Галерея Кривых Зеркал. Шанс для шпиона

      - Осмотр закончен, - объявила чёрная единорожка, занося в пип-бак последние данные.       - Могу я получить копию отчёта? - спросил Снейк, вынужденный на протяжении четверти часа послушно исполнять указания своего самопровозглашённого лечащего врача... в услугах коего не сильно-то и нуждался.       - Не доверяешь моему профессионализму? - выгнула брови Вельвет, одновременно изображая ехидство и обиду, но всё же ткнула копытцем в одну из кнопок, после чего устройство на ноге самого жеребца пиликнуло о получении текстового файла. - Наслаждайся чтением. Я даже оставила свой автограф, пусть и только электронный.       - Надеюсь, что ты обошлась без художественных оборотов, - устроившись поудобнее в сидячем положении на своей постели, где ещё недавно видел красочные сны о своём прошлом, земнопони уставился на экран пип-бака. - Никогда не любил бульварные романы.       "А безграмотных попыток вместо эссе сдать жалкие потуги на творческую работу мне хватило и в годы работы учителем", - мысленно скривился зельевар, вспоминая многофутовые ковры бесконечных свитков.       - Ты как всегда просто душка, - сдув упавшую на глаза прядку гривы, Ремеди поднялась на ноги и собралась уходить. - Видимо, даже Ядовитая Шутка не способна повлиять на твой характер.       - Приму это за комплимент, - отозвался чародей, быстро пробегая взглядом по строчкам текста.       - Будем ждать тебя внизу: смотрительнице уже сообщили, что ты проснулся, так что будет устроен небольшой мозговой штурм, - оповестила пациента певица, направившись к выходу.       - Я думал... - бывший декан и директор Хогвартса хотел съязвить, не из желания действительно обидеть, а просто для поддержания образа, но стоило ему оторваться от экрана, как взгляд прикипел к хвосту чёрной единорожки (ну или тому месту, откуда он рос, а также области вокруг основания).       - Что? - остановившись на очередном шаге, Вельвет обернулась через левое плечо и посмотрела на жеребца, с вопросом и некоторым удивлением в глазах выгибая брови.       - Забудь, - отмахнулся Снейк, возвращаясь к электронному документу, гораздо более удобному чем копытописный текст, который требовалось сперва расшифровать, а уже потом пытаться вникнуть в смысл нацарапанного пером. - Я подойду через несколько минут.       - ...Не торопись, - посоветовала кобылка, пересекая порог и закрывая за собой дверь.       "И что это было?", - едва он остался в комнате один, Зельевар откинулся спиной на стену, к коей была придвинута его постель, после чего упёр немигающий взгляд в одну точку перед собой.       ...С каких пор он, словно не способный себя контролировать подросток с бушующими гормонами, залипает (придумали ведь словечко) на крупы окружающих кобыл? Или же дело в конкретном крупе, общепризнанном большинством окружающих пони самым соблазнительным объектом как Понивилля, так и стойла два? Но ведь не так давно эта часть тела новоявленной ученицы если и вызывала желание, то только по приложению к нему ускорения путём совмещения со своим копытом, причём в далеко не эротическом контексте.       "Могло ли случиться так, что отдохнувший организм решил напомнить своему владельцу о необходимости продолжения рода? Или дело в Ремеди? Впрочем - нет. Ещё до этого происшествия я не видел в ней ничего...", - нахмурившись, волшебник закрыл глаза и начал погружаться в медитацию, решив без промедления проверить возникшую теорию.       Техники работы со своим сознанием позволяли многое, в том числе и сравнивать своё отношение к тем или иным событиям, вещам, поступкам, разумным и даже мыслям в разные периоды времени. К примеру сейчас, взглянув на спасённую ими певичку со стороны хвоста, признанный Дамблдором и Волдемортом мастер испытал желание и возбуждение, в то время как прежде его взгляд скользил по ней с несколько иным интересом. О том, чтобы затащить её в постель, даже мимолётно никаких намерений не проскакивало.       "Та-а-ак... А не напоили ли меня приворотным? Ну-ка, проверим реакцию на другие образы", - прокручивая в своей голове отрывки событий, как давних так и минувших лишь после перемещения в эту реальность, жеребец всё сильнее хмурился и раздражался.       Живя в Хогвартсе он, разумеется, не злоупотреблял своим положением учителя, пусть отдельные особы из числа старших учениц регулярно проявляли знаки внимания к молодому профессору. Не было у него отношений и с коллегами, хотя взгляд иногда цеплялся то за одну, то за другую фигурку в замке. Даже во время противостояния тёмному лорду, пусть сознание тогда и было сконцентрировано на миссии, нет-нет, но что-то такое мелькало...       "Однако же если раньше инстинктивные реакции подавлялись осознанно, после перемещения их словно отрезало. Разве что глаза Литлпип служили триггером для эмоций, но совсем не тех, которые можно было заподозрить у здорового жеребца в отношении пусть низкорослой, но взрослой здоровой кобылы. Можно было бы списать это на стресс, сосредоточенность, загруженность работой... но - это всё не то. Вплоть до сегодняшнего дня в местных кобылах я самок своего вида не видел. А что это может означать? Влияние Судьбы? Какая-то болезнь? Эффект Убийственной Шутки, пробудившей спящее либидо? Точно не последнее: ведь даже если бы у меня просто не было желания заняться сексом, я бы отмечал привлекательность пони. Вывод: либо Судьба что-то сделала с моей головой, что могло быть необходимо для концентрации на задаче, либо Убийственная Шутка. Проверить этот факт легко, для чего нужно разработать и принять антидот", - придя к таким выводам, белый земнопони ощутимо расслабился, вновь получив хотя бы видимость контроля над своей жизнью.       В разуме бывшего директора школы чародейства и волшебства промелькнула мысль, что если на него так подействовала перемена в собственных взглядах на пони, то что должны чувствовать жертвы со стёртой памятью? Впрочем, стоило вспомнить о деятельности Сильвера с его бандой, как всяческие сомнения отпали, а решительность казнить нынешние личности бандитов, дав им шанс стать кем-то другим, вернулась с прежней силой. И плевать он хотел на мнение Дамблдора, подобные методы не приветствующего: если бы всех пойманных ПСов провели через такую процедуру, включая и самого Снейка, то история сложилась бы совсем иначе.       "Ведь гораздо гуманнее десятилетиями держать волшебников в тюрьме, где дважды в день они подвергаются пытке самыми жуткими своими воспоминаниями, усиленными аурой дементоров многократно", - усилием воли подавив вспышку злости, зельевар вновь вернулся к своей проблеме.       Если бы он изначально не понял, что не имеет влечения к особам своего вида и противоположного пола... это можно было бы объяснить. Однако же воспоминания показывали, что пони не воспринимались сородичами, а занимали нишу магических существ. А это в свою очередь вызывало массу новых вопросов, так как память подкидывала формулировки законов, из коих выходило нечто совсем уж странное.       "Поттер, Блек, Люпин и крыса - существа? Но почему они учились в Хогвартсе? Но ведь и оснаватели были... Дракон - тоже существо? Но ведь фракция чистокровных...", - чем сильнее волшебник углублялся в этот вопрос, тем тяжелее было связно мыслить, будто бы он увязал в древесной смоле.       Несоответствия фактов вызывали злость, которая мешала мыслить логически, что ещё сильнее затрудняло работу с воспоминаниями. А затем в дверь постучали и в уши ворвался голос ученицы:       - Снейк, всё в порядке? Можно войти?       - ...Да, - ответил сразу на оба вопроса чародей, едва сдержавшись от куда более веского слова.       Распахнув глаза он понял, что спина затекла сидеть в неудобном положении, из-за чего захотелось размяться. Тем временем маленькая единорожка открыла дверь и проскользнула внутрь, начав осматриваться вокруг, будто впервые видела импровизированный госпиталь. Сам же бывший преподаватель сконцентрировал внимание на кобылке, вновь одетой в облегающий комбинезон второго стойла.       "Привычка носить одежду сказывается. Но ведь волшебники всегда носили мантии...", - новая вспышка несоответствий заставила заскрипеть зубами, стараясь подавить пульсацию крови в висках.       - Снейк, тебе плохо? - подскочившая кобылка уставилась в глаза своего наставника, прикоснувшись к его плечу левой передней ногой. - Тебе что-нибудь принести? Позвать Вельвет? Принести воды?       - Помолчи, - попросил-приказал зельевар, прикрыл глаза, глубоко вдохнул... почувствовал запах от гривы недавно помывшейся каким-то цветочным мылом молодой кобылки. - Мне нужна помощь. Могу я тебя попросить?..       - Конечно, - с готовностью отозвалась бывшая беглянка из убежища. - Что я должна сделать?       "Снять комбинезон, повернуться хвостом и выпятить круп, чтобы я мог убедиться в своих ощущениях", - саркастично подумал волшебник, в поверхностных мыслях, отражающихся в зелёных омутах видя готовность куда-то бежать, драться, кусаться, что-то искать.       - Пройдись по комнате, - осознание, что ради него пони, вызывающая ассоциации с Лили намерена едва ли не горы свернуть, но выполнить просьбу, вызвало в груди волну тепла и другие эмоции, тут же подавленные контролем своего сознания.       - М... Хорошо, - явно ничего не поняв, кобылка не стала спорить и, отступив на несколько шагов назад, чтобы оказаться на свободном пространстве, начала ходить от стены к стене. - Так нормально? Снейк, почему ты так смотришь?..       "Ноги коротковаты, но круп сформировавшийся и достаточно широкий. Грива шелковистая, смущение на мордочке выглядит... Хватит!", - прикрыв глаза, чародей принялся правым передним копытом массировать переносицу, одновременно с этим сопоставляя факты из старых и нынешних наблюдений.       - Снейк, да объясни же! - воскликнула нетерпеливая ученица, снова оказавшаяся вплотную перед ним, из-за чего обоняния вновь коснулись ароматы шёрстки и использованного мыла, а сквозь приоткрытые веки было видно как между бровками молодой пони пролегла морщинка, в то время как её ноздри сердито трепетали. - Что с тобой случилось?       "Я понял, что меня окружают вполне себе привлекательные кобылы на любой вкус, начиная длинноногой певицей с любовью изображать медсестру, заканчивая низкорослой но энергичной ученицей с глубокими зелёными глазами, а также округлостями в нужных местах. И это почти пугает", - разумеется, вслух ничего подобного волшебник заявлять не стал, но подобные мысли даже в его голове создавали крайне сумбурную обстановку.       - Ты поверишь мне, если я скажу, что сравнивал тебя с Вельвет в степени привлекательности? - всё же решил воспользоваться частичной правдой бывший директор Хогвартса.       - Очень смешно, - скривилась Литлпип, отстраняясь и отворачиваясь, а в её голосе прозвучали нотки досады. - Если не хочешь говорить, то так бы и сказал. Я, вообще, пришла из-за того, что все уже собрались и ждут только тебя.       "А ведь с её точки зрения мои слова, наверняка, смотрелись как откровенная насмешка. Да уж: видимо меня слишком сильно выбили из колеи совершённые открытия, раз я такого не предусмотрел", - попенял себе Снейк, поднимаясь на ноги и догоняя в пару длинных шагов ученицу, чтобы положить копыто левой передней ноги на её правое плечо, тем самым заставив обернуться с сердитым и вопросительным выражением мордочки.       - Не стоит себя принижать, Литлпип, - глядя глаза в глаза, добавив в голос проникновенных ноток, зельевар слегка надавил на разум ученицы своей волей, желая придать ей немного уверенности. - Пусть ты и не обладаешь модельной внешностью, но твоя своеобразная красота ничуть не хуже. Думаю, если бы ты училась преподносить себя публике как это делает Ремеди, то у тебя было бы не сильно меньше поклонников.       - М...Снейк... Я... - единорожка вжала голову в плечи и отвернулась, позволяя чёлке упасть на глаза. - Спасибо. Но... Ты ведь помнишь...       - Не заставляй меня чувствовать себя ещё более неловко, - закатил глаза жеребец. - Ты вполне можешь сблизиться со своей подругой, если попросишь её помочь тебе... в кобыльих вопросах. Будете учиться друг у друга.       "Поверить не могу, что говорю такое кому-то. Тем более - Литлпип. Но, если это поможет ей...", - бывший декан Слизерина усилием воли прервал течение своих мыслей.       - Спасибо, Снейк, - после нескольких секунд паузы, начинающая волшебница отозвалась куда более бодро. - Но мне понадобится, чтобы кто-то оценил мои успехи...       - Обратись к Дидзи, ну или Каламити, - категоричным тоном отозвался чародей, совершенно не желающий быть втянутым в просмотр показа мод или ещё какой-нибудь глупости, тем более в нынешнем состоянии своего разума, что вызывало слишком много вопросов. - Иди вперёд. У меня появилось одно дело, которое я должен сделать один.       - Может быть я тебе помогу? - с сомнением в голосе спросила молодая пони, остановившись перед дверью и обернувшись на стоящего посреди комнаты наставника. - Просто если я вернусь без тебя, а ты снова пропадёшь...       - На этот раз не пропаду, - ответил Снейк, состроив на морде самое серьёзное выражение. - И в ЭТОМ деле мне ничья помощь уж точно не нужна.       - Оу... Хи-хи... -сперва округлив глаза, Литлпип тихо засмеялась, зажмурившись и прикрыв рот копытцем, что показалось белому земнопони крайне милым, что в свою очередь вызвало вспышку негодования. - Я скажу, что тебе нужно умыться и почистить зубы. Постарайся не задерживаться.       Оставив последнее слово за собой, как она думала, кобылка вышла за дверь и прикрыла позади себя створку, позволив наставнику побыть один на один со своими мыслями... и системой. Подарок от нанимателя, которым он пользовался так редко, что о нём вовсе можно было забыть, в настоящий момент являлся одним из способов если не решить все свои проблемы, то хотя бы получить информацию.       "Чтобы получить верные ответы, следует задавать правильные вопросы. В чём может быть причина бардака в моей голове? В действиях Судьбы и Убийственной Шутке. С первым, во всяком случае сейчас, я ничего сделать не в состоянии. Второе же находится в зоне моей досягаемости", - вызвав иллюзию своеобразного магазина, один раз уже спасшего его жизнь, чародей задумчиво нахмурился.       Спасение Вельвет Ремеди и толпы жеребят, ремонт вещей, другие конструктивные действия привели к тому, что у Снейка скопилась неплохая сумма в неких единицах кармы. Прямо сейчас он мог бы купить противоядие, сваренное неизвестным мастером, но действенное, как подсказывал предыдущий опыт. А ещё у него была возможность купить книгу по зельям зебр, справочник по Ядовитой Шутке, бодрящее зелье для прочищения мозгов.       "Идиот. А покопаться в здешней литературе Мерлин не позволяет? Или у меня доступа к библиотеке второго стойла нет? Как же хочется кого-нибудь придушить. Но ведь и обвинить в ошибке кроме себя как-то и некого", - шумно выдохнув и погасив иллюзию волшебного магазина, во всяком случае - временно, жеребец решил сменить деятельность и послушать, что там хотят ему сказать ожидающие внизу соратники.       ...Как же странно было осознавать, что за его спиной находится группа единомышленников, пусть и преследующих иные цели, но не считающих его врагом, предателем, "мерзким слизнем". Уважение, а не страх; признание, а не брезгливость; интерес, а не жалость... всё это подкупало и заставляло задаваться вопросами о том, почему прежде столь важные детали ускользали от внимания.       "Могло ли быть, что Судьба создала в моей голове закладку, не позволяющую смотреть на местных как на равных, делая из них "существ", чтобы я охотнее бился головой о поставленную передо мной цель? Ведь, теоретически, если я захочу создать семью с той же Литлпип, то явно не буду в восторге от идеи подвергать её жизнь опасностям. Звучит логично? Но не объясняет несостыковок, обнаружившихся в воспоминаниях о Хогвартсе в частности и прошлом в целом", - в очередной раз отодвинув мысли и тревоги на задний план, волшебник оделся в мантию, лежавшую рядом с его постелью, повесил на шею медальон-концентратор и направился к двери.       Впереди его ожидали рассказ обо всём, что случилось со дня начала экспериментов над Убийственной Шуткой, строительство планов на ближайшее будущее, поиск любой полезной информации в библиотеках... ну и, вероятно, покупки в магическом магазине. При этом придётся тщательнее следить за собственными реакциями, чтобы не выставить себя глупо, разрушая свою не самую прочную репутацию в этом мире.       ...       Литлпип, стоило ей оказаться за дверью, закрыла створку и прижалась к ней спиной, усевшись крупом прямо на пол. Её мордочка буквально горела от смущения, а в груди тяжело стучало сердце, биение коего отдавалось даже в ушах.       Кто-нибудь мог бы спросить, чего такого случилось, что маленькая (компактная!) единорожка чувствует себя столь неоднозначно? Дело было в том, что за все прожитые годы, не так-уж и часто ей делали комплименты, а уж тем более заявляли, что она - такая же красивая как Вельвет.       - А-а-а... Надо успокоиться, - прошептала кобылка, пару раз шлёпнула себя копытцами по мордочке, что пусть и было больно, но помогло прочистить голову, после чего из памяти всплыли и другие слова. - Хм-м... Попросить Вельвет, чтобы она научила меня быть красивой и подавать себя перед другими. Это... может быть интересно. Только нужен предлог... Снейк?       "Надеюсь, он об этом не узнает", - широко улыбнувшись, выходка из стойла два подскочила на все четыре копытца и поспешила спуститься вниз, туда где на кухне уже собрались остальные пони, решающие судьбу стойла и Понивилля.       ...Как же необычно было осознавать, что она - техник по ремонту пип-баков, внезапно оказалась одной из небольшого числа пони, чьё мнение не только выслушивается, но и влияет на события вокруг. И пусть в основном её место было обеспечено ученичеством у Снейка, ну и парой важных вылазок во внешний мир, но для "маленького ничтожества", не замечаемого большинством большую часть её жизни, подобные перемены казались чем-то совершенно невероятным (даже более удивительным, чем небо без потолка над головой).       "Но я не собираюсь на этом останавливаться. Я не хочу снова становиться просто Литлпип, которая одна из... кого-то там. Снейк сказал, что у меня есть потенциал... а ещё - я красивая. Но это не важно. И вообще... к делу не относится. Я ещё не скоро смогу использовать магию как он, но уже сейчас у меня есть навыки, которые могли бы помочь другим. И вообще... мы ведь не будем всё время сидеть в Понивилле? Бандитов и работорговцев на Пустоши много и с ними никто не борется. Ну... почти никто. Нужно будет спросить у Снейка... Он же, вроде бы, не хотел становиться главным в городе? А это значит, что рано или поздно мы пойдём дальше. А для этого нужно хорошо подготовиться. Я не буду обузой!", - с подобными мыслями, возбуждённая и полная самых светлых надежд кобылка промчалась через большой зал дерева-библиотеки и ворвалась в помещение, где ожидали остальные члены импровизированного совета.       - Снейк немного задержится... по очень срочному вопросу, - сходу заявила компактная пони, повернулась к певице и попросила: - Вельвет, ты не могла бы помочь мне с... внешним видом?       - Фиу... Смело, Лилпип, - первым подал голос Каламити. - Одобряю.       - Конечно, Литлпип, - мягко улыбнулась Ремеди. - Давай обсудим это вечером?       - Здорово, - обрадовалась пегаска-гуль. - А я то думала, почему тебя так долго нет.       - Э-э-э... Ты о чём? - пришла уже очередь начинающей волшебницы стушеваться под ответным натиском, даже отступив на шаг назад.