, может быть, так оно и было? .. Я думал о Лерое уже совсем иначе. — Смерть, — повторил за мной Лэйдж. — Смерть… — едва прошептал Саввалин, но голос его остался твердым. Я вышел из комнаты, прямо в своем окровавленном одеянии отправившись в зал, где так и продолжал сидеть Вэйн. Остановившись перед ним, я позволил обозреть себя с головы до ног. Саввалин подошел, и встал рядом, и взгляд Вэйна метнулся на него. — Тебе не удалось получить город такой ценой, Вэйн, — спокойно сказал я. — У тебя была сила, чтобы управлять Саввалином, заставляя его делать все, что пожелаешь, но, после того, как ты его чуть не убил – он, вряд ли решит продолжать с тобой общение. Ни я, ни Лэйдж не заступимся за тебя. Ты не сможешь покинуть пределы города, и ты это знаешь. А посему… — я налил в бокал вина, протянув ему. — Ты должен умереть, — страх метнулся в его глазах, но рука, помимо воли потянулась к бокалу. — Я приказываю тебе - пей. Все так же, глядя на нас, он поднес бокал к губам, медленно выпив вино. Еще мгновение его глаза оставались прежними, а потом взгляд застлала дымка боли. Я освободил его волю, и тут же мы услышали вопль. Вэйн, хрипя, и извиваясь, упал к нашим ногам, в агонии пытаясь разорвать себе горло, которое мгновенно спеклось под действием нитрата серебра. — Не хотел бы я стать твоим врагом, Лерой… — едва слышно произнес Саввалин, отвернувшись. — Я получил лишь десятую часть того, что получил он… и это было больно… Я смотрел на то, как серебро постепенно прожигает вампира насквозь, как его тело ссыхается, и кожа обугливается. На это было страшно смотреть, но я смотрел, стараясь запомнить все это до мельчайших подробностей, чтобы мне даже в голову не пришло стать одним из них, таким же, призрачно-бессмертным, ходячим трупом, которому не лежится в могиле… Слезы потекли по моим щекам. Ведь я так же думал и об Лерое… О том, кого любил… — Некрофил чертов… — прошептал я, но Лэйдж все равно услышал меня, залившись серебристым смехом… Как это было неестественно — смеяться, стоя над трупом, но я усмехнулся, понимая, что теперь никогда не смогу смотреть на Лероя так же, как и раньше. — Вот и все… — Саввалин тяжело вздохнул. — Нет, не все, — я разорвал грудную клетку Вэйна, вытащив его, еще бьющееся, сердце. — Старые вампиры не умирают так просто, - и, взяв со стола нож, я рассек сердце, смотря на то, как в моих руках оно обращается в пепел. — Гордон? Забери все это… — я показал на останки. — И постарайся, чтобы солнце и ветер сделали свое дело. Ликой кивнул и, сдернув со стола скатерть — занялся делом. — А теперь выполняй обещание, — я повернулся к Саввалину. — Где моя горячая ванна? — Уже готова, — он пригласил следовать за собой, но Лэйдж удержал меня. — Да? .. — Я должен идти, — он смотрел в мои глаза. — Когда тебя ждать? — Не позже полуночи. — До встречи… — вампир положил руку мне на плечо. — Знаешь, я начинаю бояться твоей силы. — До тех пор, пока мы на одной стороне баррикады — я не причиню тебе вреда. А если потребуется — только призови. — Мне нужно обучить тебя… — Когда я вернусь — этим и займемся, — я поцеловал его в щеку. — А ты знаешь, я хотел бы провести с тобой еще одну ночь… — Я это сделаю, Серж… — мое имя он произнес одними губами, но я только улыбнулся, понимая, что Лэйдж сдержит слово. Я оставил его, пройдя следом за Саввалином и, поспешно раздевшись, нырнул в ванну, больше напоминающую маленький бассейн. Расслабившись, я сполз вниз, оставив над водой только голову, лежа в полной темноте. Внезапно я услышал звук шагов, приоткрыв глаза, увидев, как ко мне направляется Саввалин. Он был обнажен, и его тело в сумраке мерцало непорочной белизной горного снега. Подойдя, он присел на край ванны. — Я прошу тебя об одном одолжении, Лерой… — я приподнялся, нежно коснувшись его руки, ощутив, как вампир вздрогнул. — Подари мне несколько часов своего времени… Как раньше… Люби меня так, как любил когда-то… — спазм перехватил его горло. — Прошу тебя… Я не знал, что мне делать… Отказать из-за того, что «я не есть Лерой», или позволить его воспоминаниям возобладать над моей сущностью, и ринуться в омут нескончаемого блаженства и неги? Что выбрать? .. — Извини… — я попытался как-то объяснить вампиру сложившуюся ситуацию, внезапно заметив, как плечи поникли. — Саввалин… Неужели твоя любовь так сильна? .. — он поднял на меня полные страдания глаза. — Лучше бы я никогда не встречал тебя! .. — с болью произнес он, собираясь уйти, но я удержал его, заставив залезть в ванну. — Отпусти… — он отвернулся, и я медленно разжал пальцы, позволив ему самому устроиться. — Отпусти мое сознание, Лерой… Я не желаю больше ничего, что связано с тобой… — Но раньше желал? — я смотрел на него. Саввалин был единственным любимым Лероя. И все-таки он ушел… Ушел для того, чтобы никогда больше не ощущать его рядом… почему? .. И тут, ответом на вопрос пришла боль… Я сжался в ванне, стараясь, чтобы Саввалин не увидел моей боли. Я предал его… Нет, не я, а Лерой, но я от этого не чувствовал себя лучше. Воспоминания били по мне безысходностью, и я закрыл глаза, чтобы вспомнить то, что заставило нас разорвать отношения… Саввалин всегда был жестким, строгим и прекрасным. Все те пять сотен лет, что он прожил. Он любил, чтобы ему подчинялись, и поэтому, когда увидел красавчика-вампира — выкупил его у Рудольфа, заставив служить себе… Нет, даже не заставил, а просто принял в свою кровать, чтобы получать незабываемое удовольствие… И Лерой полюбил его. Находиться рядом с Саввалином было не сложно. Достаточно было прислушиваться к его желаниям… Когда в город, по делам, прибыл Лэйдж, Саввалин отдал ему Лероя на одну ночь, даже не думая о том, чем это может обернуться… И Лерой не думал… Но, свобода, предложенная ему, ласки и объятия старейшего вампира, и сладкие обещания власти вскружили ему голову и, едва только Лэйдж собрался уезжать — Лерой покинул город вместе с ним, предав любовь Саввалина… Лэйдж исполнил даже больше, чем обещал. Он подарил не только свободу, но еще и силу, но часто ночами Лерой вспоминал о том, кого любил, даже будучи рабом… И теперь, сидя в ванне, я внезапно понял горькую правду — Лерой все еще любил Саввалина, а тот, в свою очередь готов был забыть все, чтобы еще хоть раз испытать наслаждение в руках своего лучшего любовника. — Лерой… — я открыл глаза, увидев Саввалина совсем рядом. — Лерой, милый… — его губы прикоснулись к моим, и я, не выдержав, ответил. — Если ты желаешь, пусть твой мальчик будет с нами… Я не буду требовать ничего… Ни верности, ни любви… Просто впусти меня в свою жизнь… Позволь быть рядом… Позволь любить тебя… — Как ты можешь? .. — мой голос охрип от эмоций. — Я предал тебя! .. Уничтожил нашу любовь, и ты… — Я люблю тебя… — Саввалин прилег мне на грудь, и я ощутил, как тело вампира отреагировало на это прикосновение, едва сдержавшись, чтобы не поддаться желанию. — Почему ты не хочешь принять меня? — Это сложно объяснить… — я кусал губы, вскрикнув от боли. Черт, совсем забыл о том, что у меня клыки! .. Саввалин потянулся чтобы слизнуть кровь, но я столкнул его с себя. — Безумец! .. — я промокнул губы полотенцем. — Еще полчаса назад ты чуть не погиб из-за одного глотка этой крови! .. И вновь лезешь? Не надейся, что я приму решение сегодня, — я поднялся в ванне, вытирая тело, смотря на мальчика-вампира, который застыл в отчаянии, понимая, что его оттолкнули в который раз… — Саввалин… — я склонился, проведя ладонью по его волосам, достав из воды, прижав к своей груди. — Я не желаю совершить ошибку… — я нес его на руках в комнату. — Пойми… Я не тот, кого ты видишь… — Я знал это… — едва слышно прошептал он, посмотрев на меня, и я увидел, как радужка исчезает, и зрачок расширяется, делая его глаза необыкновенными, черными, и бездонными… Смотреть в такие глаза было страшно… И удивительно хорошо… Я опустил его на кровать, присев рядом. — Скажи… — Саввалин удержал меня за руку. — Если ты не… Он жив? — Да, — я поцеловал его пальцы. — Но он боится вернуться к тебе. Боится, что ты вновь подчинишь его своей воле… — я ощутил болезненный укол в желудке, согнувшись пополам, понимая, что сказал лишнее. — Во всяком случае — не мне решать — будете ли вы вместе. — Пусть так, — Саввалин тяжело вздохнул и отвернулся. — Передай Лерою, что я всегда буду рядом… И… — он посмотрел на меня. — Скажи мне свое имя. — Нет… — я склонился, нежно поцеловав его за ухом. — Если ты будешь рядом с Лероем, то будешь и рядом со мной. — Но… Это невозможно… — я кивнул. — Возможно. И, думаю, мне позволено быть кем-то большим, чем просто человеческим мальчиком у вампира на побегушках. — Если Вэйн признал тебя Мастером, то, что говорить мне? Ты, не вампир, а обычный человек сумел сделать то, что не под силу никому из тех, кого я знаю. Ведь ты помог мне излечиться еще до того, как здесь появился Лэйдж… — Я и сам не знаю как, — я отстранился. — Похоже, что я своей силой могу поддержать тело вампира, как живое. Взять, например, твои раны… Они были смертельны до тех пор, пока я не слился с тобой… И твое тело стало таким же неподвластным серебру, как и мое. Как до этого я провел Лероя в солнечных лучах без эликсира… — Я боюсь ошибиться… — глаза вампира вновь стали бездонными провалами черноты. — Но… Лай Онэль… — Да, мне говорят, что Лай Онэль — это я. — Блуждающий дух… — вампир был не просто удивлен. Он, казалось, потерял самообладание. — Скажи… Ты… У тебя получалось такое делать раньше, до нашей встречи… В отеле? — Делать… что? — Менять тело. Становиться кем-то другим, подчиняя себе чужую волю? .. — я отрицательно мотнул головой. — Наконец-то ты вновь обрел силу, Лай Онэль… — Саввалин встал на колени, прижавшись щекой к моей ладони. — Я — один из носителей твоей крови. Ты станешь таким же всемогущим, как и раньше, если позволишь мне открыть тебе все, что ты знал ранее, — вампир, поднявшись на ноги, смотрел на меня преданным взглядом, видя перед собой уже не бессмертную оболочку своего друга, а мой дух. — Как же долго мы ожидали твоего возвращения… Мне было неловко. — Я могу тебя попросить остаться? .. — Извини, но мне до полуночи нужно оказаться у себя в номере. — Да, конечно, — Саввалин привстал, положив мне руку на плечо. — Но позволь мне поцеловать тебя. Я склонился, ощутив его быстрый язычок, скользнувший мне в рот… Лерой никогда еще не целовал меня так, и я оказался не готов к французскому поцелую, боясь поранить его или себя острыми лезвиями клыков. Но, похоже, Саввалин знал толк в таких поцелуях. Он был очень осторожен и вскоре я, забывшись, опрокинул его на кровать, лаская податливое тело, наслаждаясь умелыми поцелуями… Внезапно что-то изменилось. Я чувствовал уже не так. Это был не я! .. Лерой прорывался сквозь мое сознание, постепенно беря контроль над своим телом, и уже не я ласкал податливое тело, не я целовал эти мягкие, но холодные губки, не я шептал о страсти… Лерой со всей своей силой пытался вышвырнуть меня из своего тела, чтобы я не познал… Это заставило меня отстраниться — Лерой боялся, что я познаю Саввалина! Боялся настолько, что противился всеми силами нашему полному контакту. Но почему? Я привстал на руках, смотря в бездонную темную глубину глаз вампира. — Скажи, что ты такое умеешь, что пугает в тебе? — Саввалин попытался сказать что-то невразумительное, Лерой помалкивал, и мне осталось только гадать, что же это такое. - Ну? .. Ты мне скажешь? — Мое тело… — Саввалин опустил глаза. — Редко кто может по доброй воле отказаться от меня. Я подчиняю себе. — Понятно. Вот когда я узнаю, желает ли Лерой вновь попасть к тебе в подчинение — тогда и узнаю, каков ты на вкус, — поцеловав нежные губы вампира, я встал с кровати. — Ты обещал мне одежду. Саввалин тоже поднялся и, не стесняясь своей наготы, прошелся по комнате, достав из встроенного шкафчика шикарный темный бархатный костюм и темно-синюю шелковую рубашку, кинув это все на кресло. — Я не имею права заставить тебя делать что-то, чего ты не желаешь, — он смотрел на меня. — Но я так же запомню и то, что ты спас мне жизнь. Я всегда буду рядом, если ты призовешь. Прощай. — Кивнув мне, он покинул комнату. — Ты этого хотел, Лерой? — проворчал я в пустоту, принявшись одеваться. Удивительно, но одежда была мне впору. Наконец, когда последняя пуговица была застегнута, а сапоги (с огромным трудом) обуты — я вышел в зал, где меня ждал Гордон. — Поехали? — он посмотрел на меня, как на сумасшедшего. — Саввалин одолжит нам машину, — словно подтверждая мои слова, в зал вошел мой недавний сторож, попросив следовать за собой, проведя к черному новому джипу. — Я должен отвезти вас, — хмуро произнес он, садясь на место водителя. — Куда ехать? — Гордон? .. Я позволил ему рассказать дорогу, и, откинувшись на сидение, погрузился в полудрему, изредка посматривая на окружающий нас пейзаж, думая о том, что ждет меня в гостинице. Лерой, странная гонка по городам, общение с Лэйджем, и обучение той силе, что есть во мне… и страх вампиров… Через сознание Лероя я попытался пробиться в его мысли, но он так отчаянно защищался, что я вскоре ощутил головную боль. Единственное, что я понял, так это то, что вся эта канитель связана со мной. — Мы приехали, — ликой потряс меня за руку и я, сам того не желая, перехватил его пальцы, сжав так, что Гордон застонал от боли. — Лерой! .. — Извини, — я с жалостью посмотрел на него. — Не сломал? — Надеюсь — нет… — мы вышли из машины, пройдя по холлу к лифту, поднявшись на свой этаж. Наконец, оказавшись перед дверью, я постучал. — Никого дома нет, — проворчал Джильберт, открыв дверь, смотря на меня, как на привидение. — Лэйдж? .. Как ты и говорил… Он пришел. — Впустишь? — я оттолкнул его, попытавшись пройти в зал, но меня попытались закрыть от чего-то… Когда я это увидел — я понял от чего именно… Я смотрел в глаза самому себе, ощущая, как с каждой секундой у меня усиливается головокружение, то же самое происходило и с моим телом… В конечном итоге я очнулся, лежа на ковре в руках Джильберта, попытавшись сесть. — Что… — я ощутил во рту странный привкус. — Что за гадость? .. — Надо же было как-то поддерживать жизнь Лерою? — Лэйдж вышел из ванной комнаты. — Он пил кровь… — Находясь в моем теле?!! — я ощутил приступ тошноты, кинувшись в ванную комнату. Меня вырвало еще до того, как я оказался возле ванны, увидев Лероя так же склонившегося над унитазом. — Привет… — хрипло прошептал я, усевшись на пол, протерев лицо влажной салфеткой, кинув ему смоченное водой полотенце. — Как жизнь? — Что, не видишь? .. - он, застонав, присел на кафельный пол, смотря на меня. — Разве ты не знал, что организм вампира не приспособлен для твердой пищи? .. — А ты не знал, что мое тело не примет столько крови? — я сплюнул в ванну. — Давай решим на будущее… — Лерой рывком поднялся на ноги, и я услышал, что его вновь скрутили спазмы рвоты. — Давай договоримся! .. Не ешь ничего, когда в моем теле, о'кей?! — А ты в моем — не пей кровь! — я большими глотками пил воду, позволив себе еще раз очистить желудок, ощутив себя гораздо лучше, когда полностью избавился от привкуса крови. Наконец, я присел на край ванны, смотря на вампира. — И все же ты должен мне сказать спасибо. — За то, что ты Саввалина чуть в кровать не затащил? — в его глазах полыхнула такая обжигающая ревность, что мне стало не по себе. Передернув плечами, я постарался покинуть ванную комнату как можно незаметней. — Серж? .. — я обернулся. — Извини… Я просто напуган. — Ты? — я с неверием смотрел на него. - Чем? — Тем, что даже не осознавал твою силу до тех пор, пока не увидел ее. Мне страшно. Понимаешь? Впервые в жизни… Я хотел бы поговорить об этом. — Поговорим, — я вышел в комнату, увидев взгляды ликоев, устремленные на меня. - Так, кто-нибудь, идите к Лерою. Когда он придет в себя — ему нужно будет поесть. — Серж? — Лэйдж выглянул из комнаты, и когда я подошел — внимательно посмотрел на меня. — Я не хочу, чтобы мы разговаривали об этом до тех пор, пока не встретимся в совете. Об этом должен услышать еще кое-кто. Именно начальные сведения, а не обдуманные варианты. Сегодня мы возвращаемся, — я посмотрел на него с недоумением. — Мы не говорили тебе кое-что… Но, похоже, ты гораздо сильнее, чем мы думали, и тебе нужно познать свою силу до того, как она станет неуправляемой. У тебя сейчас только два способа — или никогда не использовать ее, или научиться пользоваться. И ты должен знать - как. — Все было бесполезно, — Лерой стоял, прислонившись к косяку двери. — Вы думали, что именно здесь сможете защитить его, но получилось наоборот. — Ребята? .. А немного яснее можно? — я смотрел то на одного, то на другого. — Неужели моя сила настолько опасна? — Как бы тебе сказать… — Лэйдж положил мне руку на плечи, уводя за собой. — Ты уже понял, что у тебя есть возможность жить разумом вампира, насколько бы он не был силен? — я кивнул. — Так вот, я думаю, что тебе нужно больше узнать об этой особенности, чтобы уметь владеть собой. Внезапно я осознал, чего он боится. Лэйдж боялся, что я, обладая такой колоссальной возможностью — брошусь уничтожать весь их вампирский род. Да, не спорю, иногда мне эта мысль приходила в голову, особенно, когда надо мной (точнее над Саввалином) так поиздевался Вэйн. Отстранив Лэйджа, я взглянул ему в глаза, позволив прочесть все, что было в моих мыслях, увидев, что он ужаснулся. — Ты понимаешь? — мой голос был тише шепота. — Понимаешь, что я могу сделать? .. Понимаешь, какой игрушкой могу стать в руках более влиятельных людей или вампиров, пока не разберусь, что это ловушка? Ты. Это. Понимаешь?!! — В том-то все и дело, что я понимаю это даже лучше, чем кто-либо другой. — Лэйдж тяжело вздохнул. — И я не знаю, что нам с тобой делать. — Я могу пообещать… — Клятвы для того и даются, чтобы их нарушать. Есть только один способ избавиться от твоей силы, — я взглянул на него. — Сделать тебя вампиром. Навсегда привязать твой дух к твоему телу. — А если я не желаю этого? — Поэтому я и говорю, что ты являешь собой потенциальную угрозу. И мне нужно, чтобы ты встретился с Эллионом, и чтобы он решил, как можно скрыть твой дар, не позволяя ему проявиться в полную силу. — Как я понял, вы намеренно желаете обессилить меня, потому что это наводит на вас ужас? — меня затопило негодование. — Серж… — Лэйдж смотрел на меня. — Я не хочу обессилить тебя. Я хочу, чтобы мы просто побеседовали. Чтобы мы поговорили, как друзья… Всегда, во все времена, все вампиры имели при себе одного человека — слугу, который был почти равен им по силе, и жил так же долго. Когда я увидел вашу связь с Лероем, то подумал, что он сотворил из тебя своего валмара. Но ты не принадлежишь ему. Понимаешь? — Нет. — Твой дух обладает невиданной силой, которую практически невозможно подавить или уничтожить. — Что ты имеешь в виду? — Ты не принадлежишь роду вампиров, не принадлежишь Лерою… Ты — сам по себе, но при этом твоя сила велика. Этого не должно быть. Ты должен быть привязан хоть к кому-то, чтобы брать энергию для своей силы. — Я уже не устаю, — я пожал плечами. — Для меня это — игра. — Значит, ты отрицаешь, что принадлежишь Лерою? — Да, отрицаю, — я с непониманием смотрел на него, вскрикнув, когда Лэйдж резко приблизился, откинув мою голову, впившись в горло. Это должно было быть больно, но я не чувствовал этого. Наоборот, я ощутил, как сила вливается в меня, как я глоток за глотком получаю живительную влагу, солоноватым, металлическим привкусом омывающую мою гортань… Оторвавшись от шеи юноши, что безвольно висел в моих руках, я опустил его на пол. — Вот так оно и происходит… — я смотрел на Лероя глазами Лэйджа, вытерев с губ капли крови. — Вы выпиваете мое сознание с моей кровью. Я не желаю, но могу просто однажды полностью покинуть свое тело, могу стать странником… Убийцей… Если вы не перестанете пить мою кровь. Мне так легко вывести на свет даже старого вампира, заставив его покончить с собой, а потом покинуть тлеющее тело, чтобы найти следующую жертву. — Как я понял… — Лерой смотрел то на лежащее у наших ног мое тело, то в глаза Лэйджа, где за прекрасной оболочкой вампира было мое, человеческое сознание. — Если тебя не трогать, не пить твою кровь… — Тогда я безопасен. Моего дара нечего опасаться. — А как же тогда Лэйдж? .. Как ты вернешься? — Просто, — я встал на колени, рядом со своим телом, прикоснувшись к руке… Краткий период головокружения, и я вновь оказался собой, а Лэйдж, пошатнувшись, упал на пол, смотря на меня с ужасом и восхищением. — Надеюсь, больше демонстрации не нужно? — Нет, — Лэйдж привстал на руке. — Значит… кровь является связью. — Да. Ты, в первый раз, пропустил мое сознание через себя, втолкнув в Лероя. Саввалин испил моей крови, открыв доступ к себе. И, вот теперь ты сделал то же самое с собой. — У меня появляется желание отравить твою кровь, чтобы ни единый вампир не мог приблизиться к тебе, не опасаясь погибнуть. — Это бесполезно. — Ты страшное оружие, Лифиз… — Лэйдж поднялся на ноги. — Но ты сказал, что не тебе решать мою судьбу. Хочешь ты того, или нет —, но я остаюсь, обучаться у Саввалина, — я смотрел на них. — Думаю, вам лучше всего будет — оставить меня здесь, с Саввалином — наедине. — Я оставлю с тобой… — Лерой обернулся. — Гордона. Я молча кивнул.