Посмотри мне в глаза

— Вы должны пройти с нами, — пристально смотря на Малфоя, произнёс аврор. — Если вы пришли сюда, значит, у вас есть веские доказательства думать так, не правда ли? — намекая на то, что у Министерства нет ничего против Драко, сказал слизеринец. — Мистер Малфой, я полагаю, что вам стоит пройти вместе с аврорами, — вмешалась директриса. Не сказав больше ни слова, Драко встал и дал забрать у себя палочку. — Позже мы свяжемся с вами, профессор МакГонагалл, — сказал один из авроров, прежде чем они увели Малфоя. Несколько минут Гермиона находилась в оцепенении. Только что перед ее глазами забрали Драко Малфоя. Она не знала, причастен он к нападению или нет, но была уверена, что вчера, после того, как она помогла ему, он не выходил из комнаты. Он чисто физически не мог участвовать во взрыве, потому что был не в состоянии, но Грейнджер не могла произнести этого в слух. В момент, когда авроры предъявляли слизеринцу обвинения, она просто застыла. Единственное, что Гермиона могла делать – это беззвучно наблюдать за происходящим. Девушка даже не заметила, как директриса беззвучно покинула Башню. Но стук в дверь прервал ее оцепенение. — Что, черт возьми, только что произошло? — спросил Рон, ворвавшись в комнату вместе с Гарри. — Да, Гермиона, мы слушаем. — Малфоя забрали авроры. По комнате прошёлся восторженный смешок, вырвавшийся из уст Уизли. — Хотел бы я это видеть, — произнёс Поттер через несколько секунд, пытаясь переварить информацию. — Как это было? — добавил рыжеволосый, — Он что-нибудь говорил? Пытался противостоять? Выглядел испуганным? — Ну знаешь, Рон, как думаешь, как бы ты выглядел, если бы к тебе в комнату пришли авроры и сказали, что подозревают тебя в чем-то? — съязвила гриффиндорка. Рон удивленно уставился на девушку, и в комнате повисла напряженная атмосфера. — Ладно, извини, это было просто неожиданно, как для меня, так и для него. — В любом случае, надеюсь, что этот хорёк получит по заслугам, — произнёс Гарри. — Да, почему бы потом нам не наведаться к Кингсли? — поддержал Уизли. — Хорошая идея, а что ты думаешь, Гермиона? — Я не хочу. Парни удивленно посмотрели на подругу. — Что-то не так? — поинтересовался Поттер, внимательно смотря на гриффиндорку. — Это прозвучит глупо, но вам не надоело? — Не надоело что? — переспросил Рон. — Все это. Все эти «приключения»! Да, возможно, когда-то это было весело, познавательно и так далее. Да, мы спасали мир и помогали всем, но это не значит, что мы должны жить этим. Ребят, очнитесь! Мы выпускники! Сейчас единственное, о чем мы должны думать – это учеба – будущее. А не гоняться за чем-то. — Но мы же золотая троица… — с грустью в голосе произнёс Гарри, опустив голову. — Время прошло. Мы больше не маленькие дети, которым нечем заняться. Лично я больше не хочу бегать туда сюда в попытке найти что-то. — Куда делась прежняя Гермиона, которую мы знали? — Выросла, Рон. Так что если вам интересно это, вы можете продолжать, можете становиться аврорами, если без этого жить не можете, но я пас. На пару секунд девушка остановила свою речь, чтобы вдохнуть побольше воздуха, и ее взгляд остановился на грустных лицах друзей. — Я устала, мне нужно отдохнуть. Ничего больше не говоря, гриффиндорка ушла в свою комнату.

***

Утром, сразу после того, как Гермиона проснулась, она поняла, что вчера сильно вспылила и наговорила ненужное. Да, то, что она сказала, было чистой правдой, но она бы не хотела озвучивать это вслух, потому что не хотела обижать своих друзей. Девушка решила, что сегодня же все исправит и поговорит с парнями. Но, как оказалось в последствии, это было сделать сложнее, чем она представляла. На завтраке гриффиндорка не смогла подобрать нужные слова, потом целый день они не пересекались. На днях должен был состояться матч по квиддичу, поэтому команды Слизерина и Гриффиндора упорно готовились к игре. Вся школа была ошарашена тем, что авроры пришли на территорию Хогвартса и забрали одного из учеников. Впервые за долгое время слизеринцы не вели себя так, будто ничего не происходит. Видимо, они были очень удивлены и находились в замешательстве. Пока что было неизвестно, что дальше будет с Малфоем. Освободят ли его, или состоится суд, который, скорее всего, ничем хорошим не закончится. Можно было только предполагать. Незаметно наступил следующий день, когда должен был состояться матч. Несмотря на огромное количество заданий, Гермиона хотела обязательно попасть на него, чтобы поддержать друзей, после чего извиниться за сказанные слова. И вот она уже направлялась на поле, как вдруг услышала, как кто-то зовёт ее. Девушка обернулась и увидела Паркинсон, стоящую перед ней. — Ты что-то хотела? — поинтересовалась Гриффиндорка. — Да, — с привычной для слизеринцев ухмылкой сказала Пэнси. — Я слушаю, но давай быстрее, потому что скоро начнётся матч. — Конечно, конечно. Ты бежишь на матч к своим друзьям, чтобы повеселиться, а Драко сидит в камере. — Не думаю, что я лучший человек, с которым можно обсудить Малфоя. — А я думаю, ты именно тот человек, ведь это из-за тебя он там. — Что ты несёшь? Каким образом я причастна к тому, что его забрали? — То есть ты хочешь сказать, что авроры без чьей-либо помощи пришли в Хогвартс и забрали его? — Да, кончено. — Не думаю, что это совпадение. — Слушай, Паркинсон. Чтобы ты там не думала, мне плевать на тебя и твоего дружка. — Ты ненавидишь его и всех нас, у тебя была возможность связаться с Министерством, и тебе выгодно то, что он под присмотром. — Не говори глупостей, как бы я его ненавидела, я бы не сделала этого. — А кто тогда поспособствовал этому? — Не знаю. — Он мой друг, Грейнджер, и ты должна понимать, что если там с ним что-то произойдёт, то ты первая, кто ответит за это. — Это угроза? — Воспринимай, как хочешь, — выплюнула ученица Слизерина и ушла в противоположенную сторону от поля. На несколько секунд Гермиона застыла на месте, размышляя о сказанных Паркинсон словах, после чего все-таки пошла к трибунам, где ее встретила радостная Луна. Гриффиндорка хотела сосредоточить все внимание на игре, но у неё никак не получалось из-за того, что в голову лезли воспоминания о диалоге с Пэнси. Она думала о том, что действительно ли арест был запланирован только Министерством, или к этому был причастен кто-то другой. Возможно, с этими предположениями слизеринка была права, но одно Гермиона знала точно – она не была причастна к этому. Ведь действительно, как бы плохо она не относилась к слизеринцу, она бы прибегла к этому методу только в самом крайнем случае, а сейчас, тем более, зная о ситуации, в которой он находился, она бы не сделала такого. После насыщенного матча, в котором победил Гриффиндор, девушка пошла с друзьями в Большой зал, где они отмечали победу. — Эй, Гермиона, ты тут? — спросила уставившаяся на подругу Джинни. — Да, извините, просто задумалась. — Игра была отпад! — продолжал восторгаться Рон. — Да, Гермиона, тебе понравилось? — какое-то время гриффиндорка находилась в замешательстве. Это правда тот Рон, который может обидеться из-за любой вещи, но после того, что она наговорила, Уизли не подавал ни одного намёка на то, что держал обиду. Может он понял, что она не специально? Если нет, то как по-другому описать его действия? — Конечно. Игра была захватывающая, но, кажется, что слизеринцы играли не в полную силу. — В любом случае, это минус для них, но даже если бы, как ты говоришь, они играли в полную силу, мы бы все равно победили, — закинув нос вверх, произнёс Уизли. В этот момент, когда все перестали бурно обсуждать игру, Грейнджер хотела поговорить с парнями и объяснить им все, но не тут-то было. — Кстати! — вдруг воскликнула рыжеволосая, — Мы забыли сказать, что хотели устроить вечеринку на выходных, теперь есть повод! Гермиона, ты с нами? — Да, да, конечно! — без особого энтузиазма ответила гриффиндорка, после чего ребята продолжили обсуждать разные темы. Ночью девушку не покидали мысли о ситуации с Малфоем и разговоре с Паркинсон. Вдруг он ни в чем не виноват, и его забрали по ошибке? Что будет с ним дальше? Отправят ли его в Азкабан, даже если он не виновен? О Мерлин, почему я думаю об этом! Это даже не мои проблемы? Кто я Малфою? Гриффиндорская заучка? Всезнайка? Грязнокровка? Не больше…

***

На следующий день у Гриффиндора со Слизерином была трансфигурация, которая, в целом, прошла очень хорошо. Конечно, было видно недовольство слизеринцев, их отвращение ко всем, но никто не обращал на это внимания. Как ни странно, не случилось никаких стычек между Роном или Гарри с кем-то из учеников змеиного факультета. Гермиона полагала, что Паркинсон будет винить ее друзей в том, что случилось с Малфоем, но слизеринка спокойно сидела за последней партой. Когда закончился урок, Гермиона собралась уже уходить, как вдруг позади себя услышала голос директрисы. — Мисс Грейнджер, я попрошу вас остаться, мне надо поговорить с вами. — Кончено, профессор МакГонагалл! Когда в классе не осталось никого, кроме них, профессор продолжила. — Я хотела бы поговорить с вами о мистере Малфое. Этот вопрос бы ожидаем. — Хорошо, что я должна рассказать вам? — Видите ли… — говорила МакГонагалл, медленно расхаживая по классу то в одну, то в другую сторону, — Я не согласна с Министерством и не думаю, что он состоит в этом. — Даже если так, чем я могу вам помочь? — Вы, мисс – ключ ко всему. — Что вы имеете ввиду? — Для начала, вы живете с мистером Малфоем в одной башне, значит, можете знать, когда и сколько времени он бывает там, я понимаю, что все время вы не могли наблюдать за ним и, тем более, если вы скажете, что следили за ним Министерству, они не поймут этого. Но зато вы – героиня войны, соответственно, у вас есть большой авторитет, и к вам прислушаются. — То есть вы хотите, чтобы я вытащила Малфоя? — Именно это я пытаюсь вам сказать. — Но… вдруг он окажется преступником, ведь люди не меняются. — Меняются, мисс Грейнджер. И я верю в мистера Малфоя, да и вам стоит поверить. Наступило неловкое молчание, которое профессор быстро прервала. — И прошу, не думайте, что я покрываю его, это не так. Я даю ему шанс. Запомните, что каждый человек, который раскаивается в своём поступке, заслуживает второй шанс. — Но, как вы можете знать, что он раскаивается? — Я вижу это, — загадочно ответила директриса. МакГонагалл очень умна, но как много она знает? Возможно ли такое, что она знает про его метку… Или она осведомлена о большем? — Так что вы скажете, мисс Грейнджер? — Ладно, я согласна. — Отлично. Позже я оповещу вас о своих намерениях.

***

Наступили выходные. На время Гермиона забыла обо всех проблемах и очутилась в кругу друзей. Они подготавливали Башню Гриффиндора к вечеринке, которая должна была состояться через несколько часов. Это мероприятие было полностью согласовано с учителями, так что все могли вдоволь повеселиться. Сама вечеринка была доступна всем ученикам, даже слизеринцам, но ребята подозревали, что никто из них не захочет идти. Идея была в том, чтобы снова почувствовать себя, как дома, расслабиться и отдохнуть от каждодневной рутины. Так же гриффиндорцы хотели отметить свою первую победу в матче по квиддичу за этот год. После тщательной подготовки, которую Гермиона контролировала лично, Джинни предложила ей приодеться, чтобы выглядеть подобающе вечеринке. Сначала гриффиндорка отказывалась и говорила, что ей это не к чему, но рыжеволосая все-таки уговорила подругу, и они пошли в свою комнату. — Джинни, у меня же даже нет «подходящей», как ты говоришь, одежды! Я же говорила, что это не к чему. — Так не пойдёт, Гермиона! Ты должна быть очаровательной, чтобы все парни не могли отвести от тебя взгляд, понимаешь? — Мне не нужно внимание… — Всем нужно внимание, и ты – не исключение! Уизли достала несколько платьев из своего гардероба и протянула Грейнджер. — Бери и выбирай. Гермиона забрала одежду и стала осматривать ее. — Мне кажется, это слишком… откровенно. — Ты хотела сказать сексуально, да? Подруга, я знаю, что тебе пойдёт, так что даже не пытайся отговорить меня! — упорно настаивала на своём девушка. Гриффиндорка померила все, что ей дала Джинни и, спустя некоторое время, выбрала нежно-голубое платье с серебряными узорами, вышитыми на нем. Оно подчеркивало ее фигуру, но не облегало. Это платье как будто было сшито на неё. — Ты выглядишь потрясающе! — воскликнула рыжеволосая. — Все равно не стоило, это же не бал, а просто вечеринка… — Так, все сидит отлично, ты поразишь всех, и не смей не соглашаться со мной! — Ладно, ладно. Уже через пару минут девушки направлялись в гостиную Гриффиндора, где во всю играла музыка, и набирались люди. Джинни показала на Гарри с Роном, которые стоили возле стола с едой и напитками и разговаривали с Оливером Вудом, но, кажется, что Уизли больше был заинтересован в еде, а не в разговоре с гриффиндорцем. — О чем разговор? — младшая Уизли прервала парней, и они обернулись в сторону девушек. — Ого, — одновременно воскликнули все трое. — Выглядите волшебно! — произнёс Гарри, улыбаясь. — Да! Гермиона, тебе очень идёт! — согласился Рон. — Спасибо, но это была идея твоей сестры, — смущенно ответила Грейнджер. — Видишь, я тебе говорила! — тихо произнесла рыжеволосая. — Ладно, давайте развлекаться! — произнёс Поттер. С каждой минутой в Башне становилось все больше и больше людей. Как и предполагалось, никто из слизеринцев не явился, но не только они умеют веселиться. Ученики остальных факультетов, которые пришли всячески развлекались. Не было видно ни одного скучающего или грустного лица. Кажется, всем была нужна эта передышка. Гермиона заметила про себя, что давно не чувствовала такую лёгкость и непринуждённость. Учеба хорошенько вымотала ее и остальных. Через час она вместе с Джинни танцевала в середине гостиной, к ним было приковано много взглядов и, как обещала подруга, многие делали ей комплименты. Такая вечеринка – это то, чего многим так долго не хватало. — Это моя любимая песня! — прокричала Грейнджер, продолжая танцевать, чтобы подруга могла услышать ее сквозь толпу. — Серьезно? Я не знала! — Родители часто включали эту песню, когда мы ехали куда-то, — с грустной улыбкой крикнула Гермиона. Джинни внимательно посмотрела на подругу, следя за ее эмоциями. Это была больная тема для гриффиндорки, но она не выглядела расстроенной. Когда песня закончилась, Грейнджер сказала, что тут слишком душно, и вышла из Башни. Девушка вышла на улицу, и облокотившись на стену, вдохнула побольше воздуха. Было около шести часов вечера, и даже несмотря на то, что была осень, было довольно светло. Вдруг девушка услышала голос, принадлежавший директрисе. — Хорошо, что вы тут. Я как раз искала вас, мисс Грейнджер, — гриффиндорка повернулась к профессору, и на лице у МакГонагалл появилась легкая улыбка, — Должна заметить, что вы прекрасно выглядите! — Спасибо, — смущенно ответила Гермиона, — Я что-то могу сделать для вас? — Пожалуй, да. Сейчас единственный момент, когда мы можем вытащить мистера Малфоя. — Что вы хотите этим сказать? — Если мы не поможем ему сейчас, то потом мы сможем сделать это только на суде. Но я сомневаюсь в том, что если дело дойдёт до суда, то мы сможем доказать что-то. Так что раз в прошлый раз вы пообещали помочь мне, сейчас вы – мисс Грейнджер, должны пойти со мной. — Прямо сейчас в Министерство? — Да. На данный момент мистер Малфой находится там. — Хорошо, но можно я схожу переоденусь? — К сожалению, на это нет времени. Гермиона пошла за МакГонагалл в ее кабинет, чтобы оттуда трансгрессировать в Министерство. Девушка была ошарашена такой спешкой, она даже не знала, что скажет для оправдания Малфоя. Что она помогала ему не потерять сознание из-за метки? – тогда слизеринец возненавидит ее, хотя больше некуда. Или что она уверена в том, что той ночью он не выходил из комнаты? — ужасное оправдание. Никто не поверит такому. Это звучало слишком фальшиво, чтобы быть правдой. Но тем не менее они уже были в Министерстве. Отступать было поздно. Гриффиндорка думала, что они отправятся в Визенгамот, но МакГонагалл вела ее по направлению к кабинету Кингсли. И вот директриса стучит в дверь, из комнаты слышится короткое: «Входите», дверь открывается.