бедная юность.

      Глупо было надеяться, что блондин отстанет сразу же после своего неудачного извинения. Однако, Киеми искренне надеялся, что Мия действительно отвалит. Почему он просто не может пропустить все это мимо ушей? Почему он не может послать Сакусу также, как и все другие? Он уже принес Сакусе достаточно боли, так почему он не может просто заткнуться? Брюнет не может понять: так сложно заткнуться, если тебя об этом попросили?       — Чертов Мия… — Киеми кладет руки в карманы и хмурится, несколько раздраженно вздыхает. Он хочет побыстрее свалить отсюда, а лучше вообще перепоступить в другой ВУЗ, лишь бы не видеть это нахальное лицо блондина, который буквально сживает брюнета с этого света.       — Киеми…       — Заткнись, Комори, — Сакуса сразу же перебивает кузена и сворачивает в сторону нужной аудитории. Действительно, не стоило ему приходить туда, лишь время потерял и испортил себе и так ужасное настроение. Хорошая работа, Киеми, нечего сказать.       Мотоя лишь тяжело вздыхает и наблюдает, как Сакуса удаляется по коридору. Он не знает кто прав: с одной стороны хочется быть на стороне брата, но с другой — сердце тянется к возлюбленному. Комори тяжело вздыхает и направляется в кофейню рядом с консерваторией. Мие всегда там нравился кофе и булочки с клубникой. На самом деле, гитарист даже не удивится, если увидит Атсуму в этой кофейне. Ему просто уже больше некуда идти: после выговора деканата, блондин перестал пить в учебное время, а больше каких-то интересных заведений рядом и нет.       Он не сразу понимает, почему Атсуму после какого-то одного сообщения резко побежал вниз, а потом замечает его на парковочной площадке: он стоит в окружении нескольких телохранителей, рядом с черным затонированным BMW. Взгляд его направлен на говорящего, а руки чуть сжимаются в кулаки.       — Мне не нужен полный отчет, идиот, — буквально выплевывает Мия, — Вы заметили, кто это был? Если да — найти и привести в полицию, либо убить. Вам за что отец платит? Блондин садится в машину и фыркает. Его брат, сидящий внутри машины, тихо смеется.       — Тебе смешно, Саму? А мне — нет, — старший близнец осматривает рану на руке близнеца, а после достает аптечку из бардачка BMW, — Я же тебе говорил: будь осторожнее.       — Ну, знаешь, я просил отца дать мне пистолет, но он сказал, что все безопасно, — Осаму пожимает плечами, а после тихо шипит, когда пинцет осторожно вытаскивает пулю из раны, — Ты уж прости, но я не хотел ехать в больницу, а потому пришлось побеспокоить тебя.       — Хотя бы здесь ты молодец, — фыркает блондин, а после наливает на ватный диск перекись и осторожно промывает рану. Пулю он убрал в целлофановый пакетик и отложил на соседнее сиденье. Нужно будет потом операм ее отдать. Удивительно, но все многочисленные курсы по самообороне и первой помощи действительно пригодились, и Атсуму действительно рад, что не прогуливал их, — А почему он тебе не отдал пистолет? У нас же есть лицензии.       — Сказал, что у меня есть телохранители для этого, — младший зажимает диск на ране, пока старший достает еще один ватный диск и на него уже наливает немного йода.       — Эти идиоты, как видишь, нихрена не могут, — хмурится Атсуму, а Осаму лишь слабо улыбается, наблюдая за раздраженным братом. Для пепельноволосого вообще не новость, что блондин очень сильно волнуется за здоровье брата, а потому лучше никак не возмущаться, — Да и тем более, ты сам умеешь стрелять и защищать себя. Ты же не какая-то избалованная девушка в дорогом платье на 20-сантиметровых кблуках, не способная ничего сделать.       Атсуму тихо смеется.       — Только попробуй, Тсуму, — теперь уже фыркает Саму, пока старший вновь шутит у себя в голове и с этого же смеется.       — Давай нарядим тебя в платье? ~       Осаму закатывает глаза. Ну, кто бы, собственно, сомневался.       — Только в твоих мокрых снах, бра~атик, — в принципе, Осаму не лучше, а потому передразнивать брата — это его основное занятие.       — Атсуму-сан, — блондин лениво переводит взгляд на одного из телохранителей, — Там к Вам какой-то парень.       Блондин лениво выходит из машины, а после обращает внимание на подошедшего Мотою.       — Пропустите его, он безоружен, — блондин кивает на машину и усаживается обратно, а Комори садится рядом с Атсуму.       — Осаму? — Комори вскидывает бровь, а Атсуму наконец заканчивает бинтовать руку брата, несильно ударяя по ней.       — Осаму-я-не-могу-защитить-себя-Мия, — фыркает блондин и почти моментально получает несильный удар по макушке, — Я от своих слов не откажусь.       Пепельноволосый фыркает.       — Давно не виделись, Комори, — Осаму слабо улыбается и надевает рубашку обратно, пряча все следы того, что его подстрелили.       — Что произошло? — Комори смотрит на обоих близнецов по очереди, а те лишь выдают краткое «попытка убийства». Мотоя хочет еще что-то добавить, но находится в некотором шоке, ведь близнецы слишком спокойно сказали об этом.       — Ну, типа, скорее всего, пытались опять задеть отца, но слишком тупо было стрелять в руку, потому что таким его не напугать, — Осаму пожимает плечами.       — У нас есть пуля, есть примерное описание его лица, а потому опера быстро найдут его, а отец лишь скажет, что это детский сад, — Атсуму залипает в телефоне, а потом тихо зевает, — Саааму, как тебе это платье?       — Я тебе реально сейчас въебу, — Осаму фыркает, наблюдая за тем, как брат расплывается в довольной ухмылочке.       — Ты меня слишком любишь, — фыркает Атсуму.       — Да, надо тебя убить, — Комори лишь тихо посмеивается, пока оба близнеца начинают раздражать друг друга.       — К слову, Осаму, — Мотоя слабо заламывает себе пальцы — волнуется, — Мы можем поговорить наедине?       — Да, конечно, — пепельноволосый пожимает плечами, — Тсуму, свали отсюда. Блондин уже хотел возмутиться, но потом тихо фыркнул и все-таки вылез из машины, уходя в кофейню за кофе.       — Так что случилось? — Осаму вскидывает бровь, теперь окончательно поворачиваясь к гитаристу.       — В общем… Тут такое дело… Короче, я люблю Атсуму и хотел спросить, нет ли у него никого? Потому что будет достаточно неловко, если окажется, что у него кто-то есть, — Мотоя опускает взгляд в ноги и тяжело вздыхает. Что ж, теперь он рассказал об этом младшему близнецу, а потому велика вероятность, что он расскажет обо всем Атсуму.       — Гиблое это дело, — Осаму пожимает плечами, — Проблем не оберешься. Тсуму такой человек, у которого проблема на проблеме и это вскоре может тебя конкретно подзаебать, да и он слишком странно к этому всему относится. У него даже какая-то паранойя, что всем нужны только деньги отца. Но попробовать в принципе можешь, но если он разобьет тебе сердце — я предупреждал.       Комори тихо хмыкает. Замечательно, просто шикарно, и что теперь ему делать?       — В любом случае, спасибо тебе, Осаму, — кивает Мотоя.       — Не за что, я просто предупредил.       Комори выходит из машины и направляется в консерваторию. Слова Осаму здорово его напрягли: у Атсуму действительно какие-то странные замашки по поводу денег, да и из-за его "взрывной" натуры он всегда попадает в какие-нибудь неприятности. На самом деле, было достаточно обидно слышать, что Мотоя не выдержит проблем блондина, но, наверное, Осаму лучше знать, ведь это он живет семнадцать лет с этим парнем и знает, насколько все трудно.

      @kotoya: Киеми, предупреди профессоров, что я заболел и несколько дней не смогу появляться на парах.

      Мотоя достаточно быстро пишет кузену сообщение, а потом убирает телефон в карман. Гитара так и осталась в раздевалке, поэтому парень забегает в заведение, чтобы забрать ее, а после идет домой. Ему нужно все тщательно взвесить и обдумать. Наверное, лучше несколько дней вообще никак не пересекаться с блондином, чтобы трезво оценить ситуацию.