Кадмейская Победа | Cadmean Victory Remastered

Гет
Перевод
NC-17
В процессе
408
переводчик
Verruckt_Lenz бета
Автор оригинала: Оригинал:
https://www.fanfiction.net/s/13720575/1/A-Cadmean-Victory-Remastered
Размер:
планируется Макси, написана 341 страница, 38 частей
Описание:
Побег Питера Петтигрю оставил глубокую рану в душе Мальчика-Который-Выжил, сыграв решающую роль на формировании его личности. Наступает новый учебный год, в Хогвартсе проводится Турнир Трёх Волшебников, у Гарри появляется шанс на спокойный четвёртый курс, потраченный на самосовершенствование. Однако, понятия Гарри Поттер и год без приключений несовместимы друг с другом. Уже более взрослый, зрелый и тёмный Гарри, несущий в себе следы одиннадцати лет полного одиночества возвращается в Хогвартс.
Посвящение:
Посвящается здравому смыслу, любителям циничного Гарри, а также некоему Расику.
Примечания переводчика:
Все права соблюдены: https://drive.google.com/file/d/1yh11Dqruke7--MD64aDai-KUlnIp43n1/view?usp=sharing
**Поддержать переводчика:**
MasterCard: 5375414126155547
Не забывайте поддерживать перевод лайками и комментариями.
**Эпиграф:**
От бескорыстного мальчика, вытащившего Философский камень из зеркала Еиналеж, до жестокого, тёмного мага, идущего по головам своих врагов ради своей цели и не оставляющего свидетелей своих преступлений в живых. Здесь нет розовых пони и фей, зато имеется циничный Гарри, сумевший побороть комплекс героя. К курсу так шестому...
**Предупреждения:**
**(!)** Не дамбигад. Не уизлигад.
**(!)** Главы в оригинале выходят каждые 4 дня. Главы на русском будут выходить каждые 3-5 дней.
**(!)** Курсивом веделяются мысли Гарри/Флёр.
**(!)** Жирным шрифтом выделяется парселтанг и формулы заклятий.
**(!)** Флёр материться на французском.
**(!)** Переводчик позволяет себе вольности.
**(!)** Кадмейская победа — победа, доставшаяся слишком дорогой ценой; победа, равносильная поражению.
Публикация на других ресурсах:
Разрешено только в виде ссылки
Награды от читателей:
408 Нравится 157 Отзывы 165 В сборник Скачать

Глава 12. Возрождение.

Настройки текста
      Осколки его первой палочки из остролиста и пера феникса были разбросаны по столу Салазара. Гарри провел по ним кончиком пальца. Холодное, гладкое дерево перекатывалось под его пальцем.       — Они сломали твою палочку, — прошипел Салазар. — Нанеси ответный удар! Забери у них то, что они забрали у тебя! — волшебная палочка Слизерина извергла поток серебряных искр. Его змея встала на дыбы и обнажила клыки. — Волшебная палочка — это часть тебя. С таким же успехом они могли бы отрезать кусок от твоей плоти!       — Я не собираюсь возвращаться. Я никогда туда не вернусь.       Салазар глубоко вздохнул.       — Возможно, это разумно. У меня всегда был вспыльчивый характер и склонность видеть, как другие страдают от боли, которую они причинили мне. Месть — это Уроборос*, она нескончаемая и всепожирающая.       Мне надоело им доверять, вот и вся моя месть.       — Узы за узы. Дружба, которой они дорожили — уничтожена, также, как и твоя палочка. Полагаю, это справедливо.       — Ты сказал, что мне понадобятся друзья.       — Слабые существа охотятся стаями, чтобы поймать более сильную добычу, — сказал Салазар. — Ты был слаб, стремясь стать могущественным. Это уже не так, и ты продолжаешь расти. Есть ещё много волшебников и ведьм сильнее тебя, но лишь немногие здесь, в Хогвартсе, могут угрожать тебе, Гарри. Даже если ты будешь стоять против них один.       — Я был одним, — Гарри уставился в пыльный угол потолка. — Я очень долго был один, прежде чем попал в Хогвартс. Я не хочу возвращать эти тёмные времена.       Зелёные глаза Салазара смягчились.       — И я тоже. Я нашел себе равных, которые меня понимали. Я построил эту школу с ними, помимо того я бы не имел потомков, если бы не нашёл того, с кем смог провести всю свою жизнь. Ты ничем не будешь отличаться.       — Мне нужна волшебная палочка, — пробормотал Гарри.       — Знаю, — Салазар одарил Гарри легкой, нежной улыбкой. — Думай об этом не как о замене твоей старой палочки и её связи, а как о создании новой связи сильного волшебника, которым ты однажды станешь.       — Вы меняли палочку?       — Дважды. Один раз из-за моей собственной глупости и один раз в такой же ситуации, как и у тебя, — Салазар печально посмотрел на остатки волшебной палочки Гарри. — Я сжёг свою палочку, чтобы сделать новую, но, может быть, тебе стоит отнести осколки тому, кто хорошо делает волшебные палочки, и спросить о том, что можно сделать? Возможно, ты сумеешь сохранить при себе отголосок своего прежнего инструмента.       — Олливандер, — пробормотал Гарри.       — Кто?       — Имя лучшего мастера волшебных палочек, которого я знаю — Олливандер.       — Я знаю эту фамилию, — сказал Салазар. — Они делают волшебные палочки дольше, чем существует Хогвартс. Моя последняя волшебная палочка была создана руками одного из членов этой семьи.       — Мне придется пойти в Косой переулок.       — Иди сейчас. Турнир, должно быть, скоро начнется.       Гарри коротко рассмеялся.       — Церемония взвешивания палочек состоится завтра.       — Так что иди сейчас. Ты можешь аппарировать. Ничто тебя не остановит. Иди. И возьми с собой пузырек с ядом василиска. Мастер волшебных палочек — алхимик. Этот Олливандер оценит дар такого редкого вещества.       Гарри обошел свой чемодан и взял со стола один из пузырьков.       — Возьми осколки, Гарри, — пробормотал Салазар. — Об этом стоит спросить, даже если это ни к чему не приведёт. Главное не возвращайся без волшебной палочки. У тебя нет времени ждать.       Гарри подобрал каждый осколок и положил его в свою ладонь. Он глубоко вздохнул, а затем в дезориентирующем круговороте возник перед лавкой Олливандера.       Он похлопал себя по спине и оглядел себя. Ничего не пропало. Отлично.       Гарри вошел в магазин.       — Мистер Поттер, — Олливандер появился из-за шатающейся груды коробок с волшебными палочками. — Из всех людей, которые могли переступить порог магазина, я больше всего не ожидал увидеть именно вас.       — Мистер Олливандер, — тот отодвинул Гарри с дороги, когда обошёл стол.       — Я помню, как продал вам вашу волшебную палочку, мистер Поттер. Даже если я забуду каждое своё творение и кого оно выбрало, то ваша палочка будет последним из моих творений, которое исчезнет из моей памяти. Остролист. Гибкая палочка, одиннадцать дюймов.       — Уже нет, — Гарри высыпал щепки на стол. Яркие малиновые бусины рассыпались по его ладони, когда он стряхнул их с руки.       Светлые глаза Олливандера затуманились.       — Это ужасно, мистер Поттер, быть свидетелем гибели первой палочки. Это, однако, объясняет, почему вы пришли сюда, — он указал длинным пальцем на пузырек, торчащий из кармана Гарри. — Это яд василиска, мистер Поттер?       Гарри протянул ему пузырек.       — Так оно и есть.       — Я не собираюсь спрашивать, как вы его добыли, мистер Поттер. До меня дошли слухи о событиях вашего второго года обучения. Я не собираюсь спрашивать, как вы оказались здесь, когда вы должны быть далеко. Я лишь спрошу: вы точно уверены?       Гарри моргнул.       — Что?       Я что-то пропустил?       — Когда волшебник или ведьма приносят мне волшебную субстанцию, чтобы сделать из неё волшебную палочку, как это делают некоторые из самых преданных традициям, я всегда спрашиваю, уверены ли они. Не очень хорошо понимающем в создании волшебных палочек человеку, нелегко принять правильное решение. Мы проверим, на всякий случай, — Олливандер поспешил в заднюю часть магазина и вернулся с чем-то вроде пары серебряных весов. — Немного крови, пожалуйста, мистер Поттер. Даю вам слово мастера по изготовлению волшебных палочек, я больше ничего не собираюсь делать с ней.       Гарри протянул ему руку.       Олливандер уколол палец, потом сжал его. Одна — единственная капля упала в одну из крошечных серебряных чаш. Он поставил его на стол, затем открутил пробирку и вылил одну каплю яда в другую чашу.       — Яд василиска будет нелегко использовать в качестве сердцевины волшебной палочки, мистер Поттер. Яд пожирает всё живое, даже самую сильную древесину. Однако есть способы противостоять этому. Алхимия — важный предмет для мастера волшебных палочек.       Гарри смотрел, как Олливандер парит над маленькими весами, постукивая по ним своей длинной, тонкой, белой волшебной палочкой каждые несколько секунд, бормоча что-то себе под нос.       — Кровь — очень мощная магическая субстанция, как известно всем волшебникам. Легко проверить, насколько сильна связь вашей магии с веществом, если у вас есть правильные инструменты и опыт, — Олливандер убрал палочку. — Чем ярче синий цвет, тем сильнее связь.       Гарри указал на разбросанные по столу щепки. Тонкая золотая прядь торчала из одного из них, как струна пламени.       — Я надеялся, что мне не понадобится новая палочка. Я собрал каждую щепочку старой.       Весы загорелись ярко-голубым светом.       Вот это удача.       — Мистер Поттер, — светлые глаза Олливандера сфокусировались на точке где-то между ушами Гарри. — Если бы я не знал вас лучше, я бы предположил, что вы являетесь претендентом на мою роль главного британского мастера волшебных палочек.       Гарри поднял бровь. Я определенно что-то упускаю.       — Не скромничайте, мистер Поттер, — Олливандер улыбнулся, обнажив кривые, белые зубы. — Мы оба знаем, что яд василиска полностью растворяет органические вещества. Вы не можете забрести в мой магазин с таким веществом, неся куски вашей старой палочки, и попросить новую палочку, которая будет не совсем новая, а затем ожидать, что я не пойму вашего намёка, — он смахнул обломки бывшей волшебной палочки Гарри в сложенную чашечкой ладонь. — Возможно, это не столько уничтожение палочки-партнера, сколько её возрождение. Это очень подходит для сердцевины.       Олливандер крепко взял Гарри за плечо и повел его в заднюю часть магазина. Под высокими полками с коробками для волшебных палочек скрывалась небольшая ремесленная зона.       Он растянул пространство. Гарри мысленно прикинул размеры задней части магазина. Здесь всё в три раза больше, чем кажется снаружи.       — Я, конечно, реализую вашу идею, она гениальна. Я слышал, что Грегорович однажды пытался сделать нечто подобное. Его усилия не увенчались успехом, но я чувствую, что это сработает, а когда речь заходит о волшебных палочках, мистер Поттер, чувства — это главное.       Гарри наблюдал, как Олливандер изучает каждый кусочек старой палочки с пером феникса с помощью большой увеличительной линзы. Он вставил их в пузырек с ядом, с помощью серебряного пинцета. Крошечные струйки серебряных пузырьков поднимались вверх, пока не исчезли нити перьев.       — Ваш палец, мистер Поттер, — Олливандер положил ту же пару серебряных чешуек на стол рядом с ядом василиска и воткнул тонкую серебряную иглу в подушечку указательного пальца Гарри.       Гарри нахмурился, почувствовав укол боли, и капнул на весы немного крови. Олливандер капнул на весы яд, который теперь содержал в себе сердцевину старой волшебной палочки Гарри, и уставился на них так, словно в их блестящей поверхности отражался смысл жизни.       Ярко-голубая вспышка ударила Гарри в глаза.       — Прекрасно, — прошептал Олливандер. — Ваша магия, кажется, особенно хорошо реагирует на текучее ядро, мистер Поттер. Как будто его магия течёт внутри вас. Может быть, это следствие некоторых запрещённых ритуалов?       Гарри встретился взглядом с его бледными глазами, мысленно представляя себе круг тёмных чернил на белом пергаменте.       — Не бойтесь, мистер Поттер. Министерство не одобряет многие вещи, которые, по его мнению, могут не соответствовать его политике или пропаганде. Я не сомневаюсь, что если бы они не хотели иметь палочки, то назвали бы многие из моих методов тёмными. Вы не услышите от меня никакого осуждения. Единственный вопрос, который у меня к вам есть — из какого дерева должна быть ваша палочка?       Олливандер вытер серебряные весы черной тряпкой и отложил их в сторону. Кусок пергамента, покрытый тонкими полосками дерева, плавно опустился на стол перед ними.       — Я не знаю, — ответил Гарри. — Опять остролист?       — Возможно, — пробормотал Олливандер. Он протянул длинный палец к руке Гарри. — В третий раз, если позволите, мистер Поттер. На этот раз кровь не понадобится. Вы почувствуете тепло от дерева, которое лучше всего подходит вам.       Гарри посмотрел на пергамент.       — Остролист. Дуб. Ясень. Боярышник. Тут больше видов деревьев, чем я знаю.       Олливандер схватил Гарри за руку и прижал указательный палец к полоске остролиста. Кожа Олливандера была такой же прохладной, мягкой и бумажной, как и потрепанные страницы старых книг Салазара.       Кусок дерева на ощупь был не теплее кожи Гарри.       — Чувствуете что-нибудь, мистер Поттер?       Гарри отрицательно покачал головой.       — Вроде нет. Не уверен.       — Если вы не уверены, то это не может быть остролист, — серые глаза Олливандера скользнули по пергаменту. Он прижал палец Гарри к самому темному куску дерева. — Может быть, вот этот.       Жар пронзил кончик пальца Гарри. Он отшатнулся.       Олливандер улыбнулся.       — Чёрное дерево, мистер Поттер. Не так уж далеко от остролиста, знаете ли. Оба дерева символизируют защиту, но там, где остролист ассоциируется с жертвоприношением, чёрное дерево ассоциируется с силой.       Рулетка, которую Гарри помнил с прошлого раза, пронеслась по книжному шкафу и начала мерять его. Она щелкала и жужжала, кружась вокруг него, измеряя, казалось, каждый дюйм его тела.       — Одиннадцать с половиной, — сказал Олливандер. — Лучше всего быть как можно более точным и тщательным с палочкой такого потенциала.       Гарри улыбнулся.       — Благодарю вас, мистер Олливандер.       Белые кривые зубы Олливандера блеснули в ответ.       — Эту часть, мистер Поттер, вы не можете засвидетельствовать, несмотря на всю остроумность вашей идеи. У всех создателей волшебных палочек должны быть свои секреты, — он схватил флакон со стола и исчез среди полок, бормоча что-то себе под нос.       Легкая дрожь пробежала по телу Гарри. Я только что стал свидетелем того, чего не видел почти никто из тех, кто приходил сюда.       Гарри наклонился над столом и прочитал надписи на крышке коробки. Яркий, сверхъестественный свет мерцал где-то в дальнем конце задней комнаты магазина.       Салазар будет в восторге, что моя новая палочка без пера феникса. Он усмехнулся и покачал головой. Интересно, был ли у этой дряхлой картины такой же спор с Томом Риддлом?       — Я не спешил, — Олливандер появился из-за груды коробок с волшебными палочками. Его резкому появлению может позавидовать любой призрак. — Я бы никогда не стал в спешке делать палочку, не говоря уже о такой.       Блять. Гарри стиснул зубы, пока лед не исчез из его вен, а сердцебиение не успокоилось. Как можно так пугать?       — Черное дерево с пером феникса, поглощённым ядом василиска. Тонкая палочка, но очень сильная и эмоциональная. Эта палочка отлично справится с тем, во что вы вложите своё сердце, — Олливандер дал Гарри тонкую, длинную коробочку, точно такую же, как и три года назад.       Внутри лежал длинный, тёмный кусок дерева. Тепло хлынуло из его ладони к плечу, когда он коснулся палочки.       — Продолжай, мой мальчик, — прошептал Олливандер. — Помашите ей рукой.       Гарри нарисовал в воздухе круг.       Еще одна волна тепла накрыла его с головы до ног. Замысловатые узоры инея расходились по полу от его ног.       Гарри ухмыльнулся.       — Она великолепна.       — Возрождение волшебной палочки, мистер Поттер, — пробормотал Олливандер. — Прекрасное событие. Никогда не думал, что я стану его свидетелем. Осмелюсь сказать, что никогда больше не сделаю такой волшебной палочки.       — Я не могу дать вам достаточно, чтобы компенсировать это, мистер Олливандер, — сказал Гарри.       Олливандер отрицательно покачал головой.       — Мои палочки стоят семь галеонов, мистер Поттер, не больше, не меньше. Я бы отдал вам её бесплатно, если бы чёрное дерево не было таким дорогим. Скорее всего, у меня никогда больше не будет возможности создать такую палочку. Яд, который вы принесли, стоит столько золота, что на него можно купить все волшебные палочки в этом магазине.       Там много волшебных палочек… и золота. Гарри окинул взглядом башни из коробок, пока искал в своей мантии нужное количество монет.       Олливандер спрятал галеоны.       — Я не запятнал эту палочку, добавив к ней грубую следилку Министерства. Вы понимаете, о чем я говорю, мистер Поттер?       — Понимаю. Благодарю вас.       Больше никаких ограничений на колдовство несовершенолетних. Улыбка Гарри стала тонкой и холодной. Дурсли будут в восторге от будущего лета.       — Отблагодарите меня, поспешив туда, где вы должны быть, и испробовав несколько заклинаний, прежде чем я увижу свою работу на завтрашней церемонии взвешивания палочек, — Олливандер рассмеялся мягким сухим смешком. — А кто ещё мог бы провести подобную церемонию?       — Я определенно не могу придумать никого лучше.       — Вы слишком добры, мистер Поттер, — Олливандер проводил его обратно в магазин и выпроводил за дверь. — Будьте осторожны, мистер Поттер. Это долгий путь для любого человека, чтобы аппарировать, даже для такой чрезвычайной ситуации, как эта.       Гарри глубоко вздохнул и представил Тайную комнату, пока не оказался перед Салазаром.       — Чёрт, — он ткнул пальцем в мягкую кожу там, где должен был быть ноготь большого пальца левой руки. — Ну, это лучше, чем лишиться всего пальца.       — Ноготь отрастёт снова, — сказал Салазар. — Это хорошая жертва за волшебную палочку. — Ты ведь купил волшебную палочку? — Салазар пристально посмотрел на него. Его змея скользнула вверх по голове Салазара и тоже уставилась на Гарри. — Ну что?       — Чёрное дерево, одиннадцать с половиной дюймов. Моё старое перо феникса растворилось в яде василиска, который является моей сердцевиной.       — Он растворил в яде ядро твоей старой палочки, и оно сработало как новая сердцевина? — Салазар погладил подбородок. — Весьма интригующе.       — Он проверил, совместима ли моя магия с ядом, а затем с ядом, в котором была растворена моя старая сердцевина. Подошло, — Гарри улыбнулся. — Он думал, что это то, чего я хотел с самого начала. Мне, наверное, повезло, что он додумался до этого.       — Вынеси меня наружу и сделай что-нибудь, — настаивал Салазар. — Я хочу посмотреть, — он выпрямился и снял змею с головы. — Я имею в виду, что это хорошая идея — как можно быстрее освоиться с новой палочкой.       Гарри спрятал улыбку, когда нес картину через мост.       — Reducto, — он резко взмахнул палочкой.       Его магия рванула вперед, как нетерпеливый щенок, текучая, как вода, но аккуратная и тонкая, как чернила с кончика пера. Вспышка красного света превратила одну из статуй в мелкий порошок.       Салазар вздохнул.       — Перестань уничтожать эту прекрасную комнату.       — Я сейчас все исправлю, — Гарри взмахнул палочкой в сторону пыли, и статуя змеи снова стала прежней. — Ты говоришь, как старая домохозяйка.       Салазар скрестил руки на груди.       — Я Салазар Слизерин, один из величайших магов, когда-либо ходивших по миру. Я не похож на старую домохозяйку.       — Ну, если ты так говоришь.       Салазар фыркнул.       — Ну и как тебе палочка?       — Она не сильнее прежней, но кажется приятней на ощупь. Как будто я всё это время рисовал пальцем только для того, чтобы наконец взять самую лучшую кисть в мире.       — Значит, она удобнее?       — Олливандер говорил что-то о том, что в моей крови течёт магия схожая на материал палочки и, из-за этого, у меня хорошая реакция на жидкую сердцевину, — сказал Гарри. — Он сказал, что если вся моя магия будет основана на эмоциях, то заклинания будут выходить намного сильнее.       — Я никогда не видел жидкой сердцевины. Предполагаю, что её очень трудно создать, не сделав палочку хрупкой. Какая жалость, что я не могу испытать твою, — Салазар испустил долгий вздох. — Попробуй дезиллюминационные чары, это будет лучшей проверкой твоего контроля.       Гарри покрутил палочкой над собой и прищурился.       — По-моему лучше.       — Да, — ответил Салазар. — Теперь твои движения почти не видно, даже быстрые. Немного практики — и тебя практически не заметят.       Гарри сунул свою новую палочку в рукав. Маленькими порывами и толчками тепло омывало его руку.       — Не убирай её пока, — проворчал Салазар. — Сделай с ней что-нибудь достойное её! Проверь пределы своих возможностей. Попробуй создать василиска, которого ты показал мне в первый раз, когда нес меня сюда.       Гарри усмехнулся и позволил своей палочке скользнуть в его руку. Тепло вибрировало в его пальцах, как тёплый летний ветер в листве. Он представил себе змею, поднимающуюся из воды, и взмахнул волшебной палочкой.       Каждая капля жидкости поднялась в воздух. Заколдованная змея взмыла в воздух над мостом, свернувшись клубком, с пастью, готовой кого-нибудь съесть. Размер созданной змеи никак не отличался от трупа василиска.       Глубокая, пульсирующая боль пронзила конечности Гарри. Он сопротивлялся ей ещё с минуту, затем он сделал выпад палочкой.       Заколдованный василиск ударился о стену комнаты, как агрессивное цунами.       — Это было достаточно захватывающе, — Гарри поморщился, когда усталость проникла в его кости. — Но всё же это отняло у меня очень много сил.       — Очень, — глаза Салазара сверкнули. — Ты превосходно управляешься с этой палочкой. Ты больше не тратишь так много своих сил. Ты станешь очень могущественным волшебником, когда достигнешь совершеннолетия, Гарри.       — Для этого мне нужно дожить до семнадцати, — пробормотал Гарри       Салазар хихикнул.        — Турнир Трех Волшебников ещё не видел такого волшебника, как ты. Надеюсь одним из испытаний будет дуэль. Ты гораздо более многообещающий наследник, чем был Том. Он был утонченным и очень сосредоточенным, но ему не хватало твоей природной силы. Он, должно быть, совершил много ритуалов после того, как покинул это место, чтобы боялись произносить его имя.       — Я боюсь, что вы преувеличиваете.       — Я не лгу. Том был невероятно талантлив и очень силен, но и ты тоже. Ты будешь настоящим наследником Слизерина, моим наследником, и я верю, что ты превзойдешь его.       — Постараюсь, — съязвил Гарри. — Он всё равно не оставит меня в покое.       Салазар полировал ногти о свою мантию.       — Куда теперь, обратно в гостиную?       Гарри напрягся.       — Я же сказал, что никогда туда не вернусь. Я серьезно.       — Должно быть, есть кто-нибудь из Гриффиндора, кто тебя всё ещё поддерживает?       — Я подожду, пока они сами придут ко мне, — ответил Гарри. — В ближайшее время я точно не вернусь в гриффиндорскую башню.       — А где ты будешь спать? Мне нравится твоё общество, Гарри, но здесь холодно, даже в кабинете.       — В Выручай-комнате разумеется.       — О, да иди в эту свою Выручай-комнату, почему бы и нет, — проворчал Салазар.       Гарри усмехнулся.       — Повешу тебя на стену и пойду за едой. Я ничего не ел со вчерашнего обеда, и большая часть еды оказалась здесь, на полу, когда я пытался аппарировать.       — Прекрасно, — пробормотал Салазар. — Но я хочу ещё раз увидеть тебя перед первым заданием. У меня есть несколько вещей, которым я должен начать учить тебя. Это моя специальность.       — Магия крови и окклюменция? — Гарри поднял бровь. — Я не могу использовать их на турнире, не вызывая вопросов, и, ну, я не хочу идти по стопам Тома Риддла, если смогу этого избежать.       — Это не зло, — вздохнул Салазар. — Я вижу, у тебя всё ещё есть кое-какие предубеждения. Если это тебя успокоит, то самое лучшее, что я создавал с помощью Магии крови — это парселтанг, на котором ты можешь говорить. На самом деле языка змей не существует. Я объясню тебе всё как следует, когда начну тебя учить. Тогда тебе всё станет понятно.       Гарри повесил его обратно на стену над входом в кабинет.       — Сначала, я думаю, надо что-нибудь полезное для турнира.       Салазар одарил его злобной усмешкой.       — Если ты преуспеешь в изучении искусства, в котором наследник Слизерина должен быть выше любого на голову, то я расскажу тебе, как снять антилевитационное чары с этой картины.       Гарри улыбнулся.       — Ну как же я могу отказаться от такой безграничной щедрости? — он вышел из комнаты под гулкий смех Салазара.       В Большом зале царила неспешная, спокойная атмосфера. По бледно-голубому небу плыли серые осенние облака.       Гарри сел в конце Гриффиндорского стола и положил себе немного холодного цыпленка.       — Я слышал, что твоя палочка сломалась, Поттер, — Малфой подошел к столу с уродливой ухмылкой на бледном лице.       Крэбб и Гойл хмыкнули и хрустнули костяшками пальцев, нависая над узкими плечами Малфоя.       Гарри натянул на губы свою лучшую ухмылку.       — Я вижу, ты последовал моему совету, Малфой. Ты никогда не должен выходить из гостинной факультета без своей охраны.       — Я не забыл этого оскорбления, Поттер, а теперь у тебя нет ни волшебной палочки, ни друзей…       Веснушчатая рука опустилась на плечо Гарри.       — Я бы так не сказал.       Вторая веснушчатая рука опустилась ему на другое плечо.       — У него так же много друзей, как и у тебя сейчас. Беги, Драко, беги.       — После всего того мусора, через который ты протащил своё имя, ты всё ещё не можешь избавиться от предателей крови, это жалко, — Малфой с важным видом удалился, Крэбб и Гойл потащились за ним. По-моему, я никогда не слышал, чтобы они вообще разговаривали.       — Итак, Гаррикинс, — близнецы уселись по обе стороны от него, подталкивая его ближе к краю. — Мы слышали, что у вас была стычка с некоторыми из наших коллег-гриффиндорцев.       — Нам очень жаль и Джинни тоже…       — …но не так сильно, как Рону, после того, как наша младшая сестрёнка разобралась с ним, Джордж. Она немного прокляла его, что ему пришлось лечь в Больничное крыло.       — Он все ещё там, Фред.       — Это был первый раз, когда я видел, как Снейп даёт очки Гриффиндору, Джордж.       Близнецы снова сосредоточились на Гарри.       — Так или иначе, мы просто зашли сказать, что работаем над Анжелиной и Алисией. Это будет ещё долго, Анджелина всё ещё злится на тебя, а Алисия всегда следует её примеру, но Кэти нам помогает.       Она чего-то хочет от меня. Мысли Гарри вырвались из глубины его сознания ровным, спокойным голосом Риддла. У нас хорошие отношение друг с другом, но мы не так близки.       — Нам всё равно надо держаться на расстоянии, — Джордж, а может быть, Фред, стащил кусок цыпленка и ухмыльнулся. — Но не так сильно, как раньше. В любом случае, не беспокойся о таких слизняках, как Малфой.       — Он, наверное, больше переживает из-за того, что ему придётся участвовать в Турнире без волшебной палочки, Фред.       — У меня есть волшебная палочка. Впрочем, спасибо.       Они повернули головы друг к другу.       — Откуда у тебя волшебная палочка, Гаррикинс?       — От мастера по изготовлению волшебных палочек, разумеется.       — Гаррикинс становится умнее, Джордж.       — Нам лучше быть поосторожнее, Фред.       Гарри заметил высокую тёмноволосую фигуру Анжелины, дрейфующую в дальнем конце зала.       — Анжелина идёт, так что будьте осторожны.       Фред улыбнулся и поднял вверх оба больших пальца.       — Спасибо за предупреждение.       — Очень мило с твоей стороны, — сказал Джордж. — Эта ссора с Анжелиной не продлится слишком долго, мы сможем тебе помочь. Гриффиндор будет с тобой, как и положено.       Фред наклонился вперед.       — Извини за ожидание, Гаррикинс, но все хорошо, что хорошо кончается.
Примечания:
* Оригинальное название главы - Renaissance.

* Renaissance - историческая эпоха.

* Уроборос - свернувшийся в кольцо змей или дракон, кусающий себя за хвост. Является одним из древнейших символов, известных человечеству, точное происхождение которого - исторический период и конкретную культуру - установить невозможно.

Этот символ имеет множество различных значений. Наиболее распространённая трактовка описывает его как репрезентацию вечности и бесконечности, в особенности - циклической природы жизни: чередования созидания и разрушения, жизни и смерти, постоянного перерождения и гибели. Символ уробороса имеет богатую историю использования в религии, магии, алхимии, мифологии и психологии. Одним из его аналогов является свастика - оба этих древних символа означают движение космоса.

Выглядит, как змея пожирающая себя.
По желанию автора, комментировать могут только зарегистрированные пользователи.
© 2009-2021 Книга Фанфиков
support@ficbook.net
Способы оплаты