Галерея Кривых Зеркал. Шанс для шпиона

      "Я справлюсь. Это не сложнее чем поднимать шкаф... Ведь так? Снейк сам сказал, что я - сильная волшебница", - переминаясь с ноги на ногу, Литлпип стояла на берегу реки в сотне метров от лагеря, где оставила бывших невольниц, взволнованным взглядом скользя по поверхности воды.       Река была грязная, текла достаточно быстро... но даже если бы на её месте находилось неподвижное озеро, единорожка всё равно не умела плавать (в стойле это был не самый востребованный навык, да и обилия водоёмов не наблюдалось). Если бы она знала заклинание заморозки, то могла бы создать себе достаточно широкую и прочную переправу, а если бы умела телепортироваться, то вовсе оказалась бы на той стороне за мгновение.       "Когда встречусь со Снейком, попрошу научить меня перемещаться. Он же умеет? Ну... Как-то ведь переместил нас в первый раз, пока я не сломала его палочку", - стоило вспомнить столь досадную случайность, ушки тут же прижались к голове, а взгляд метнулся в сторону, словно бы от смущения.       - Ладно, - обратилась сама к себе кобылка. - Пока я тут стою, ничего точно не изменится.       Вопреки собственным словам, надеясь увидеть зелёную отметку на экране, молодая пони ещё раз посмотрела на пип-бак. К сожалению, с предыдущей проверки ничего не изменилось и учитель чудесным образом не появился в ближайших окрестностях.       Подёргав себя за подвеску, дарующую ей визуальную маскировку, закреплённую на деревянной цепочке... как и несколько других артефактов, Литлпип решительно тряхнула гривой, встала поудобнее, высоко подняла голову и сосредоточилась. Рог послушно вспыхнул магической аурой, создающей заклинание телекинеза, медленно начавшее обволакивать сперва голову, затем - шею, потом и туловище, чтобы остановиться на ногах. Полупрозрачное поле передавало подобие тактильных ощущений, так что единорожка оказалась в ситуации, когда обнимала саму себя со всех сторон, что было крайне странно.       Как служанка, дурная память, что царит в закоулках мозга, подкинула воспоминания об экспериментах, проводимых кобылкой с этим заклинанием за закрытой дверью своей комнаты. Тут же мордочка ощутимо запылала, но спустя несколько секунд и пару глубоких вздохов, всё же удалось выкинуть несвоевременные картинки из головы, чтобы сосредоточиться на деле.       "Три-четыре...", - мысленно скомандовала пони, начав приподнимать себя над землёй.       В первую секунду показалось, что ничего не получилось, но прежде чем волшебница успела расстроиться её копытца оторвались от земли, виски стиснули невидимые тиски, а рог будто бы начали тянуть вверх и в сторону, словно стараясь выкрутить. Ощущения были неприятные настолько, что крик не вырвался из горла исключительно из-за стиснутых до судорог челюстей, но спустя уже пару мгновений пришло понимание, что это вполне можно терпеть.       "Ух... Вот бы меня сейчас увидели жеребята из класса... или Вельвет", - стоило на секунду потерять концентрацию, как телекинез развеялся, а Литлпип приземлилась на дрогнувшие от столкновения с землёй ноги.       - У-у-ух... - протянула единорожка жмурясь и потирая лоб под рогом левой передней ногой. - Это было... круто. И почему я не пробовала этого в стойле? Было бы здорово получить кьютимарку полёта... левитации, а не пип-бак.       С последними словами всё воодушевление, возникшее невзирая на боль в голове, стремительно угасло и сдалось под напором более своевременных мыслей. Впрочем, произошедшее заметно приподняло самооценку кобылки, неожиданно для себя обнаружившей, что хочет похвастаться перед учителем трюком, изобретённым ей совершенно самостоятельно. И пусть в повседневной жизни, из-за высокой нагрузки на рог и разум, он был бесполезен, а в случае сражения - вовсе вреден, так как превращал пользовательницу в отличную мишень, но...       "Кто из пони вообще так может?", - улыбнувшись последней мысли, начинающая могучая чародейка ещё чуть-чуть подождала, пока неприятные ощущения пройдут, и стала готовиться к новой попытке.       - Великая летающая Литлпип выходит на старт... - вздёрнув ушки торчком, компактная единорожка улыбнулась (сейчас был редкий случай, когда она радовалась своему невысокому росту и, соответственно, небольшому весу).       Магическая аура вновь зажглась вокруг рога, а затем обволокла собой тело, после чего земля вновь чуть-чуть отдалилась. На секунду кобылке стало страшно, что она может начать падать вверх... но заклинание телекинеза лишь плотнее обхватило её туловище, вселяя некую уверенность. Благодаря этому у неё получилось приложить волевое усилие, чтобы начать притягивать себя к противоположному берегу, мысленно представляя образ летающей пони...       Когда-то в жеребячестве, уже не пользующаяся всеобщей популярностью будущая беглянка из стойла два, забрела в библиотеку убежища и нашла полку со старыми комиксами. Одной из её любимых историй была "Суперпони", сюжет которой вращался вокруг трёх подруг, поочерёдно переодевающихся в костюм Суперпони, чтобы решить ту или иную проблему своего городка.       В первой части приключений, состоящей из трёх выпусков под общим названием "Гордость, а не гордыня", три подруги стали совершать маленькие подвиги, чтобы проучить четвёртую кобылку, тоже бывшую их подругой, но зазнавшуюся и начавшую задирать нос. Благодаря тому, что одна из Суперпони была земнопони, вторая - единорогом, ну а третья - пегасом, меняясь они получали преимущество в любом деле. И в самом конце, признавшись перед зазнайкой, попросили у неё прощения... после чего и она извинилась перед ними.       "И никто не обращал внимания, что в разных ситуациях Суперпони либо дробит камни ударами копыт, либо летает на крыльях, либо использует магию. Будто она - аликорн...", - несмотря на напряжение, вызванное необходимостью нести себя по воздуху, эта мысль всё же пробилась в голову и разрушила концентрацию.       Коротко вскрикнув, начинающая волшебница плюхнулась в воду и задёргалась, пытаясь выбраться на открытый воздух, что получалось плохо. К счастью, в экстренной ситуации голова Литлпип всегда работала быстрее, а потому до неё быстро дошло, что она лежит на боку... и чувствует, что ноги высовываются из воды, если вытянуть их в сторону.       - Ааам... - поднявшись во весь невеликий рост, чувствуя как с тела и гривы стекает грязная вода, единорожка с искренним негодованием посмотрела на берег, находящийся от неё в двух шагах. - Гррр...       "Это могла быть самая нелепая смерть", - раздражённо и чуточку испуганно подумала кобылка, выходя на сушу и начиная оглядываться.       Комбинезон стойла был достаточно толстым, удобным, тёплым... но не обладал непромокаемостью. Сумки, пусть и являлись более плотными, тоже оказались заполнены мутной жидкостью, вылевающейся через швы. Их содержимое же...       - Дискордова срань... - выругалась молодая пони, вываливая содержимое одной из сумок на землю, чувствуя как у неё на глазах наворачиваются слёзы.       Артефакты, оставленные Снейком, уцелели, но разобраться в том, какой из них на что способен, теперь можно было только путём экспериментов. Пип-бак Вельвет, к счастью, был устойчивым к влаге, но его обшивка потеряла весь свой блеск.       "Прекрасная идея - перелететь через реку при помощи своей магии. Будут ещё такие же гениальные мысли, великая и летучая Литлпип?", - ехидным тоном осведомился внутренний голос, заставив зажмуриться и стиснуть зубы.       Некоторое время она просто сидела на земле, стараясь справиться со своими эмоциями, пока грязная вода продолжала стекать с её тела, впитываясь в почву. От чувства триумфа, которое сопровождало начинающую волшебницу совсем недавно, не осталось и следа, а вот ощущение очередной неудачи навалилось со всех сторон.       "Миссия по поиску и, возможно, спасению Снейка, началась как-то не так", - подумала молодая пони, наконец утирая мордочку рукавом комбинезона, от чего она совсем не стала чище.       - Не стоит сдаваться при первой неудаче, - попыталась себя подбодрить Литлпип, начав оглядываться. - Может быть маскировка - это не так и плохо? Нужно разобраться с припасами и идти дальше: Снейку может быть нужна моя помощь.       Поднявшись на ноги, компактная единорожка принялась за работу. В конце концов, пусть не всё прошло по её плану, но она пересекла реку в безопасном месте, благодаря чему можно будет обойти пост рейдеров на мосту. А это уже давало преимущество над противником, явно не ожидающим подобного...       Ведь так?                   ***       "Поттер, я заразился от тебя не только гриффиндорством, но и твоей сомнительной удачей", - раздражённо думал Северус, продолжая лежать на столе, будучи связанным ремнями по всем ногам и даже голове.       Сейчас Снейп искренне сомневался в своём здравомыслии, так как у него имелся рейдер, находящийся под империусом, при помощи коего можно было если не пройти все ловушки, то хотя бы разрядить их. Да, вряд ли новоявленная ученица или Судьба оценили бы такой шаг, но первой о нём знать было вовсе не обязательно, а вторые... Пожалуй, карма зельевара вполне выдержала бы ещё одно пятно, образовавшееся из-за гибели убийцы, насильника и каннибала.       "Лишняя доброта в этом мире... лишняя", - констатировал мужчина, сосредотачиваясь на плане своего побега из этого гостеприимного места (и плевать, что рабов спасти не удалось, так как их можно будет попытаться освободить позднее).       Тем временем произошла ещё одна неожиданность, несколько выбившая волшебника из колеи: он готовился противостоять эйфории, туману в голове, который путал бы мысли, но вместо этого тело охватил нестерпимый жар, совершенно не причиняющий боли. Казалось, что даже те ранения, которые имелись после пробуждения, теперь ощущались гораздо слабее, при этом разум оставался кристально ясным.       "Мордред тебя побери, Поттер! Только не говорите мне, что этот наркотик действует на зебр не так, как на пони", - чувствуя напряжение внизу живота, бывший декан Слизерина едва не застонал от накатившего на него отчаяния, смешанного с раздражением и ненавистью к этому миру.       Жар тела пусть и был неприятным, но не причинял особых неудобств, а вот воспрявший орган, устремившийся гордой башней вверх, доставлял явные неудобства. Кроме того, пах начинал ныть, требуя вполне определённых действий, пока напряжение становилось всё сильнее.       "Поттер... оба... Дамблдор, Малфой, Волдеморт, Блек, Люпин, Питер, Судьба... Я вас всех ненавижу. Мою ненависть невозможно описать словами, но если бы она была чем-то материальным, то её хватило бы для того, чтобы до потолка заполнить большой зал Хогвартса, отравить весь Лондон и прилегающие города...", - оборвав свой внутренний монолог, Снейп постарался сконцентрироваться на контроле своего тела.       Сердце в груди билось всё тяжелее, в висках стучала кровь, мышцы наливались силой и требовали движения. Мужчина не знал, какой именно эффект должна была причинить та дрянь, которую ему вколол Сильвер, но на неземное блаженство происходящее походило столь же плохо, как шестой Уизли на старательного ученика, а Лонгботтом на умелого зельевара. В случае же, если нагрузка на сердечно-сосудистую систему продолжит нарастать, то всё могло закончиться совсем плохо и без обещанных страданий.       - Ты... Малыш... Позови кого-нибудь, - процедил сквозь зубы чародей, стараясь скосить взгляд на своего охранника. - Если не поторопишься, то пленника у вас не будет.       Ответом была тишина, не нарушаемая ничем, кроме собственного тяжёлого дыхания. Осознание, что рейдер будет исполнять приказ до конца, несмотря на слова заключённого, вызвали глухую злобу ещё и на эту безмозглую тушу, сравнимую интеллектом разве что с Крэббом и Гойлом.       "Когда я выбирусь отсюда, убью всех особенно жестоким образом. Или нет? Превращу в червей и оставлю доживать жизнь в том виде, которому вы соответствуете наилучшим образом", - мысленное ворчание совершенно не мешало придумывать план действий, который должен будет побудить тупоголового истукана если не освободить пленника, то хотя бы позвать кого-нибудь более разумного (впрочем, даже бездействие противника могло сыграть на ру... копыто волшебнику, уже заставившему внутреннюю магию начать своё движение).       Прокусить язык так, чтобы из него пошла кровь, было делом секундным: сложнее оказалось вовсе его не откусить, но бывшему директору Хогвартса повезло. Изобразить же, что он захлёбывается кровавой пеной совсем не составило труда. Тем более, в какой-то степени это было правдой, пусть Северус и контролировал процесс, который мог в любую секунду остановить.       Снейп дёргался, булькал, вращал глазами... всем видом демонстрировал предсмертную агонию, мысленно матеря охранника. Наконец, спустя пять долгих секунд до здоровяка дошло, что он рискует лишиться своего подопечного, если что-то не предпринять.       Стук шагов приблизился, голову зельевара быстро освободили от ремня и резко повернули на бок, от чего шею прострелила боль. Тут же в живот пришёлся удар, заставивший выплюнуть смесь из слюны и крови, но чародею внешне не становилось лучше и он продолжал хватать ртом воздух, уже закатывая глаза. Впрочем, не все демонстрируемые последствия были игрой, так как сердце вовсе не обрадовалось столь решительным попыткам лечения.       Наконец ремни с передних ног исчезли, а затем и задние копыта оказались свободны. Тут же мужчина изогнулся всем телом и прикоснулся передними конечностями к бронированному боку, выпуская всю скопленную магию в одном импульсе контактного телекинеза. Нервы обожгло пламенем, а массивную тушу снесло с места так, будто бы по ней пришёлся удар стенобитного орудия.       Прозвучал грохот удара импровизированного снаряда о стену, сопровождаемый падением каких-то металлических вещей и скрежетом. Зельевар же, не теряя времени... свалился со стола на пол и, поморщившись от боли в рёбрах, животе, других частях тела, стал откашливаться, окончательно прочищая дыхательные пути.       "Такого грохота охрана уж точно не пропустит", - промелькнуло в голове Северуса, вновь собирающего магию для следующего импульса.       Приём, известный исключительно благодаря дарованной нанимателем памяти, сработал только благодаря выдающимся, по меркам британских магов, навыкам беспалочковой магии. Впрочем, сработал он как-то не правильно, так как земные пони с его помощью превращали булыжники в щебень, из-за чего сходиться с ними в копытную рисковали редкие мастера... либо недоумки. С другой стороны, отправленной в полёт туше, закованной в металлический панцирь, от данного факта вряд ли стало хоть немного легче, о чём говорила неподвижность Малыша, развалившегося у стены с внушительной вмятиной.       - Е*ать меня рогом! - прозвучал звонкий выкрик откуда-то со стороны и сверху, после чего незнакомая кобыла продолжила свой монолог: - Не дёргайся, е*онат, если не хочешь потерять голову!       Осторожно скосив глаза, Снейп увидел лестницу, ведущую на первый этаж, на верхних ступеньках коей застыла жёлтая пони с красной гривой и белым рогом, сияющим магической аурой. Она была одета в кожаные жилет, ошейник и широкие браслеты на ногах, красующиеся острыми блестящими шипами (кажущимися декоративными, нежели реально полезными в бою). Рядом с ней, в поле телекинеза висело ружьё с красной лампочкой, огонёк от коей скользил по боку волшебника... намекая о месте, куда попадёт выстрел.       - Сдаюсь, - просипел мужчина, чувствуя как всё ещё першит его горло.       - Умный мальчик, - оскалилась кобыла, не отводя взгляда от чародея, благодаря чему оказалось совсем просто создать прямой зрительный контакт, чтобы волшебник применил ослабленное внушение. - Не зря Сильви просил за тобой приглядеть... Малыш, поднимай свой плешивый круп и свяжи этого уё*ка!       К удивлению зельевара, его охранник начал подниматься, издавая скрежет своей деформированной брони. Однако же при этом он не произнёс ни слова возражений, жалоб или чего-то ещё.       - Хм... - внимание единорожки сконцентрировалось на задней части тела Северуса, от чего её зрачки слегка расширились. - Неужели ты так рад меня видеть... или это из-за Малыша? А-хахаха... Стой б*ядь!       Ствол ружья качнулся, прогремел выстрел и туша бронированного великана пошатнулась, опускаясь на правое колено. Рейдерша, сама не понимающая того, как умудрилась выстрелить не в пленника, а напарника, на несколько мгновений замерла, чем Снейп в полной мере воспользовался.       Игнорируя боль, которая совершенно не шла ни в какое сравнение с круциатусом тёмного лорда, причиняющим страдания даже через щит разума, он поднялся на задние ноги и крутанулся на левом копыте, отчаянно надеясь, что выработанный для человеческого тела навык сработает верно и в облике говорящей зебры...