Время Черной Розы

…На следующую ночь, как я и просил, все собрались у меня дома. — Девочки и мальчики, а теперь позвольте вас всех спросить, — Влад сидел на стуле, играя бокалом вина. — Вы так уверены в своем желании — сбросить с плеч иго власти веков? — Я в этом уверен, — я мрачно уставился в стол. — Я никогда не прощу Эллиона за то, что он так поступил со мной. — Да перестань ты! .. — Ружэн едва подавил улыбку. — Мы с Владом постоянно разубеждали тебя. Ты сам держался за этот миф. — Пусть так, — я стряхнул со своего плеча руку Лероя. — Но теперь я хочу отомстить им за то, что они так поступили со мной. С нами, — я смотрел в зеленые глаза мужчины, которого любил раньше. — Я устал быть прислужником, — Салем пожал плечами. — Уже больше двух сотен лет прыгаю вокруг Старейших, пытаясь удовлетворить каждое их желание… — А ты что скажешь, Антон? — я смотрел на друга. — Я ни о чем не жалею, — Тоша пожал плечами. - Но, если бы ты остался по ту сторону баррикады — я был бы только рад. — Это значит, что в любой момент ты перебежишь от нас… — произнес Рудольф. — Бред! — Тоша презрительно фыркнул, окинув вампира долгим взглядом. — Вот ты — перебежчик. Потому что единственное, что тебя волнует — твой город. А мы — свободные бродяги, которым все равно, где жить и под какой властью. — Анархисты, значит, — вставил свои пять копеек Фелланаэль. — Как я понял, это заговор дампиров против старейших. Так почему вы пригласили к себе и вампиров? И даже одного ликантропа? У вас же сила… За вами будущее, детки. — Я думаю, ты не о том говоришь, Фелланаэль, — Саввалин чуть наклонился вперед, опершись на стол. — Мы пытаемся понять, какой цели придерживается каждый из нас. Рой? .. — Месть. Просто месть за то, что меня заставили расстаться с тем, кого я полюбил. Заставили только для того, чтобы сделать его вампиром. — Что, кстати, не удалось, — язвительно заметил я. — Хорошо, Салем, как я понял — желает избавиться от ига власти. Тони? .. — Просто потому, что я с тобой. И потому, что я — молодой вампир. — Руди? .. Как я понял, единственное твое желание — оставить власть города за собой. Ты понимаешь, что мы потребуем некоторого послабления? — Тем, кто мне поможет — я тоже помогу, — Рудольф склонил голову в гордом поклоне. — И даже ты, Саввалин, властитель другого города, получишь все, что пожелаешь. — Все ли? — Саввалин усмехнулся. — А если я пожелаю стать рядом с тобой равноправным правителем города? .. Рудольф долго не отводил взгляда от глаз Саввалина, а потом, едва скривив губы в улыбке, протянул вампиру руку. — Только в том случае, мой друг, если в твоем городе я буду равным тебе. — Ох, ты… — Фелланаэль не сдержал смех, смотря на Саввалина. — Я не думал, что вампиры могут заливаться румянцем стыда. — Ты же всегда хотел свободы, Фелланаэль, — в голосе Рудольфа послышалась горечь. — Но я не думал, что ты мне ее хоть когда-нибудь подаришь! .. — Подарю. Но я никогда не отказывался от тебя. И никогда не откажусь. — Хорошо, Саввалин, а ты, почему берешь на себя такую обязанность — помогать нам в этом саботаже? — внезапно спросил Влад. - Ты, ведь, свободен в своем выборе. Никто из них не принес тебе боли… — Я не могу отказать в помощи, троим из тех, кто находится здесь. Одного — люблю, второму обязан своей жизнью, а третий — мой сын. Как я могу остаться в стороне? — А вот ты, почему с нами? — Фелланаэль внезапно посмотрел на Влада. — Ведь у тебя никогда не было проблем с отцом. — Нет, ну перестань, Фел! .. Ведь мы же не собираемся убивать их! .. Как сказал Серж — это всего лишь попытка отстранить их от власти… — При этом довольно-таки жестокая попытка, — мрачно окончил я. - То, что мы собираемся сделать — достаточно опасно… Так мне сказали. — Хорошо, мы выяснили, что все то, что мы собираемся сделать — опасно… — Кордор поставил на стол поднос с чашечками горячего кофе. — Мы узнали, что среди нас нет тех, кто колеблется, а так же мы знаем, что все при этом варианте наши старички останутся живы… Так чего же мы ждем? — Они могут уничтожить нас, — я взглянул на Кордора. - Они, наши Старейшие, которые за своими тысячами лет до сих пор не смогли познать единственную правду — не становиться против себе подобных. — Хорошо. А… мы? .. В чем наша вина? — Айла смотрела на меня с таким ожиданием, словно это я был волен решить — жить ей, или умереть. — За нами никакой вины. Я просто предлагаю сделать так, чтобы они мирно отошли от дел, и мне сказали, что-то, чем мы собираемся заняться — достаточно сложно сделать. — И кто же тебе это сказал? — Фелланаэль удобнее устроился на полу. — Какой-то разочаровавшийся в этой жизни вампир или человек, который с твоей помощью надеется возвыситься? — Тот, кто мне это сказал, вовсе не преследовал никаких своих целей, кроме одной… — я смотрел на тех, кто сейчас, услышав правду, или пойдет за мной до конца, или останется в стороне. Теперь самое важное было — убедить их в том, что это не бред, а реальность. Такая реальность… что реальнее некуда. — Даин жив. И я желаю его вернуть Лэйджу, чтобы с его помощью заставить наших вампиров уйти на заслуженный отдых, — я ожидал вопросов, неверия, но наткнулся на глухую стену полного безразличия. — Ну и что? — Фелланаэль пожал плечами. - То, что он жив… — Еще ничего не меняет, — продолжил Салем. — Откуда ты знаешь, что Лэйдж продолжает любить его настолько, что, вновь увидев своего друга — откажется от мести и не тронет Витторио? С какой стати ты думаешь, ему возвращаться в объятия того, кто ушел для него давным-давно? — Таким способом шантажировать наших старых вампиров… — Влад покачал головой. — Серж, ты понимаешь… — Да. Я понимаю, — я смотрел на всех, стараясь, чтобы они прониклись той мыслью, что и я. — Даин жив, но заточен. Мне сказали, каким образом можно его освободить, и я собираюсь это сделать. Я знаю, кто со мной пойдет, не смотря ни на что. Других я не неволю. Серьезно. — Позволь задать тебе один вопрос, — Саввалин поднял руку, заставляя всех остальных молчать. — Кто тебе сказал это? — Мой отец. — Ну? И что он знает? — Влад пожал плечами. — Ты понимаешь, что Эллион… — Не тот, кто пытался сделать меня вампиром… — теперь я готов был провалиться сквозь землю, только не говорить последнее, что еще оставляло меня на этой стороне, не уводя прочь от них. — Мой отец — Витторио. Вот теперь гвалт поднялся невообразимый. Я ощутил, как Кордор еще сам не осознавая этого — отстранился от меня, как Саввалин передернул плечами, как Рудольф, все еще продолжавший смотреть на меня, медленно опустил глаза. Тот, кто не знал всего, что стояло за этими словами — продолжали смотреть на меня с непониманием. А таковых оставалось еще больше половины. Но когда я открою им тайну — вряд ли увижу рядом с собой больше двух, максимум трех, самых отважных, тех, кто пойдет со мной против всех. — И это он тебе предложил освободить Даина от каких-то оков, в которых тот пребывает… — Фелланаэль смотрел на меня подозрительно. — За это время, пока мы будем заняты этим неблагодарным делом, он тихо подберется к нашим старичкам, уничтожив их, а потом придет и наша очередь. Ведь у него, скорее всего, есть команда… — Есть, — я не скрывал, но и не рассказывал лишнего. — Но они нам не помеха. Даин перестал его интересовать уже давно. И он хотел вернуть его к жизни, чтобы Лэйдж перестал сердиться…, но теперь это стало невозможно. — Витторио с твоей помощью хочет попросить прощение у Лэйджа? — Саввалин смотрел на меня. — Он хочет послать тебя, своего сына, на смерть, зная, что это может не помочь, и вся троица все равно бросится на него? — Не в этом дело, Саввалин, — я постарался заглянуть в глаза каждому. — Когда я ментально овладеваю своей жертвой — я подчиняю разум себе полностью. Мне невозможно солгать. И никто не сможет заставить меня сказать хоть что-то из того, чего я не хочу говорить. Я выведал у Витторио, что Даин жив. Я узнал, где он находится, я понял, что это сложно — достать его оттуда… Но я не собираюсь становиться на сторону Витторио. Слишком много боли он причинил лично мне. И поэтому, с того дня, как мне стали известны все данные — я веду двойную игру. Не только против Лэйджа, Эллиона и Дэмиеля…, но и против Витторио. Но Витторио, в отличие от всех остальных — погибнет. Это я обещаю. И пусть не Лэйдж занесет над ним оружие, а я — это будет сделано. Я играю против всех, но до поры. Потом, когда придется выбирать — я сделаю свой выбор. А теперь я хотел бы знать, кто выбрал то же, что и я. — А что тут выбирать? — Фелланаэль смотрел на меня. — Скука несусветная. Делать нечего… Ты знаешь, я с тобой только потому, что мне хочется развлечений. Даже тех, что могут закончиться плохо. Кордор присел на пол, положив голову мне на колени, взглянув на Лероя. Их немой поединок длился недолго, потом Лерой встал за моей спиной, положив руки мне на плечи. — Я не желаю этих бредовых стычек, — медленно произнес он. - Мне, на моем веку хватило всего. Но, раз Серж выбрал этот путь — я сделаю все, чтобы он был под надежной защитой. И мы с Кордором сможем ее обеспечить. — Прекрасно, — Рудольф кивнул. — Я в тебе не сомневался. Я тоже не смогу поступить иначе. Серж… Я помогу тебе в твоем пути. — Я не собирался менять своих целей. — Ружэн поднял бокал. — Я с тобой. — Я тоже. — Айла прижалась к Ружэну. — Мы или победим, или проиграем, но вместе. — Мечтаю увидеть лицо папаши, когда он своими глазами узреет живого Даина. — Влад усмехнулся. — Вот смеху-то будет… — Саввалин? — я смотрел на друга. — А ты? Что ты скажешь? — Ты можешь сказать, чтобы я шел за тобой… — Саввалин поднял глаза. — И я пойду. — Клянусь, что буду рядом до последней секунды своей жизни… — Он на мгновение прервался, смотря в глаза каждому. — Но хоть кто-то знает, что вы хотите сделать? Это равносильно тому, что мы все, кто собрался здесь — совершим массовое самоубийство. Просто, возьмем, и все покинем этот мир. Нет, я не собираюсь отказываться от своих слов… — Знаешь, на месте Сержа, я бы оставил тебя в тылах, — Ружэн усмехнулся. — Ты мог бы принести нам больше пользы в предоставлении некоторых удобств в передвижении, в финансах и тому подобное. — Да. Это называется — я не трус, но я боюсь, — Фелланаэль с улыбкой взглянул на Саввалина. — Что скажут остальные? — Кордор приподнял голову с моих колен. — Я уже сказал, что иду за Сергеем, — Тоша усмехнулся. — Просто так, за компанию. — А мне просто нечего делать здесь, — Салем пожал плечами. — Решили, значит, — Влад хлопнул себя по колену. — А теперь решим и другие подробности. Первое — где это. Второе — как нам туда добраться. Третье — что мы собираемся искать. Четвертое — что будем с этим делать. Пятое — чем нам это поможет. Шестое — умеешь ли ты возрождать это… пардон… - он, извиняясь, поклонился присутствующим вампирам. Седьмое — уверен ли ты в помощи Даина. Восьмое - кто, черт побери, станет главным в команде? .. — Восьмое — уже решили, — Саввалин смотрел на Влада. — Командовать умеешь ты. — Спасибочки. Этого еще мне не хватало. А остальное? — Я могу ответить почти на все твои вопросы, — Я поднял голову.- Это где-то на этом материке. Лерой Саввалин, Фелланаэль, Рудольф и Салем поедут в гробах. Город покинем тайно. Оформим все, как эксгумацию, с последующим захоронением… — Бред, Серж, — Саввалин поморщился. — У меня есть свой самолет. Мы сядем на него ночью, и прилетим ночью. Понимаешь, что я хочу сделать? Мы не должны появляться там, как вампиры. Если мне еще и скажут — где это, то я могу связаться с теми, кто до сих пор дружен со мной, и поможет мне в этом деле. — Хорошо. Дальше — мы ищем старый заброшенный храм, который стоит в горах… Я еще не знаю в каких, но это уже мелочи. Я знаю, что там за местность. — Это напоминает, Серж, игру — найди среди сотни одинаковых бусин одну, которая мне понравилась, — Влад снисходительно смотрел на меня. — Для того чтобы найти нужное нам место, мы обязаны точно знать расположение. — Завтра я дам все данные, — я взял чашку остывшего кофе. — Дальше… Это будет очень сложно сделать, потому, что нужно вскрыть склеп с телом Даина. Я не знаю, с кем нам придется иметь место с фанатиками, с бандитами, или с пылью, и я боюсь… — Даже после того, как прошел обучение у Дэмиеля? .. — тихо спросила Айла. — Ведь он же превосходный учитель… — Милая… Страх — это совсем другое, — я смотрел на девушку. — Я не боюсь их. Я просто чувствую, что со своей силой, со своим умением, со своими возможностями — я смогу не выдержать эту схватку. — А почему ты говоришь только о себе? — Фелланаэль, чуть прищурившись, смотрел на меня. — Думаешь, мы… — Вы будете прикрывать отход. Я возьму с собой внутрь только Кордора. — Нет, ты так и не ответил, почему… — Почему это смогу сделать я, и не сможете вы? — я смотрел в глаза каждому. — Есть для этого ответ, дорогие мои. Первое — мне больше нечего терять. Я иду на это только для того, чтобы окончательно восстановить справедливость. Второе — ни один из вас не прошел школу боя у Дэмиеля. И третье — только я имею такой дар — как слияние. Я могу убивать на расстоянии, одним взглядом. — Точнее, ты — супермен, которому его команда нужна для подтирки соплей друг другу. — мрачно закончил Влад. — А если еще точнее… — грубо перебил я его. - То, если я сдохну там, то вы, если пожелаете — доделаете за меня начатое. Все. Хватит обсуждений на эту тему. Дальше — что мы будем с Даином делать… Приводить его в чувство, и пытаться приспособить к жизни в условиях современности. Потом, когда он сможет принять эту жизнь — дать ему решить — хочет ли он соединиться с Лэйджем. Если да — ставим нашим вампирам ультиматум. Если нет — ставим вопрос Даину — возможно он пожелает присоединиться. Вот и все. — А как с ответом на шестой и седьмой вопросы? — Влад хмурился. — Да, я знаю, как возрождать вампиров к жизни. Даже тех, кто столько лет провел в заточении. Лерой может подтвердить. — Лерой был спеленат всего лишь несколько месяцев! А Даин… — А Даин — несколько сотен лет, умноженных на сотни лет. Невелика разница. Он - жив. Это самое главное, — я в упор смотрел на Влада. — А вот поможет он нам, или нет — это я беру на себя. Я заставлю его желать быть одним из нас. Он еще молод, Влад. Он не знает ничего из того, что знают наша троица… И он нуждается в тех, кто введет его в этот мир. А значит… — Значит, он наш… Просто непререкаемая истина! — Влад колко смотрел на меня. — Твой план трещит по швам вдоль и поперек. — Я никого не заставляю следовать за собой. Кто со мной — тех прошу завтра собраться в этом же доме. Встав, я церемонно поклонился и, покинув компанию заговорщиков, пошел одеваться, чтобы прогуляться, и решить для себя — так ли безнадежен мой план, и действительно ли он трещит по всем швам… — Я с тобой! — Кордор догнал меня на улице, одевая куртку. — Слушай, не лез бы ты вообще во все это, а? — я смотрел на него. — Ты же понимаешь, что если у нас и получится, то не всем суждено это увидеть. — Знаешь, Серж… — Кордор резко повернул меня к себе, встряхнув за плечи. — У меня создается впечатление, или ты решил действовать как камикадзе? .. Ценой своей жизни кинуться на стены неприступной крепости, чтобы по твоим следам прошли и все остальные? .. Ты говоришь, что тебе нечего терять? .. А ты думал о тех, кто потеряет тебя? — Это ты о себе, что ли? Или о Лерое? — я смотрел на Кордора. — А тебе, не все ли равно? Ведь тебе уже безразлично все, — я не смог вынести его взгляда, полного муки и отчаяния. — Не надо, Серж… прошу тебя. Не надо. — Если ты не хочешь помочь — я не неволю тебя. Можешь уходить. — Почему ты так ставишь вопрос? — Кордор повысил голос. — Или со мной на верную смерть, или вали?! Неужели ты не думаешь о том, что даже те, кто любит тебя — не желают смириться с тем, что им суждено погибнуть только потому, что иначе они автоматически перестают быть твоими друзьями?! Ты заставляешь их! Черт возьми! .. Не только их! .. Нас! .. Всех нас! Я тоже не хочу лезть в это дело. Серж, ну пойми… — Прощай, — я отвернулся, а когда Кордор попытался остановить меня — применил «лунную рябь», оказавшись в пятнадцати шагах от друга. — Не пытайся искать меня, Кори. И не пытайся идти за мной против своей воли. Запомни — мне не нужны рабы. — Ты просто дурак, Серж. — Кордор стоял, опустив руки. — Я не отпущу тебя одного! .. Ты понимаешь?!! — Ты уже отпустил. Я больше не поворачивался к нему, уходя в ночь, в моросящий холодный зимний дождь, в слякоть и одиночество. Я искал слова для того, что ощущал, чтобы потом, когда все закончится — описать и этот период своей жизни. И эту чертову главу расставания. Я знал, что ни один из них по своей воле не последует за мной. И я знал, что должен сделать это. Слишком сильна была боль Лэйджа, и я ощущал ее. Слишком жестоко поступили со мной, только для того, чтобы сделать меня идеальным убийцей. И они знали, на что шли. Они действительно знали, что я это сделаю, даже если пойму все. И оказались правы. Достаточно было вложить в мой разум подозрения, достаточно было сказать мне, что я не тот, кем считаю себя, чтобы я начал докапываться до правды… Мне вспомнилось искаженное болью и страданием лицо матери, когда она рассказывала мне о знакомстве с Витторио, об их совместной жизни в течение тех пяти лет… О том, как он унижал и избивал ее… я не мог бы простить ему это, даже если бы прожил сотни лет. И только поэтому я желал ему смерти. И я готов был убить его. Но мне нужна была помощь Лэйджа и Дэмиеля. Мне нужны были и Ружэн, и Влад, и Кордор… Но, если они не хотели помочь мне — я был бессилен заставить их. Ощутив чей-то взгляд — я резко обернулся, увидев, что Кордор следует за мной и, не желая его присутствия — побежал, используя всю свою силу, открытую мне Дэмиелем. Серыми тенями мелькали мимо меня машины, люди, деревья… Я видел только дорогу, по которой скользил как бестелесный призрак, скрываясь от Кордора. Заскочив в трамвай, я устало прислонился к двери, словив на себе несколько недоуменных взглядов, тут же ответив на них, заставив людей забыть о том, что они видели. Да, я становился монстром, тварью…, но разумной тварью. И мне от этого было плохо. Я хотел быть человеком. Видит бог, я хотел продолжить свою жизнь так, как ее прожили миллионы людей… Но я был не таким. И я вынужден был покориться этому. Соскочив с подножки трамвая, едва только открылась дверь — я прошелся до своего любимого места — развалин старого дома, в котором еще сохранились нетронутые комнаты, где иногда собирались такие, как я, ребята, чтобы расслабиться, выпить, заняться некоторыми делами… сами понимаете какими… Как и всегда, наша комнатушка не пустовала. Я не знал тех, кто собрался там сегодня, но мне и не нужно было знать всех в лицо. Просто кодовый стук, просто фраза… и ты — свой. Я тут же кинул деньги в общую кучу, послав паренька за водкой и закуской. Да, я знал, что ко мне присоединятся те, кого я даже не знал… Но мне это было все равно. Я должен был просто посидеть и подумать. Подумать о том, что должно было быть дальше. Подхватив одноразовый стаканчик с кофе — я прошел к окну, единственному окну, в котором еще было стекло, и которое не заколотили фанерой. Под фонарем мокрый снег таял, и я видел уже не снежинки, а капли воды, стекающие с плафона. «И снегом плачут фонари, холодный свет даря…» внезапно вспомнилась мне фраза из когда-то написанного мной стихотворения. Как же давно это все было! .. Как давно я писал… Обернувшись на оклик, я подошел к столу, где девчонки уже нарезали закуску, а ребята разливали напиток и водку. Первая, вторая, третья… пятая… Наконец, я ощутил, что боль отступила. Правда, надолго ли? .. Я смотрел на них, на тех, кто сейчас сидел рядом со мной…, а ведь я мог бы отправить их вперед себя. Я мог бы воспользоваться их помощью… И мне не было бы больно за то, что они погибают. Мне было бы все равно. Ведь я их не знал… Я впервые видел и этого паренька в бесформенных рэперских штанах, который громко рассказывал своей сегодняшней подруге о том, как они в подворотне устроили «гоп-стоп» какому-то «хмырику«… И того парнишку, который, склонившись над столом, сворачивал косяк… И эту девчонку, которая млела после очередной принятой дозы, ожидая, пока наступит действие… Все они были отбросами общества, которые умирали в объятиях вампиров, или подыхали в таких же, как эта — комнатушках, от передозировки, или из-за того, что кому-то нужны были их вещи и деньги… Как мне хотелось предложить им «работу», за границей, с оформлением всех паспортов и виз, с полной оплатой всех их удовольствий… Только за то, чтобы первый гнев они вызвали на себя. Чтобы погибли ради того, кто нужен мне… Судорожно вздохнув, я передернул плечами. Мне было сложно подставить таких уличных бродяг… Так что же говорить о друзьях, которые шли за мной? Нет. Я должен был сделать все сам. Встав, я пошел к двери. — Эй, парень! .. А водочка еще есть! .. — Это — ваше. Закройте за мной. Я вышел из старой, разбитой квартирки, остановившись на вонючем, обшарпанном лестничном пролете. Нет, сегодня же. Сегодня. Пока еще не поздно, пока никто не последовал за мной. Я набрал номер Кордора, зная, что телефон или с ним, или остался дома. — Да? .. — трубку поднял Саввалин. — Это Серж, — я спускался вниз. — Мне нужен твой самолет. Если ты мне его не одолжишь — я найду способ, которым покину этот город. Я не желаю, чтобы хоть кто-то из вас последовал за мной. Мне не нужно от вас ничего. Просто дожидайтесь, пока я приеду. — Вот как. — Саввалин помолчал. — А если подумать? — Я завтра скажу свое решение. А ты свое скажешь сегодня. — Я не собираюсь тебя переубеждать. Когда ты собираешься вылетать? — Позвоню. Взяв такси, я поехал к себе домой. Мать уже давно перестала обращать внимание на мои появления, будь они ранние или поздние. Отец же никогда не интересовался… Черт! .. Ну не отец он мне, а все равно не могу избавиться от этой навязчивой мысли… Все, хватит. Спать… спать и еще раз спать… Я свалился на кровать, даже не раздеваясь, оставив за порогом сна все разочарование и горечь. …И вновь я парил над горами… Я видел под собой сухую пожухлую траву, которую стегали плети ливня, я смотрел на старые, заброшенные базы, в которых раньше размещались какие-то военные объекты. Я смотрел на линию электропередачи, которая змеей ползла вверх по склону, уходя куда-то влево… А справа были девственно чистые холмы, на которых человек появлялся один или два раза в жизни… И туда, за эти холмы, поднимающиеся к горам, в это великолепие вела тонкая горная тропинка… И внезапно я понял, что это совсем не то, что мне нужно. Меня путали, заставляя думать, что туда лежит моя дорога… Но я так же понял и то, что смогу найти то место, которое ищу… А потом мой сон резко изменился. Я полулежал на подушках, на атласе и парче, держа в руке хрустальный тонкостенный бокал, в котором плескалось алое вино. Я смотрел вокруг, с удивлением отметив свой наряд. Таких изысканных кружев, такого нежнейшего белоснежного батиста я никогда не видел. Я чувствовал, что вокруг меня нечто настолько воздушное, что стоит только пошевелиться, и видение распадется. Я опустил взгляд, увидев, что ноги мои обтянуты черными бархатными лосинами, которые уходили в высокие сапоги. Совсем как стиль Лероя. — Успел подумать я, прежде чем понял — я не сплю, а нахожусь в мире, созданном каким-то вампиром. Значит, я был нужен. Меня ждали… Вот только кто? .. Приподнявшись на локте, я пытался хоть что-то рассмотреть сквозь полупрозрачные золотистые шторы, которые закрывали меня от остального мира. Потом я заметил осторожное движение в комнате. — Кто ты? — я уже стоял на коленях, всматриваясь в силуэт за колыхающимся пологом. — Ответь мне. — Я тот, кого ты ищешь, — я увидел, как к ткани прикоснулась чья-то рука. — Скажи мне, зачем ты тревожишь мой сон? — Ты все еще желаешь спать? - я, наконец, вспомнил про бокал, который еще до сих пор держал в руке, отпив глоток вина. — Я могу разбудить тебя. — Ты так говоришь, как будто знаешь, что за сон сковывает меня, — голос говорившего был тихим, мелодичным, и полным очарования. — Знаю. И если ты проведешь меня к тому месту, где находишься — я помогу тебе. — Ты понимаешь, что разбудить меня сможешь только своей кровью… — Я воспользуюсь другими средствами. И я подниму тебя. — Ты бесстрашный мальчик, — пальцы мужчины скользнули по пологу. — Как я чувствую — прошло много лет с тех пор, как я покинул мир живых и мертвых. Ты хоть представляешь, как я выгляжу сейчас? — Нет. Но мне не важна твоя внешность. Если ты возродишься к жизни, то сам сможешь излечить себя. — Не важна?! — сквозь очарование скользнула ярость, и в следующий миг полог откинулся, чтобы ввергнуть меня в ступор ужаса и омерзения… С криком я резко подорвался на кровати, вновь без сил рухнув на одеяло, ощущая, как мое дыхание постепенно становится тише, и страх проходит. Интересно, а чего я ожидал? Что Даин будет выглядеть, как херувим? И не так уж и жестоко то, что я видел. Просто несколько раз подпитать его хорошо, и он уже не будет похож на высохшую мумию. К тому же я смогу брать силы у других… Даин… Я вновь постарался заснуть, чтобы дать ему понять — есть те, кому не безразлична его жизнь. Что есть те, кто будет бороться за него… Я вспоминал вкус вина, запах воска, разлитого по комнате, восстанавливал в памяти цвета, ощущения… ...- Ты смел, или глуп… Я вновь лежал на мягких подушках, расслабленно слушая треск воска, стекающего по свечам, вдыхая сладкий аромат цветов… или тления… или меда. Я вновь ощущал вокруг себя ласковые объятия батиста и бархата…, но что-то было не так, как раньше… Полога не было. Но и в комнате тоже не было никого… Никого не было перед моими глазами. Я напрягся, вспомнив, откуда услышал голос. Значит, Даин сейчас находится за моей спиной. Возможно, он попытается вновь испугать меня. — Даин… — я дышал глубоко, медленно, стараясь, чтобы он не понял моего страха. — Я прошу тебя, не нужно этих эффектов. Я пришел, чтобы помочь тебе. Я могу поддержать тебя, и даже дать тебе некоторые силы, чтобы ты быстрее встал на ноги, когда мы найдем тебя. — Вы… Кто именно - вы? — он резко перевернул меня на спину, но я вовремя закрыл глаза. Страх — слишком сильная эмоция. Меня могло просто выкинуть из сна. И Даин это чувствовал. — Ты хочешь видеть мираж? — Я хочу, чтобы ты перестал отказываться от помощи, — я медленно открыл глаза, смотря в иссохшее, мумеподобное лицо, замечая, как постепенно кожа вампира наливается силой, и маска сменяет истинный облик. — Спасибо… Даин, пойми, мне рассказали, как найти тебя, где найти… Лэйдж… — Лэйдж? .. — голос вампира сорвался на шепот. — Он жив… — Жив. И он любит тебя. Он желает отомстить тем, кто забрал тебя у него. И он думает, что это навсегда. — Я не могу воззвать к нему! .. — Даин застонал. — Но ты говоришь… — Лэйдж еще не знает, что я хочу вернуть тебя к жизни. Он даже не знает, что ты жив. Это должно было стать для него сюрпризом. — И ты хочешь, чтобы это так и осталось сюрпризом, — Даин чуть повернул голову, и в свете свечей его глаза засияли изумрудами. — Тогда ты должен помочь. — Черт тебя подери! — я откинул его, привстав на руках. — А я что тебе предлагаю?!! Вот он я, здесь. Ты можешь насыщаться с моей помощью, не боясь убить меня. Я знаю, как восстановить силы. Я сумею… — рот мой накрыла ладонь, такая нежная, изящная на вид, и такая жесткая и иссохшая на ощупь… — Даин… — Зачем ты это делаешь? — Тебя не устраивает то, что я делаю это ради вашей любви? .. — Нет. — Хорошо… — я смотрел, как Даин с трудом удерживает образ. — Ты устаешь даже от этого. Позволь мне дать тебе… — Нет! Сначала — скажи, зачем? .. — Хорошо. — я смотрел в его глаза. — Если ты поймешь это… Я слишком сильно люблю их… Лэйджа, Эллиона… Дэмиеля… Дэмиеля ты не знаешь, он друг Эллиона. Они вместе уже очень долго. Я люблю их, и не желаю им зла. Но есть тот, кто хочет уничтожить их. Кто так силен, что сможет это сделать, если они не сойдут с его пути. И только твое возвращение сможет убедить их — отступить. Это мой бой. И никто не должен вмешиваться в него. — Кто тот, что хочет их смерти? — Витторио, — глаза Даина полыхнули холодным пламенем. — Помоги мне спасти их. — Ты поможешь мне, и я помогу тебе. Я кивнул, и в следующий миг ощутил, как проваливаюсь в какую-то бездну, которая швырнула меня на мою кровать в вихре головокружения и боли, выворачивающей мои внутренности наизнанку… Тихо ругаясь, я попытался сползти с кровати, но потерял сознание… * * * …Очнулся я, смотря в белый потолок, с привязанными к кровати руками, увидев, как в мою вену медленно вливается чужая кровь… Вот тебе и де-жа-вю… Я зажмурился, пытаясь собраться с мыслями, а потом заорал. Ко мне буквально в тот же миг ввалились два медбрата таких пропорций, что я решил, было, что случайно попал в психушку… или не случайно? .. — Мне нужно поговорить с врачом. Немедленно! .. И отключите эту капельницу!!! Отключите ее! .. Нет… Если я оказался в больнице, то мне нужно поскорее убираться отсюда. Убираться для того, чтобы не убить никого. Медленно, в такт дыханию, я погружался все в более глубокий транс, ощущая вкус крови на своих губах… Вкус крови? .. Вот это да… Я резко открыл глаза, увидев сидящего рядом со своей кроватью — Влада, который, оглядываясь на дверь, прижимал к моим губам свое запястье. — Мне мать твоя позвонила… — шепнул он. — Сказала, что ты пришел ночью к себе домой… Еще сказала, что ты пытался покончить с собой… — Это еще, как? .. — я резко отстранился, и Влад тут же накрепко перевязал запястье уже подготовленным бинтом. — Вскрыл сонную артерию. Проколол чем-то… — Черт… Ну не мог я знать, что он не залечит укус, — едва слышно произнес я, надеясь, что у Влада слух достаточно хорош, чтобы услышать меня. — Вытащите меня отсюда. Найди Саввалина, и вытащите меня. Я должен быть с… ним только в вашем присутствии. — С кем? .. — Влад едва сдерживал свое удивление. — Ты что, теперь еще кого-то так же поддерживаешь, как и Лероя тогда? .. — Я кивнул. — И кого? .. — Даина. Я нашел его. Но он слишком сильно ослаблен. Он не сможет даже путь показать, пока не восстановит силы. — Ладненько… Что-нибудь придумаем, — он склонился ко мне. — Но постарайся никого не кусать. Договорились? .. — Хорошо, — я усмехнулся его шутке, которая была совсем не шуткой… — Только постарайся быстрее. — Быстрее? Да ты хоть знаешь, сколько сейчас времени?! Час дня! .. Пока… Ну, ты понимаешь… — Кордора тогда пришли. Пусть сидит рядом. Мне нельзя ничего вводить. — У тебя большая потеря крови. Так врач сказал, — Влад сердито смотрел на меня. — А я даже не знаю, что ответить ему. Как заставить его… — он смотрел на медсестру, которая вошла в палату, неся перед собой лоток со шприцами. - Ну? .. И что ты посоветуешь? .. — Забрать меня отсюда к чертовой матери! .. В конце концов! .. — я с гневом смотрел на друга. — Ты кто, шавка подзаборная, или серьезная личность? .. — Хорошо, я постараюсь разобраться, — Влад склонился к моим губам, запечатлев на них долгий поцелуй, тут же с телефоном подойдя к окну, набирая номер. - Нет, нет, подождите! .. — тут же движением остановил он медсестру, которая холеными пальчиками перебирала инструменты экзекуции — то бишь — последующего укола. — Предупреждаю, каждое введение препарата, не обговоренное с личным лечащим врачом этого юноши, будут нести за собой неприятные последствия. Итак? - он, чуть ли не со злорадством наблюдал за эмоциями, сменяющимися на личике девушки, которая, наконец, поняв, что с сумасшедшими говорить бесполезно — забрала все свои принадлежности, убравшись из палаты. — Кому звонить-то? .. — Кому хочешь… — я прикрыл глаза, слушая короткую беседу Влада. — Слушай, а, сколько я здесь лежу? Что-то у меня впечатление, что это не первый день. — Да уж… Не первый… — Влад вновь присел на кровать. — Ты неделю в реанимации отлеживался. — Неделю… А ведь ему каждый день подпитка нужна… Владислав? .. — он взглянул на меня. — Выйди в коридор, и никого не впускай в палату в течение получаса. Потом — только под твоим присмотром. — Что, опять? .. — Да, — я смотрел на него. — Пойми, я готов жертвовать не только вами, но и собой. Иди, давай… Я еще успел заметить, как он шагнул к двери, а потом медленно погрузился в полудрему, успев еще представить себе мягкое ложе, под полупрозрачным пологом… И тут же сорвался в пустоту… * * * А потом опять было сложное возвращение в сегодняшний мир, и металлический привкус крови на губах… Глаза я даже не открывал, понимая, что не выдержу никакого света. — Пришел в себя? — Ага… — я слушал знакомый голос, пытаясь определить, кому он принадлежит, внезапно ощутив, как у меня под боком шевелится кто-то теплый. — Кто там? .. — Тот, кого ты и желал видеть, — я приоткрыл глаза, зажмурившись от света, который был тут же выключен. — Так легче? — Гораздо, — я смотрел на Кордора, замечая его бледность. — Это я тебя так? — Пустяки. Правда, если бы ты согласился принять кровь еще от кого-нибудь, мне было бы легче. — А я, что, отказываюсь? — Да. Отказываешься, — еще один голос, такой же знакомый… Я смотрел на Лероя. — Ты никого к себе не подпускаешь. Ружэн хотел помочь тебе, так теперь в соседней комнате лежит… Ты ему два ребра сломал, когда оттолкнул. — Заживут, — Ружэн, держась за стеночку, стоял в проходе. — Так что, Серж? .. Попробуем еще раз? — Попробуем, — я смотрел, с каким трудом Ружэн заставил себя присесть на кровать, как Лерой помогает ему лечь… Но я был не в лучшем виде. У меня едва хватило сил приподняться на руках, чтобы прижаться губами к шее друга. — Лерой чтобы я не перестарался — отстрани меня вовремя. Он что-то произнес, но я уже не слышал, осторожно припав к шее Ружэна, в одно мгновение утонув в аромате воска и меда… Еще… Мне нужно было еще. Я ощущал, как жажда заполняет меня, огненными импульсами прокатываясь по внутренностям, скребя когтями по горлу, прибивая пересохший язык к небу… Жажда была такой сильной, что я не мог дышать. Воздух скрежетал по легким, как по пересохшим осенним листьям. Под веками было сухо. Я даже не мог открыть глаза, боясь поцарапать роговицу. И еще… Я не мог пошевелиться. Я не мог заставить себя подняться. Меня окружала темнота, тишина, какой-то монотонный гул, и запах… Запах воска и меда. Вот оно что… Я еще даже не знал — испугаться ли мне, или еще не стоит. Я находился в том месте, где находился Даин. А точнее, то ли я вытеснил его разум, то ли он призвал меня. И когда я выпутаюсь отсюда…