Глава 2.
20 февраля 2021 г., 10:45
Артур не успел что-то сообразить, когда картинка расплылась в белом цвете, и он открыл глаза в темноту.
Сон. Это был сон. На часах 2:47. Мужчина тяжело выдохнул и сел на кровати, свесив ноги. Талипов потянулся за стаканом воды, сделал пару глотков и вернулся под одеяло. Не то, чтобы сон был плохим, скорее даже… Приятным? Эта мысль не давала покоя. Артур закрыл глаза и постарался заснуть. Мысли роились в голове, выдавая все больше вариантов продолжения сна, всё более и более развратные. Учитель вообще не понимал, откуда они. "Ведь я не гей" — вторил он себе.
После получаса мучений, он задремал. Пару раз за ночь просыпался, пил воду и ложился обратно. За ночь он, естественно, не выспался, а на утро добавилась головная боль — все-таки алкоголь дал о себе знать.
Поднявшись и сев на кровать, Артур потёр двумя ладонями лицо. Голова кружится и раскалывается, в горле пересохло. Хорошо, что сегодня суббота.
Кое-как он встал, широко зевнул и взял в руки стакан, стоявший все также на тумбочке. Как только мужчина поднес его к губам, он заметил, что воды в сосуде после ночи не осталось. Тихо ругнувшись себе под нос, он поплелся в сторону кухни, хватаясь за стены.
Зайдя на кухню учитель поставил стакан на стол и налил из чайника остывшую со вчерашнего дня воду. Стало определенно легче, но от головной боли так и не спасло. Шагая по квартире, Артур подошел к комоду и вытащил аспирин. С надеждой на улучшение самочувствия, он открыл упаковку, выковырял кое-как таблетку и запил остатками воды. Тяжело вздохнув, подошел к кровати и опять лёг.
Лежал он и вспоминал события ночи. Он также вспомнил сон. Не нравится. Или… Нравится? Но раз уж вспомнил, из головы уже не вытащишь. Артур попытался понять причину этого сна. Через пару минут не самых приятных для него размышлений, он подумал, что это просто сон, почему у него должны быть какие-либо значения или причины?
Воскресенье прошло относительно спокойно. Артур все время был дома, проверяя работы по истории учеников 8 класса, отвлекаясь только на еду.
Вечером, сидя за столом, он отложил проверенные работы и тяжело вздохнул. Талипов вышел из-за стола, и поплелся на кухню — надо было поужинать. Открыв холодильник, он вытащил оттуда лапшу быстрого приготовления и поставил чайник.
Поужинав, он зашел в спальню и сел на кровать, закрыв лицо руками. Некстати вспомнились вчерашние события. Кровь прилила к лицу от воспоминаний о том парне и о сне. Красивый, по другому не скажешь. Вспомнив светлые волосы, худые пальцы, голубые глаза, кровь отхлынула от лица немного ниже. Низ живота начало скручивать.
Тихо выругавшись, Артур чуть не задохнулся в смущении от своей реакции. Он задавал себе множество вопросов, но ответы на них были все более и более притянутыми за уши.
Время подходило ко сну, а завтра новый рабочий день. Только начало сентября, а учитель уже выбивался из сил, проводя по семь уроков в день. Он стянул одежду, и расправил постель. Только уронив голову на подушку, он провалился в сон, к его облегчению, без лишних мыслей.
В понедельник, у него в расписании стояли одиннадцатые и восьмые классы. Проведя два урока у младших классов, учитель уже устало прикрывал глаза. А сегодня только понедельник. В класс ввалились ученики 11 "В", здороваясь и смеясь между собой.
Прозвенел звонок. Все уселись. Только Артур успел поздороваться, в дверь постучали.
— Войдите, — сердито сверкнув глазами, буркнул историк.
— Извините, можно войти? — из дверного проёма показалась светловолосая голова, а позже и весь одиннадцатиклассник. На Артура смотрели именно те голубые глаза.
— Да, войди, — после небольшой заминки, тихо проговорил учитель.
— Спасибо, — бросил ученик и прошел к последней парте.
— Новенький? — вопросил Талипов.
— А, да, я перевелся в этом году, — ответил ученик, смотря в упор на учителя.
Под этим вызывающим взглядом, Артур понял, что ученик его узнает. Немного стушевавшись, он продолжил урок.
Звенит звонок, все ученики соскакивают со стульев, сгребая учебники в портфели. Выбегают из класса и выкрикивают:
— До свидания, Артур Рамилевич!
— До свидания, да-да, — тихо бормотал учитель.
Новенький выходил последним, обернувшись на учителя. Тот уже занимался своими делами, перебирая материал. Ученик кивнул сам себе и вышел из кабинета.
На улице раздавались радостные крики учеников, у которых закончился учебный день. Доносились сигналы машин, стоящих в пробке. Погода была теплая, но поддувал легкий ветерок, залетающий в окна кабинетов, сметая документацию со столов преподавателей.
Пару минут назад прозвенел звонок с последнего урока и все ученики выбежали из класса. Артур разложил все учебники и материал по стопкам, выключил компьютер и подошел к шкафу. Забрав оттуда куртку, он взял связку ключей со стола, как в дверь постучали.
— Войдите.
— А-а-ам... Здравствуйте еще раз, — в кабинет зашел тот самый парень.
— Здравствуй, ты что-то хотел? — похолодел историк и подтолкнул ученика к сути.
— Ага, да, я не представился, — быстро начал проговаривать новенький. — И хотел занести вам документацию с оценками и материалом за мои прошлые года обучения. Кстати, Владлен Громов.
— Приятно познакомиться, Владлен, — ответил учитель и протянул руку. — Давай сюда бумаги.
Громов протянул папку и Артур положил ее на стол — разберет завтра. Ученик явно не хотел уходить и учитель, развернувшись лицом к парню, спросил напрямую:
— Ты что-то еще хотел?
— Знаете, Вы мне сразу понравились, — ни с того, ни с сего начал Владлен. — Такой высокий, статный, вежливый…
С каждым словом он приближался к Артуру все ближе и ближе, пока между ними не остались жалкие пара сантиметров. Отпрянуть учителю было некуда, его окружали стены и стол.
Владлен был ниже учителя всего на полголовы, и это не мешало ему говорить и стоять с учителем на равных.
Его дыхание опаляло кожу и учитель немного сжался под пристальным взглядом голубо-серых глаз.
— Что Вы хот...? — неуверенно начал учитель, как только был заткнут требовательным, но в тоже время нежным и кратким поцелуем.
Артур опешил от такой наглости и хотел оттолкнуть ученика, или не хотел? — пролетела непрошенная мысль. К счастью, Владлен отстранился сам, и выдохнул прямо в губы шокированному учителю:
— Прошу вас подумать над моими словами, — тут же отойдя на пару шагов, естественно улыбнулся светловолосый. — И хорошего вам вечера, до свидания.
Как только за Громовым захлопнулась дверь, учитель грохнулся на ближайшую парту, закрыв лицо ладонями.
Как он вернулся домой, Артур помнил смутно. Вот он уже поднимается на этаж с ключами в руке, но мысли у него текут совсем в другом направлении:
"Зачем?", "я ему нравлюсь?", "это отвратительно", "но мне понравилось", "стоп, что?".
Поворачивая ключ в двери, он остановился от последней мысли. Ну нет. Это не так. Быстро открыв дверь, мужчина залетает в квартиру, стягивая с себя всю одежду и заваливается на кровать. Голова пухла от количества рассуждений, мысли терялись, сознание уплывало в сон.
***
Вот он снова стоит у доски и объясняет материал. Звенит звонок, ученики вскакивают со стульев и запихивают учебники и пеналы в сумки, вылетают из класса. Только один ученик не спешил. Он оставил рюкзак на парте и подошел к учителю, стоявшему у доски. Шаг за шагом ученик сокращал расстояние. Артур как раз развернулся спиной к доске и вдруг… Все разом смешалось: Владлен прижался к нему, вызывая дрожь и вдавливая учителя в стену, ладони скользили по его груди и животу под рубашкой, а сам учитель истории терзал податливые губы ученика. Проснулся он в холодном поту, тело сводило в мучительном возбуждении, а разум, мгновенно протрезвев, накрыл ненужными моментами, прокручивая сон несколько раз. Артур свесил ноги с кровати и посмотрел на часы: 6:37. Всё равно пора вставать. Уже в душе, стоя под прохладными струями воды, Артур мысленно твердил себе: "Это ненормально, так не должно быть", но Владлен из сна все еще стоял перед глазами, растрепанный, возбужденный, до безумия… желанный? Всю оставшуюся неделю учитель старался максимально исключить пересечение с учеником и в коридорах, и в классе. Артур часто сидел в своих мыслях и не часто реагировал на происходящее в школе. "Артур, Вы с нами?", "Артур Рамилевич, продолжайте…", "Артур, вы слышите нас?" — малая часть того, что ему приходилось слышать за эту неделю. Что касается размышлений, он постоянно вспоминал сон и задавал себе множество вопросов, ответы на которые он не очень то хотел слышать. Историк игнорировал ученика, пытался не встречаться глазами на уроках, так как при взгляде на Громова сердце начинало отплясывать лезгинку, руки трястись, а глаза бесстыдно изучать каждую мелочь во внешности Владлена. Это. Был. Персональный. Ад. Учитель признавал, что ученик привлекателен, но для дальнейших размышлений он останавливал поток мыслей. Лишь бы не думать о худшем. Ведь он не гей.
