Великий марш модронов

      

      Хранилище приватного сенсориума, ячейка 109512. Обсидиановый шар. Собственность Сорена Финнеаса. Записан в семнадцатый день седьмого месяца 127 года правления фактола Хашкара.              Сорен остановился, пропуская повозку коллектора1, и поплотнее натянул на нос шейный платок. Холодный горький ветер наскакивал резкими порывами с разных сторон, принося то сернистые дымы Великой Литейной, то терпкий запах бальзамирующих составов от купола Мортуария, то приглушённый дух разложения от мертвецких повозок. Под ногами хлюпала вечная грязь Улья.       Дойдя до полукруглой арки главных ворот, атаон остановился, задумчиво разглядывая украшенную затейливой мозаикой полусферу сигильского морга, увенчанную статуями четырёх драконов. Крылья рептилий застыли в мощном взмахе, рождая впечатление, будто драконы вот-вот оттолкнутся сильными лапами от покатой крыши и взмоют ввысь над грязными улицами и прохудившимися крышами трущоб. Главный купол с трёх сторон окружали крепкие квадратные башни, увенчанные коронами из изогнутых шипов.       Скрип колёс оповестил Сорена о приближении очередной телеги. Болезни, голод, дрянной воздух, ножи грабителей – в Сигиле хватало способов оказаться в Книге Мёртвых, и сборщики трудились, не покладая рук. Накинув капюшон, атаон решительно развернулся и зашагал к Обелиску Памяти. Высокий чёрный столб с пирамидальной верхушкой с четырёх сторон окружала каменная стена с узкими арками входов. Внутри она была облицована плитами из того же гладкого чёрного камня, что и сам обелиск. Тысячи имён, написанные на сотнях языков, беспорядочно покрывали поверхность камня. Когда-то их начинали записывать стройными колонками, но место быстро закончилось, и новые имена начали царапать минускулом вкривь и вкось, заполняя всё доступное место.       Хранитель, измождённый аскезой человек в грубом чёрном балахоне, стоял в тени обелиска, погружённый в глубокое созерцание. Услышав шаги атаона, он резко поднял голову и устремил на него пронзительный взгляд тёмных колючих глаз.       - Я пришёл похоронить имена, - тихо сказал полуэльф.       - Назови их, - неожиданно звучным голосом отозвался пыльный.       - Менандр. Зенит.       Взгляд хранителя с быстротой молнии пронёсся по стенам, выискивая свободное место. Найдя небольшой пробел, служитель Мортуария стремительно подошёл к стене, вынимая острый резец. Широкие рукава его рясы развевались, словно крылья ворона. Точными скупыми движениями он прорезал камень как масло, укладывая одна за другой колючие буквы письма баразхад.       Отдав хранителю положенную плату, Сорен несколько минут постоял в тени обелиска, а затем развернулся и пошёл прочь от Мортуария по аллее Застывших Вздохов. Не рискуя заходить на облюбованную бандитами аллею Опасных Углов, атаон свернул влево, в сторону Заставы, и, пройдя несколько кварталов по грязным переулкам, вышел на берег Канавы. Главная клоака города надёжной демаркационной линией отделяла Нижний Район от Улья. Обычно бандиты, сбрасывавшие сюда тела своих жертв, могли не беспокоиться, что кто-то найдёт их по запаху, но сегодня воздух на набережной был удивительно чистым. «Слив!» - догадался полуэльф, с удовольствием стягивая платок. Несколько раз в году дабусы открывали порталы в Элизиум, чтобы промыть Канаву чистой водой из реки Океанус. Счастливые жители прибрежных кварталов устраивали в эти дни фестиваль купания и стирки, который длился до тех пор, пока канал не превращался снова в болото.       Сорен опёрся на заплесневелый парапет, наблюдая, как поток прозрачной воды с шумом несётся по руслу Канавы, унося мусор и шелуху, сдирая грязь с осклизлых плит набережной. Вода пенилась и взметалась брызгами, налетая на опоры виадука Заддфума, и порой казалось, будто между обросшими тиной столбами играет радуга. «Ерунда», - одёрнул себя атаон. – «Какая, к слаадам, радуга в Сигиле?»       Уходить от воды не хотелось, но ему уже давно пора было появиться в Разрушенном Храме и столкнуться с последствиями своих действий. Отряхнув плащ, полуэльф не спеша побрёл вниз по течению.Сигильские вороны изображали чаек, с довольным курлыканьем паря над гремящим потоком, и время от времени устраивая шуточные воздушные бои. Привлечённые шумом воды горожане понемногу заполняли набережную. Некоторые из них, как и Сорен, молча глядели на поток, опершись на парапет. Другие прогуливались парами и группами, оживлённо жестикулируя, обмениваясь новостями и слухами. Модроны, судя по обрывкам фраз, только что побывали в Элизиуме, где как раз сплавлялись по реке Океанус. «Слушай, Виго, вот смеху бы было, если бы одну из их посудин затянуло в портал и принесло сюда!» - дребезжащим голосом говорил пожилой бариавр своему приятелю-тифлингу. Атаон не успел услышать ответ, так как его чуть не опрокинула стайка ребятишек, игравших в «Гармониум и анархистов». Другая группа детей нарисовала на мостовой обломком кирпича Колесо Планов. Маленькая тифлина-альбинос, чьё милое лицо несколько портили светящиеся алым глаза, прыгала на одной ноге из круга в круг, весело напевая «FhurlingBridgeisfallingdown, fallingdown, fallingdown! FhurlingBridgeisfallingdown, oh, ourdearLady!» Фёрлин Бридж, старый каменный мост, соединявший кварталы вокруг Заставы с Кругом Атар, действительно был в ужасном состоянии и, хоть до сих пор не рухнул на дно Канавы сам, еженедельно отправлял в Книгу Мёртвых пару-тройку пней, неосмотрительно рискнувших им воспользоваться. Не раз в Зале Ораторов раздавались призывы его снести, но городские власти всячески увиливали от этой работы, прикрываясь сказками об историческом наследии. Бросив взгляд на потемневшие от времени башни опор, Сорен повернулся спиной к Улью и зашагал к виднеющимся невдалеке развалинам штаб-квартиры Атар.       Разрушенный Храм встретил его напряжённой тишиной. У лестниц и проломов мёрзли двойки и тройки храмовых стражей в чёрно-золотых нагрудниках и тяжёлых суконных плащах, угрюмо осматривая окрестности сквозь решётчатые забрала шлемов, отдалённо напоминающих каски пожарных. Обычные обитатели Храма почти не попадались на глаза. Не теряя времени на расспросы, атаон направился в сторону административного корпуса. Секретарь в приёмной Флогисто странно посмотрел на него и заторопился с докладом к шефу. Спустя несколько минут он жестом пригласил Сорена войти.       Пандитас Флогисто, потемневший и осунувшийся, поднял на него взгляд от толстой пачки докладов. Под глазами фактора появились заметные мешки.       - Атаон Финнеас, - сухо произнёс он, указывая Сорену на стул.       - Фактор Флогисто, - кивнул полуэльф. – Чувствую, я многое пропустил.       - В другой ситуации я порадовался бы вашему чудесному спасению, - хмуро ответил атасианин. – Но обстоятельства диктуют неприятные вопросы. Наши союзники на Плане Огня погибли, Аммон Митрандоса казнён по обвинению в убийстве визиря, а вы здесь, живой и здоровый. Более того, появившись в городе, вы отправляетесь не сюда, а в Зал Празднеств. Как это понимать?       - Казнён, значит, - вздохнул Сорен. – Я надеялся, что он успел скрыться.       - Что, балор вас возьми, там произошло?! – взвился Флогисто, потеряв остатки выдержки.       Атаон подождал, пока шеф снова возьмёт себя в руки, и выдал заранее подготовленную версию.       - Полагаю, это был несчастный случай. Митрандоса отремонтировал повреждённого в бою варахута, чтобы использовать против Аанико и его союзников. Скорее всего, ядро конструкта было нестабильно, и в бою он взорвался.       - Полагаете? – проворчал фактор. – А вот новый визирь Башамгурда обвиняет вас и Митрандосу в умышленном убийстве предшественника. Его сын-полукровка свидетельствует, что лично вы заложили вконструкта нетерийскую взрывную сферу.       - Удобно, - поджал губы Сорен. – Все знали, что Башамгурда Самани жаждет власти. Если бы он не обвинил нас, враги быстро обвинили бы его. Когда я узнал, что Руахаддин подорвался, а Самани стал визирем, то сбежал с контрабандистами на План Земли, не теряя ни минуты. Получается, Митрандоса спас мне жизнь, не взяв с собой во дворец.       - Когда это вы так подковались в политике ифритов, Финнеас? – поинтересовался Флогисто.       - У мастера Митрандосы было время, чтобы открыть мне тьму этих интриг, - спокойно ответил атаон.       - Как удобно, что он не может это опровергнуть, - хмыкнул фактор.       - Вы меня в чём-то подозреваете? – перешёл в контрнаступление полуэльф.       - Возможно, - процедил Флогисто. – Я не знаю, какова ваша роль в этом деле, атаон. Я не знаю, о чём вы думаете. Даже если бы я попытался прочесть вас, то ушибся бы о ваше проклятое зеркало. То, что вы его носите – уже свидетельство, что вам есть что скрывать.       - Нам всем есть что скрывать, - в тон ему ответил Сорен. – Например, союз с замшелыми клерикалами.       - Я знал, что у вас появятся подобные мысли, - тяжело вздохнул атасианин. – Но вы видите только часть картины.       - Так просветите меня, - ядовито огрызнулся полуэльф.       - Аанико – не просто философ-мечтатель, - мрачно произнёс фактор. – Он – деятельный террорист, стремящийся перевернуть Мультивселенную с ног на голову. Вы слышали название «Коалиция за прогресс»?       - Как-то не приходилось, - ответил Сорен.       - Не удивительно, - хмыкнул Флогисто. – Это тайная организация, щупальца которой протянуты ко многим мирам. В Сигиле они маскируются под одну из ячеек Революционной Лиги, но Коалиция гораздо больше этого.       - И чем же они занимаются? – спросил атаон.       - Практически в каждом из миров Прайма есть организации, хранящие мир и стабильность. Арфисты в Ториле, Круг Восьми в Орте, Башни Высокого Волшебства в Кринне…       - Рилмани на Внешних Планах, - подсказал Сорен.       - Верно, - фактор подозрительно взглянул на полуэльфа, но продолжил: - Реформисты мешают этим организациям выполнять свою работу, отвлекая их от Аанико и его планов.       - Каких, например?       - Перекроить Мультивселенную по своим лекалам, - пожал плечами Флогисто. – Не спрашивайте, как именно. Уверен, даже его последователи не знают, что на самом деле творится в голове у этого безумца.       - Уж очень похоже на недоброй памяти Векну2, - проворчал Сорен.       - И на множество других персонажей с подобными стремлениями, - кивнул Пандитас. – Но мне, уж простите, этот мир нравится таким, как он есть, и, чтобы его сохранить, я готов союзничать даже с баатезу и поклонниками Приапа. Если у вас есть возражения...       - Против основного тезиса нет, - примирительно поднял руки полуэльф.       - Вот что, атаон, - подумав, проворчал Флогисто. - займитесь-ка снова модронами. Всех, кроме влюблённых в энтропию Стражей Судьбы и психов-Хаоситекторов, нервирует превращение Механуса в Бедлам. Марш невовремя, в Регулус не попасть, новые Неотвратимые не производятся, старые непонятно где... Мы боимся, что Аанико и его подручные выпустили какую-то дрянь.       - Мы? - словно невзначай переспросил Сорен.       - Я и мои друзья из Гармониума и Братства Порядка, - без тени замешательства пояснил фактор. - Которые хотят выяснить, что именно ищет этот Марш.       - Хотите разгадать одну из древнейших загадок Мультивселенной? - скептически поднял бровь атаон.       - Почему бы нет? Это - цель нашей фракции, в конце концов, - сдержанно ответил Флогисто. - К тому же, у нас была отличная возможность. Модроны вошли в Звериные Земли, и там их разметало ураганом. Квинтон, начальник марша, с небольшим отрядом охраны оказался отрезан от основной колонны. Наш сводный отряд должен был захватить его в плен и выведать, почему Марш начался раньше времени.       - Но от них нет вестей, - уверенно произнёс Сорен.       - Иначе я бы не рассказывал вам это, верно? - горько усмехнулся атасианский эльф.       - Сколько человек было в отряде? - уточнил атаон.       - Чуть больше пятисот, - хмуро ответил фактор.       Сорен прикусил губу и задумчиво посмотрел в пол.       - То есть, вы потеряли почти две роты, и отправляете туда же меня одного? - осторожно спросил он.       - Да, - ответил Флогисто. - Один человек сможет прокрасться там, где пропадёт отряд. Я ведь не требую, чтобы вы выполняли их задачу. Узнайте, что с ними стало, и возвращайтесь. Привлекайте наёмников на своё усмотрение - деньги вам выделят, но делайте ставку на скрытность... Можете отказаться, конечно. От карьеры, впрочем, тоже.       Полуэльф рассеяно постучал пальцами по своему колену. "Предложение" Флогисто было с высокой вероятностью билетом в один конец. Он, Сорен, был слишком неудобной переменной в уравнениях фактора, и тот с удовольствием умножил бы его на ноль. Но атаон чувствовал, что эти события способны вознести его поближе к вершине пирамиды, а потому был готов рискнуть. Тем более что у него был козырь в рукаве.       - Мне понадобится хорошая экипировка, - решительно произнёс он.       - Это официальное задание, склад боевого крыла в вашем распоряжении, - с готовностью ответил Флогисто.       - Прекрасно, - кивнул Сорен. - Тогда, с вашего позволения, я приступлю немедленно.       Флогисто протянул ему тонкую коричневую папку.       - Здесь всё, что вам нужно знать.              За десять с небольшим лет, проведённых в Сигиле, Сорен успел хорошо освоиться и даже отчасти полюбить неприветливый город, но какая-то часть его души всё ещё тосковала по яркому солнцу и зелёным лугам Кринна. Эта ностальгия проявлялась в одежде. Полуэльф не расставался со старой кольчугой и коротким мечом, напоминавшими ему о доме, носил свободные рубахи и кожаные куртки на шнуровке. Плотно сидящие эберронские дублеты и колеты со множеством пряжек или мелких пуговиц казались ему ужасно неудобными, и это предубеждение он распространял на все новинки в одежде. Но когда кладовщик выдал ему новый доспех храмового стража, Сорен понял, что в городе, где собрались портные, текстильщики и оружейники со всех концов Мультивселенной, не могло не родиться что-то более практичное.       Дублет из мягкого, хорошо выделанного сукна почти не стеснял движений. В уязвимых местах на локтях, в подмышках и паху были нашиты полосы из прочной, но гибкой чешуйчатой шкуры какой-то рептилии с нижних планов. Поверх него надевался колет без рукавов из той же шкуры, но вместо множества завязок и застёжек на нём было всего четыре крупных плоских пуговицы. Никаких разрезов на рукавах и прочих излишеств, появившихся не от хорошей жизни3.       Облегчённый с помощью магии нагрудник казался невесомым, но, по правде говоря, любой цельнокованый панцирь был легче той кольчужной рубахи, которую до сих пор таскал на себе Сорен. Половина, защищавшая спину, соединялась с грудью не ремнями с пряжкой, а широкими лямками с прорезями-защёлками, благодаря чему панцирь можно было легко надеть самому. Такими же лямками поменьше крепились горжет и наплечники. Вместо старомодного гладиуса полуэльф выбрал хорошо сбалансированный абордажный меч4.       Довершал наряд волшебный плащ-хамелеон, способный принимать цвет и даже текстуру местности, на которой прятался его владелец. В такой экипировке можно было почувствовать себя богом войны, но необходимость сдать её на склад по завершению миссии надёжно защищала атаона от эйфории.       - Тебя повысили? – поинтересовался Шаварш, когда Сорен вошёл в дверь конторы «Караванов Наири».       - Собрали в последний путь, - фыркнул полуэльф.       - Неужели новое задание хуже предыдущего? – удивился анархист.       - Представь себе, - усмехнулся атаон. – Кстати, тебе знакомо название «Коалиция за прогресс»?       Хотя Сорен и подозревал, что его новые товарищи имеют непосредственное отношение к организации, он не ожидал внезапных откровений.       - Может быть, - воин почесал в затылке. – А что?       - Флогисто подозревает, что они причастны к исчезновению двух рот твердолобых в Звериных Землях, - запустил пробный шар полуэльф.       - Не слышал о таком деле, - мотнул головой Шаварш. – Может, Грга что-то знает.       Гормиль скрывался за непримечательной дверью с надписью «логист». Он, как и другие слаады, мог менять форму, а потому часто превращался в дюжего гитзерая, и в таком виде разбирал отчёты караванщиков и полевых агентов. Услышав новости Сорена, слаад-мутант нахмурился и попросил показать ему содержимое папки.       - Учебная полурота «Вуколеон»… - бормотал он, просматривая текст. – Аркадийцы, серьёзное подразделение. Командует Альгерт Папагено, феррумах, кстати.       - Как он попал в Гармониум? – спросил полуэльф. – Я читал, что рилмани, склонившиеся к порядку или хаосу, превращаются в камень, а в твердолобые убеждённых нейтралов не берут.       - Всегда есть исключения, - усмехнулся Грга.       В устах законопослушного слаада эта фраза звучала особенно убедительно.       - Усилены ротой ополчения Внешних Земель, - продолжил гормиль комментировать текст. – Это может быть что угодно, но, думаю, ещё феррумахи. Плюс наёмные "специалисты". Незаметно собрались, бесследно исчезли. Мутное какое-то дело. Может, не было никакого отряда, а от тебя просто хотят избавиться?       - Слишком сложно, - покачал головой Сорен. - Зачем посылать меня в Край вечной охоты, если можно просто стукнуть по голове и сбросить в Канаву?       Грга неопределённо хмыкнул и вновь углубился в текст.       - Одни загадки, - резюмировал он, отодвинув листы.       - Мне не помешает помощь, - перешёл к делу атаон. - Есть две тысячи золотых на всех.       - Хорошо, - кивнул Грга. - Манасу придется нанять подменных работников, деньги пригодятся. Пойдём прежним составом, минус Прхал.       Гормиль стремился оказаться в Звериных землях как можно скорее, пока саванна не поглотила следы экспедиции Гармониума без остатка. Сборы заняли чуть больше часа: в "Караванах Наири" многое было под рукой. Дверь в портальный город Фаунель нашлась в одном из подсобных помещений Зала Ораторов. Фактотум знакеров, стороживший проход, за разумную плату пропустил планоходцев внутрь.              Косые лучи заходящего солнца пробивались сквозь густую листву старых деревьев, заливая древние руины золотистой дымкой. Пышный звёздчатый мох пушистым ковром покрывал потрескавшиеся от времени камни. Из полуразрушенных стен выглядывали причудливо переплетённые корни, между мощными стволами прятались обвалившиеся арки и покосившиеся резные колонны, увитые плющом. Едва заметные тропинки петляли между камней, теряясь в зарослях кустарника. Руины Фаунеля раскинулись на много километров, здесь были дома и храмы, площади и общественные здания разных эпох и стилей, словно принесённые неведомой силой из разных миров Прайма. В тени их стен и в кронах деревьев виднелись тенты, палатки, платформы и гнёзда новых обитателей - антропоморфных и зооморфных просителей Края вечной охоты, аскетов-отшельников, планоходцев и случайно забредших сюда праймеров. Жили здесь и дикие звери, их присутствие выдавал лёгкий шорох кустов и ощущение направленного в спину взгляда.       Грга и Крарак приняли свою основную форму: в преддверии Звериных Земель стоило выглядеть большим и страшным. Сорен и Шаварш шли чуть позади, осторожно пробираясь между шатких камней и осыпающихся стен. Путешественники хотели до захода солнца осмотреть место стоянки отряда Папагено, переночевать в руинах и на рассвете пройти через портал в саванну Кригалы, первого слоя Звериных Земель. Судя по карте из папки Флогисто, роты Гармониума расположились на окраине Фаунеля, в трёх часах быстрого марша от портального озера, ведущего в Кригалу, и полутора-двух от перехода, которым воспользовался отряд Сорена.       Хорошо утоптанная, но, судя по низко обломанным ветвям, кабанья тропка вывела их на широкую поляну, посреди которой виднелась надколотая чаша фонтана. Мелкие бабочки порхали между сочными стеблями колючек, крупные кузнечики выскакивали из-под ног. Вокруг фонтана сохранилась древняя брусчатка, местами развороченная корнями деревьев. Из щелей между камнями пробивались дикие злаки, в мраморной чаше в виде цветка кувшинки поблёскивала лужица дождевой воды. Атаон хотел подойти к старому фонтану, но тут Грга резко остановился. В чаще раздался тревожный крик и хлопанье крыльев какой-то птицы. Сорен и Шаварш быстро переглянулись и выхватили короткие жезлы молний. Кусты зашевелились, и на поляну пулей вылетел небольшой серый кот. Увидев людей, он затравленно прижался к земле, глядя на них расширившимися от страха зрачками. Полуэльф не слишком хорошо различал диких котов, но этот показался странно знакомым.       - Джиссон? - нахмурившись, просил он.       Услышав голос Сорена, кот метнулся к нему и забился под плащ. Острые когти больно оцарапали голень. В тот же момент на поляну вышли двое в чёрных кожаныхкуртках и зелёных плащах. В руках охотники сжимали короткие луки с наложенными стрелами. Увидев планоходцев, они вскинули луки и напряжённо замерли. Шаварш угрожающе повёл жезлом.       - Здесь был кот, - проворчал один из охотников. - Он не у вас?       - Мы что, похожи на друидов? - фыркнул Сорен.       - На кой он вам? - поинтересовался Шаварш. - Ни шубы с него, ни жаркого.       Старший охотник мрачно усмехнулся и опустил лук.       - Это мерзость, - с чувством сказал он. - Животное с разумом человека.       "Не большая, чем человек без мозгов", - съязвил про себя атаон, но решил не раздражать кожеголовых5 фанатиков.       - Придётся вам найти другого, - сказал он вслух. - Мы не заметили, куда он смылся.       - Далеко не уйдёт, - прошелестел тот, что помоложе, и странная двоица скрылась в лесу.       - Сваливаем, - рыкнул Грга.       Надеясь, что кот не свалится, а брюки не порвутся, Сорен похромал к опушке. Лес настороженно молчал, только опавшие листья влажно шуршали под ногами. Найдя полуразрушенный павильончик без змей, гормиль скомандовал привал.       - Что это за пни? – спросил полуэльф, когда путники спрятались внутри круглого помещения.       - Местные зовут их «нечестивые охотники», - отозвался Крарак. – Они хотят перебить всех зооморфных просителей, но такими темпами раньше помрут от старости.       - Нужно уходить на Кригалу прямо сейчас, - проворчал Грга. – Готов поспорить, что в лесу полно этих придурков.       - Не многовато проблем из-за кота? - недовольно спросил Шаварш.       - Проситель знает местность, - ответил гормиль. - А на стоянке мы вряд ли найдём что-то интересное.       - Какой стоянке? - раздался приглушённый голос.       Кот, наконец, отцепился от штанины и высунул морду из-под плаща.       - Здесь поблизости только лагерь охотников, - сказал он.       - В той стороне? - Грга махнул рукой в сторону стоянки экспедиции.       Джиссон утвердительно мяукнул.       - Совпадение? - поднял бровь Сорен.       - Может быть, - хмыкнул Крарак. - Поляна утоптана, кострища приготовлены, почему бы не занять?       - Знаешь короткий путь к портальному озеру? - спросил у просителя Грга.       - Чувствую, - ответил кот.       - Тогда выдвигаемся, пока эти не привели подмогу, - приказал гормиль.       Путешественники крались по лесу, стараясь не потерять из виду полосатого проводника, не провалиться в скрытую листвой яму и не стряхнуть себе на голову ядовитых насекомых. В опавшей листве копошились крупные тараканы и красные лесные муравьи, высоко над головой перекликались птицы и обезьяны, невидимые в густых кронах деревьев. С их ветвей подобно гигантским зелёным змеям свисали покрытые мхом лианы. Настоящие змеи, к счастью, уползали с тропы раньше, чем Сорен успевал их разглядеть. Атаона не оставляло ощущение, что за группой планоходцев наблюдает множество глаз, настороженных, голодных и оценивающих. Он ловил каждый шорох, понимая, что только растравляет свои страхи, но ничего не мог с этим поделать. Напряжение нарастало и, когда полуэльфа резко толкнули в спину, он даже почувствовал нечто вроде облегчения. Приглушённо вскрикнув, Сорен крутанулся на месте и упал, поскользнувшись на мху. Вторая стрела прошла над его головой и с глухим стуком вонзилась в ствол дерева. Шаварш наобум разрядил свой жезл в переплетение ветвей, и оттуда в кусты рухнуло что-то длинное и тяжёлое. С приглушённым воплем невидимый противник послал третью стрелу уже в анаконду, и разозлённая змея метнулась в его сторону. Из кустов раздался лязг меча и звуки борьбы.       - Ходу! – рыкнул Грга, и путники помчались сквозь заросли как дикие кабаны, не обращая внимания на падающих за шиворот красных муравьёв.       Они остановились только когда увидели за стеной одного из разрушенных зданий несколько ярких тентов. Хищники редко нападали на путников в обжитой части Фаунеля, да и охотники вглубь города, как правило, не заходили.       - Чего он вообще за нами увязался? – пропыхтел Шаварш, тщетно пытаясь раздавить забравшихся под куртку муравьёв. – Как жгутся, сволочи!       - Балор его знает, - пожал плечами Крарак. – Может, боялся, что мы местных всполошим?       - Так только хуже вышло, - заметил Сорен, опуская на землю помятого кота.       - Почему, стоит мне тебя встретить, я тут же превращаюсь в балласт? – недовольно спросил Джиссон, помахивая хвостом.       - Это от избытка чувств, - хохотнул Крарак.       Кое-как избавившись от насекомых, планоходцы поспешили к порталу. Солнце неумолимо клонилось к закату, в тени деревьев становилось всё темнее, и Сорен в который раз поблагодарил судьбу за доставшуюся от отца-эльфа способность различать предметы в темноте. Конечно, ему было далеко до ночного зрения кота или гитъянки, но атаон хотя бы не спотыкался о каждый корень, как Шаварш.       Когда свет окончательно померк, и в ночной чаще замерцали изумрудные огоньки светлячков, путники вышли на берег глубокого лесного озера. Гладкая как зеркало вода едва заметно светилась, будто отражая свет невидимой луны. Невдалеке Сорен заметил громадную статую, но кого или что она изображала, в такой темноте было не разглядеть.       - Что вы ищете в Краях счастливой охоты?! – прогремел незнакомый голос.       Атаон едва не подпрыгнул и завертел головой, но на берегу кроме них никого не было.       - Пятьсот бойцов Гармониума, - ответил Грга, повернувшись в сторону статуи. – Они прошли здесь два дня назад и не вернулись. Если знаешь, что с ними стало, дух звериной ярости, скажи, чтобы нам зря не мутить воду в священном озере.       - Их судьба мне безразлична, - прогрохотала статуя.       - Значит, придётся мокнуть, - проворчал гормиль. – Ты нас пропустишь?       - Идите, - отозвался живой памятник.       - Я влюблён в край на той стороне, - промурлыкал Джиссон, - но этот портал терпеть не могу.       С боевым воплем кот ринулся в воду и исчез в туче брызг. Грга и Крарак молча нырнули за ним.       - Я так понимаю, можно не раздеваться? – спросил у леса Сорен, и шагнул в озеро.       Вода слегка пахла тиной, но была тёплой и приятной на ощупь. Память предков-сильванести подсказывала, что именно в таких озёрах лучше всего купаться при луне, но мерзкое хлюпанье в ботинках быстро заглушило эту ностальгию. Горько вздохнув, Сорен погрузился с головой.              Яркое солнце хлестнуло по глазам раскалёнными лучами. Вокруг оглушённого переходом атаона раскинулась бескрайняя саванна, поросшая жёсткой травой. Под ногами чавкала жирная грязь – всё, что осталось от небольшого водоёма.       - Почему здесь светло? – растерянно спросил Сорен.       - Откуда ты свалился, боец? – фыркнул Джиссон. – В саваннах Кригалы вечный полдень! Предполагается, что это – рай для дневных животных. Им ведь не надо спать после смерти, смекаешь?       - Проклятие, - вздохнул полуэльф. – Теперь я понимаю, почему Грга хотел ночевать в Фаунеле.       - Сейчас у нас здорово циклы собьются, - мрачно проворчал гормиль. – Хорошо, что вместо палатки я взял сферу Леомунда6, иначе мы бы здесь сварились ко всем балорам.       Атаон поморгал, привыкая к яркому свету, и огляделся. От грязевой лужи, в которой они стояли, ровной линией уходила пыльная колея. Трава на ней была вбита в землю, словно по ней пробежало стадо слонов или бегемотов, но лужи мазута указывали на иное происхождение дороги.       - Модроны, - процедил Сорен. – Давно не виделись.       Вдалеке, по правую сторону от колеи, группы невысоких деревьев с плоскими кронами встречались чаще, а на горизонте виднелась тёмно-зелёная линия тропического леса. За спиной атаона степь переходила в гряду холмов, за которой виднелись скалистые пики. Слева от колеи саванна была плоской как стол. То здесь, то там были раскиданы одинокие деревца, среди которых выделялось одно, с толстым стволом и пышной кроной.       - Что там за баобаб? – спросил полуэльф у кота.       Джиссон вертелся, подставляя мокрые бока палящему солнцу, и был слишком занят этим, чтобы ответить.       - Иллефарн-на-ветру, - откликнулся вместо него Грга. – Город авариэлей, крылатых эльфов. Здоровенная штуковина, с хорошую гору.       - Надеюсь, нам туда не надо, - проворчал Шаварш. – Если он кажется обычным деревом, представляю, сколько до него топать.       - Ладно, идёмте, - сказал гормиль. – Когда совсем устанете, раскроем купол.       Шагая по сухой траве под палящим солнцем, полуэльф решил, что начинать путешествие по Звериным землям с купания в озере – отличная идея. Обсохший и довольный жизнью Джиссон, подняв хвост трубой, отбегал вперёд, садился и ждал остальных, иногда рассказывая о местности.       - Вот в том лесу я живу. Нас там три десятка кошек, больших и маленьких. Через лес течёт речка, нам её придётся перейти. В чаще она разливается, и в этой заводи живёт нимфа. Красивая – глаз не оторвать.       - Угу, - хмыкнул Сорен, - только взглянул – и уже в Книге Мёртвых.       - Ну, меня таким не напугаешь, - фыркнул проситель. – Так вот, говорят, в прошлый Марш, когда модроны переходили реку, в заводь нанесло ила и мазута, и бедняжка жутко страдала. Поэтому она попросила мортая, духа грозы, сделать что-нибудь, чтобы этот ужас никогда не повторился.       - Ага, - ухмыльнулся Шаварш, - случайности не случайны!       - Ты о чём? – спросил кот.       - Модронов раскидало ураганом, - пояснил Сорен. – И бойцам Гармониума выпал шанс захватить главную жестянку.       - Ты прав, мортай сдул их за реку, - потянувшись, сказал кот. - И вскоре здесь прошла какая-то толпа, довольно разношёрстная. Я встретил их на пути в Фаунель.       - Кстати, что ты там делал? – спросил полуэльф.       - Следил за охотниками по поручению Королевы, - гордо ответил Джиссон.       - Следил, следил и наследил, - хихикнул Шаварш.       Кот оскорблено отвернулся и взмахнул хвостом.       - Эти пни чувствуют цель, - обронил Грга. – Как Убийцы Милосердия. И ты это тоже чувствуешь. То ещё удовольствие.       Сорен настороженно покосился на гормиля. Немногие живые и разгуливающие на свободе анархисты могли похвастаться тем, что за ними отправляли юстициария7.       - Охотники тоже ищут ваших твердолобых, - сообщил мгновенно оттаявший Джиссон. – Для какой-то шишки из Тюремщиков.       - Спасибо, - кивнул Грга. – Это важно. Они называли имя?       - Увы, нет, - зевнул кот.       - Охотники связаны с Убийцами Милосердия? – недоверчиво спросил Шаварш.       - Те оплачивают это сафари, - ответил гормиль. – Мотивы их скрыты во тьме. Впрочем, тюремщики умеют что угодно свести к категориям воздаяния и справедливости.       - Да ты прям философ, - фыркнул воин.       - Все мы, члены фракций, - философы с дубинами, - вставил Сорен.       - И чем дольше живёшь, тем больше устаёшь от дубин и ценишь философию, - добавил Грга.       Шаварш картинно отвернулся, копируя возмущённого кота.       Скоро возбуждение от яркого света прошло, сменившись дикой усталостью и головной болью. Гормиль достал из вьюка свою сферу, и через несколько мгновений посреди саванны вырос тёмно-коричневый купол, который издалека можно было принять за термитник. Внутри было темно и относительно прохладно. Сорен скинул нагрудник и растянулся прямо на горячей земле. Несмотря на усталость, сон не приходил: слишком непривычно было отдыхать посреди голой равнины, полной разнообразных животных. Купол Леомунда поглощал свет, но отлично пропускал звук, и чуткое ухо полуэльфа улавливало шелест травы на ветру, возню мелких грызунов, крик парящего вдалеке орла. Постепенно он погрузился в чуткую тревожную дрёму, раз за разом выныривая из него от стука копыт и фырканья антилоп, осторожных шагов каракала, а один раз даже – тяжёлой поступи и вздохов слона. К счастью, звери обходили купол, чувствуя незнакомый запах гормилей.       Атаон не знал, сколько прошло времени, но когда Грга скомандовал подъём, он чувствовал себя едва ли не хуже, чем до отдыха. Солнце немилосердно жгло, нагревая доспехи. Даже сбросив с себя всё, кроме тонкой холщовой рубахи, Сорен ощущал себя морской черепахой, выброшенной на берег. К счастью, всю поклажу несли неунывающие гормили, иначе полуэльф давно бы рухнул под тяжестью своего рюкзака.       Долгий изматывающий переход привёл их на берег неглубокой реки. Здесь, на границе саванны и леса, разбила свой лагерь предыдущая экспедиция. Теперь от него осталась только вытоптанная площадка, посыпанная золой. Кто-то методично сломал всё, что можно было сломать, собрал и сжёг все, что могло гореть, и закопал то, что сжечь не получилось. Джиссон принюхался и чихнул.       - Полагаю, судьба отряда ясна, - сказал он.       - Но кто это сделал? – задумчиво спросил Сорен.       - Здесь возможны варианты, - ответил Грга.       Полуэльф с удовольствием вернулся бы в Сигил, или, хотя бы, укрылся от жары под сенью леса, но следы бойцов Гармониума уходили в открытую степь. Смыв часть усталости в реке, планоходцы последовали за ними.       Грга, как и Сорен, стремился поскорее закончить расследование и убраться из Звериных Земель. Он хорошо знал, как этот план меняет путешественника. Самым заметным и самым безобидным из воздействий была «звериная оспа» - человек постепенно приобретал звериные черты, указывающие на его характер. Со временем отросшие клювы и хвосты исчезали, а вот пробуждённые архаичные инстинкты, эмоциональность и импульсивность могли остаться навсегда. Поэтому гормиль не жалел зелий скорости и выносливости, и уже через пять часов планоходцы достигли поля битвы. Шакалы и сипы уже покинули это место, и только люди в причудливых масках бродили по залитой маслом и кровью траве, собирая в груды оружие, доспехи, какие-то шестерни и куски металла.       - Разве убитые модроны не рассыпаются в пыль? – спросил атаон, осторожно выглядывая из кустов.       - Значит, это были не модроны, - тихо ответил Шаварш.       - Кто эти люди? – пробормотал полуэльф.       Ответом ему был грозный рык. Путники вскочили на ноги. Огромный лев стоял в нескольких метрах от них. Царь зверей снова взревел, хлестнув себя хвостом по бокам. Сорен в странном оцепенении отметил, что вокруг хищника не видно мух, да и запаха тоже нет. Грга поднялся на задние лапы и заревел не хуже льва. Капли его слюны разлетелись веером, на лету превращаясь в миниатюрные огоньки, листья, пепел и ржавчину. Лев от неожиданности присел, но тут же выпрямился и грозно спросил человеческим голосом:       - Что вам здесь нужно?       - Нас послали узнать судьбу этого отряда, - махнул ящер передней конечностью в сторону следов побоища.       - Вы её узнали, - рыкнул лев. – Что ещё?       - Кто на них напал? – спросил гормиль.       - Мы не знаем, - ответил проситель или, скорее, друид в зверином обличье.       - Есть выжившие?       - Двое, но они вряд ли вам чем-то помогут.       - Мы можем их хотя бы увидеть? – спросил отошедший от испуга Сорен.       Лев молча развернулся и побрёл в сторону поля битвы. Путники последовали за ним.       Лагерь друидов Зелёной Гильдии был разбит на берегу мелкого притока той реки, от которой пришли планоходцы. Люди в звериных масках, украшенных клыками и перьями, настороженно косились на странную компанию, но не пытались их остановить или заговорить с ними.       Выживших держали в большом шатре из тростника и листьев, построенном вокруг ствола высокого дерева. Один, офицер Гармониума в помятых алых доспехах, был крепко связан ремнями из сыромятной кожи. Его лицо уже начало принимать волчьи черты. Увидев Сорена, он с рычанием рванулся к нему, но упал и заплакал, царапая землю. Второй, гитзерай в кожаной куртке, украшенной крылатым шлемом Мрачной Клики, с интересом рассматривал гормилей.       - Три или пять? – внезапно спросил он.       - Что? – удивился Сорен.       - Три или пять, друг? Ответь, это очень важно.       - Тебе пора на Заставу, друг, - мрачно ответил Грга. – Как это может быть важно, если жизнь не имеет смысла?       - Не получается без смысла, - вздохнул гитзерай. – Нет снаружи – ищешь внутри. Нащупываешь, убеждаешь себя, только схватил – хлоп! Ни тебя, ни смысла. Так и мир вокруг. Только привыкнешь к туману, холоду, домам над головой – хлоп! Ты в саванне. Варишься, как рак в собственном панцире. Привык к зною – хлоп! Вокруг летающие шестерни. Тик-так, пять часов. Вам чай без молока или без сахара?       - Кто это сделал? – без особой надежды спросил безумца Сорен. – Кто напал на вас?       - Колёсики, винтики ржавой системы, - улыбнулся наёмник. – Зубчики, перемалывающие мир в труху. Враг снаружи, враг изнутри. Враг, - он приставил палец ко лбу, - вот здесь.       Гитзерай помолчал, а потом показал пальцем на символ Атар на шее полуэльфа.       - Или здесь.       - В каком смысле? – нахмурился атаон.       - Щупальца безумия из астрала, - ответил наёмник. – Хватают командира, утаскивают в пустоту. Верный пёс не смог защитить, теперь ярится, грызёт цепи. Поздно.       - Как разобраться в этом бреду? – вздохнул Сорен, повернувшись к гормилю.       - Три или пять? – снова произнёс гитзерай. – Реши для себя, и увидишь подкрадывающееся здравомыслие.       - В отряде были Атар? – спросил Грга у Сорена.       - По документам, да, - задумался полуэльф. – Но я спрашивал в Храме… Никого из наших не посылали. Если кто-то и пошёл, то… Из Астральной Крепости!       - Щупальца безумия из Астрала… - пробормотал Грга.       - Пройди ртуть, воду и грязь, - посоветовал безумец. – Вернись по своим следам. Догони упущенное время.       - Ртуть? – нахмурился Сорен.       - Порталы? – предположил Джиссон. – Грязь с этой стороны, вода с той. Ртуть – серебряный пруд, дыра в астральное море. Возле лагеря охотников есть такой. Стоит ли туда соваться – вот в чём вопрос.       - Формально, моя миссия завершена, - ответил полуэльф. – Но если я хочу чего-то большего, чем похвалы начальства, нужно развеять мрак этой истории.       - Нельзя это оставлять, - согласился Грга.       - Надеюсь, вы меня извините, если я останусь здесь? – спросил кот.       - Будет грустно, но мы переживём, - усмехнулся атаон.       - Пока, полосатый! – весело сказал Крарак. – Не скучай тут без нас.       Шаварш с тоской посмотрел на выход из шатра.       - Может, попросимся на постой? – неуверенно спросил он.       - Думаешь, нам разрешат? – с иронией поднял бровь Сорен.       - Нет, - разрушил их сомнения лев-друид. – Но я ускорю ваш путь. Эти земли достаточно терпели ваше присутствие.       Он тихо прорычал-пропел странную фразу и ткнулся мордой в ствол дерева, поддерживающего шатёр.       - Коснитесь его! – приказал друид путникам.       - Надеюсь, мы отправимся не в Баатор, - вздохнул Сорен, и прикоснулся к шершавой коре.       Он почувствовал лёгкую тошноту и головокружение, как будто земля на мгновение ушла из-под ног. Шатёр исчез. Сорен стоял, опершись на ствол низкорослого дерева с пышной плоской кроной, вокруг снова раскинулась жаркая саванна. Атаон поспешил отойти от ствола, и через несколько мгновений на том же месте один за другим появились Шаварш и оба гормиля. Невдалеке от них несколько антилоп пили мутную воду из грязной лужи-портала.       - Катимся отсюда, - проворчал Шаварш, - пока у нас рога не отросли.       Распугав антилоп, путники влезли в грязь и шлёпнулись на животы как бородавочники. Сорен погрузил лицо в солоноватую воду, но она едва доходила до ушей. «И что дальше?» - подумал атаон, и в тот же миг толща воды обрушилась на него, прижимая ко дну. Полуэльф отчаянно замахал руками, пытаясь оттолкнуться. Тяжёлый нагрудник не давал встать. Паника накатила на атаона, но тут чешуйчатая лапа ухватила его за ремень и поставила вертикально. Чихая и отплёвываясь, Сорен выбрался на берег.       Бледные лучи утреннего солнца освещали верхушки деревьев на противоположной стороне озера, но внизу всё ещё царил полумрак и утренняя сырость. Разгорячённые планоходцы мгновенно продрогли, и гормилю пришлось разворачивать купол. К счастью, вьюки были защищены от влаги, и Сорен с Шаваршем быстро натянули сухие рубахи.       - Что дальше? – спросил воин. – Вломимся в лагерь и потребуем показать нам ход в Астрал?       - Можно и так, - ответил Грга. – Посмотрим на месте. Может, охотники уже снялись.       Действие бодрящих зелий заканчивалось, и анархисты решили поспать, ведь утомлённый разум – серьёзная помеха для путешествия по астралу.       Когда они проснулись, солнце уже было в зените, а лесной воздух стал тяжёлым и влажным. Змеи и ящерицы выползли из нор и устроились поудобнее на грудах нагретых камней. Наскоро перекусив, путники сверились с картой и стали на тропу, ведущую в сторону лагеря. На этот раз им удалось избежать внимания анаконд и ягуаров, да и охотники никак себя не проявляли. Когда отряд приблизился к месту стоянки, Грга превратился в гитзерая и, одолжив маскировочный плащ Сорена, отправился на разведку. Вскоре он бесшумно вынырнул из зарослей.       - Лагерь пуст, в окрестностях никого.       Планоходцы осторожно выбрались на поляну. Закопчённый котелок, присыпанный золой, и несколько порванных тентов свидетельствовали о том, что охотники покинули лагерь в спешке. Следов было много: отпечатки кожаных мокасин и подкованных сапог, цепочки птичьих лап, осторожная поступь лисы, и, наконец, глубокие следы копыт.       - Не похоже на оленей, - напряжённо заметил Шаварш.       Разбитая копытами тропа уходила от лагеря в направлении Пика. Там же, судя по карте, находился серебряный пруд, ведущий в Астрал. Сорен и Шаварш достали жезлы и двинулись вперёд, осторожно раздвигая кусты. Тропинка вывела их на широкую поляну, поросшую мягкой травой. В дальнем конце её, в кругу из крупных коричневых мухоморов тускло поблёскивало нечто, похожее на затянутую серебряной плёнкой яму с неровными краями. А перед ней, преграждая путь, стоял механический кентавр.       Металлический корпус конструкта покрывали вмятины и прорехи, сквозь которые виднелись тяги и шестерни внутреннего механизма. Крылья из плотной кожи на подвижной раме застыли в неправильном положении. Заметив планоходцев, кентавр тут же согнул кисти, и из его предплечий с грохотом выдвинулись две длинные шипастые цепи. Грга и Крарак разом плюнули. Сгустки первичной материи Лимбо понеслись к зелехуту, меняя форму и цвет. Один из них растаял на полпути, превратившись в облачко дыма, второй ударил кентавра в грудь и растёкся по бронепластине, превращая её в хрупкий лёд. Сорен разрядил жезл и прыгнул в сторону, спасаясь от метнувшейся к нему цепи. Не успел. С лязгом и скрипом цепь свернулась тугим кольцом вокруг туловища, и только сталь панциря спасла полуэльфа от острых шипов. Мощным рывком зелехут повалил атаона в грязь. Ещё одна молния с треском пронзила пространство и ударила кентавра в бок. Конструкт дёрнулся и на мгновение замер. Пользуясь его замешательством, Крарак прыгнул вперёд. Кентавр встал на дыбы, пытаясь сбить врага передними копытами, но слаад оказался выше. Мощным ударом когтистой лапы он проломил ледяную пластину и вырвал из груди зелехута ворох пружин и шестерёнок. Механический кентавр рухнул на бок, стальные цепи дёрнулись и размотались на всю длину.       - Снова Неотвратимый, и снова бракованный, - проворчал Сорен, поднимаясь с земли.       - Нетипичное поведение, - согласился Грга. – Даже не предложил сдаться.       - Помните шестерни на поле боя? – спросил Крарак, помахивая одной из деталей. – Похожи?       - Винтики ржавой системы, - пробормотал атаон.       - Ещё не расхотелось на ту сторону? – подмигнул ему Шаварш.       Полуэльф вздохнул и подошёл к пруду. Серебристая поверхность не отражала ни леса, ни неба, ни его лица. Если разобраться, это была и не поверхность вовсе, а её противоположность - истончение ткани реальности, прореха, ведущая на изнанку бытия. Держа жезл наготове, атаон шагнул вперёд и почувствовал слабое сопротивление, как будто он прошёл сквозь поток водопада. Сорен не знал, что именно он ожидал увидеть на той стороне, но явно не заполненное ящиками и бочками помещение, освещённое яркими волшебными фонарями. У стен расположились стойки с оружием и стеллажи с деталями доспехов. Вокруг пруда-портала, с этой стороны свинцово-серого, была выстроена клетка из толстых прутьев, вроде тех, в которых держат орлов в больших зверинцах. Её дверца была заперта на толстый засов, но замок валялся рядом на полу, и полуэльф без труда открыл её, просунув руку между прутьями. Из пруда с тихим «плюх» появились остальные.       - Планарный торговый консорциум, - прокомментировал Грга, увидев клейма на ящиках. – Мы на одной из путевых станций.       - Тихо, как в могиле, - проворчал Шаварш. – Где охрана, хотел бы я знать?       Сорен молча достал меч и пошёл вперёд, лавируя между ящиками. Крышка одного из них была сдвинута. Заглянув внутрь, атаон увидел стопки тонких галет, переложенные рисовой бумагой. Впереди показалась деревянная дверь с приоткрытым смотровым окошком. Сквозь щели лился яркий свет. Полуэльф толкнул её, и дверь со скрипом открылась, открывая вид на ряды двухъярусных кроватей. В казарме стражи было тихо и пусто. Брошенные в спешке смятые постели указывали на то, что бойцов подняли по тревоге. Большинство рундуков было открыто, в них виднелись мелкие личные вещи – бритвы, щётки для чистки сапог, плитки жевательного табака. Пройдя между койками, Сорен увидел вторую дверь, цельнокованую из стали, а, может, сработанную волшебником. По стальному косяку вилась светящаяся запись охранного заклятия. Рядом с дверью застыл на часах охранник в окрашенной чёрной краской кирасе с выведенным под грубый трафарет гербом Консорциума – караваном верблюдов, бредущим сквозь порталы. Атаон шагнул вперёд, и тут же отскочил, подняв меч в защитной стойке. Из-под шлема-капеллины8 на него глядел череп, покрытый остатками высохшей кожи. В пустых глазницах скелета горели холодные зелёно-голубые огни. Секунды складывались в минуты, но скелет никак не реагировал на полуэльфа.       - Низшая нежить неспособна двигаться в астрале, - пояснил подошедший сзади Грга. – Здесь ты перемещаешься силой мысли, а у них и мыслей-то нет.       - Что здесь произошло? – напряжённо спросил Сорен.       - Понятия не имею, - проворчал гормиль. – Опять чароплёты чего-то наворотили. Видишь – доспех новенький, а скелет будто пару лет как помер.       - Тень у него странная, - заметил Шаварш. – Какая-то слишком густая, что ли…       Крарак тихо зашипел, высунув раздвоенный язык.       - Берегись! – вдруг рявкнул Грга.       Тень скелета зашевелилась, и вдруг бросилась на Сорена. Из тёмных углов казармы ужасающе бесшумно выскользнуло ещё несколько сотканных из темноты силуэтов. Атаон взмахнул мечом, и заговорённое оружие сверкнуло в воздухе, вспарывая тьму. Тень рассеялась, но другая схватила полуэльфа за плечо, и он почувствовал, как цепенеют мышцы. Сорен неуклюже развернулся и отмахнулся от врага, но тот стремительно перетёк ему за спину. Крарак тряхнул головой, разбрызгивая крохотные молнии и мыльные пузыри. Тень съёжилась, и атаон стремительным выпадом разрезал её надвое. Ещё три тени вынырнули из-под коек, и атаону осталось только воззвать к Запредельному.       Каждый, кому приходилось колдовать в Астрале, знает, с какой головокружительной лёгкостью здесь даются плетения. Мощный поток энергии захлестнул Сорена, не требуя ни концентрации, ни усилий, как будто он был открытым кувшином на пути горного потока. Захлёбываясь от щемящего восторга, чувства почти всевластия, полуэльф провёл рукой в воздухе, как будто благословляя тени, и вспышка ослепительного света разорвала их в клочья. Магия, удерживавшая скелет стражника, тоже рассеялась, и полуослепший атаон услышал, как его кости затрещали под тяжестью лат. Потерявшие опору доспехи рухнули, задев потайной рычаг. Стальная дверь со скрежетом уехала вверх, и Сорен увидел, как по коридору несутся двое гитъянки, воин и маг. Гормили глухо зарычали, готовясь к бою, и женщина-воин резко остановилась, приняв защитную стойку. Маг с проклятием сорвал с пояса увенчанный голубым кристаллом жезл.       - Стойте! - крикнул полуэльф, узнав мечницу.       Грга недовольно посмотрел на него.       - Сорен?! - почти хором выпалили оба гит.       В коридоре раздался топот и противный вой гулей.       - Прячьтесь скорее! - бросил атаон. - Грга, пропусти их!       - Под твою ответственность, - проворчал гормиль, отходя с дороги.       Сорен пинком сбросил с рычага доспехи и повернул его, закрывая дверь перед носом у падальщиков. Зенит и её спутник отошли к рядам коек, опасливо поглядывая на гормилей. Грга и Крарак отвечали им неодобрительным шипением.       - Зенит, - хмуро спросил атаон. – Что ты здесь делаешь? Где Мено?       - Меня сложно узнать в гриме, - криво усмехнулся волшебник-гитъянки.       Лицо спутника Зенит было незнакомым, как и голос, но его мантия была похожа на ту, что носил Менандр. Конечно, можно было просто сделать вид, что он поверил незнакомцу, но кто мог поручиться, что гитъянки не стоят за произошедшим на станции? Другое дело, если это действительно Мено под заклятием трансмутации. Полуэльф лихорадочно искал вопрос, что-то простое, чего Менандр не стал бы рассказывать Зенит.       - Что написано в десятой статье третьего раздела Свода законов Автоматы? – с прокурорским прищуром спросил Сорен.       - Думаешь, я помню? – удивлённо моргнул гит. – Это когда было… Хотя, постой! В кодексе Автоматы сквозная нумерация, и третий том, он же третий раздел, открывает, дай Огма9 памяти… Двести тринадцатая, или двести пятнадцатая статья, не меньше.       - Опять поминаешь богов, - вздохнула Зенит.       Построение фраз, несмотря на акцент, было вполне менандровским. К тому же, ни один боевой маг гитъянки в здравом уме не стал бы изучать проклятый кодекс.       - Убедил, пожалуй, - кивнул атаон. – В таком случае, что вы оба здесь делаете?       - Идём в Ту’нарат, - ответил Менандр. – Избавлять Зенит от проклятия альхуна. Подробности ищи в Сенсориуме, Монтегю подскажет нужный камень.       - И надолго эта маскировка? – поинтересовался полуэльф.       - Если не задаться целью превратить меня обратно, то навсегда, - улыбнулся маг.       - Мено, я подозревал, что ты не выписался, а сбежал с Заставы, - вздохнул Сорен. – Теперь я в этом уверен.       - Раз мы покончили с приветствиями, - проворчал Грга, - то скажите, что это за место, и что здесь произошло.       - Это путевая станция Гимель, - ответила Зенит. – Мы пришли из Торговых Врат около часа назад, и знаем не больше вашего.       - На той стороне не получали сигналов тревоги, - добавил Мено. - Впрочем, и других сообщений тоже, где-то около суток.       - Это в порядке вещей, - кивнул Крарак. – Консорциум пришлёт отряд только на третьи сутки. Хорошо бы предупредить их раньше...       - Мы можем пробиться к порталу в Торговые Врата? – спросил атаон.       - Пруд ведёт в одну сторону, оттуда сюда, - проворчал Грга.       - Я бы туда не возвращался, - поёжился Мено, оглянувшись на дверь. – Там гули, тени, скелеты и какая-то штуковина вроде здоровенного монодрона.       - Марут, - вспомнил Сорен. – Конструкт из Механуса. Последнее время они попадаются нам всё чаще.       - Предлагаю вернуться в Фаунель, - подал голос Шаварш. – По-моему, мы узнали достаточно.       - Если придётся туго, это выход, - согласилась Зенит, - но мы ещё надеемся пробиться к кораблям.       Грга задумчиво посмотрел на дверь, выстрелив раздвоенным языком.       - Попытаемся попасть в штаб смотрителя, - сказал он. – Там должны быть офицерские жезлы, открывающие служебные коридоры на поверхность астероида. Там же журнал станции и кристалл связи. Предупредим Консорциум, и ходу отсюда.       - Все выходы с торговой площади были заперты, - заметил Мено. – Кроме этого.       - Если я правильно помню, - ответил Грга, - в служебную часть станции можно попасть только через казармы стражи. То есть, должна быть ещё одна дверь, здесь или на складе.       В казарме других выходов не нашлось, и путешественники вернулись в полумрак склада.       - Я успел вас похоронить, - сообщил Сорен друзьям, когда они осматривали стены в поисках скрытого прохода.       - Джиннья нас спасла, - ответил волшебник. – Странное чувство: мы ходим, говорим, мечтаем, как будто ничего не было. Разум просто отказывается принять, что мы, в общем-то, умерли. На месяц.       - В каком смысле? – спросил атаон.       - Исчезли с Плана Огня двадцать пятого числа пятого месяца, появились в Элизиуме четвёртого числа седьмого месяца. На это время заклятие Аиши исключило нас из симфонии Планов. У нас как будто была пауза в партитуре, и оркестр играл без нас. А если весь оркестр сделает паузу, мы даже не сможем это понять.       - Интересная мысль… - задумчиво произнёс полуэльф.       - Нашёл! – прервал их беседу Шаварш.       Решётка, отделяющая служебный коридор от склада, была заставлена ящиками, но не заперта. От неё вглубь астероида вёл широкий туннель, освещённый бело-голубыми волшебными фонарями. Дойдя до первого поворота, планоходцы наткнулись на груду битых кристаллов, в которых угадывались части какой-то статуи.       - Кристаллические големы, - помрачнел Мено. – Не хотел бы я столкнуться с тем, что их разбило.       Отряд разделился на двойки. Грга и Крарак впереди, ближе к стенам коридора, Менандр и Зенит в центре, Сорен с Шаваршем прикрывали тыл. Туннель плавно изгибался, уходя вниз под небольшим углом. От него то и дело отходили боковые коридоры, перегороженные стальными дверями или решётками. В таких местах Грга останавливался, настороженно нюхая воздух, внимательно читал надписи на косяках, и вёл отряд дальше. Гиш и волшебник уверенно шли следом. Между ними уже не было той напряжённой недосказанности, которую помнил атаон по прошлым путешествиям. Её место заняла спокойная слаженность, сквозящая в скупых жестах, быстрых взглядах и выверенной дистанции.       Коридор был неприятно пуст и угрожающе тих. Даже шаги путешественников быстро гасли, как будто стены туннеля были обиты мягким войлоком. Отсветы волшебных огней тревожно сверкали в гранях дроблёных кристаллов, отмечающих места гибели охранных големов. С каждым шагом в груди Сорена нарастало давящее ощущение приближающейся беды. Наконец, коридор резко повернул влево, и Грга остановился. Впереди чёрным провалом распахнулся зев широких ворот. Пол возле них был усеян обломками кристаллов и кусками металла, а у стены валялся искорёженный корпус боевого конструкта. Золочёная броня механического рыцаря была покрыта вмятинами, из груди торчал заострённый обломок кристалла, а на исцарапанном воронёном лице-маске, казалось, застыло удивление.       Вид поверженного колярута был необычен, но внимание атаона, даже против его воли, приковывала чернота прохода. Тьма казалась осязаемой, как будто внутри арки была натянута завеса или смоляная плёнка, резко отсекающая свет волшебных ламп. Она ужасала и притягивала одновременно, как пламя пожара или простор, открывающийся со скального обрыва. Полуэльф зачарованно шагнул вперёд, но ошеломляющее предчувствие опасности тут же обрушилось на него, заставляя замереть на месте.       Грга предостерегающе вскинул сжатый кулак, затем несколько раз показал на левую стену. Сорен заставил себя оторвать взгляд от прохода, и увидел приоткрытую дверь с надписью на всеобщем: «Смотритель станции».       Осторожно, чтобы не потревожить то, что скрывалось в хранилище, планоходцы прокрались к двери и вошли внутрь. Большую часть круглой комнаты занимал металлический стол, на поверхности которого была выгравирована подробная карта путевой станции. В ключевых точках схемы лежали магические кристаллы, угрожающе мигавшие багровым светом. У стены, под гобеленом, изображавшим всё тот же проходящий через порталы караван, скорчился в неудобной позе связанный рилмани в алых доспехах Гармониума. Атаон устремился к нему, но шедшая рядом Зенит вдруг замерла, с ужасом глядя в ту сторону, как будто перед ней возникло исчадие Бездны.       - Ка’т’ик10? – прошептала она, поднимая меч.       - В чём… - начал было полуэльф, но тут комната исказилась как отражение в кривом зеркале, и на путников со всех сторон бросились тени.       Сорен хотел воззвать к Запредельному, но почувствовал, как пол уходит из-под ног, и с воплем полетел в непроглядную тьму. Тени неслись следом. Атаон отчаянно взмахнул мечом, но тот со звоном натолкнулся на что-то твёрдое. Раздался глухой рык, и кто-то невидимый сильно ударил его по руке, заставляя выпустить рукоять. Обернувшись, полуэльф увидел своего извечного врага-драконида. «Откуда?!» - успел подумать Сорен, но враг тотчас же прыгнул, метя ему в лицо острыми когтями. Атаон нагнулся и с силой боднул драконида в грудь.       Ощущение было, как если бы он с разбегу врезался в чешуйчатую стену. Из глаз полетели искры, а противник только недовольно зашипел и ударил полуэльфа по подставленной спине. Кираса жалобно звякнула, и Сорен рухнул на четвереньки. Драконид схватил его за шиворот плаща, но тут комната взорвалась фейерверком магических огней. На мгновение всё замерло, а затем когтистая лапа выпустила атаона, и голос Крарака прорычал замысловатое ругательство на языке Бездны. Полуэльф с трудом встал, ощущая во рту солоноватый привкус крови.       В комнате царил хаос. Половина кристаллов валялась на полу вперемешку с обломками мебели, а под догорающим гобеленом, тяжело опираясь на меч, стояла Зенит. Один из её наплечников болтался на надорванном ремне, а пластину нагрудника пересекали три внушительные царапины.       - Что это было? – хрипло спросил полуэльф.       - Т’рак’и’кит11, - выдохнула она.       - Впервые такое вижу, - пробормотал Мено. – Сгусток тьмы, вроде большой тени, всё время меняется… И меняет всё вокруг.       - Искажает чувства, - глухо добавила гиш. – Он ещё здесь. Сбежал, но вернётся.       Предчувствие беды навалилось с новой силой.       - Скелеты! - выпалил Сорен. – Все здесь стали скелетами, и мы станем. Надо бежать, бежать как можно скорее!       Грга быстро оглянулся, и выстрелил длинным языком, подцепив с пола короткий серебристый жезл.       - Пора, - рыкнул он.       Планоходцы выскочили из комнаты, и Сорену показалось, что завеса тьмы в провале ворот колышется и переливается, готовясь лопнуть. Он сломя голову помчался по тоннелю, вперёд к спасительному порталу в Фаунель, но не успел миновать первый поворот, как впереди послышался тяжёлый топот. Тяжёлая кованая решётка с треском и грохотом сорвалась с завесов, и из бокового коридора выбрался Неотвратимый.       Неуклюжее создание отдалённо напоминало монодрона. Его единственный выпуклый глаз гневно таращился на планоходцев из центра лишённого головы толстого туловища, но мощные бронированные руки и ноги были вполне пропорциональны торсу, и отнюдь не создавали впечатление забавной игрушки. Торс конструкта украшал ярко начищенный золотой диск, покрытый сияющими письменами.       - Назад! – заорал гормиль.       Сорен развернулся, и увидел, что Грга стоит возле одной из железных дверей, чертя жезлом смотрителя странную фигуру. Дверь с лязгом распахнулась, и путники устремились в узкий служебный коридор. Путь им преградило несколько неподвижных скелетов, но гормиль, утробно рыча, расшвырял их как кегли.       Планоходцы бежали по туннелю, и вокруг них станция оживала, наполнялась звуками и запахами, как будто с их разума сдёрнули туманную пелену. С лязгом и скрежетом пытался протиснуться в коридор безумный голем, визжали и скреблись в боковых туннелях невидимые пока гули, откуда-то несло гарью и тлением. Волны страха ослепляли, понукали бежать без оглядки. Оглянувшись, атаон увидел ту же панику в глазах Шаварша.       - Быстрее! – хрипло прошептал онидущему впереди Менандру.       Тот встревожено оглянулся и, встретив безумный взгляд Сорена, полез зачем-то во внутренний карман и достал оттуда пакетик с серебряным порошком.       - Хорн муугаас зайлуул! – быстро прошептал маг и бросил горсть порошка в воздух.       Атаон рефлекторно зажмурился, но пылинки повисли над ним серебряным покрывалом, и страх отступил, спрятавшись где-то между сердцем и солнечным сплетением.       Грга свернул, уводя путников в боковое ответвление коридора, и в тот же момент волшебные лампы, освещавшие путь, мигнули, и стали медленно гаснуть.       - Проклятие, - прошептал Шаварш.       Сорен почувствовал спиной что-то странное, похожее на беззвучный хлопок и слабое дыхание холодного ветра. Что-то зарождалось в недрах станции, и атаон не мог, да и не хотел найти этому названия.       - Некротический всплеск! – крикнул Мено. – Кто-то открыл портал в План негативной энергии!       Гормиль молча прибавил ходу, но путь вдруг преградила стальная дверь. Повинуясь взмаху жезла, она распахнулась, и из разгромленной казармы на планоходцев уставился десяток голодных гулей.       - Да провались оно всё! – с чувством произнёс волшебник, и с его ладони сорвалась яркая искра.       Огонёк влетел в казарму и с рёвом разорвался, расшвыривая мебель и падальщиков. Грга и Крарак ворвались следом, добивая выживших тварей ударами когтистых лап. Танцуя между горящими койками, планоходцы пронеслись через этот филиал Баатора и, протиснувшись сквозь разломанную решётку, выскочили в следующий коридор. Лампы замерцали и окончательно погасли, а затем пропало притяжение.       Атаон уже успел забыть, что они в Астрале – настолько станция Гимель была похожа на обычное подземелье. Но сейчас, беспомощно зависнув над полом, он ощутил всплеск настоящей паники. Менандр и Зенит легко понеслись вперёд, как будто их гнал мощный поток воздуха. «Мы движемся силой мысли, мы движемся силой мысли…» - лихорадочно бубнил про себя полуэльф, но страх удерживал его на месте. Маг развернулся и произнёс нараспев нелепую фразу на сильванести, что-то вроде «пусть ветер наполнит твои крылья». В его руке вспыхнул крошечный огонёк. «Заклинание левитации!» - решил Сорен, и рванулся следом за друзьями, обогнав даже Шаварша и Крарака. Планоходцы пролетели через набитый товарами склад, легко увернулись от неуклюже барахтавшихся в пустоте гулей, и выскочили из подземелья как пробка из бутылки.       Впереди ждала бескрайняя пустота, серебристо-серая, словно подёрнутая лёгкой дымкой. Казалось, вдали мерцают звёзды, а может, их рисовало воображение, ошеломлённое необъятностью пространства. Планоходцы парили в большом гроте, из которого выдавались вперёд несколькокаменных пирсов.       Возле одного из них застыл арвандорский галеон, похожий на могучих китов, живущих в океане вокруг горы Целестии. На его изящном корпусе не было ни единого стыка, как будто он вырос целиком, подобно скорлупе ореха.       К сожалению, хоть астральные корабли арвандорских эльфов и славились своей скоростью, необученная команда из шести существ не смогла бы даже сдвинуть его с места.       У соседнего пирса висел причудливый астральный ялик гитъянки. Его бронированный корпус был похож на отрубленный носок латного сапога, из подошвы которого выдавался вперёд изогнутый клюв-таран. Корму кораблика украшала пара кованых драконьих крыльев, оранжевые ходовые огни мягко светились в серебристой пустоте. У распахнутого люка застыла в вечном карауле мумия воина-гитъянки в лёгкой броне.       - Рраяк'хт'ча12, - пообещала Зенит, пролетая мимо погибшего часового.       Путники сгрудились в тесной рубке корабля. Астральный ялик был рассчитан на четверых, включая пилота, и гормилям пришлось превратиться в гитзераев, чтобы занимать меньше места. Мено решительно подошёл к посту управления и положил руки на стилизованный череп иллитида.       - Управлял раньше таким? - спросил Сорен.       - Он отвечает, - отрешённо ответил маг.       Люк с глухим стуком захлопнулся, и корабль рванулся назад и вверх по закрученной дуге. Ялик ощутимо тряхнуло, и сквозь узкую бойницу полуэльф увидел, как от него оторвались два огненных шара и устремились к арвандорскому галеону. Паруса неподвижного корабля ярко вспыхнули, среди языков пламени промелькнуло что-то похожее на летающую кляксу.       - За нами хвост, - заметил атаон.       - Три цели, скорость шесть единиц, - отозвался Мено.       Корабль выплюнул ещё один огненный шар, резко развернулся и устремился прочь от станции. Тени быстро отстали и затерялись в серебристой дымке. Сорен облегчённо вздохнул.       - Никогда ещё не было так жутко, - сказал он. - И никогда я так быстро не поддавался панике.       - Это "подарок" Звериных Земель, - пояснил Грга. - Обострённые реакции, сильные эмоции. Ты оказался самым восприимчивым, даже шерсть на ушах выросла.       - Какая ещё шерсть? - удивился атаон.       - Рыжая, - меланхолично отозвалась Зенит. - Похоже, лисья.       - Куда теперь? - устало поинтересовался Шаварш.       Менандр оторвался от управляющего черепа, и его взгляд стал более осмысленным.       - Корабль советует курс на аванпост Т'ла'и'лан, в трёх условных сутках13 полёта. Но это - поселение Содружества...       - Знакомое название, - нахмурился Сорен. - Из этого места гитъянки нападают на нашу Астральную Цитадель.       - Минуту... - волшебник снова положил руки на бронзовый череп иллитида. - Да, Цитадель Атар в двух условных сутках пути от аванпоста, по прямой- чуть меньше четырёх условных суток. Я могу сбросить вас там, только близко подлетать не буду.       - Значит, мы застряли в Астрале на неделю, - вздохнул Сорен. - Ни связи, ни понимания, что случилось.       Понимания не прибавилось и в следующие дни. Можно было предположить, что Праймусу надоели попытки смертных помешать Маршу, и он послал Неотвратимых, но загадочный враг, с которым планоходцы столкнулись на станции, не вписывался в эту гипотезу. Свет на события мог бы пролить журнал смотрителя, но после того безумного боя никто не стал искать злополучную книгу. Там же остался и кристалл связи а, значит, будут ещё смерти. Мено надеялся, что сожжённый галеон отпугнёт астральных путешественников, но надежда эта была слабой. Постепенно путники смирились с чувством собственной беспомощности, и отдались на волю Серебряной Пустоши. Иногда они делились рассказами о прошлых приключениях, но чаще молча сидели у бойниц, вглядываясь в беззвёздную даль. Наконец, вдалеке показался продолговатый силуэт Астральной Цитадели. Три окаменевших тела забытых богов древности висели рядом с ней в пустоте, служа наглядным пособием для наставников фракции.       Менандр остановил ялик и открыл входной люк.       - Извините, но ближе подходить опасно, - с сожалением в голосе сказал он.       - Ничего, дальше мы и сами доберёмся, - заверил его Грга.       - Надеюсь, ещё увидимся, - улыбнулся друзьям Сорен. - Кстати, спасибо за левитацию.       - Не за что, на самом деле, - смущённо ответил волшебник. - Это был просто фокус, чтобы ты поверил, что можешь летать. Настоящих заклинаний у меня уже не оставалось.       - Главное, сработало! - весело ответил атаон, и выпорхнул в люк.       Четверо планоходцев наперегонки понеслись к Цитадели. Иногда казалось, что они и не движутся вовсе, но сам оплот Атар увеличивается в размерах, обрастая деталями. Сорен уже мог различить центральный шар, украшенный вырезанными из камня драконьими мордами, из которого вырастали в противоположные стороны две симметричные квадратные башни, увенчанные двускатными крышами наподобие пагод. Изогнутые декоративные шипы-бивни обрамляли каждый ярус. Хотя безбожники-строители вряд ли закладывали этот эффект, атаон не мог не отметить отдалённого сходства конструкции с ваджрой, скипетром одного из богов грома, который некоторые народы считали символом мудрости.       Навстречу путникам из драконьей пасти вылетело несколько охранников. Они окружили планоходцев, угрожающе выставив мечи и жезлы.       - Назовите себя, - потребовал командир.       - Атаон Финнеас на задании от фактора Флогисто, код "Маладомини"14, - быстро ответил Сорен. - Я должен срочно видеть Ридгата Ро.       Услышав имя Флогисто, охранник заметно напрягся, но провёл полуэльфа и его спутников на обзорную площадку, откуда открывался вид на тела Трёх Забытых. Бариавр Ро, командовавший охраной Цитадели, беседовал у панорамного окна с крупным темнокожим человеком, в котором атаон с удивлением узнал Гнея Тресса, начальника внутренней безопасности фракции.       - Откуда вы прибыли, атаон? – с нехорошим прищуром спросил безопасник.       - С путевой станции Гимель, - торопливо ответил Сорен. – Бойцы, которых Флогисто послал в помощь Гармониуму, вернулись?       - Какие бойцы? – Тресс вопросительно посмотрел на бариавра.       - Впервые слышу, - развёл руками тот.       Полуэльф растерянно посмотрел на Ридгата, и больно прикусил губу. Может, он до сих пор бредит? Картина перед глазами не поменялась, но от этого не стало спокойнее.       - Продолжайте, атаон, - мрачно произнёс фактор Тресс. – Что с ними не так?       - На станции Гимель мы столкнулись с существом, способным затуманивать разум, - осторожно начал Сорен. – И принимать вид других людей. Я считаю, что такие же существа приняли вид членов нашей фракции, которых фактор Флогисто отправил с заданием на Звериные Земли. Если они вернулись, нам всем угрожает опасность.       - Что со станцией? – уточнил Ридгат Ро.       - Станция Гимель потеряна, - ответил ему Грга. – Там произошло два некротических выплеска, мы едва унесли ноги. Нужно как можно скорее оповестить Консорциум и объявить карантин.       Тресс задумчиво погладил короткую бороду.       - Мы проведём проверку, - сказал он. – Вы же, не медля, отправляйтесь в Сигил и сообщите всё фактору Флогисто.        1 Коллекторы или сборщики – в Сигиле так называются сборщики трупов, состоящие на жаловании фракции Хранителей Праха. 2 Векна – могущественный лич из Орта, стремящийся стать верховным богом. На момент описываемых событий заточён в Рэйвенлофте, области Глубокого Эфира. 3 Разрезы на рукавах и груди, ставшие известным атрибутом костюма XVI века, первыми начали делать германские ландскнехты, чтобы жёсткая ткань не стесняла движений в бою. 4 Абордажный меч – 60-сантиметровый предок парадного кортика. 5 Кожеголовый (англ. Leatherhead) –тупой или одержимый навязчивой идеей персонаж на сигильском жаргоне. 6 Сфера Леомунда – разновидность магического жезла, создающего плетение «Леомундова хижина». Именно это заклинание использовал в третьей главе Мено, чтобы создать купол с комфортным микроклиматом. 7Юстициарий – член фракции Убийц Милосердия, дающий обет преследования определённого преступника. При посвящении юстициария проводится ритуал, дающий ему способность чувствовать след цели. Преступник при этом ощущает приближение неотвратимой расплаты. 8Капеллина – шлем в виде металлического колпака с полями. 9 Огма – торильский бог-покровитель учёных и летописцев. 10 Что (кто) это? (гит.) 11 Дух безумия (гит.) 12Ты будешь отмщён (гит.) 13 Условные сутки – изменения астральной проекции путешественника (приближения, отдаления от объектов, накопление памяти о событиях и т.д.), происходящие за одни усреднённые биологические сутки. 14 Маладомини – один из девяти адов Баатора, полный всяческих нечистот. «Код Маладомини», таким образом, - эвфемизм фразы «мы по уши в дерьме».