Галерея Кривых Зеркал. Шанс для шпиона

      Сознание вернулось резко, словно бы кто-то переключил рубильник на магловской энергостанции: вот собеседник в зелёном костюме, черты лица коего почему-то не сохранились в памяти, хлопнул в ладоши и указал на дверь, после чего зельевар поднялся из кресла, решительно подошёл к выходу и взялся за ручку... а в следующий миг были темнота и пустота, резко сменившиеся ощущениями тела. Теперь же он лежал на спине, чувствуя как в поясницу упирается острый камень, а под головой из земли выпирает неровный корень, вдыхал запах леса после дождя и слушал шелест ветра в кронах деревьев.       "Как же хочется, чтобы всё это оказалось сном... от первого курса в школе и до разговора с блондином неизвестно где. Мечты-мечты", - криво усмехнувшись, Северус открыл глаза и на несколько секунд впал в ступор.       Привычное поле зрения расширилось, позволяя смотреть едва ли не на сто двадцать градусов (хотя, скорее всего, это был самообман), краски стали более насыщенными и разнообразными, а лицо вытянулось и покрылось шерстью чёрного и белого цветов.       Снейп находился в лесу, в ямке между четырьмя деревьями, которую со всех сторон окружал колючий кустарник с острыми даже на вид иголками. Над ним на высоте нескольких метров переплетались ветвями образуя подобие крыши кривые деревья болезненного вида, листва коих имела тёмно-бурый цвет. Ещё дальше, создавая плотный серый покров возвышались дождевые тучи, в любой момент готовые пролиться холодной водой.       Молча вытянув перед собой руки... волшебник увидел непривычные полосатые конечности чёрного и белого цвета, оканчивающиеся самыми настоящими копытами. В памяти тут же всплыли слова наставника по зельеварению, объяснившего причину, из-за которой демонологию запретили, а самих демонологов истребляли по всему миру: "Если ты считаешь, что можешь заключить с демоном выгодный контракт, то после обычного разговора сперва пересчитай пальцы рук, затем - родственников, а потом ещё раз подумай, такой ли этот контракт выгодный". И пусть блондин в зелёном костюме не имел характерных атрибутов монстров, обычно описываемых для впечатлительных детишек, но это ещё ни о чём не говорило.       - Пальцы рук - не такая уж и большая цена, - философски заметил чародей, после чего принялся ощупывать свою голову новыми конечностями.       Кроме вытянутой пушистой морды с набором плоских зубов, количество коих явно превышало тридцать два, на макушке имелись два подвижных треугольных уха и полоса длинных волос. Поле зрения действительно оказалось шире, а глаза воспринимали больше оттенков, в то время как речевой аппарат позволял воспроизводить звуки привычной речи.       Передние ноги оказались на удивление гибкими, не уступая в этом человеческим рукам, а подошвы копыт передавали ощущения не многим хуже ладоней, на которые надеты тонкие перчатки. Единственное, что действительно смущало - отсутствие инструментов для мелких манипуляций, каковыми являлись пальцы... да и память о новом месте пребывания не спешила просыпаться.       "Только не говорите мне, что чиновники "Судьбы" столь же квалифицированы как и работники министерства магии Великобритании", - язвительно подумал мужчина, начав осторожно приподниматься, чтобы осмотреть себя полностью и осмотреться вокруг.       Словно бы и ожидая этого момента, в голове внезапно появились новые знания, настолько органично встроившиеся в разум Снейпа, словно бы всегда там находились. Не было ни головной боли от ментального перенапряжения, ни бегущих перед глазами картинок, ни чего-то иного в этом же роде.       - Да вы, Мордред вас побери, издеваетесь? - прошипел зельевар, откидываясь обратно на землю. - Поттер, я не знаю как ты это сделал, но это явно твоя работа.       Новые воспоминания поведали волшебнику, что мир, в котором ему теперь предстоит жить и работать, называется Эквусом: похожий на Землю голубой шарик, с несколько иным количеством материков и островов населяли многочисленные магические существа вроде грифонов, пегасов, единорогов, минотавров, драконов, зебр... и многих других. Однако же в отличие от магических существ привычного мира, все они обладали речью и самосознанием на уровне среднего волшебника, что, как показала практика, совершенно не означает наличия разума.       "Как можно было додуматься не только создать, но и применить оружие, способное твой собственный мир превратить в пустошь с магическими аномалиями?", - желание накрыть лицо ладонью пришлось давить в зародыше, так как новым телом мужчина владел ещё не идеально, а твёрдое копыто, в отличие от мягкой руки, могло сделать действительно больно.       Примерно два с четвертью века тому назад Эквестрия, являющаяся лидером по уровню жизни, технологий и культуры, а также Зебрика, отличающаяся высокой дисциплинированностью и большой численностью населения, стремительными темпами развивающая промышленность и науку, вступили в самую масштабную и кровопролитную войну, спустя почти три десятилетия окончившуюся чередой ударов оружием массового поражения по городам и производственным центрам. Две этих страны и раньше конфликтовали между собой, но до определённого момента всё ограничивалось мелкими стычками на границах, да баталиями в кабинетах дипломатов, угрожающих друг другу всевозможными карами.       В один ничем не примечательный день, чтобы погасить всё сильнее раздуваемое противостояние двух государств встречу решили устроить два правителя: принцесса Селестия (крылато-рогатая высокая кобыла с белоснежной шерстью, считавшаяся живой бессмертной богиней, едва ли не двигающей солнце по воле левого заднего копыта), ну и Цезарь, который вроде бы и был абсолютным монархом, но в то же время мог быть переизбран советом кланов. Венценосные жеребец и кобыла прибыли на место встречи с минимумом охраны, с толпой репортёров и свитами своих помощников, необходимыми для заверения подлинности подписанного документа... но свои закорючки поставить не успели.       "Действительно, что же могло пойти не так? Никогда ведь такого не было", - промелькнули в голове бывшего уже учителя зельеварения саркастичные мысли.       В голову Снейпу не вложили подробности событий, произошедших во время переговоров, ограничившись знанием, что произошло покушение на жизнь принцессы Селестии. Учитывая, что эта кобыла правила Эквестрией больше тысячи лет, успев воспитать немало поколений искренне верных подданных, которые видели реальные успехи её деятельности в повседневной жизни, для пони это стало серьёзным ударом, вызвавшим откровенное бешенство. Младшая сестра белой аликорницы, откликавшаяся то на имя Луна, то на прозвище Найтмер Мун, в первые дни сумела удержать контроль над положением, объявив о подвиге некого Биг Макинтоша, закрывшего своим телом правительницу от выстрелов снайпера... а затем в прессу просочилась информация, что защитил он её уже от добивающих залпов, когда раненная пони лежала на залитом кровью помосте.       "Давайте я убью ваше живое божество, коему вы разве что не поклоняетесь открыто, а затем буду говорить о мире и прощении?", - Снейп предполагал, что скорее всего это была провокация какой-то третьей стороны, которая сработала слишком хорошо из-за недооценки фанатичности населения.       Ещё из своей молодости зельевар знал, что обладатели магического дара крепче и сильнее обычных людей: там, где ребёнок-магл разбился бы насмерть, ученик школы чародейства и волшебства получил бы синяк, сломал пару костей, вывихнул суставы. Магия даже пассивно обеспечивала своему обладателю защиту, становящуюся всё более и более надёжной с ростом личной силы. Таким образом аликорн, проживший заметно больше тысячи лет, сам по себе должен был являться существом прочным и живучим...       "Но даже древнего василиска можно зарезать вручную, если ударить особым мечом", - в голове Снейпа вновь промелькнули события того года, когда в "самой безопасной" школе волшебства появился крестраж тёмного лорда, подчинивший питомца одного из четырёх основателей (впрочем, завершение того курса затмило всё, что успело произойти за осень, зиму и весну).       Принцесса Луна не смогла, а может быть и не старалась доказать, что с её сестрой всё в порядке, из-за чего даже те жители Эквестрии, что ранее осуждали войну и всё с ней связанное, в один миг переменили своё мнение. А затем произошёл ещё один инцидент, в котором охрана школы одарённых единорогов имени младшей аликорницы расстреляла полосатых беженцев, приняв их за военных. Ответом стало ночное нападение диверсантов, устроивших полноценную резню...       "Как сладка месть за месть... за месть за месть", - поморщившись, бывший двойной шпион устремил свой взгляд в небеса, неожиданно почувствовав себя ужасно усталым.       Сведения, как из-за недееспособности восстанавливающейся Селестии власть в свои копыта взяла её более воинственная младшая сестра, которая попыталась при помощи создания министерств вернуть контроль над промышленниками и иными предпринимателями он "просмотрел" вскользь. Впрочем, даже так мужчина понял, что пусть затея и была хорошей, её реализация подкачала из-за исполнителей, не имеющих нужных навыков и знаний. А тем временем ситуация в стране и мире в целом становилась всё хуже из-за растущей как снежный ком взаимной ненависти пони и зебр...       ...       - Не так уж и плохо, - негромко констатировал Северус, прохаживаясь вдоль колючих кустов, осваиваясь с новым четвероногим телом. - Так себя чувствуют анимаги?       "Всё было бы вообще превосходно, если бы моя шкура не являлась полосатой чёрно-белой мишенью", - промелькнула в голове язвительная мысль, вызвавшая череду воспоминаний, где рассказывалось о крайней степени любви между зебрами и пони.       - Вряд ли за минувшие двести лет их чувства стали менее взаимными, - скривился Снейп, ощутивший укол раздражения из-за появления первого препятствия, которое могло помешать выполнить порученную миссию. - Ведь нельзя было предупредить, что выбрав улучшенное чутьё зельевара, я превращусь в представителя расы, ненавидимой предполагаемым объектом защиты. А если бы мой выбор пал на беспалочковую магию, то у меня на голове вырос бы рог?       "Моя удача, определённо, продолжает сопутствовать мне даже в другом мире: из трёх рас я выбрал единственную, за принадлежность к которой меня попытаются подстрелить из местного аналога магловского оружия", - самоирония не сделала положение легче, но помогла настроиться на рабочий лад, что в экстренных ситуациях получалось весьма неплохо.       Ещё раз осмотрев место своего прибытия, зельевар остановил взгляд на аккуратно сложенной чёрной мантии, поверх которой лежали белая волшебная палочка, будто бы вырезанная из кости, а также небольшой свиток, перевязанный серебристой лентой. Сколь бы велико ни было его желание схватить магический концентратор, чтобы проверить возможность пользоваться магией с его помощью, но мужчина сумел себя заставить сперва потратить немного времени на изучение тела и его возможностей, дабы из-за глупой случайности не лишиться столь ценного инструмента. В конце концов, в этом мире не имелось мастеров, способных продать достойную замену за дюжину золотых монет, а в своих нынешних способностях сконструировать хотя бы бледное подобие этого артефакта он здраво сомневался.       Неспешным шагом направившись к вещам, которые можно было считать самыми большими сокровищами во всём мире, волшебник в очередной раз отметил тонкую работу тех, кто вселили его в полосатого жеребца. Рефлексы, в первые минуты после пробуждения практически отсутствовавшие, сейчас откликались на малейшее усилие воли, словно бы он прожил на четырёх ногах минимум половину своей жизни. Разнообразие оттенков бурого, серого, белого и чёрного, с небольшим добавлением зелёного, более не слепило и не удивляло, ширина обзора казалась удобной, а острые нюх и слух...       "Обоняние могло бы быть и похуже", - отметил зельевар, и раньше не жаловавшийся на свою способность по запаху отличать пригодность как отдельных ингредиентов, так и качество той бурды, что его ученики с гордостью называли готовыми зельями.       Кто-нибудь мог бы заявить, что успехи и неудачи ученика - это успехи и неудачи учителя. Северус с удовольствием подписался бы под каждым словом этой фразы, а затем дополнил бы двумя оговорками: во-первых, это должен быть настоящий ученик, а не стадо тупоголовых оленей, ну и во-вторых, наставник должен быть заинтересован в обучении подопечного наилучшим образом. В школе магии, к сожалению, оба этих пункта игнорировались...       "Пусть благодарят за то, что эти парнокопытные увальни, невзирая на всё их старание убить себя и окружающих самым болезненным способом, не только доживали до выпускных, но и запоминали таблицы совместимости ингредиентов, и были способны сварить хотя бы плохое лекарство, а не сильный яд", - при воспоминании о толстом увальне, бросающем в котёл что угодно, но не то, что нужно на самом деле, вечно меняющей цвет волос пустоголовой и легкомысленной полукровке, своей неуклюжестью заставившей оградить часть класса непроницаемыми барьерами, чтобы защитить её однокурсников, ну и шестом Уизли, коего хотелось попросту вышвырнуть из класса за дверь до конца седьмого курса, чтобы не ощущать физические волны лени, исходящие от этой бездарности... левое веко нервно дёрнулось.       - Даже в смерти есть что-то хорошее: я больше никогда не увижу ни одного из них, - хмыкнул Снейп, а затем добавил тише и задумчивее: - А ведь директор Дамблдор был прав, когда говорил о новом приключении... Могло ли быть, что он - такой же "счастливчик" как и я, которому поручили спасти мир и направить избранного?       Идея была дурацкой, безумной, но от того ничуть не менее реалистичной. Во всяком случае это бы объяснило все те вторые шансы, которые старик пытался давать всем и каждому (кроме Геллерта и Тома), а также его потакание Поттеру, вечно влезающему в дела взрослых с грацией хвосторога. А ведь было куда проще просто заявить мальчишке, чтобы он сидел на месте ровно, ну или бегал за девчонками...       "Парочка зелий и никаких мыслей о Философском Камне... как и об учёбе в целом", - представив себе младшего Поттера, копирующего повадки кобеля Блека, зельевар неприязненно скривился.       - Бред. Старик был таким по-собственному желанию, а не из-за какой-то миссии, - мотнув головой, волшебник постарался выкинуть из неё глупые мысли, но от образа себя в роли мудрого наставника для избранного отделаться оказалось не так-то просто. - Поттер-р-р...       Привычное ругательство сработало (ну или это помогли собственные ментальные навыки, способные заставить забыть даже своё имя?). Решив больше не трепать себе нервы попусту, Северус опустил взгляд на мантию, свиток и палочку, решая с чего бы начать изучение своей собственности.       "Сперва нужно читать инструкцию, а уже потом делать остальное", - напомнил себе Снейп, после чего поднял левую переднюю ногу и прикоснулся к посланию, свёрнутому в трубку.       - Без магии существа, не обладающие пальцами, уж точно не смогли бы построить свою империю, - пробормотал волшебник, а затем язвительно добавил: - Но если бы им не приходилось девяносто процентов точной работы совершать своими губами, этот процесс явно ускорился бы.       Полученные знания утверждали, что у единорогов для мелких манипуляций есть телекинез, а пегасы наловчились работать маховыми перьями как пальцами (это пришлось принять как факт, так как разум отказывался от анализа подобного абсурда). И только земнопони с зебрами, обделённые как дополнительными конечностями, так и навыком осознанно управлять магией вне тела, были вынуждены использовать губы...       - Нет, - решительно заявил мужчина, после чего добавил: - Я не собираюсь опускаться до подобного, пока у меня есть иной выбор.       Осторожно усевшись на поджатые под себя ноги, что получилось совершенно естественно, Северус поднял правое переднее копыто и приблизил его к ленте, коей был перевязан свиток. Контактный телекинез - единственный навык, доступный абсолютно всем копытным, имел малую, но тренируемую силу, а также низкую точность. Иными словами, подошва копыта могла примагнитить к себе любой предмет, но только всей своей поверхностью, из-за чего в случае низкого контроля можно было схватить не только то, что нужно, а ещё и то, на чём оно лежит.       Прикоснувшись подошвой одной ноги к концу ленты, другой ногой Снейп придерживал свиток, после чего сделал волевое усилие... и потянул завязку. Бант легко распустился, словно бы только и ждал маленького толчка, а послание развернулось во всю ширь, предоставляя вид на ровные строчки текста...                   ===       Ещё раз приветствую вас, мистер Снейп. Своего имени я не называю, так как вы его всё равно не знаете, но мне кажется, что иных подсказок человеку с вашим уровнем интеллекта и не нужно. Да-да, мистер Снейп, это сарказм.       Вернёмся к делу: вы уже заметили, что выбранный вами дар зельевара шёл в комплекте с телом существа, раса коего не слишком приветствуется в тех широтах мира, где предстоит работать. Должен сообщить, что не мог предупредить вас о данной детали из-за некоторых ограничений, наложенных на мою должность. Лично я предпочёл бы, чтобы ваш выбор пал на беспалочковую магию, что позволило бы забросить вас ближе к месту начала основных событий, да ещё и избавило бы от ненужных трудностей... но нам не повезло.       На правах вашего куратора я позволил себе озаботиться не только обеспечением тела, но и подходящей волшебной палочкой. Уверен, что волшебник вашего уровня, имея при себе подобный инструмент, сам сможет создать для себя всё необходимое, но всё же отправляю ещё и мантию... так как мне это ничего не стоит. Не благодарите.       А теперь к делу: во-первых, у вас есть примерно шесть часов до начала событий, что приведут к гибели героини; во-вторых, вам не рекомендуется говорить о своём происхождении и миссии, так как это может послужить причиной начала активного противодействия мира вторженцу; в-третьих, чтобы попасть в нужное место, вам следует идти на запад до реки, а затем свернуть в сторону её течения. Более я ничем помочь не могу, дабы не спровоцировать защитную реакцию механизмов, о которых даже говорить не следует.       Ах да, чуть не забыл. Чтобы узнать баланс своей кармы и воспользоваться услугами магазина, мысленно произнесите слово "Карма" десять раз подряд. Это необходимо, чтобы избежать случайности срабатывания надстройки.       Успешной жизни, мистер Снейп.                   ===       - Великолепно, - проворчал зельевар, наблюдая как истлевает свиток, стоило ему прочитать последние слова. - И почему я чувствую себя так, будто очередной Дамблдор втянул меня в свои игры?       Ответа, разумеется, не последовало, да зельевар его и не ждал. Решив, что сможет подумать обо всём позже, он решил перейти к самому важному - волшебной палочке.       Тут у Северуса возникла ещё одна проблема: с одной стороны, он по прежнему не хотел ничего брать губами, но с другой стороны, стоило только представить себя удерживающего концентратор копытом, как зубы пронзала фантомная боль. Без пальцев и думать не стоило о том, чтобы изображать точные взмахи, но это решалось при помощи высокой концентрации и создания символов в воображении, а вот ограничение подвижности четвероногого тела уже не стоило игнорировать.       "Держа палочку губами я смогу нормально передвигаться. Проговаривать заклинания мне не нужно - спасибо дисциплине разума. Но это всё равно глупо, смешно и отвратительно", - взгляд, брошенный на ценнейшее сокровище в этом мире был полон тоски и молчаливого укора, что совершенно не произвело эффекта на инструмент волшебника.       Память подсказывала, что есть ещё один способ использовать концентратор: нужно было надёжно зафиксировать его на руке... или ноге, как в случае нынешнего Снейпа. Некоторые аристократы, дабы показать своё превосходство над маглорождёнными, прибегали к данному ухищрению, выдавая его за беспалочковую магию (в серьёзных кругах это считалось ребячеством, вызывающим в лучшем случае снисхождение, а то и брезгливость, если вовсе не агрессию).       "Палочка в рукаве волшебника - это как нож у магла. Во время прогулки по городу - нормально, а вот в гостях... за такое могут и обидеться", - новым взглядом осмотрев свою правую переднюю ногу, зельевар удовлетворённо кивнул, так как предплечье как раз подходило по длине, чтобы привязать к нему "указку".       Конечно, сложность исполнения даже самых простых чар возрастёт на порядок, из-за чего этот метод не подходил большинству учеников школы, а также двум из трёх взрослых волшебников, оставшихся обывателями, зарывающими свой дар в землю. К счастью, ментальные практики позволяли компенсировать возрастающие требования за счёт высокого контроля. Кроме того, в крайнем случае появлялась возможность произносить вербальную формулу...       "Решено. Но для этого всё же придётся уподобиться туземцам, пусть и один раз", - придя к этому компромиссу, мужчина наклонился к мантии, а затем губами обхватил кончик магического концентратора, тут же ощутив исходящее от него тепло.       На краткий миг хвалёная концентрация Северуса его подвела, позволив магической силе выплеснуться искрами, оставившими на мантии мелкие пятна. Впрочем, осознание того, что магия его не оставила это компенсировало стократно (страх, что в новом теле не получится колдовать даже с подходящим инструментом зудел в подсознании, червячком сомнений обгладывая плод уверенности).       Медленно выпрямившись, придерживая концентратор и губами, и зубами, при этом стараясь его даже не поцарапать, Снейп глубоко вдохнул и выдохнул, прикрыл глаза и досчитал до трёх. Разум волшебника вошёл в форсированный режим, магия, словно радостная игривая собачка, виляющая хвостом перед любимым хозяином, нетерпеливо рвалась сотворить первое в этом мире чудо.       "Хорошо, что мне не придётся колдовать так постоянно", - промелькнуло в голове чародея, но эта мысль не смогла сбить настрой.       Вот в абсолютной тишине из кончика палочки вырвался луч заклинания, отрезавший ленту ткани от края мантии, после чего материал змеёй обмотался вокруг предплечья правой ноги, меняя форму и плотность. Процесс занял считанные секунды, показавшиеся целой вечностью, но в конце концов всё прекратилось.       "Чары прочности, очистки... Жаль, но руны восстановления наносить слишком долго, да и подходящих материалов нет. Хотя бы волос единорога... единорога... единорога!", - от осознания того, что он сам теперь является магическим существом, бывшему учителю зельеварения и директору "самой безопасной" школы чародейства и волшебства захотелось рассмеяться, но он всё же сумел удержаться от этого.       Осторожно, как величайшую ценность, Северус просунул волшебную палочку в специальный кармашек, после чего пропихнул её полностью. Проверив, что инструмент не вываливается даже при резких движениях, а также не мешает сгибать суставы, он вытянул перед собой копыто и произнёс:       - Люмос.       ...Магия подчинилась, создавая на ноге маленький светящийся белый шарик. Это было детское заклинание, необходимое скорее для того, чтобы ребёнок поверил в свои силы и чудо, но использующееся даже взрослыми волшебниками в повседневной жизни. И какой же восторг оно вызвало у Снейпа в эти самые секунды, позволяя чувствовать себя полноценным невзирая ни на другой мир, ни на четвероногое тело.       "Внешность можно будет и сменить, но не на человека. Всё же люди здесь - мифические существа... И вряд ли представителя моего прежнего вида встретят более радостно чем зебру", - напоминание, что он находится вовсе не в сказке, вернуло зельевара к реальности, надёжно стерев с морды тонкую улыбку, способную испугать любого студента львиного факультета.       Требовалось замаскироваться, чтобы местные жители не воспринимали его как врага с первых же секунд. Для этого у зельевара имелось всё необходимое: магический концентратор, знания и опыт. Безмолвно взмахнув ногой, он применил режущее заклинание, подстригая часть кустов. После этого ветки были трансфигурированы в зеркало, с той стороны коего на волшебника уставился чёрно-белый полосатый жеребец с чёрной гривой, пряди которой свисали сосульками, будто бы были грязными не меньше месяца.       "И ведь безмозглым баранам даже в головы не приходило, что зельевар может использовать результаты своего труда для защиты собственных волос", - раздражённо подумал чародей, осматривая себя в полный рост.       Он был достаточно высок, о чём говорили подаренные знания, худощав, что видел сам, не слишком мускулист... но и не дистрофик. Для работы в зельеварне подобной формы было достаточно, а вот для активной жизни в агрессивном мире, желающем твоей смерти - уже мало. Поэтому в разуме пришлось сделать напоминание о том, чтобы в ближайшее время озаботиться наращиванием мышц, что для волшебника не составляло большого труда.       "Если даже Локхарт ходил с фигурой атлета, с его-то знаниями... Хотя, скорее всего, он просто покупал необходимые зелья", - хмыкнув своим мыслям, Северус решил заняться самой яркой проблемой, которую подкинула его новая раса.       Заклинаний покраски волос было много: одни из них действовали временно, так как воздействовали исключительно на ту часть волоса, что находилась снаружи, другие же влияли на саму волосяную луковицу (да, мисс Грейнджер, волшебники знают о том, что такое волосяная луковица). Таким образом те же Уизли в любой момент могли стать хоть брюнетами, хоть блондинами вроде Малфоев, хоть голубыми в розовую полоску. Но они своей родовой чертой гордились.       К себе Снейп решил применить заклинание постоянной перекраски, чтобы не проколоться на мелочах во время какой-нибудь линьки. Кроме того, после непродолжительных колебаний, своим основным цветом он решил выбрать не практичный чёрный, который и издалека видно хуже, и пачкается не так быстро, а чисто белый... с чёрными гривой и хвостом. В конце концов, раз уж судьба распорядилась так, что ему предстоит стать спутником местной избранной, то нужно и внешний вид поддерживать соответствующий силам добра.       - Во имя общего блага, - криво усмехаясь произнёс зельевар, наблюдая через зеркало то, как зеброид превращается в белого эквестрийца. - И почему я чувствую себя магловским артистом?       "В любом случае, пока магия со мной, я в любой момент могу сменить цвет, а то и стать полностью невидимым", - удовлетворившись результатом работы чар, сделавших его белым и пушистым, волшебник на пару мгновений задумался о том, чтобы перекрасить ещё и радужки глаз, но откинул эту идею, решив оставить хоть какое-то напоминание о себе настоящем.       - Змей в теле овечки, - хмыкнул Северус, тут же скривившись ещё сильнее из-за выражения морды, которое можно было назвать саркастичным, язвительным, но никак не доброжелательным. - Поработаю над этим позже.       Приняв волевое решение, Снейп принялся готовить снаряжение для похода: сперва, при помощи заклинания левитации, он поднял и развернул мантию, после чего, удовлетворившись её видом, надел на себя, скрывая белоснежную шкуру под чёрной тканью. Передние ноги оказались скрыты в широких рукавах, благодаря чему конструкция, удерживающая палочку, не бросалась в глаза с первого же взгляда. Капюшон, к огромному сожалению, полностью отсутствовал, а свободный подол спадал до середины голеней задних ног.       "А если?..", - поймав за хвост интересную идею, волшебник поднялся на задние ноги и магией придержал свою одежду, чтобы не упасть словно подрубленное дерево (навыков хождения на двух конечностях ему не дали, как и знаний о боевых искусствах зебр).       "Если в бою я буду стоять на двух ногах, то это минимум удивит противника. Правда и площадь поражения, в случае попадания из огнестрельного оружия, тоже увеличится", - учитывать то, что в этом мире нет маглов, но есть их оружие было странно, а ещё вспоминались речи тёмного лорда о том, что они должны спасти мир от катастрофы, к которой его толкают эти говорящие животные.       - Здесь нет маглов, а катастрофа всё равно произошла, - ехидным тоном заметил в пустоту зельевар. - Видимо я прав и способность говорить - это ещё не признак разумности.       Вновь опустившись на четыре копыта, бывший двойной шпион решил, что больше терять время нельзя: он и так непозволительно долго возился со своим внешним видом. Всё же времени до начала событий, грозящих гибелью избранной оставалось немного, а как далеко находится место встречи сообщить забыли. А ведь нужно было ещё определиться с направлением, после чего выбраться из ловушки колючих кустов, а желательно и зачаровать пару защитных амулетов, просто на всякий случай.       Подхватив с земли веточку, мужчина навёл на неё ногу с волшебной палочкой, представил формулу заклинания и приказал:       - Укажи север.       Импровизированная стрелка компаса поднялась вверх, немного покрутилась, затем кончиком указала в одну из сторон света, ещё чуть-чуть повисела и бессильно упала. Волшебник проверил заклинание времени, которое показало семь вечера, развоплотил зеркало, вернув ему вид срезанных ветвей, и повернулся на запад.       - Вот и начинается моё новое путешествие... Чтоб там, где вы окажетесь, директор, не было ни одного лимона.