В ловушке собственного сознания

***Северус***

Вечер после уроков, холод подземелья стремится колко укусить каждый оголённый участок кожи, что слегка выделяется из-под мантии. Горько-кислый аромат алихоцеи вперемешку с свеже-сладким запахом патоки ипопаточника кажется въелись в руки и волосы Северуса. Раз за разом, ледяные руки что сегодня вечером забыли зажечь камин, с характерным хрустом нарезают листья алихоцеи, толкут корень валерианы, рассчитывают дозировку, пробуют добавить и другие ингредиенты. Все это казалось таким логичным, таким досягаемым, раз за разом, год за годом. Каждый раз он в голове вертел сухие факты: истерия, тревожность, агрессия, галлюцинации. Ему казалось что он близок, как всегда близок к разгадке. Если у Грейнджер присутствует истерика и тревога и ее состояние удается поддержать ингибиторами обратного захвата серотонина и маслом алихоцеи, а у Поттера присутствует сильнейшая недееспособность в смеси с галлюцинациями, то словно найдя ту самую золотую середину в новом зелье, получится помочь и одному, и другому. Алихоцея — известна тем, что вызывает ощущение радости в низких дозах, но стоит переусердствовать, как тут же случается неконтролируемый смех и приступы истерии. Так же как при повышении настроения, она является частью зелья памяти, что заметно показывало улучшение когнитивных способностей принимающего его. Ипопаточник же напротив, является противоядием от истерики при приеме алихоцеи, возможно он может стабилизировать эффект. Среди эффектов от его патоки присутствует эффект печали и ипохондрии, но ведь в умелых руках и яд становится лекарством. Так и думает Северус, когда добирается до этой части ингредиентов, снова и снова добавляя в них что-то новое, растягивая время приготовления. Время и терпение это ключевая валюта этого непростого дела, но если с терпением у профессора все в порядке, то время которое может занять варка очередного нового зелья, мисс Макгонагалл старается забрать, каждый раз приходя как маггловский коллектор, напоминая о задолженности того самого времени, что тратит Снейп. Даже сейчас, когда он, подготовив ингредиенты, раскладывает их по маленьким стеклянным блюдцам, с характерным стуком укладывает их в ряд неподалеку от котла и решает расправить плечи, перед его ногами материализовывается Добби. Немного заерзав и опустив глаза, схватившись за уголок своей крохотной футболки, он не решается сказать, ощущая на себе холодный взгляд профессора, который знает что сейчас скажет эльф, ведь это повторяется регулярно. Снейп закатывает глаза и, недовольно фыркнув, прерывает тишину: — Передай директору, что я скоро зайду. Эльф тут же кланяется и, не сказав ни слова, растворяется, оставив после себя тяжелую тишину, что нарушает лишь лёгкий свист ветра. Северус безразлично оглядывается на стол, осматривая проделанную работу и думая что же он скажет Минерве на этот раз. С тех пор, как герои войны слегли со страшным проклятьем, женщина совсем потеряла покой. Стала излишне беспокойной, отчего запасы омелы для понижающего давления зелья стали стремительно пустеть. Северус не видел смысла в ее действиях, ведь если бы что-то изменилось, он бы сам лично явился к ней на порог, но кажется директор перестала себя контролировать, поэтому вцепилась в него как в последний глоток воздуха, думая что надавив куда надо, точно что-то получится. Сколько оскорблений и последующих извинений он выслушал за эти 3 года? Сколько раз он поневоле попадал под ее горячую руку, слышал какой он проффесионал своего дела, а следом какое он ничтожество, раз не может помочь детям, благодаря которым он выжил! Раз за разом, день за днём, словно вырезанное острым скальпелем или клейменное раскалённым железом по всем его рукам большими буквами, одно единственное слово «Ответственность». Порой даже не знаешь что было тяжелее, верить в Дамблдора и орден, в победу над Темным Лордом, параллельно ощущая каждой косточкой ненависть в отношении себя и имея клеймо предателя, или после кратковременного долгожданного выдоха, стать рабом своих спасителей, но не видеть четкого будущего. Обычная спокойная жизнь кажется не светит Снейпу даже во снах, а он и не знает каково это, просто жить… не выживать, расслабиться… Возможно простая жизнь действительно не для него, он всегда должен быть занят чем-то важным, чем-то, где в нем нуждаются, где он может помочь. Чувство вины или буквально неумение жить как те самые счастливые в быту магические семейки? Он не представляет себе подобный сценарий скучной жизни, но кажется находит в чувстве вины весь смысл. Просто делать, просто слушать и просто помогать где может. На секунду антрацитовые глаза останавливаются, смотря на оловянный котел. Думать нет времени, но усталость не делает исключения даже для великого зельевара. Он на секунду прикрывает веки, вдохнув всю ту же заученную смесь ингредиентов и глубоко выдохнув резко открывает ящик над столом, доставая оттуда небольшую голубую склянку животворящего эликсира. Одним четким движением он откупоривает ее и выпивает, громко стукнув ей об стол. Оперевшись о деревянную поверхность двумя руками, наклонив голову вниз так, что струйки черных шелковых волос закрывают лицо, он всматривается в древесный рисунок думая, стоит ли брать с собой зелье для понижения давления, или в этот раз стоит прихватить что-то посильнее? — Будь что будет, разберусь на месте — успокаивающим для самого себя тоном, шепчет Снейп, выпрямляет спину, гордо вздернув подбородок и тут же трансгрессирует в кабинет директора.

***

— Проффесор Снейп, рада видеть вас — директриса плавно кивает, указав на стул перед ее столом, приглашая сесть. Мужчина скрещивает руки на груди и удивлённо вздергивает бровь, действительно не ожидая увидеть Минерву в таком спокойном состоянии. Он втягивает носом воздух в кабинете и отчётливо слышит смесь чемерицы и валерианы. Ему не кажется, она действительно прислушалась к его последней язвительной фразе и стала принимать бальзам. Плохо помнятся детали, но там точно прозвучала фраза: «Знал бы я, что директором школы окажется манипулятивный, нестабильный и озабоченный человек — чеканя каждое слово произнес он — не способный держать себя в руках и думать о школе, давно бы построил завод по производству умиротворяющего бальзама или на крайний случай написал бы письмо в министерство магии» — а после с громким стуком бутылочка бальзама оказалась на столе Минервы, пока та замерев сменила выражение гнева, на что-то нечитаемое, в то время как Северус тут же трансгрессировал обратно в свою лабораторию, не дожидаясь ответа. Усмехнувшись своей догадке он подходит к столу и садится напротив директрисы, бесстрастно оглядывая стол и бумаги на нем. » Гарри Джеймс Поттер. Шизофрения. Онейроидный синдром. Состояние неизменно с периода поступления до настоящего момента. Улучшений — нет» » Гермиона Джин Грейнджер. Тревожное расстройство. Паническое расстройство. Состояние поддаётся слабой коррекции при использовании СИОЗС и анксиолитиков внутримышечно. На данный момент состояние стабильно.» «Рональд Билиус Уизли. Острый психоз? Состояние купируется повышенной дозой смеси галоперидола и зелья сна без сновидений+ напиток живой смерти в малой концентрации. Улучшений — нет» И милая приписка снизу в правом углу — С уважением др. Флоренс для мисс Макгонагалл. На секунду брезгливо скривив губы, Снейп поднимает взгляд на Минерву. Это насколько нужно быть мазохистской, чтобы запрашивать подобные письма у Флоренса ежедневно? Хотя было бы ей дело до стабильного состояния Гермионы. Она нездорово озабочена состоянием мальчишки. — Я слышала сегодня с вашего урока Рассел Кэрроус направился в лечебное крыло с ожогом 3 степени на запястье — зелёные глаза блестят за стеклышками очков, пока та сухо продолжает — Надеюсь, этому есть разумное оправдание и вы уже подготовили подробную объяснительную, чтобы у школы не было проблем? — холодно заканчивает директор. — Очередной ученик Гриффиндора не удосужил меня честью усвоить сказанную на уроке информацию и вместо экстракта цикуты, добавил экстракт зубастой герани, кто же знал что его ошибка повлечет за собой такие плачевные последствия, — равнодушно отвечает профессор, медленно осматривая кабинет. Ей не нужно было уточнять, отправил он объяснительную или нет, его дисциплинированность никогда не заставляла усомниться в проффесионализме его подхода к работе. Кажется, женщина спросила это чисто из формальности, чтобы подстелить солому и Северус это сразу заметил. Она была черезчур спокойна, приняла бальзам, голос ни разу не дрогнул, вещи в кабинете сложены ровно, нет следов ее излюбленного способа бороться со стрессом. Было бы привычнее обнаружить хоть один поднос перевёрнутым или хотя бы одну разбитую чашку у книжных шкафов. Но нет. Это ощущается очень странно. Черезчур странно… — Минерва, может хватит с тебя формальностей или ты действительно думаешь, что я ничего не замечу? Серьезный тон перебивает лёгкий треск камина и директор, мягко кивнув, призывает небольшую шкатулку из красного дерева с большим глазом насыщенно-василькового цвета на самой крышке, щедро расписанную египетской символикой. — Глаз Гора, — предельно серьезно заключила директор. — Глаз Гора? Скептично поглядывая на шкатулку, Северус выставляет ладонь и в нее тут же мягко кладут почти невесомый предмет. Подняв с нее взгляд и получив одобрительный кивок, тонкие изящные пальцы надавливают на одну из стенок, заставив крышку звонко щёлкнуть и медленно открыться. На нежном, красном бархате лежит маленький металлический глаз, осторожно украшенный камнями, а в центре сияет синий сапфир безупречной огранки, словно чьё-то неведомое око глядит в душу, настолько живыми смотрятся эти переливы даже в свете свечей и камина. — Что он делает? — хрипло произносит Снейп, откашлявшись, стараясь подавить явное восхищение, которое испытывает от вида этой чудной вещицы. — Египетская коалиция медиков прислала его в качестве поддержки в сложившейся ситуации — Минерва недовольно фыркает и в ее тоне звучит презрение, — надо же, спустя целых 3 года решили обратить на нашу проблему внимание! — Они не обязаны нам помогать, как и другие страны, кроме Великобритании — резко прерывает ее Снейп, неодобрительно сведя брови. — Но… — ее глаза в один момент расширяются в желании возразить, но губы тут же сжимаются в тонкую линию, — кхм. Он считается древним артефактом, глаз сына Исиды, защитника Египта. — Достаточно ценный артефакт, неудивительно что на раздумья они отвели целых 3 года, — подмечает профессор, не отрывая взгляда от мерцающих граней. — Наверное… то есть… скорее всего да. В любом случае, он способен защищать и при снятии темных проклятий способен переводить энергию в центр своего ядра, таким образом облегчая нагрузку на организм обладателя. — Она вздыхает, — Я правда не до конца поняла как он работает, знаю лишь, что его советовали держать рядом с Гарри при попытках вернуть его в сознание. — А Япония не передавала какой-нибудь коготь ёкая или же волос юрэя? — саркастично интересуется Снейп, крутя в руке глаз Гора. — Северус, я не имею настроения выслушивать эти колкости, особенно зная, что весь остальной магический мир все так же безразличен к нашим проблемам! — Ну что же, наверное по логике Египта мы должны подождать ещё пару лет, когда другие страны сжалятся над нами, — профессор осторожно убирает глаз в шкатулку и положив его в карман, поднимается со стула, — если на этом больше новостей нет, тогда я пойду, — он выпрямляется и слегка встряхивает головой, чтобы убрать мешающие волосы с лица. — И посетите Малфой-мэнор через час, вас ожидает Люциус. А вот этого он точно не ожидал. За секунду, стоя спиной, он успевает подавить окклюменцией удивленный порыв и с холодной головой разворачивается, с подозрением смотря на Минерву сверху вниз и приподнимая вопросительно бровь. — Он согласен сотрудничать и помогать нам в этом деле, — тихо произносит женщина, осторожно отводя взгляд. — Даже интересно, что он сможет предложить, — сжав зубы, Северус тут же трансгрессирует в свою лабораторию.

***

Оказавшись у мэнора на выстеленной гравием дорожке, Снейп задумчиво оглядывается. Прошло 3 года с тех пор, как он не навещал ни одного из членов семьи Малфоев. Не потому что боялся за свою репутацию после войны и не из-за неприязни, скорее слишком много событий связывали его, Темного Лорда и жителей этого поместья. Порой негативные события жизни способны окрасить в черный даже теплые и уютные воспоминания о свадьбе Малфоев, о рождении их наследника и последующее посвящение Снейпа в крестные. Все окрашивается кровью… Снейп откидывает голову в небо рассматривая плывущие волнистые рисунки облаков, окрашенных золотым закатом, стараясь отвлечься от тех картинок, что пытаются проникнуть в его сознание. Кажется, даже морщинка между бровями на мгновение разгладилась, а уголки сжатых губ плавно распрямились. Выставив стены окклюменцией и спрятав те жестокие сцены из прошлого вглубь своего сознания, он облегчённо вздыхает и косится на окна поместья, в которых горит свет. Через секунду он уже устремляется в сторону двери. Он знает, что ступив на небольшую лестницу, дверь тут же откроется. Он знает, что нарушил границы защитного заклинания. В тот момент, когда его ноги коснулись гравия, все почувствовали, что он пришел, просто хозяева дома как всегда по привычке ждали его появления на пороге. Двери открывает хрупкая и изящная женщина. «Моя драгоценная фарфоровая ваза» доносится воспоминанием при виде нее голос Люциуса, отчего Северус невольно мягко ухмыляется, вспоминая, как после этого Нарцисса совершенно «случайно» фыркнув пролила вино на его белоснежные дорогие штаны. — Ну здравствуй, Северус, — светло-голубые глаза улыбаются из-под аккуратных ресниц, глядя на него. Все так же аристократично бледна, словно действительно сделана из фарфора, она кажется помолодевшей за время отсутствия войны на пару десятков лет уж точно. — Здравствуй Цисси, — неестественно нежно для себя самого отвечает Снейп, параллельно заходя в поместье. Услышав свое имя, госпожа Малфой невольно улыбается. Она явно старается быть более сдержанной, но попытка быстро проваливается, от чего на ее щеках проявляется лёгкий румянец, дополняющий искреннюю улыбку, что не скрыть, даже попытавшись сжать губы. — Друг мой Северус, наконец-то ты здесь! — громко мурлыкает Люциус, гордо несясь по коридору так, что белокурые локоны развеваются позади него, стараясь успеть за хозяином. — И тебе доброго вечера, — на выдохе шепчет Снейп, не отрывая от него угрюмого взгляда. — Что же ты не через камин? Решил молодость вспомнить? — ухмыляется Люциус, протянув ладонь для рукопожатия. — Очевидно, именно для этого, — Северус пожимает его руку. Поместье словно застыло во времени. Проходя по коридорам, слушая стук каблуков, разглядывая мебель из дорогих пород дерева и висящие портреты родственников, на чьих лицах уже не было тени былого ужаса, чувствуя теплый запах воска и цветочных нот, он ловит себя на мысли, словно нога Темного Лорда никогда не ступала на порог этого дома и не оскверняла его. Казалось, будто сам замок старательно вытравливал память о том визите — стены отполированы до зеркального блеска, паркет скрипит девственной чистотой, даже воздух кристально свеж, будто его пропустили через серебряное сито. Но чем дольше гость находится в этих стенах, тем явственнее ощущает подлинную суть Малфой-мэнора — ту самую, что въелась в самые камни, как вино в скатерть. Это был не запах, не звук и не видимый глазу изъян, а нечто куда более неуловимое. Темная магия оставила здесь свой отпечаток — не грубый кровавый след, а что-то более коварное. Как дорогой парфюм, в котором со временем начинают проступать ноты гнили. Как безупречный фарфор, который, если приглядеться, весь испещрен паутинкой почти невидимых трещин. И все понимали — это не выветрится. Ни через год, ни через десятилетие. Такие вещи не исчезают — они лишь притворяются забытыми, затаившись в потемках между камнями, в шепоте штор, в слишком уж безупречной тишине коридоров. Застыв в прожилках мрамора, пропитав почву словно невидимое клеймо. Потому что есть пятна, которые не возьмет никакая магия — только время. Зайдя в обеденный зал их встречает большой стол из темного дерева, украшенный плотной, изумрудной скатертью, золотыми парящими свечами и небольшими композициями из белых нарциссов. На нем стоят множество разнообразных блюд и бокалы, уже наполненные наполовину красным вином. «Будто бы не одного гостя ждали, а сразу десять», — усмехается про себя Снейп. — Как Драко? Женился на Астории? — в светской манере спрашивает Северус, отодвигая стул, чтобы сесть. — Нет, — в глазах Люциуса читается удивление. Возможно, это и не лучшая тема для разговора после долгих лет разлуки… Но разве все вокруг уже не решили, что прекрасно контролируют его судьбу? Минерва — с её вечными требованиями, презрительными взглядами и готовностью вонзить нож осуждения при первом же промахе. Люциус — разыгрывающий эту жалкую партию благородного спасителя, будто его «помощь» не пахнет скрытой насмешкой. Чёрт возьми, так хочется встряхнуть их, как пыльный гобелен в этом самом зале — пусть на миг почувствуют, каково это, когда почва уходит из-под ног. — Кхм… — прокашливается господин Малфой, подвинув стул Нарциссы и продолжает, присаживаясь рядом, — после победы над Тёмным Лордом, Драко изъявил желание повременить с этим. Навешал мне лапшу на уши с тем что им нужно познакомиться получше, что ему нужно время на самосовершенствование, что многое в жизни переосмыслил после тех событий. — Люциус напряженно хватает вилку и нож и начинает достаточно компульсивно разрезать кусок стейка, — Одним словом, одному лишь Мерлину известно, когда он возьмется за голову. А если не возьмется, мне придется самому им заняться, — он ядовито выплёвывает последнюю фразу и тут же суёт кусок мяса в рот, прикрыв глаза и стараясь спокойнее дышать носом. — Я удивлен что ты до сих пор не разобрался с этим, — предельно спокойно отвечает Снейп и делает глоток вина, надменно поглядывая на вмиг разгоряченного собеседника. И вправду попал по больному. Северус медленно ставит бокал, хрусталь звенит, коснувшись стола — слишком громко для случайности. — Скажи-ка, Люциус… — голос стекает, как мёд с лезвия, — А тебя никогда не посещала мысль… что у Драко может быть иной объект влечения? Люциус вмиг заметно напрягается пуще прежнего, останавливаясь и сжимая вилку. Слова старого друга явно нарушают иллюзию контроля, которую он так безумно любил. Нарцисса поспешно кладёт руку ему на запястье и привычно, изящно вздернув голову, говорит: — Насколько я могу судить, возле него часто можно было заметить Пэнси Паркинсон, в любом случае она чистокровная волшебница и их возможный союз не нарушает правил нашей семьи, верно дорогой? Она смотрит на Северуса ледяным взглядом голубых глаз, явно показывая свое недовольство его «неудобными» вопросами. Все такие же консервативные, впрочем у них все стабильно, — усмехается голос разума. — Именно так, — он промакивает губы салфеткой и продолжает, — В любом случае, Драко осознает что он наследник нашего рода и я достаточно хорошо воспитал его, поэтому более чем уверен, что он не станет связывать свою жизнь с грязнокровной волшебницей. — На последней фразе на его лице появляется красноречивое отвращение. Глубоко внутри проффесор смеется. Слишком занят налаживанием связей в министерстве и похоже единственный, кто не знает, где пропадает его благородный сынок. Он наблюдает за его супругой, которая хладнокровно смотрит на свое блюдо, но невозможно, чтобы она то не знала всю правду, от матери тяжелее скрыть что-то, чем от отца. Доктор Флоренс же в свою очередь регулярно оповещает Северуса о посетителях золотой троицы и имя младшего Малфоя уступает разве что Макгонагалл. — А ты, как я могу судить, очень быстро оправился после укуса Нагайны. Тебя моментально залатали и все благодаря Макгонагалл…— Он щурит глаза и тянется за бокалом, слегка усмехнувшись —Неужто поэтому ты предпочёл остаться работать в Хогвартсе? Долг ли это? Или вина? Эти слова жалят, оставляют неприятное послевкусие. Снейп задел его за живое и теперь он решает выровнять счет. Ну что же, пусть допивает свой бокал, радуясь своей бдительностью и остроумием. Думает, что раскусил его, едко уколол, но на деле Северус давным давно закопал себя так, что его вопросы звучат для него как очередной пустой звук. — Какой интересный вопрос, но не думаю что кого-то должен касаться мой личный выбор и на чем он был основан, — все так же холодно отвечает мужчина. Слышится громкий выдох и звякают столовые приборы. — Северус, — не выдержав, внезапно обращает на себя внимание Нарцисса, — думаю, пора разобраться с главной целью твоего визита, верно дорогой? Она переводит взгляд на мужа и тот меняется в лице. Люциус внезапно становится более сосредоточенным, сводит брови к переносице и тоже откладывает столовые приборы. Кажется то, о чем он хочет заговорить, очень интересует его самого: — Что ты знаешь о чаше искупления? — Чаше искупления? — Снейп на мгновение задумывается, но ничего так и не всплывает в подсознании, поэтому он вынужден отрицательно покачать головой. — Ты знаешь, что у меня особая любовь к темным артефактам и через мои связи прошел слух… — В серых глазах Люциуса вспыхивают узкие золотистые искры — будто дракон, учуявший запах золота. Атмосфера за столом вдруг становится натянутой, как струна перед разрывом, наполнив воздух дрожащим, почти осязаемым напряжением, — Что Темный Лорд оставил после себя… чашу. — произносит он, намеренно делая паузу, пока пальцы медленно водят по краю бокала, оставляя на полированной поверхности влажный след, — Особенный артефакт. Предполагаю, ты понимаешь её ценность, учитывая что он явно готовил в ней зелья. — Постой, постой, — холодно перебивает Северус, — варить зелья в чаше? Звучит, как очень недостоверный слух. Зелья варятся в серебряном, оловяном, бронзовом, медном и золотых котлах, и этот факт известен всем. У них у всех присутствует определенная закалка, температура которую они проводят, они вмещают разный размер ингредиентов… — он сделал паузу и поднеся бокал к губам, прикрыл устало глаза и закончил, — Люц, это звучит как полный бред, маленькая чаша не способна на такое. — Северус, думаешь ты просто так приехал сюда? Думаешь я просто решил зря потратить твое и наше время ничего не выяснив заранее? — Он усмехнулся, — Какого же ты мнения обо мне, раз посчитал меня полным кретином. — Кретин ты или нет, но это и вправду звучит как бред. — бокал осторожно касается стола и антрацитовые глаза, в которых читается вернувшаяся после закончившего действия животворящего эликсира усталость, устремляют недоверчивый взгляд на хозяина поместья. — Ну что же, скоро я поеду на сделку с одним магом, ради того чтоб выкупить ее за достаточно большую сумму, которую любезно дала мне мисс Макгонагалл, ибо увидела в ней большой потенциал для лечения Поттера, — нескрываемая хищная улыбка тотчас украсила гордое лицо ее носителя, — А после, когда она вам будет не нужна, я просто получу ее в знак благодарности от школы, ведь изначально правительство внесло ее в список запрещенных артефактов для продажи частным коллекционерам, а школа в ней нуждается, поэтому…— Он вздергивает подбородок, демонстрируя всю гордость за подобную удачную сделку, — Не беспокойся, я проверил ее, от нее действительно исходит очень сильная магическая аура, выполнена из серебра, достаточно плотная, поэтому для твоих экспериментов с зельями пойдет. До сих пор сомневаешься? Он улыбается словно все так просто: благородно протянул руку помощи, нашел эту сраную чашу и все, словно это так легко - взять и сварить то, что им действительно поможет, спустя 3 гребаных года поисков, и вернуть себе эту чашу, как трофей победителя. — Чем она может помочь? Даже если Темный Лорд и мешал в ней зелья, что с того? Это просто подобие котла, более удобное во время постоянной смены обитания. Поэтому не удивлюсь, что создана она была лишь с одной единственной целью, — недоверчиво фыркает профессор. — Северус, ты не понимаешь, — мягкий женский голос касается его ушей, Нарцисса наконец-то присоединяется к разговору, — Когда мы ездили проверять чашу на подлинность, на ней были инициалы Тома Р. и после них были выцарапаны вторые: Принц П. Как бы не было тяжело осознавать это, — она тяжело вздыхает, — но Темный Лорд действительно доверял тебе и скорее всего хотел передать эту чашу именно тебе. Возможно теперь ты понимаешь, что связан с ней? Он застывает. Не может сказать и слова, ведь если это действительно так, то что его ждет от этой чаши? Столько лет думать что он знает все и тут появляется она, почему он раньше не видел и не слышал о ней? Тут явно есть какой-то подвох, откуда она у того человека, что продавал ее? Большой поток мыслей словно груз падает на его и без того нагруженные плечи. Северусу на мгновение становится трудно дышать, осознание что что-то может связывать его с Темным Лордом, словно ошпаривает его кипятком. Но он не показывает это, лишь слегка дрогнувшая сжатая челюсть и поправленный воротник мантии выдают его беспокойство. — А любом случае, — Люциус, заворожённый даже такими мелкими деталями в поведении Северуса, тут же поднимает ликующий взгляд и нежно продолжает, — не буду скрывать, мне льстит осознание того, что я смог заставить твои винтики крутиться из-за новой информации, но, — он облегчённо вздыхает и встав из-за стола, нежно касается губами щеки своей жены, потом продолжает, — меня вызывает Министерство на ночь глядя, но что поделать. К сожалению не смогу удосужить себя честью проводить тебя, но на днях я навещу тебя в Хогвартсе. Откланявшись, Малфой старший возвращает на свое лицо более привычный высокомерный вид. Вздернув подбородок и одним движением руки убрав волосы назад, он словно надевает на себя рабочую форму, такую, какую бы хотели видеть в Министерстве. Люциус устремляет свой холодный серый взгляд на камин и тут же тихо исчезает. —Северус, разве ты не голоден? — произносит Нарцисса с ноткой беспокойства, окидывая его вопросительным взглядом. И правда, единственное, чего коснулись его аристократичные пальцы - это красивый прозрачный бокал, украшеный металлическими абстрактными элементами. Он смотрит женщине прямо в глаза и слегка приподнимает обе брови. Наверное, его взгляд на секунду кажется сочувствующим, даже неуместно сочувствующим, поэтому он тут же отворачивается. Призвав бутылку вина и налив себе ещё один бокал, он молча изучает уже избегающую его взгляда Нарциссу, что со спокойным видом пытается наколоть кусочек запечённой спаржи. Ее рука слегка, еле заметно дрожит. Она делает очередную попытку удержать спаржу на кончике вилки, как та снова тихо падает на тарелку. Она явно старается не выдавать этого и лишь слегка прикрывает глаза, мысленно стараясь успокоиться. Ее грудь тяжело поднимается и медленно опускается. — Последствия войны? — тихо но четко спрашивает профессор, нарушив неловкое молчание. Вилка в ее руке вздрагивает, а глаза испуганно расширяются. Действительно, пока рядом нет ее мужа, некому отвлекать внимание гостей на его высокомерную персону. Кажется, это осознание выбивает ее из колеи и, заглянув в серьезные глаза Снейпа, она лишь слегка кивает. — Цисси, ты стыдишься этого и предпочла бы, чтобы я этого вовсе не заметил? — уставший успокаивающий тон доносится до слуха женщины и она растерянно усмехается. — Обычно, если гости замечали, я списывала это на усталость, а за столом отдавала предпочтение блюдам, которые можно есть ложкой. Наверное я просчиталась, думая что тремор стал совсем незаметным даже для меня самой, — она одаривает своего собеседника мягкой улыбкой и смотрит в сторону балкона. Была у Нарциссы весьма не аристократичная привычка, о которой знал лишь Северус. Увидев куда устремился ее взгляд, он и сам, мягко улыбнувшись, дожидается ее взгляда и кивает. Глаза женщины вмиг загораются и слегка смущённо она встает из-за стола. Этот знак, что понимали только они, наполняет комнату чувством взаимного понимания, словно не было разрыва в их общении, будто бы они только вчера вдвоём выходили на балкон, попутно слушая все что накопилось на душе аристократки, матери, жены и просто подруги молодости. Они выходят на балкон и встают рядом с каменными перилами, оглядывая задний двор, в котором расположился цветущий сад. В немой тишине. В взаимопонимающей тишине… прямо как много лет назад. Снейп запускает руку в карман мантии и вытаскивает из него маленький золотистый портсигар. Осторожно достав тонкую ментоловую сигарету, он протягивает ее Нарциссе. — Лучше держи ее указательным и большим пальцем, это более надёжно чем так как ты привыкла — предупреждает Снейп, на что та благодарно кивает. Как только сигарета касается ее губ, он одним взмахом палочки поджигает ее. Волнительно вдохнув табачный дым и немного возбуждённо оглядев небо, она вздыхает. Кажется, словно волна эмоций захлестывает ее и с каждой затяжкой маггловской сигареты, отпускает. Слегка поправив белую прядь волос, заправив их за ухо к черным, она облокачивается на перила. — Я сожалею, Нарцисса, — низкий бархатный голос Северуса словно был последний каплей, которой не хватало женщине, чтобы принять свое существенное волнение. Она судорожно то поднимает вверх, то опускает вниз голову, стряхивая сигаретный пепел, словно хочет сжаться, потеряться, спрятать лицо, но положение хозяйки дома ей не позволяет. — Слабость для нас непозволительная роскошь, не замечаешь Северус? — она едко фыркает, посмотрев вдаль. — Долго думаешь скрывать явный интерес Драко к Грейнджер? — сухо сменяет тон Снейп и замечает, как женщина тут же напрягается всем телом. — Я…я бы хотела попросить тебя кое о чем. Драко, он, — нервно затянувшись и громко выдохнув она продолжает, — да, она ему интересна, но ведь это безобидно, если она к нему безразлична, но я правда не знаю так ли это и… — она на секунду задумывается и собравшись с мыслями, добавляет, — Северус, ты же легилимент. Снейп угрюмо хмыкает: — Хочешь, чтобы я превысил свои полномочия, чтобы точно убедиться в том, что между Драко и Грейнджер ничего нет? — Я просто хочу понимать к чему готовиться…я не собираюсь отрекаться от его выбора, я же мать…а Люциус, — ее голос дрожит, — я что-нибудь придумаю. — Цисси. — устало тянет Северус и холодно смотрит на нее, — Я не собираюсь это делать по трем причинам. Во-первых залезать в ее сознание опасно, мы ещё не до конца понимаем как устроено проклятие и не повлечет ли это за собой последствий. Во-вторых, даже если я смогу попасть в ее сознание, Грейнджер, — мужчина тяжело вздыхает, — она же все поймет, Нарцисса. Поймет, какие именно воспоминания я пытаюсь найти в ее сознании, а применять к ней обливиэйт строго настрого запрещено, — Снейп протягивает руку и берет окурок сигареты из тонких дрожащих пальцев, тут же заставляя его раствориться в воздухе, — И в-третьих, я уже однажды вмешивался в жизнь своего крестника ради его же защиты, но данное вмешательство он может расценить как предательство, закрывшись и в последствии отстранившись. Разве цена опавдывает средства? — Я мать уже 20 лет, — усмехается леди Малфой, — но почему-то быть родителем все так же тяжело, как в первые годы его жизни. Только физически конечно легче, но морально я все также переживаю за него. — Ты хорошая мать, Нарцисса, — он устало улыбается и ловит ее благодарный взгляд. — А тебе все так же идёт эта улыбка, когда ты смотришь на меня! — гордо вскинув голову, она метает на него очаровательный взгляд, словно перед ним не просто хозяйка поместья Малфоев, а прелестная младшая сестра, что пользуется бережным отношением своего старшего брата. А ведь так оно и было, до войны разумеется. Ещё молодые сестры Блэк пришедшие к Темному Лорду и светлое пятно в их поместье, что отчужденно бродило во время собраний, словно призрак, что изредка украдкой поглядывал своими светлыми глазами на молодого Люциуса. Первый разговор на крыльце и возникшая связь, ведь до нее никто не пытался общаться с ним о чем-то помимо членства в числе пожирателей. Редкие встречи, но долгие разговоры: о Люциусе, о здоровье Северуса, предостережения насчёт безопасности, осуждение Андромеды и их с Тедом помолвки. Кажется благодаря ей он смог сделать шаг назад, не потеряв свою человечность. А затем дружеские намеки Люциусу на скромную и очаровательную юную дочь Блэков. Последовала свадьба, рождение Драко и верный друг семьи сдержал обещание, данное в молодости Нарциссе, став для него крёстным отцом. Недовольное избегание надоедливого светловолосого ребенка, строгие и колкие замечания в его адрес, если вдруг он решал нарушать порядок, бегать сбивая всех на своем пути или топать ногой на мать. Хогвартс. Непреложный обет. Темный Лорд… Поместье. В голове словно щёлкает вспышка, на секунду замылив зрение Северуса, когда он замечает шрам на шее женщины, слегка спрятанный за волосами. Кажется, воспоминания, запрятанные окклюменцией, сейчас ощущаются его мозгом как пробел, который пытается заполнить пустоту в попытке достать недостающие детали. — Северус, — заметив куда он метнул взгляд, она тихо продолжает, — спасибо что защищал нашу семью и спас Драко. если бы не ты, — лицо женщины напрягается и она разворачивается, устремив взгляд куда-то в темную даль. — Я обещал тебе, это был мой долг, поэтому брось эти сентиментальности, кажется наш сегодняшний диалог насквозь ими пропитан, поразительно! — насмешливо фыркает Снейп и смотрит на ее благородный профиль, на котором тотчас мелькает улыбка. — Ты прав, совсем на нас не похоже, просто мы так давно не виделись и… Я просто рада вновь увидеть тебя и знать что ты в добром здравии, — женщина вдыхает носом и на выдохе тут же ее лицо принимает предельно серьезное выражение, — Северус, насчёт чаши, может у тебя есть какие-либо вопросы или может просьбы? — Я думаю пытаться что-то узнать не взглянув на нее самостоятельно, лишь пустая болтовня… — он на мгновение задумывается и на спокойном лице мелькают ноты любопытства, — Но раз уж ты спрашиваешь, я бы хотел попросить доступ к библиотеке поместья, разумеется если наша белокурая бестия не будет возражать, — саркастично произносит Снейп. — Северус, он же мой муж! — сквозь смех наигранно возмущается женщина, — хорошо, я поговорю об этом с ним, — заканчивает она, нежно улыбнувшись. — Нарцисса, наверное я вынужден откланяться. У меня в школе достаточно дел, за невыполнение которых я быстрее сбегу в Азкабан, чем получу новую порцию возмущений от Минервы. Мужчина делает шаг от перил и оглядывает хозяйку поместья. Та согласно кивает и проводит его расслабленным взглядом. — Береги себя Северус, я отправлю сову когда договорюсь с мужем о доступе к библиотеке, — нежно заканчивает она. Снейп лишь слабо кивает на прощание и трансгрессирует в свою лабораторию.