Такой разный взгляд

С момента прибытия в Синюю Рощу каравана из Эль Дорадо прошло полгода, за которые малая королевская резиденция буквально расцвела. Друиды либо разогнали, либо подчинили диких зверей, заставив их охранять внешний периметр, слуги починили жилые бараки, стражники обошли окрестные деревни и собрали налог, чтобы заполнить амбары свежими продуктами. Отныне каждое утро здесь начиналось под музыку флейт, выкрики офицеров и свист рассекаемого копьями ветра, неизменно оканчивающийся стуком деревянных древок в тренировочных боях. Сам золотистый оленёнок, научившийся уверенно стоять, а затем и бегать в первую же декаду, под присмотром личной няньки, свиты слуг и стражи, а также при помощи учителей сперва обследовал фазенду, а потом принялся за освоение языка. Вскоре о его гениальности, ну и умилительности сосредоточенной мордочки говорили все, от последней поломойки и до мастеров мистических искусств. "Я - злой принц оленьего королевства; лорд Синей Рощи; будущий ученик мэтров Освальда и Вольфганга; младший сын короля... должен носить слюнявчик. Какой позор. Если в будущем мои прислужники или другие аристократы об этом узнают - репутации будет нанесён серьёзный урон. Придётся заставить молчать всех, кто это видел лично, ну и отрицать любые слухи. Как же хорошо, что в этом мире ещё не изобретены фотоаппараты", - одна мысль о книге с изображениями, где он будет запечатлён в столь постыдном, беспомощном виде вызывала у Эллиота (всё же узнавшего, как его теперь зовут) внутренний ужас. ...Не даром в его прошлой жизни столь устоявшимся был стереотип, что при знакомстве с девушкой-парнем своего ребёнка, родители обязательно доставали детские фотографии, дабы отыграться за все бессонные ночи, детские шалости, подростковые выкрутасы. Впрочем, Михаил об этом мог судить исключительно по художественным произведениям, так как сам не удосужился обзавестись единственной избранницей, которую можно без сомнений познакомить с семьёй. Теперь же это ему и вовсе не грозило. "Надеюсь, что произошедшее не стало для них слишком большим ударом. В любом случае - у них остаются те, ради кого стоит продолжать жить... Что же до моих здешних родителей - их мнение меня заботит в последнюю очередь. От них, разумеется, зависит моё благополучие, но если они будут мной разочарованы - меня это не огорчит. Впрочем, разочаровывать короля слишком уж сильно не стоит: а то с него ещё станется лишить меня своего покровительства, а затем - изгнать из королевства", - за два с небольшим месяца выучив язык оленей на уровне, достаточном для понимания устной речи, Эллиот жадно слушал любые сказки, слухи, сплетни, чтобы составить своё собственное мнение о мире. ...Столица королевства, кратко называемого Оления (Оленьи Княжества или Оленье Королевство) именовали Эль Дорадо. Именно там Эллиот появился в этом мире и оттуда его отец отправил младшего сына в провинцию, чтобы он рос вдали от семьи, королевского двора и политических интриг, под присмотром верных лишь правителю слуг. И если с одной стороны это выглядело ссылкой, то с точки зрения Михаила - было лучшим подарком на день рождения. "Пока меня не призовут под светлые очи родителя, ну или же старшего брата, если он усядется на трон раньше намеченного природой срока, я смогу учиться всему, чему захочу. При этом мне не нужно будет корчить из себя достойного сына общаясь с разными аристократами, которые, наверняка, уже плетут какие-нибудь интриги", - границу своих возможностей золотой оленёнок ещё не нащупал, но судя по тому как с ним возились взрослые - они очень широки. Кроме всего прочего были новости, которые являлись пусть и не плохими, но уж точно неоднозначными. Во-первых, занятия магией откладывались до начала роста рогов, что произойдёт не раньше середины второго года жизни, а то и позже этого. Во-вторых, в королевстве был только один настоящий город и принадлежал он королю, тогда как все остальные владели только фазендами да деревнями, разбросанными по рощам. В-третьих, за пределами Великого Леса жили полудикие народы пони, грифонов, драконов, а также иных обладающих разумом видов, которые владели собственной магией и постоянно воевали друг с другом. "Выходит, мне повезло родиться в культурном центре мира, окружённом разнообразными опасностями, от которых нас защищают только лесная стража, друиды, ну и сам король. Что же, уже за это следует поблагодарить ту собаку, что отправила меня в этот мир: не представляю, как бы выживал в племени каких-нибудь кочевников, постоянно нападающих на стойбища соседей. А ведь другим моим коллегам так не повезло", - сетуя на то, что невзирая на демонстрируемую гениальность окружающие продолжают считать его маленьким, Эллиот пообещал себе после взросления попытаться найти упоминания соотечественников в мировой истории (не могли же они все кануть в безызвестности). Пока же его целью было в кратчайшие сроки научиться всему, чему только возможно, обрести самостоятельность и сделать первые шаги к настоящему личному могуществу. Мирная и безопасная провинция, а также верные королевской семье слуги, далёкие от дворцовых интриг идеально для этого подходили... ... На первом этаже хозяйского дома, где кроме большого зала для приёмов и торжеств находились помещения для личных слуг и стражи, спуск в казну, кухня и пара складов, несмотря на послеобеденное время царило необычное оживление. Полдюжины гвардейцев в красных доспехах стояли полукругом, внимательно следя за каждым движением младшего помощника главного повара и лани, положение коей ещё утром казалось незыблемым. Напротив них, сохраняя на мордочке серьёзную невозмутимость, наполовину прикрыв глаза и высоко подняв голову встала Жизель. За полгода, что минули с их прибытия в Синюю Рощу, переданную Солнцеликим Королём во владение Лучезарного Принца, она успела утвердить свой авторитет среди прочих слуг, но всё ещё не ощущала за собой непоколебимой силы. - Надеюсь, меня оторвали от важных дел по действительно важной причине, - По широкой длинной лестнице с низкими ступеньками, что тянулась вдоль правой стены большого зала, с величественной неспешностью спускался облачённый в золотистую мантию друид. - Несомненно, мэтр Освальд, - отозвалась Жизель, коротко наклонив голову в знак приветствия (кронорождённый на это отреагировал вяло, но всё же не посмел нарушить этикет и оспорить право, дарованное Солнцеликим Владыкой). - Эти олени были обнаружены во время близости в амбаре с дарами леса. Лауриэль утверждает, что уже несколько дней чувствовала себя так, словно бы у неё начинается гон... что невозможно по понятным причинам. - Я не вру, - хотела было сделать шаг кормилица принца, но один из стражников выставил на пути лезвие тонкого клинка, острой кромкой направленного в пол. - Я ничего не мог с собой поделать, - в свою очередь начал оправдываться работник кухни: - У меня помутился разум... - Не может помутиться то, чего нет по определению, - пренебрежительно изрёк высокородный друид. - Впрочем, чего ещё можно ожидать от корнерожденных. Последние слова прозвучали совсем тихо и были обращены к двум провинившимся оленям, но Жизель почувствовала себя так, словно бы кронорождённый плюнул и в её сторону. Впрочем, сделать в ответ хоть что-то она не могла не только из-за отсутствия формального повода, но и по причине высокого статуса одарённого. - И чего же вы... госпожа Жизель... хотите от скромного мэтра? - встав на равном расстоянии как от провинившихся, так и от служанки-воспитательницы принца, целитель изобразил на морде недоумение. - Или же вам требуется совет в том, как наказать не оправдавших доверия Солнцеликого Владыки животных, не способных усмирить собственные плотские позывы? "Скромный мэтр... Впрочем, если вспомнить истории, связанные с молодыми друидами, то он и вправду - само воплощение сдержанности", - лань с шёрсткой орехового цвета постаралась скрыть любые эмоции, не собираясь тягаться с заведомо превосходящим противником в словесности. - В иной ситуации, мэтр, данный... проступок можно было бы простить, но в нашем случае дело касается кормилицы Лучезарного Принца, принадлежащей господину и духом, и телом, - тщательно проговаривая слова, Жизель встретилась взглядом с соперницей, окончательно осознавшей всю ситуацию. - Я прошу вас провести тщательную проверку здоровья молочной матери принца Эллиота, чтобы определить степень её вины. - Во истину, под сенью Великого Древа рождаются мудрые мысли, - изрёк Освальд, после чего направился прямо к обвиняемой лани, одним взглядом заставив отступить гвардейцев. Зелёные искры вспыхнули между ветвистых рогов, закрутились и перекинулись на шёрстку вздрогнувшей Лауриэль. Несколько долгих секунд друид молчал, после чего изрёк: - У этой корнерождённой и вправду нарушен баланс гормонов, из-за чего гон начался вопреки продолжающемуся циклу кормления. Рекомендую окончательно отлучить её от принца, дабы избежать негативного влияния на юный организм. Полагаю, госпожа Жизель, так как Лучезарный Эллиот уже начал переходить на более твёрдую пищу, вы и сами справитесь с обеспечением его физиологических нужд. - Мы, несомненно, последуем вашему мудрому совету, мэтр, - орехового цвета лань вернула внимание теперь уже окончательно отлучённой кормилице. - Лауриэль, так как твои действия были продиктованы проблемой со здоровьем, а не низменным желанием удовлетворения животных потребностей, мы не можем считать это предательством. Однако же то, что ты не обратилась к мэтрам при первых же подозрениях на болезнь нельзя простить. К закату ты должна покинуть стены дома Лучезарного Принца. - Могу я просить о снисхождении к своей дочери? - опустив голову, олениха вложила в голос всю свою надежду, желая сделать свой крах не настолько катастрофичным. - Юная Лана не виновата в допущенной ошибке, а потому я клянусь Великим Древом, что она получит лучшее воспитание и, если приложит потребные усилия, займёт предназначенное для неё место подле Лучезарного Принца, - пошла на уступку Жизель, тем самым одновременно обеспечивая дочери соперницы будущее в тепле, сытости и заботе, и оставляя при себе гарантию, что старшая кобыла не станет мстить. - Благодарю вас, госпожа Жизель, - Лауриэль выпрямилась и открыто посмотрела на воспитательницу принца. - Дозволено ли мне будет попрощаться с дочерью и взять некоторые личные вещи? - Разумеется, - орехового цвета лань приподняла уголки губ в улыбке. - Я лично тебя сопровожу, чтобы не возникло проблем. Однако же тебе придётся немного подождать, пока мы не разберёмся с вором. Взгляды всех присутствующих, за исключением теперь уже бывшей кормилицы, скрестились на сжавшемся помощнике повара. - Я-я... Я ничего не крал, - попытался оправдаться олень. - Арктур, ты мог позвать на помощь, если справиться с не способной себя контролировать ланью выше твоих сил, - холодно констатировала орехового цвета кобыла. - Однако - ты не сделал этого и не попытался бежать. Стоит ли нам воспринимать твои действия как желание украсть у принца его молочную мать? - Я-а-а... Э... - крайне информативно ответил обвиняемый. - Лауриэль, готова ли ты взять этого оленя в мужья доказав, что ваша связь не была результатом животной страсти? - обратилась к бывшей уже сопернице Жизель, тут же продолжив, но уже смотря на предполагаемого жениха: - Арктур, готов ли ты доказать свои чувства, взяв Лауриэль в жёны? Лучезарный принц Эллиот мудр не по годам и, у меня нет сомнений, благосклонно отнесётся к желанию своих верных подданных заключить законный союз. ...О том, что золотой оленёнок уже учится говорить знали все, а потому предложение "Спросить высочайшего дозволения" не вызвало такого уж удивления. А ещё никто не сомневался, что юный принц просто озвучит то, что нашепчет ему его воспитательница. - Хе-хе-хе-хе... - медленно рассмеялся Освальд, заставив вздрогнуть всех, кто присутствовали в зале в эти мгновения. - Всегда приятно смотреть как наливаются силой молодые ростки... и как же жаль их вырывать, когда они оказываются сорняками.